Мне казалось, что мы пробыли у Разлома около часа, но, когда мы вышли из каменной арки, солнце уже клонилось к закату. Заметив мой удивленный взгляд, Рагнар пояснил:

– Время в этом месте течет иначе, – он все еще держал меня за руку, словно боялся что я исчезну.

– Можешь отпустить, – улыбнулась я. – Все равно теперь я официально никуда от тебя не денусь.

– И все же я предпочитаю не рисковать, – он переплел наши пальцы еще крепче и притянул меня ближе к себе. Его свободная рука коснулась моих волос, бережно перебирая пряди.

Мое сердце сделало странный кульбит в груди.

– Во Фростхейм? – спросила я, желая скрыть смущение.

Уголки губ Рагнара приподнялись, а затем он все-таки отпустил меня и шагнул назад, принимая форму дракона.

Подойдя ближе, осторожно коснулась шершавой и теплой чешуи:

– Я и дальше смогу летать с тобой?

– А как же твой страх высоты? – поинтересовался Рагнар с теплой иронией.

Я улыбнулась, прильнув щекой к его боку:

– С тобой я боюсь гораздо меньше.

– Жаль, – протянул дракон. – Мне понравилось, когда ты прижималась ко мне во время полета.

– Самоуверенный, невозможный…

"Прекрасный,” – закончила я мысленно, карабкаясь к его спине.

В этот раз полет оказался умиротворяющим. Мы поднимались выше, к остывающему небу, где лучи солнца скользили по облакам, и все вокруг казалось совершенно нереальным.

Рагнар летел неспешно, без привычной резкости и силы. Мы парили над облаками и еще серебристыми вершинами, купаясь в потоках золотого света.

– Ты в порядке? – спросила я

– Теперь – да, – отозвался он после короткой паузы. – Но я не желаю сейчас делить тебя ни с кем.

– Что ты имеешь ввиду?

Дракон не ответил, лишь накренился в сторону, изменяя направление полета. Через мгновение впереди показалось зеленое плато, но в этот раз мы свернули влево от него, в небольшую долину, укрытую от посторонних глаз кольцом из гор. Вчера я не обратила на нее внимания из-за пелены дождя.

Я рассмотрела камни, покрытые мягкой зеленью мха, и яркую россыпь самоцветов весенних цветов.

В самом сердце долины лежало озеро.

– Мы же должны были лететь во Фростхейм? – с недоверием заметила я.

– Планы изменились.

– Изменились? Ты привез меня сюда посмотреть на озеро? – я уцепилась руками за гребень, ощущая, как дракон снижается.

– О, мое пламя. Далеко не только посмотреть, – голос был полон насмешки.

– И что это значит?

– Боги, Рейна. Это значит, что я хочу тебя. Во всех смыслах этого слова. Давно. Всегда. И я чуть не овладел тобой прямо там, у дверей хаоса, – он сердито двинул крыльями. – Только ты способна лишить меня контроля.

О нет. От его слов у меня сердце сбилось с ритма. Я хотела, чтобы он был ближе. Хотела ощущать его пальцы, губы, дыхание – как час назад, у Разлома.

– И не обманывай меня, – продолжил Рагнар – Благодаря связи, я знаю, что дрожишь сейчас отнюдь не от холода или страха высоты.

Он проскользил по воздуху, выравнивая полет, а потом добавил:

– Так что ты будешь моей. Но если ты не хочешь… одно твое слово – и мы повернем к замку.

Мы спустились ниже, и я различила, что над гладью озера клубится пар, а вода в лучах закатного солнца сверкала и переливалась всеми цветами радуги. Дракон раскинул крылья, проскользил прямо над светящейся поверхностью источника, заставив меня задержать дыхание от окружающей красоты, и приземлился на берегу.

Я спрыгнула вниз. Ноги коснулись мха, влажного и теплого от пара.

– Это…

– Термальные источники. Восстанавливают силы. Хельга утверждает, что здесь живут нимиады – маленькие духи воды, отчего озеро светится.

В долине было необычайно тепло: должно быть, горы вокруг не давали проникать внутрь холодному воздуху, а источники согревали окружающее пространство.

– И вода горячая? – я прищурилась, наблюдая за тем, как Рагнар сменил облик. Я видела, как это происходит уже неоднократно, и все же каждый раз – будто впервые. Вокруг заклубилась тьма, силуэт стянулся, крылья сложились в плечах, чешуя ушла вглубь кожи – и передо мной снова он. Мужчина, в человеческом облике которого скрыто древнее, дикое и опасное существо.

Нисколько не смущаясь, Рагнар скинул плащ, рубашку и верхние брюки, оставшись только в нижних штанах, и шагнул в воду.

– Проверь сама, – спокойно предложил он. – Я ведь могу соврать.

Я замялась, переступая с ноги на ногу. После всего, что сегодня случилось, напряжение натянулось между нами – как струна. Сердце билось так громко, что, казалось, он должен был слышать его стук. Три удара – я приняла решение. Стянула с себя плащ, рубашку и брюки, оставшись в одной нижней сорочке.

– О нет. Ты не заболела? Никаких язвительных комментариев? Я настолько хорош… или настолько тебя пугаю?

– Самовлюбленный дракон – самое опасное существо на свете, – хмыкнула я в ответ, шагнув в озеро.

Вода блеснула под моими ступнями и сомкнулась вокруг ног, обняв меня теплым волшебным светом. От моих шагов по озеру расходится легкая серебристая рябь. Ткань рубашки мгновенно намокла, прилипая к уставшему телу. Я зажмурилась и нырнула, позволив светящейся влаге поглотить меня.

Озеро оказалось небольшим. Я проплыла до середины, чувствуя, как все внутри понемногу оттаивает, а потом повернула назад. Вода действительно была теплой, почти горячей, приятно согревала и расслабляла тело, мерцая разноцветными всполохами вокруг. С каждым движением напряжение сегодняшнего дня отпускало меня.

– Ты светишься, – Рагнар подплыл ко мне сзади, остановившись чуть в стороне. – Будто вся создана из света и огня.

– Тогда иди сюда. Посмотри поближе… – я тихо вздохнула, ощущая, как он приблизился.

– Звучит соблазнительно, – его руки двинулись по моим бедрам, поднимаясь выше. Я задрожала, прижимаясь спиной к разгоряченному и мускулистому торсу. Дыхание дракона обожгло шею:

– Бездна, ты сведешь меня с ума.

То, что уперлось мне в позвоночник, говорило за Рагнара красноречивее любых слов.

– Ты не говоришь нет, – констатировал дракон, не отступая.

– Потому что хочу сказать да, – я развернулась к нему лицом, прильнула ближе и коснулась его губ. Легкое, дразнящее касание. Рагнар замер. Я почувствовала, как внутри что-то сломалось и поцеловала его вновь – глубже.

Он весь застыл на миг, два, затем резко развернул нас, прижав меня к камню на краю озера.

Я негромко ойкнула, мокрая ткань рубашки задралась, ноги инстинктивно сомкнулись на его талии, руки обвили шею.

– Я хочу только тебя, Рагнар, – выдохнула я. – Я буду твоим огнем. Если ты позволишь мне. Если подпустишь меня ближе.

Эти слова окончательно разбили невидимые цепи, которыми он так долго себя сдерживал. Наши губы вновь столкнулись. В этом поцелуе было все: гнев, боль, и сдерживаемая страсть, накопившиеся за это время. Желание пробежало по моей спине, заставляя выгнуться, сильнее прижиматься к его телу. Я хотела быть ближе, чувствовать его, слиться с ним.

Рагнар продолжал вжимать меня в камень, когда его руки опустились ниже, на бедра. Так далеко мы еще не заходили.

На миг он отпустил меня, дернув ткань рубашки вниз. Пуговицы посыпались с глухим треском. Рубашка сползла на талию, обнажая грудь, теплый воздух коснулся чувствительной кожи.

– Рагнар… – простонала я.

– Еще раз, – потребовал он.

В следующую секунду я почувствовала легкие укусы на шее. Язык дракона прочертил дорожку от ключицы и ниже, к груди и соску. Я заерзала, ощущая, как его член упирается прямо в мое лоно. Стон вместе с его именем снова сорвался с моих губ.

– Вот так, мое пламя… Мне нравится, когда ты стонешь мое имя. Хочу, чтобы сегодня только оно звучало у тебя на устах.

Рука Рагнара поднялась выше, по внутренней стороне бедра, оказавшись между моих ног. Сильные пальцы двинулись круговыми движениями, и, если бы в этот момент я стояла, то ноги бы не удержали меня.

– Пожалуйста… – сумела выдавить я.

– Какая нетерпеливая, – его губы изогнулись в полуулыбке, а мне показалось, что я вот-вот рассыплюсь на миллион осколков, когда он скользнул внутрь меня пальцами. Губы переместились на грудь, играя с моим соском, пальцы изогнулись и… боги, мне никогда еще не было так хорошо.

– Так нравится?

Я смогла только нервно всхлипнуть в ответ.

Он продвинулся глубже, движения стали жестче и быстрее. Весь мир сузился до жара его губ на моей груди, ощущения пальцев внутри меня. Рагнар был везде, доводил меня до безумия, балансируя на грани. Мое сознание растворялось в этом вихре удовольствия, заставив меня запрокинуть голову.

Я не знала, что можно чувствовать так – пронзительно и отчаянно. Я горела в его руках, и не желала, чтобы этот миг заканчивался.

– Не останавливайся…

Рагнар хрипло засмеялся, и от этого звука у меня по коже пробежали мурашки. Его пальцы продолжали ласкать мое лоно, неумолимо ведя к краю. Язык вновь проник в мой рот.

Жар пронесся по моей спине, я вскрикнула, выгнулась и обмякла в его руках, ошеломленно глядя на дракона.

– Я хотел сделать это много раз, – Рагнар удовлетворенно посмотрел на меня, пока я рвано и хрипло дышала, приходя в себя. – Когда ты была рядом и дразнила меня, когда заставляла ревновать, когда прижималась ко мне во время грозы в пещере. Бездна, Рейна. Я все это время сдерживал себя. А теперь – не буду.

Я все еще обвивала его бедра ногами. Рагнар ловко подхватил меня под ягодицы и, не разрывая касания, понес на берег, где пар над озером сворачивался в теплые влажные спирали.

Из-за теплого воздуха вокруг мне не было холодно, несмотря на начало мая. Он опустил меня на плащ, оставленный на берегу озера. Шерсть колола разогретую кожу, и я недовольно поерзала, вынужденная разорвать прикосновение.

– Ммм… Кажется, после этого купания, нам понадобится снова сушить вещи, – пробормотала я, наблюдая за тем, как капли влаги скатывались по его мускулистой груди, изгибам мышц, исчезая где-то за поясом. Он усмехнулся:

– Мое пламя, ты еще думаешь про мокрые вещи? – Рагнар склонился надо мной, скользнув руками по внутренней стороне бедер. – Я думаю только о том, что с этой рубашкой тебе придется… расстаться. Она мешает мне видеть тебя.

Мокрая ткань сорочки сбилась на талии после нашего плавания в озере. Я, опьяненная и расслабленная от его рук и жара вокруг, позволила стянуть ее с себя.

– Нечестно, – выдохнула я.

– О чем ты?

– На тебе все еще брюки.

Рагнар не ответил. Его глаза потемнели, превратившись в два синих омута. Он медленно, с пугающим спокойствием хищника, стянул с себя намокшие штаны, обнажая тело. Я закусила губу, поймав себя на мысли, как же он прекрасен: каждая линия его тела была выкована годами тренировок и сражений. И даже десятилетия плена не отразились на нем. Он был совершенным. Моим.

Я приподнялась, ощутив, как внутри вновь разгорается странное и дерзкое желание. Мои пальцы легли на его грудь, а потом я медленно наклонилась и лизнула каплю воды, стекавшую по его коже. Язык очертил круг вокруг старого шрама.

– Решила поиграть со мной?

Я улыбнулась, почувствовав, как дыхание Рагнара стало тяжелее.

– Можно подумать, тебе это не нравится, – прошептала я, не отрываясь. Мои губы ловили капли влаги, опускались ниже, скользя по теплой и твердой плоти его тела.

Он шумно втянул в себя воздух, пальцы дракона запутались в моих волосах. Я слышала, как глухо застучало его сердце в нашей связи.

Подняла на него взгляд и позволила себе нарочито невинную улыбку.

– Ты же сам говорил, что я – твое пламя. Теперь ты боишься обжечься?

Рагнар зарычал, в его глазах вспыхнуло что-то хищное и древнее, и в следующее мгновение я оказалась под ним. Он накрыл меня собой, прижимая к земле. Наши обнаженные тела соприкоснулись, желание вновь свернулось горячем клубком в низу живота, заставляя сердце замереть.

– Осторожнее, мое пламя. Иначе я забуду, что хотел быть нежным, – хрипло выдохнул он.

Его член – у самого моего входа. Мое тело, жаждущее большего, само подалось навстречу:

– А я – не хрустальная.

Рагнар двинул бедрами, и вошел в меня твердо и глубоко. Мне стало трудно дышать. Он замер, запрокинул голову, прикрыв глаза от наслаждения:

– Ты не хрустальная. Ты – моя.

Движения дракона были медленными, мучительно размеренными. Я возмущенно дернулась, выгибаясь под ним. Мне хотелось ощущать его острее, внутри и на коже.

– Ты не мог бы… чуть быстрее?

Рагнар темно рассмеялся, склонившись надо мной. Губы скользнули по моей щеке к уху:

– Не для того я ждал тебя столько лет, чтобы все быстро закончилось.

Толчки набирали скорость, дыхание сбилось. Я зажмурилась, от удовольствия и сладкой дрожи, до боли сжимая пальцы на его плечах.

– Смотри на меня. Подними глаза, – рыкнул он, и я повиновалась, утонув в синеве глаз дракона. Связь между нами натянулась, откликаясь на каждое наше движение, и я не знала, где заканчиваются мои чувства и начинаются Рагнара. – Скажи это. Скажи, что ты – моя.

Он вышел из меня, заставив разочарованно вздохнуть, а потом закинул мои ноги на плечи, и я всхлипнула уже от удовольствия: под таким углом получалось глубже и острее – то, чего я так жаждала.

– Произнеси это вслух!

– Ты – мой, – вместо этого прошептала я.

Дракон двигался внутри, резкими и глубокими толчками, найдя жесткий и размеренный ритм.

– Рагнар… – снова выдавила я с трудом, растворяясь в ощущениях.

Глаза дракона вспыхнули ледяным огнем, и я поняла, что не могу больше сдерживаться. Все чувства внутри свернулись в один тугой узел, обострились до предела, и мир вокруг раскололся на миллион осколков. Я громко застонала, не в силах больше сдерживаться, и Рагнар накрыл мой рот поцелуем.

– Вот как ты звучишь, когда теряешь контроль, – он что-то добавил на древнем языке, продолжая двигаться внутри, пока я не перестала извиваться в его руках. Несколько глубоких, резких движений, Рагнар вошел в меня целиком, и я почувствовала, что он тоже закончил – нить жизни обожгло жаром его чувств.

“Такая прекрасная. Ты – пламя в моей крови. Моя, только моя Рейна,” – он… что? я даже не сразу поняла, что эти слова прозвучали у меня в голове, словно отражение моих собственных мыслей.

Легкая искра магии скользнула по моему разгоряченному телу и одновременно пробежала по его рукам. А за ней вторая и третья… Это было похоже на едва заметные всполохи молний, которые танцевали в воздухе между нами, окутывая нас тончайшими нитями магии.

Я почувствовала, как магические искры пляшут по моей шее и плечам, пробегают вдоль живота, а затем плавно затихают. Кожа покрылась мурашками, а тело заполнилось почти болезненным, но невероятно приятным теплом.

– Рагнар… я… кажется, теряю рассудок, – прошептала я, чувствуя, как щеки предательски заливает краска.

“Мы оба. И меня это абсолютно устраивает.”

Я моргнула, окончательно осознав, что мы говорим друг с другом мысленно. Сердце пропустило удар, а потом забилось с новой силой. Губы Рагнара тронула легкая улыбка – он знал!

– Я слышу тебя… в голове, – прошептала я вслух, замирая от смеси волнения и восторга.

“Я же предупреждал: теперь я никогда тебя не отпущу.”

Я зажмурилась и вдруг увидела себя его глазами – раскрасневшаяся, с рыжими волосами, бесстыже разметавшимися по земле. А на коже – золото заката и искры магии. Полуприкрытые глаза, пьяные от наслаждения… Боги, как же это было странно и одновременно восхитительно.

“Мы теперь еще и так умеем?” – мысленно спросила я

“И это не предел.”

***

Мы лежали, опьяненные внезапной близостью, уставшие и бесконечно умиротворенные в клубах теплого пара. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и долина наполнилась мягким светом, исходящим от озера. Я лениво касалась пальцем его кожи, выводя невидимые узоры на рельефных мышцах. Тело Рагнара хранило в себе историю его жизни.

– Что значит эта татуировка? – наконец спросила я, остановившись на узоре рун на предплечье.

– Принадлежность к княжеской семье, – ответил он просто.

– И все? – признаться, я ожидала чего-то более значительного.

– И все, – отреагировал Рагнар. – У Фрейи и отца такие же. Формальность. Символ крови.

Тепло воды и пара начинало понемногу убаюкивать, и я зевнула, ощущая, как проваливаюсь в сладкую дремоту.

– Мое пламя, – он тихонько тронул мое обнаженное плечо, словно почувствовав это. – Нам нужно лететь. Ночевка в долине – не лучшая идея. Особенно, если учесть, что до Исбранда всего полчаса лета, а нас наверняка уже хватились.

Я с неохотой поморщилась, приподнимаясь с земли:

– Может… еще минуту? И вещи мокрые… – мой плащ оказался безнадежно влажным, а вся остальная одежда напиталась водой от окружающего пара.

– У тебя живот урчит, – возразил Рагнар.

Я смутилась, осознавая, что за весь день не ела ничего, кроме лепешки и пары глотков воды – неудивительно, что желудок дал о себе знать.

– Но одежда… – я выудила сменную рубашку из дорожной сумки.

– Об одежде я позабочусь, – Рагнар расслабленно сделал движение руками. Его магия проснулась, и меня обдало волной сухого жара. Я с удивлением уставилась на сухую рубашку и плащ и…

– А ты не мог сделать это раньше? Например, во время ночевки в пещере? – я подозрительно прищурилась.

– Разумеется, мог, – Рагнар расплылся в совершенно бессовестной улыбке, натягивая на себя штаны. Бездна, он был хорош. И – невероятно – он был моим. И… мысли опять свернули не туда. – Но тогда бы ты не провела ночь у меня на руках в одной сорочке. А я не люблю упускать возможности.

– Только не говори, что ты спланировал это заранее, – пробормотала я, надевая сорочку.

– Не все, – невозмутимо ответил Рагнар. – Гроза, мокрая рубашка и случайная пещера – это, увы, импровизация.

– А термальное озеро в закатных лучах?

– Спонтанное решение, – он взял ремень для кинжала, и помог закрепить его на бедре. – После того, как ты оседлала меня у Разлома, я подумал, что нам срочно нужен антураж получше.

– Что ж. Тогда… домой? Во Фростхейм. Кажется, нам и так придется объясняться, почему все пошло не по плану, и мы не разорвали связь?

– Пусть думают, что хотят, – он пожал плечами с деланным равнодушием. – Но теперь ты – мой выбор. Как и я – твой. И я не позволю никому поставить это под сомнение.

***

Когда мы приземлились во дворе Исбранда, уже стемнело. На улицах Фростхейма зажглись огни.

– Вернулись, – Вингард, спустившийся во двор вместе с Фрейей, выглядел не особо довольным. – Еще пара часов – и я бы собрал отряд.

– До Разлома пару часов лета, а вы пропали на полтора дня, – Фрейя с подозрением покосилась на меня.

– У нас были…

– Непредвиденные обстоятельства, – спокойно заявил Рагнар, приняв вид человека. – Время у Разлома течет иначе, плюс пришлось остановиться на ночевку.

Фрейя приподняла бровь:

– И поэтому Рейна пахнет мхом, озерной водой и сексом? – княжна обошла нас по дуге, рассматривая, словно редкую диковинку.

"Я бы, пожалуй, не хотел, чтобы ты пахла чем-то другим," – уверенный голос Рагнара в голове заставил меня покраснеть.

– Замолчи, заклинаю тебя, – я все время забывала, что обоняние драконов несколько более чувствительно, чем человеческое.

– О, так тут еще магия брата? Я так понимаю… нить жизни все еще на месте. Восхитительно! – она хлопнула в ладоши, словно в тайне надеялась именно на такой исход событий.

– Фрейя, – Рагнар предупредительно покачал головой.

– Брось, – княжна никак не отреагировала на его жест. – Я же говорила, что ты долго не протянешь, делая вид, будто тебе все безразлично. Рада, что наконец перестал изображать ледяную глыбу и признал вашу связь.

“Как ты выносишь ее характер?” – все-таки в мысленной связи между нами были определенные преимущества.

“За сто лет я успел привыкнуть.”

Князь совершенно беззастенчиво привлек меня к себе, заставив Вингарда недоуменно улыбнуться. Меня не покидало ощущение, что они с княжной ходили вокруг да около неимоверно долго. Надо будет как-нибудь спросить у Рагнара.

– Вы что-то увидели у Разлома? – поинтересовался лорд-командующий, и веселое настроение наследного князя мгновенно испарилась. В воздухе снова повисло напряжение.

– Да. Он снова показывал нам Тени, – мы направились в замок, и я заметила, как морщинка снова появилась между его бровей. – И странные фигуры в Бездне. И еще – впервые – кровавую жертву на алтаре. Что-то грядет. Я бы предпочел обсудить это с отцом, пока Разлом не стал вновь нестабилен.

Фрейя молча кивнула.

– Значит ли это, что мы отправимся в Империю? – я поежилась, вспоминая визит Лисендера Реона и Селины и последовавшие за ним события.

– Нам придется согласовать визит. Я больше не буду действовать в одиночку. Но – да, боюсь, что так.

– Тогда я полечу с тобой.

– Пламя мое, я совсем не в восторге от этой идеи.

“Вместе,” – напомнила я мысленно. – “У Разлома ты сказал “Вместе.”