– Верховная Жрица, Император просил вас срочно явиться к нему. С… артефактом.

Мои ноги оставались скованными, но что-то изменилось. Магия затихла, артефакт больше не пульсировал. Я, получив передышку, смогла вновь почувствовать свое тело: металлический привкус во рту, капли холодного пота на шее… Что-то теплое, что текло по моей губе и подбородку. Кровь. У меня из носа.

– Там… небольшая непредвиденная ситуация, – неуверенно добавил голос у двери.

Элиора недовольно нахмурилась, губы ее сжались в тонкую линию, взгляд метнулся от Сердца Света, ко мне:

– Дождитесь меня, я скоро вернусь.

– Нет, встану и уйду, – голос мой звучал непривычно хрипло, но достаточно громко, чтобы меня услышали. – Ах да, ты ж меня к столу привязала.

Моя язвительность была последней защитой, которую эта сумасшедшая сука не могла у меня отобрать. Язвительность… и связь с драконом.

“Рагнар, пожалуйста, скажи, что это ты?”

Элиора скривилась, придирчиво оценивая результат своей работы – застывший на коже янтарь. Смола больше не пульсировала и не обжигала, но по ступням и голеням разливалось болезненное онемение.

Верховная Жрица ничего не сказала, лишь подхватила Сердце Света и, не оборачиваясь, быстрым шагом удалилась из лаборатории.

“Рагнар, ты еще здесь?” – послала я мысленный шепот.

“Немного занят, пламя,” – отозвался он. – “Но ты у меня в приоритете.”

Я приподняла голову. Комната опасно покачивалась перед глазами. Мы остались втроем: две жрицы и гвардеец у двери. Я не помнила, когда он пришел. Не многовато ли на одну связанную меня?

Время тянулось, отмеряемое ударами моего пока еще живого сердца. Я бы молилась, чтобы Рагнар успел, только вот больше не знала – кому. Моя вера в богов треснула, как старое зеркало, и рассыпалась в прах.

Селина подошла ко мне:

– Тебе бы стоило умереть на испытаниях, дитя мое. Как велела Элиора. Это было бы милосерднее.

Я усмехнулась, насколько позволяли треснувшие губы:

– Знаешь, что я хочу тебе сказать, Селина?.. Ты, как и Элиора, уверены, что все посчитали. Вот только вы не учли одну деталь.

Жрица усмехнулась и вопросительно приподняла бровь.

– Тебе известно, как называется связь с драконом? – я прищурилась, глядя ей в глаза. – Лифтраудир, что с древнего драконьего языка переводится как нить жизни. Это не просто передача магии. Мы поклялись: кровь к крови, жизнь к жизни. Ты идешь со мной, я – с тобой…

Я гордо вздернула подбородок:

– Именно поэтому Рагнар предпочел провести двадцать лет в цепях, но не выбрал никого из вас.

– И что ты хочешь этим сказать? – Селина озадаченно посмотрела на меня.

– Он придет, – уверенно произнесла я. – Даже если он опоздает… Даже если я умру… То ты последуешь за мной и сгинешь в Бездне. Он об этом позаботится.

Внезапный грохот заставил меня вздрогнуть: дверь лаборатории разлетелась вдребезги, обломки дерева рассыпались по полу.

Я повернула голову.

В дверном проеме стояли Рагнар, Фрейя, чуть позади них – Кайлен. Взгляд Рагнара пылал яростью.

Меч в его руках сверкнул в свете магических ламп, и через мгновение тело гвардейца рухнуло на пол с глухим звуком. Вокруг дракона закружилась ледяная буря: острые, как кинжалы, кристаллы снега разрезали воздух, оседая блестящим инеем на стенах и полу.

Селина метнулась к столу тенью, и я почувствовала на своем горле сталь клинка:

– Еще шаг, дракон, – и она умрет.

Рагнар застыл. Ледяные звезды продолжали смертоносный танец вокруг него, но он не двигался, лишь впился в меня бездонно-синими глазами.

Кайлен едва заметно кивнул ему, а затем скользнул назад на два шага, удерживая Селину в поле своего зрения.

Я смотрела только на Рагнара. В голове промелькнула отстраненная мысль: если мне суждено умереть, пусть его глаза будут последним, что я увижу.

“Не смей даже думать об этом,” – прорычал он в моей голове, заставив меня слабо улыбнуться.

Дальше все случилось за три вздоха.

Слева от Селины прошла рябь из тьмы, и из нее шагнул… Кайлен. Но он же… был позади Рагнара. Даже я не сразу поняла, что произошло.

Иллюзия.

Селина испуганно отшатнулась, отпуская контроль всего на мгновение. Этого хватило, чтобы Рагнар, отбросив клинок, нечеловеческим рывком ринулся вперед и схватил ее за горло. Пальцы его удлинились, по предплечью поползла черная чешуя.

Селина захрипела, в отчаянном порыве вцепившись в его предплечье и пытаясь хотя бы на миллиметр сдвинуть стальную хватку. Бесполезно. Тот сдавил ее горло еще крепче.

“Не смотри,” – прошептал он.

“Нет, я хочу видеть это. Чтобы… знать, что она мертва.”

Ледяной вихрь вокруг них сгустился. По щеке Селины поползла капля крови – должно быть один из кристаллов задел ее. Воздух вокруг задрожал, и в окружающем гуле вдруг послышался ломкий и страшный хруст.

Селина дернулась последний раз, будто марионетка с обрезанными нитями, ее клинок звякнул о камень, и осела на колени.

Вторая жрица отпрянула к стене, глядя на Рагнара, как на ночной кошмар, почему-то ставший явью.

– Мы… я не виновата… – пробормотала она, прижимая ладони к груди. – Я исполняла приказ!

Брови Фрейи взметнулись вверх. В руках она лениво покачивала небольшой топор:

– Приказ? Тогда может, дорогой брат, ты отдашь такой же приказ мне?

– С удовольствием.

Тем временем Кайлен бесшумно скользнул к столу. Он опустился на колени рядом, поспешно работая отмычками, вытянутыми из внутреннего кармана камзола. Его руки потянулись к моим запястьям. Несколько быстрых движений – и наручники упали на пол. Свобода вернулась неожиданно, но я не сразу поняла, как реагировать на нее.

– Ты в порядке? – спросил Кайлен. Его голос звучал подозрительно мягко, и я заметила тень тревоги в зеленых глазах дракона.

– Что, даже не язвишь? – прохрипела я. – Выгляжу неважно?

– Отвратительно, – усмехнулся он, но быстро сменил тон. – Держись.

Тело ныло, будто после изнурительной битвы, а комната опасно кружилась перед глазами. Но вместе с тем я ощутила, как магия – легкая, теплая, знакомая – медленно пробуждалась после снятия наручников, приятно покалывая кожу и напоминая, что я все еще жива.

– Ты в порядке? – повторил он настойчиво.

– Да… нет… не знаю… – прошептала я, не зная, как облечь словами смесь из боли, облегчения и ярости, которые бушевали внутри меня. – Эта сумасшедшая тварь всего лишь пыталась… сделать артефакт. А в остальном. Боги…

– Артефакт из живого проводника… А я думал, уже ничему не удивлюсь, – сипло выдохнул он.

Я внутренне содрогнулась. Мои ноги оставались скованными янтарем. Тошнота противным комом подступила к горлу.

Я ненавидела чувствовать себя беспомощной. А именно это сделала со мной Элиора. Это чудовище, провозгласившее себя богиней, привязало меня к проклятому столу, как подопытного кролика, и пыталось заполучить мою силу, мою магию, залив янтарем! Я думала, что умру здесь, и ничего не могла сделать, чтобы остановить ее.

– Я убью эту суку, – выдохнула я, почти не осознавая, что говорю вслух.

Кайлен замер на мгновение, а потом его губы тронула знакомая язвительная усмешка.

– Вот это заявление, – он чуть наклонился ко мне, как будто говорил что-то исключительно для моих ушей. – Я – за.

Позади раздались тяжелые шаги, и я знала, кто это, еще до того, как обернулась. Рагнар смотрел на меня, не моргая, будто я могла исчезнуть в любой момент.

– Давай-ка… – слова застревали у него в горле. Я физически ощущала его кипящую, первобытную злость у себя в венах. – Мы сейчас… освободим тебя.

Грудь Рагнара тяжело вздымалась и опускалась, дыхание вырывалось изо рта белесым паром. Рука, все еще сохранившая драконьи очертания легла на янтарь.

– Ты сможешь? – выдохнула я.

– Сомневаешься во мне? – он все еще не сводил с меня взора, когда иней пополз по камню стола. Змеиным узором сеть тонких трещин пробежала по янтарю. Я зажмурилась и, не выдержав резкой вспышки боли, громко вскрикнула.

“Бездна. Прости. Прости. Прости…”

Когда я открыла глаза – мои ноги были свободны, а чувствительность медленно возвращалась к ним. Осколки янтаря рассыпались по полу.

Я пошевелила стопами и медленно сползла на пол. Шаг, другой, третий… ноги предательски подкосились.

В следующий миг сильные руки Рагнара сомкнулись вокруг моего измученного тела, удерживая от падения. Я уткнулась лицом в его грудь, ощущая мерное биение сердца дракона под тканью рубашки.

Ледяной шторм, бушевавший вокруг нас, медленно стих. Осколки льда таяли, оставляя за собой мокрые следы на полу и одежде. Прохладные капли воды скатывались вниз с волос и лица, смешивались с кровью на каменных плитах.

Слезы предательски брызнули из глаз, и я не могла больше их сдерживать. Все переживания последних дней – страх, боль, ненависть к Элиоре – вырывались наружу, переполняя меня.

– Тихо, я здесь… – повторял он, и его губы едва касались моего виска. – Бездна, какая ты холодная.

Меня била дрожь, несмотря на воздух летней ночи – сейчас должно же быть тепло? Я до конца не понимала, говорит ли Рагнар это вслух, или его голос звучит у меня в голове.

– Посмотри на меня. Я здесь. Я держу тебя.

Его пальцы – шершавые, теплые, – дрожали, когда он провел рукой по моему лицу, стирая засохшую кровь со щеки.

– Но… – выдавила я наконец. – Как?

Губы Кайлена изогнулись:

– Можешь сказать спасибо своей подруге. Это она нашла записку у тебя в комнате и подняла всех на уши.

Я была благодарна ему за то, что он не добавил, насколько все это было глупо.

– Где она? Где Лия?

– Наверху, вместе с другими девочками из храма. Кажется, они устроили небольшой переполох для его величества Андроса.

Сердце рухнуло куда-то вниз. О нет. Элиора с артефактом, судя по всему, была именно там.

– Боги, нет. Она может быть в опасности. Нам нужно… туда.

– Ты можешь идти? – Фрейя озабоченно посмотрела на меня.

– Да, я в порядке – соврала я.

Рагнар покачал головой и, все же отошел в сторону, позволяя мне стоять самой.

Фрейя молча сунула в правую руку Искру. Знакомая тяжесть клинка в руке успокаивала и придавала уверенности, как будто я снова обрела часть себя.

Я глянула на шелковый подол, и одним движением рванула ткань до колена: время масок кончилось. Когда мне придется драться, эта тряпка не будет мне мешать.

У выхода из лаборатории я замерла на мгновение: в коридоре между дверьми и лестницей мерцали несколько факелов. В углу я заметила тело еще одного гвардейца: должно быть, он осмелился встать на пути драконов.

Наверх.

Нас ждал путь наверх.