С приходом весны я полюбила гулять по узким, мощеным улочкам Фростхейма. Этот город-государство, затерянный среди гор, казался мне игрушечным по сравнению с величественной Империей и ее столицей. Здесь не было широких проспектов, запутанных переулков и шумных площадей – Фростхейм можно было пересечь пешком всего за час, не сбиваясь с пути.

По воскресеньям главная площадь города превращалась в шумный рынок: торговцы расставляли палатки, а воздух наполнялся ароматами свежей выпечки, приправ и жареного мяса. Я пару раз заходила туда, с любопытством разглядывая прилавки и наблюдая за местными жителями. Больше всего меня удивили апельсины, разложенные среди привычных товаров. Купец, заметив мое недоумение, охотно пояснил: перевалы, наконец, открылись, и теперь в Фростхейм снова можно доставлять свежие фрукты, овощи и вино из Арканора.

Гуляя по Фростхейму, я не могла не отметить, что простой люд здесь живет весьма неплохо. В городе не было ни трущоб, ни покосившихся домов – все здания, как на подбор, аккуратные, каменные, с покатыми крышами, покрытыми черной черепицей.

Возвращаясь с прогулки, я заметила, что на южном склоне под стенами замка уже распустились первые цветы – яркие желтые и сиреневые пятна среди зеленого мха. Я не знала их названия, никогда не встречала подобных в Империи. Акролития цвела пышно и ярко, утопая в густой зелени и благоухании. Среди роскошных бугенвиллий и апельсиновых деревьев я бы, наверное, даже не обратила внимания на неброскую красоту этих северных цветов.

“Привет, подружки,” – мысленно поздоровалась с ласточками, заходя во внутренний двор.

Еще до того, как увидеть Рагнара, я знала, что он рядом – наша связь становилась все крепче с каждым днем. Мы тренировались использовать Лифтраудир, и теперь тонкая паутинка, едва ощутимая в сознании, превратилась в прочный, упругий шнур.

Я делала успехи в магии – в какой-то момент мне это даже начало нравиться. Я получала удовольствие от силы внутри себя, от ощущения потока и способности направлять его. Это было совсем не похоже на заучивание стройных формул и символов в храме Элиоры. Лучше всего мне давались огненные формы, и, конечно, Рагнар не упускал случая подшутить над этим.

Рагнар… Я ловила себя на том, что мысли о наследном князе занимали в моей голове неприлично много места. Его прикосновения, колкие замечания, фразы, брошенные будто невзначай – все это заставляло меня трепетать от смеси негодования и чего-то еще.

– Любуешься на птиц? – поинтересовался он, подходя ко мне. Вместо привычных для этого времени суток тренировочной рубашки и брюк, он был в формальном темно-синем камзоле. В руках мужчина держал несколько книг.

– Ласточки жили у нас в храме, – пояснила я. – Но я никогда не видела их гнезд.

– Знаешь, в чем особенность этих птиц? – Рагнар прищурился от яркого весеннего солнца.

Я отрицательно покачала головой.

– Они всегда прилетают домой, к своим гнездам. Бывает, конечно, что их место обитания разрушено, и тогда они вьют гнездо неподалеку и начинают все сначала. Но каждую весну они неизменно возвращаются во Фростхейм, даже если зимовали где-то в далеких краях.

Я тяжело вздохнула:

– Хотела бы я понять, где мой дом.

Рагнар задумчиво посмотрел на меня. В его глазах не было и тени привычной усмешки. Он протянул руку и аккуратно заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.

– Со временем поймешь.

– Думаешь? – от его близости у меня перехватило дыхание.

– Я уверен. Дом – это не камни и стены. Это люди, место, куда ты захочешь вернуться.

Действительно ли я хотела вернуться в Империю? С каждым днем ответ на этот вопрос становился все менее очевидным. Я нахмурилась, понимая, что ступаю по тонкому льду, и перевела тему:

– Что ты здесь делаешь? Да еще и в таком виде?

– Встречаю гостей, – Рагнар нацепил свою привычную нахально-лукавую маску. – А потом почувствовал, что ты поблизости, и решил заодно отдать тебе это.

С этими словами мужчина вручил мне несколько книг, которые держал до этого момента в руках.

– Что это?

– Книги, – насмешливо ответил князь.

Я закатила глаза. Богиня, он хотя бы раз мог ответить серьезно?

– Спасибо, я не слепая.

– Здесь том о магии драконов – достаточно редкий и старый. Там есть раздел о Лифтраудир – думаю тебе будет полезно. И книга о культуре Фростхейма. Не хочу, чтобы мой проводник была необразованна.

Я уже приготовилась отвесить очередную колкость, но слова застряли в горле – во двор вошли люди. Увидев Эстель, я внутренне ощетинилась. К счастью, рядом с ней был лорд Бранд. Без него встреча с этой изящной леди могла бы закончиться членовредительством.

– Зачем они здесь? – удивленно спросила я.

Лорд Бранд и Леди Эстель никогда не останавливались в замке – они предпочитали проживать в собственном доме, хотя должность Бранда давала ему право на личные покои и кабинет в Исбранде. Поговаривали, что его супруга слишком капризна и притязательна, чтобы мириться с неудобствами княжеской резиденции.

Сбивчиво поздоровавшись, я сделала вид, что меня очень интересуют птицы на стене замка.

– Добрый день, Рейна, – сухо ответила Эстель, едва заметно кивнув – ровно настолько, насколько полагалось кивнуть “просто Рейне”. В ее глазах читалось плохо скрываемое раздражение.

Затем она повернулась к Рагнару, голос ее заметно потеплел, но в движениях я уловила странную напряженность:

– Ваша Светлость, – склонив голову в безупречно-выверенном жесте, она чуть наклонилась вперед, и серьги с крупными сапфирами качнулись в такт ее движения.

Лорд Бранд был гораздо приветливее жены.

– Дорогая Рейна, рад тебя видеть, – его голос звучал искренне.

Он протянул руку, приглашая к поцелую. Я неуверенно вложила в нее свою, и смутилась, когда его губы коснулись кончиков моих пальцев.

Краем глаза я заметила, как Рагнар едва заметно напрягся: между бровями у него залегла упрямая складка, а в глазах промелькнула опасная холодная искорка.

– Бранд, – голос Рагнара звучал резче обычного. – Рад, что ты наконец почтил нас визитом.

– Рагнар, – продолжил Бранд с легкой полуулыбкой. – Надеюсь, мы не слишком рано?

– В самый раз, – ровно ответил наследный князь.

Эстель остановилась в стороне от нас. Она гордо подняла голову – я в очередной раз отметила ее идеальную осанку – привычным жестом одернула рукав богато расшитого платья, демонстративно отведя взгляд в сторону.

– Фрейи не будет? – поинтересовался Бранд.

– Нет, она не горит желанием видеть этих людей.

– Да что, в конце концов, происходит? – я перевела взгляд с Рагнара на лорда-канцлера.

Звук копыт по камню заставил меня обернуться. В центральные ворота замка въехало несколько всадников. Сердце рухнуло куда-то вниз и я застыла, словно громом пораженная.

Свет солнца, отражаясь от их доспехов, бил в глаза, заставляя щуриться. Начищенные до зеркального блеска стальные латы – ослепительные, без единого изъяна. Алые плащи с золотой вышивкой, развевающиеся на ветру, словно языки пламени. Кипельно-белые одеяния. Во Фростхейме не носят белый.

Империя.

К горлу подступила ледяная волна ужаса. Фрейя говорила, что жрицы Элиоры пытались получить от Рагнара его силу, связь с ним. Лифтраудир – то, что я обрела сама того не желая. Теперь они здесь. Они пришли за мной? Что они со мной сделают?

Чьи-то пальцы мягко коснулись моего плеча. Теплые – это я чувствовала даже сквозь ткань одежды. Реальные. Я резко выдохнула, осознавая, что забыла дышать.

– Рейна, – голос Рагнара зазвучал прямо над ухом, а его горячее дыхание скользнуло по моей коже. – Ты же так хотела вернуться в Империю? Отчего же я снова слышу, как твой ужас бьется рваным ритмом у меня в голове? И, знаешь, мне это не нравится.

Я резко обернулась, встречаясь с взглядом бездонных синих глаз.

– Они пришли за мной? – должно быть, я прозвучала совсем жалко.

– Расслабься, – он отпустил меня и невозмутимо смахнул несуществующую пылинку с манжеты камзола. – Мир не вращается исключительно вокруг тебя. Император Андрос вертится ужом, пытаясь замять скандал с моим пленом.

Рагнар зло усмехнулся и добавил:

– Это… дипломатический визит.

Это объясняло присутствие лорда-канцлера и его супруги – Бранд отвечал за внешнюю политику Фростхейма. Но лично я была совсем не готова к встрече со своим прошлым. Я поглубже натянула капюшон плаща, прижала к себе книги, принесенные Рагнаром, и, не оглядываясь, быстрым шагом направилась внутрь замка.

Внезапный порыв ветра ударил в лицо и сорвал ткань с моей головы, заставив рыжие пряди взметнуться вверх. Я раздраженно фыркнула, смахнула непослушные локоны в сторону, но ветер тут же спутал их снова.

– Лисенок…

Мир вокруг качнулся. Позади раздался звон стремени, приглушенный глухой удар сапог о камень – кто-то только что спрыгнул с лошади.

Сердце пропустило удар. А потом рвануло вверх, как птица, вырвавшаяся из клетки.

– Лисенок!

Я обернулась, и в тот же миг сильные руки подхватили меня за талию и закружили в воздухе. Книги полетели на землю. Я ахнула, столкнувшись с взглядом светлых глаз и такой знакомой белозубой улыбкой. Вдохнула запах – когда-то такой родной – он остался все тем же.

– Ай, отпусти! – я зажмурилась от слепящего солнца, отражающегося в его доспехах, и собственных нахлынувших чувств.

Адриан наконец поставил меня на землю, но не спешил отпускать. Его пальцы в кожаных перчатках скользнули в мои волосы, запутались в прядях. Он наклонился ниже, и я ощутила его губы на моем лбе – легкое, почти невесомое прикосновение. Затем висок, щеки, будто он проверял, что я стою перед ним – не мираж, а живая, из плоти и крови. Я прикрыла глаза и едва удержалась от того, чтобы не замурлыкать от такого знакомого тепла, пахнущего дымом костра и дорожной пылью.

– Но как? Богиня, я думал, ты погибла на испытаниях. Все так думали.

– Я… должна была, – я закусила губу, напряженно раздумывая, какую часть моей истории я могла пересказать Адриану – Но, как видишь, выжила.

– И как тебя занесло во Фростхейм? Если ты жива – почему ты не вернулась домой? – он едва заметно нахмурился.

Я покачала головой:

– Это долгая история. Давай потом?

– Ты… изменилась, – он отстранился, пристально вглядываясь в мое лицо.

– Не говори глупостей. Прошло всего два месяца, – я мягко улыбнулась ему. – Я не могла измениться за это время.

Спиной я почувствовала на себе тяжелый взгляд. Он, словно груз, давил между лопаток, заставляя напрячься. Даже не оборачиваясь я знала, кому он принадлежит.

Непроизвольно я сжала пальцы, чувствуя, как меня захлестывает волна глухой злости, горького, как полынь, гнева и чего-то неясного и темного, чего я не хотела даже касаться. Чужие эмоции смешались с моими, заставив голову закружиться.

– Тебе нехорошо? – участливо спросил Адриан, заметив перемену в моем настроении.

Меня передернуло, я осторожно высвободилась из его объятий и собрала упавшие книги.

– Голова с утра болит, – соврала я.

Я замолчала на мгновение, собираясь с мыслями, прежде чем спросить то, что давно не давало мне покоя:

– Лучше скажи мне про Лию. Как она?

– Жива. Получила титул жрицы.

Я удовлетворенно кивнула, чувствуя, как внутри что-то отпустило. Это хорошо. Значит, последнее испытание – испытание верности – для нее оказалось иным. Я и не сомневалась: она бы никогда не причинила боль тем, кого любит, и этим могла бы поставить себя в уязвимое положение. Как когда-то я.

Эстель, Бранд и Рагнар стояли в стороне, рядом с прибывшими.

Один из них был Лисандер Реон. Я узнала его сразу – изящный, безупречно собранный мужчина, которого в Арканоре называли голосом императора – он обладал огромным политическим влиянием и имел право говорить от имени самого Андроса. Ему было за пятьдесят, но в его облике все еще чувствовалась утонченность: тонкая фигура, аристократичные черты, холодный взгляд. Волосы, когда-то темные, теперь были коротко острижены и тронуты сединой. Он носил длинный серый плащ, напоминавший вуаль из дыма с подкладкой цвета бурой крови.

Неподалеку остановились три жрицы. Среди них я узнала лишь одну – высокую женщину с гладко зачесанными седыми волосами и необычайно живым для ее возраста лицом. Это была старшая хранительница Селина – одна из самых высокопоставленных жриц в храме.

Две другие были мне незнакомы. Одна – женщина средних лет, с туго стянутой в косу черной шевелюрой и острым, цепким взглядом, от которого хотелось спрятаться. Вторая – неожиданно юная, едва ли старше меня на пару лет. В ее лице было что-то отстраненное, задумчивое, будто мыслями она находилась где-то далеко, совсем не здесь.

До нас доносились обрывки из делового разговора о сборе совета и переговорах.

Их сопровождали несколько гвардейцев Золотых Клинков. Я удивленно перевела взгляд на Адриана – на его алом плаще красовалось золотое шитье по краю – знак отличия офицерского состава. На наплечниках – символы солнца.

– Ты получил повышение?

– Заметила? – он широко улыбнулся, не скрывая собственной гордости. – Я получил звание две недели назад, накануне поездки. Жаль, что ты не присутствовала на церемонии.

Да, действительно жаль. Тогда я гордилась бы им до слез.

– Зачем вы прибыли? – снова спросила я.

Я внутренне возмутилась. Рагнар ведь знал о прибытии имперской делегации – мог бы предупредить! Или он до сих пор мне не доверяет?

– Уладить недоразумение.

Недоразумение? Видимо, мои мысли слишком явно отразились на лице, так что Адриан поспешил пояснить:

– Фростхейм выдвинул серьезные обвинения в адрес Арканора и лично Его Императорского Величества Андроса. Мы здесь, чтобы… обсудить возникшее недопонимание и попытаться найти подходящее решение.

Я шокировано уставилась на него. Он сейчас точно про то, что Рагнара держали в плену двадцать лет в катакомбах под Акролитией, желая заполучить его силу?

– Очаровательно. Трогательная встреча старых… друзей?

Голос прозвучал из тени стены замка, где наполовину развернувшись к нам, словно случайно подслушав наш разговор, стоял Кайлен. На его лице играла ленивая, почти беззаботная усмешка – опасная, как лезвие кинжала, закрепленного на его талии.

– Ну что, маленькая жрица, кажется, игра становится интересной. Я надеюсь, что ты помнишь мое обещание?

Богиня, конечно я помнила. Слишком хорошо.

От Кайлена исходила явная, почти физически ощутимая угроза. Услышав его голос, Адриан шагнул чуть ближе и загородил меня собой.

– Они удерживают тебя силой?

Бездна, как я могла ответить на этот вопрос? Да? Нет? Все было слишком сложно.

– Адриан, все в порядке. Мне никто не угрожает.

По крайней мере – пока. Рука невольно потянулась к шее, где под тканью плаща и рубашки пряталась тонкая полоска белесого шрама. Увидев мой жест Кайлен осклабился:

– Рыцарь в сияющих доспехах приехал спасти принцессу – все как в сказке, – его слова заставили меня вздрогнуть, как от пощечины. – Главное не ошибись с выбором концовки, Рейна.

Он цокнул языком, заставив Адриана нахмуриться еще сильнее, и направился в сторону Рагнара и остальных драконов.

К счастью, вскоре гости замка в компании наследного князя, Бранда и Эстель прошли внутрь, и внутренний двор опустел. Мы остались вдвоем, отчего я внезапно почувствовала себя не в своей тарелке.

– Мне нужно отнести книги в комнату, – я пыталась найти благовидный предлог, чтобы улизнуть.

– Я провожу тебя? – предложил Адриан, переплетая наши пальцы. – Не хочу отпускать тебя.

Я чуть запоздало выдернула руку.

– Надолго вы во Фростхейме?

– Не знаю. Зависит от того, как пройдут переговоры. Мое дело – охранять Лисандера Реона.

По пути мне пришлось пересказать ему сильно упрощенную версию истории о том, как я оказалась во Фростхейме, упустив часть об освобождении Рагнара, нашей магической связи, угрозах и покушении Кайлена. Рассказ оставил горькое послевкусие на языке – ни слова лжи и никакой полной правды.

Мы поднялись по ступеням, дошли до дверей покоев, и я пригласила его войти, но Адриан остановился на пороге.

– Не могу… мне нужно вернуться к посланнику Реону – Он виновато улыбнулся. – Не положено отлучаться надолго, но я не видел тебя столько времени, что не смог удержаться… Богиня… Как же я рад, что ты жива.

Он притянул меня к себе, намереваясь поцеловать, но я неловко отвернулась, так, что его губы лишь скользнули по щеке.

– Еще увидимся, – Адриан разомкнул объятия.

– Конечно, – я закусила губу, глядя ему в след.

***

Весь остальной день я провела в комнате, настойчиво избегая встречи с наследным князем, Адрианом, Эстель, жрицами и Кайленом. Даже не знаю, кто из этой компании пугал меня сильнее.

Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошла служанка – миловидная девушка. Она была совсем юной – лет пятнадцати, не больше.

– Добрый вечер, госпожа Рейна. Я принесла ужин.

– Добрый, – я постаралась придать своему лицу приветливое выражение. – а где же Сигна?

– Сигна – старшая служанка, на время приезда гостей она занята на кухне, так что пока я буду помогать вам, если вы не возражаете.

Я не возражала. Эйдис – так звали девушку – в отличие от строгой и сдержанной Сигны оказалась словоохотливой и легкой в общении. Исбранд буквально стоял на ушах от приезда гостей – такое во Фростхейме случалось нечасто.

С искренним восхищением она рассказала мне о гвардейцах Арканора – о блестящих доспехах, алых плащах, развевавшихся на ветру, и внушительных мечах. Я не удержалась от ироничной улыбки – уж я-то знала, что золотые клинки умеют выглядеть совершенно великолепно.

Мы даже посмеялись вместе, когда она с заговорщическим видом поведала, что Лисандер Реон безапелляционно потребовал, чтобы его еду пробовали слуги, прежде чем он сам сядет за стол.

За окном стремительно сгущались сумерки. В горах ночь всегда наступала внезапно. Миг назад солнце еще цеплялось за края скал, но вот уже все утонуло во мраке, словно кто-то опрокинул чашу с чернилами на небо.

Оставшись в одиночестве, я зажгла светильник и нехотя взялась за чтение тома по магии. Книга была написана на всеобщем языке, но с множеством вставок на древнем драконьем, местами похожих на изысканные заклинания или стихи. Решив выписывать непонятные места, чтобы позже уточнить их у Фрейи или Рагнара, я подошла к столу. Где же перо и чернила?

Я была уверена, что оставляла их в верхнем ящике. Богиня… похоже, со всеми этими событиями я окончательно растеряла собранность.

Я с головой погрузилась в чтение, не заметив, как быстро пробежали часы.

Когда я снова оторвала взгляд от страниц, за окном уже давно царила глухая ночь. Я потерла виски, чувствуя, как усталость сковывает плечи и шею.

Внезапный тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть и насторожиться – кто мог заявиться ко мне в такое время? Впрочем, даже не поднимаясь с места, я уже знала ответ – связь с наследным князем имела свои преимущества. Мысль не впускать его или, на худой конец, притвориться спящей была слишком соблазнительна, но я подумала, что вряд ли он оставит меня в покое, так что позволила Рагнару пройти в комнату.

– Я пришел просить тебя об одном одолжении, если тебе угодно, – он был в своем репертуаре: ни приветствия, ни объяснений.

Я удивленно вскинула бровь. Слышать из его уст в одном предложении слова “просить” и “одолжении” было само по себе необычно.

– Что тебе нужно? – сделав вид, что очень увлечена содержимым книги, я не подняла головы.

Обида на то, что он не счел необходимым предупредить меня о приезде представителей Империи больно уколола. Их визит буквально выбил у меня из-под ног и так не особо устойчивую почву – как раз в тот момент, когда я только начала подниматься после очередного удара под дых. Хотя встреча с Адрианом и новости из моего прошлого меня порадовали, я невольно задумалась: что еще Рагнар утаивает от меня?

Дракон подошел ближе. Взгляд его скользнул по обстановке, по моей фигуре, задержался на фолианте в моих руках.

– Вижу, книги ты хотя бы открыла, – хмыкнул он.

– Ты мне сказал читать – я читаю. Какие-то вопросы?

– И давно ли ты стала такой покладистой? Или это твой офицер так на тебя влияет?

Я вспыхнула, но промолчала, никак не отреагировав на выпад Рагнара. Меньше всего я хотела бы обсуждать с ним свою личную жизнь.

– Признаться, мне начинает казаться, что я беседую со стеной. Ты не заболела? – с притворной заботой поинтересовался Рагнар.

Я наконец отложила книгу и посмотрела на дракона – он выглядел усталым. Похоже, сегодняшний день его порядком утомил. В иной ситуации я бы ему посочувствовала, сейчас – лишь раздраженно повела плечом.

– Выкладывай, зачем пришел и убирайся, – сердито буркнула я. – Я не в настроении играть в твои игры.

Рагнар присел на подоконник, потер пальцами переносицу и прикрыл глаза:

– Я бы хотел, чтобы ты выступила на совете в качестве свидетеля.

– О чем ты? – я вопросительно посмотрела на него, ожидая пояснений.

– Через три дня соберется совет. Лисандер Реон и Селина, конечно, пытаются представить наши обвинения ложными и требуют показаний еще хотя бы одного свидетеля. Империя делает ставку на то, что такого человека найти в принципе невозможно и…

– И ты решил, что я буду твоим козырем? – мне совсем не нравилось то, к чему он клонит.

– Ты – бывшая послушница храма Элиоры, ты не можешь быть пристрастна, – устало продолжил Рагнар. – Ты видела цепи и оковы с вашими… их символами. Ты сама, своими руками, освободила меня. Да, Рейна, я бы хотел, чтобы ты стала козырем в этой игре.

Я заерзала на стуле. Мысли о том, что Рагнара держали в плену двадцать лет – всю мою жизнь – казались чудовищными. И все же Империя была моим домом.

– Кажется, еще недавно ты утверждала, что зло всегда остается злом, – продолжил он. – Так почему ты колеблешься, когда пришла пора назвать вещи своими именами?

В его фразе все звучало слишком просто и очевидно. Но как я могла ответить, когда на одной чаше весов лежала справедливость, на другой – воспоминания, привычки, люди, которых я любила. Родители, Лия, улицы Акролитии. Мой мир.

К тому же, Лисандер Реон оставался одним из самых влиятельных людей Империи, а Селина – старшей жрицей Богини. Сложно сказать – кто из них был опаснее.

– Рагнар, я не отказываюсь от своих слов, – я нервно теребила рукав рубашки. – Но ты сам говорил, что мне опасно возвращаться в Империю. Фрейя тоже предупреждала, что сила проводника – лакомый кусочек для жриц. Что именно этого они и добивались, удерживая тебя в плену, желая заполучить Лифтраудир.

Уголки губ Рагнара слегка изогнулись:

– Поверить не могу. Мое пламя боится?

Я удивленно моргнула. Что? Как он только что меня называл? Проклятье, внутри непроизвольно разлилось приятное, щемящее тепло. Он снова сумел сбить меня с толку.

– Конечно боюсь, – раздраженно бросила я, не в силах сдержать эмоции. – Только дурак не будет бояться. А ты меня втягиваешь в игру, в которой я не знаю ни игроков, ни правил, ни карт. И при этом требуешь, чтобы я сделала ход вслепую.

Голос мой сорвался, и я замолчала, часто дыша. Я не осознавала, насколько сильно боюсь, пока не произнесла все это вслух.

Рагнар на мгновение замер, улыбка медленно сползла с его лица. Я почувствовала, как наша связь отозвалась слабой, почти утешительной вибрацией, и неожиданно для себя поняла, что он чувствует мое состояние.

– Рейна, ты – мой проводник, – я вскинула голову, ловя его взгляд: в ледяных глазах не было ни намека на ложь. – Если ты упадешь – я поймаю.

Я растерянно провела рукой по волосам. Если задуматься, то, независимо от его намерений и планов, Рагнар всегда оказывался рядом в нужный момент. Это должно было успокаивать. Но вместо облегчения внутри поселилось беспокойство – я была не уверена, могу ли доверять ему настолько, чтобы добровольно прогуляться по краю обрыва.

– Но что если они узнают? – возразила я. – О моей силе? О нашей связи?

– Рейна, они не узнают. Все просто: ты открыла оковы, используя силу Элиоры.

– Но это будет ложь, – пробормотала я, скорее себе, чем ему. – Я не использовала не силу Элиоры. К тому моменту я уже потеряла свой амулет.

– Это будет та правда, которая не поставит тебя под удар. К тому же, при любом раскладе, мы найдем способ защитить тебя на земле драконов. Но тебе стоит быть осторожнее на время, пока в этих стенах присутствует хоть один человек Империи. Я надеюсь, ты держала язык за зубами со своим офицером?

– Он… не мой офицер, – процедила я, едва сдерживая раздражение.

– Правда? – Рагнар встрепенулся. – А кто тогда?

– Он мой… – я замялась, подбирая слова. – близкий человек, Рагнар. И неважно, что между нами произошло.

– О, я заметил, насколько близкий, – лениво протянул он. – Я напомню тебе, что я чувствую каждую вспышку твоих эмоций.

Я едва не задохнулась от негодования. Этот нахал заявился ко мне в комнату посреди ночи, требует выступать на совете против Империи, а теперь еще и имеет наглость комментировать мои отношения с Адрианом?

– Серьезно? Ты что же… ревнуешь? – я сама не ожидала от себя этого вопроса.

Его скулы напряглись, глаза опасно сузились:

– Я – дракон, Рейна. Я не ревную. Я просто не потерплю, чтобы кто-то трогал то, что принадлежит мне.

Я вскочила со стула и возмущенно вскинула голову, с трудом сдерживаясь от желания залепить его драконьей светлости пощечину.

– Скажи это еще хоть раз…

– И что тогда?

– И я напомню тебе, князь, что я тебе не принадлежу. Ни сейчас, ни когда-либо. Я – не игрушка, не вещь, не трофей. Если ты хочешь, чтобы я была твоим проводником, чтобы я пришла, когда ты зовешь, чтобы выступила на совете – соизволь хотя бы попросить по-человечески. Или вы, драконы, этого не умеете?

Напряженная тишина повисла между нами. Я всматривалась в его ледяную синеву глаз, пытаясь уловить хотя бы тень эмоций в нашей связи.

Он молчал с минуту, и я уже почти решила, что сейчас он развернется и уйдет, хлопнув дверью. Но вместо этого мужчина вдруг коротко вздохнул и выпрямился. Его голос прозвучал неожиданно устало и негромко.

– Боги, только ты можешь заставить меня это чувствовать. Рейна…. – он провел рукой по лицу, будто собирая остатки своего самообладания. – По-человечески? Хорошо. Рейна… я прошу тебя. Пожалуйста. Выступи на совете на моей стороне.

Я нервно сглотнула.

– Я согласна. Но у меня есть условие, – я остановилась, скрестив руки на груди.

Рагнар приподнял бровь, давая мне продолжить.

– Письмо. Я хочу, чтобы ты отправил письмо родителям. И моей подруге Лие. Теперь, когда Империя все равно знает, что я жива, продолжать скрывать мое присутствие во Фростхейме бессмысленно. Они имеют право знать.

– Хорошо, – неожиданно легко согласился он. – Все, что ты хочешь.