Почему же именно с Ковалевым приключилась такая беда? Не слишком ли жестоко подшутил г-н Гоголь над этим безобидным чиновником?

«Ковалев был кавказский коллежский асессор», — сообщает о своем герое Гоголь. Коллежский асессор — невеликий чин, но и не мелкий. Первый штаб-офицерский чин, до него еще дослужиться надо! К тому же, он давал право на потомственное дворянство — предел мечтаний для мелкочиновной братии. А Ковалев, по меркам того времени, довольно молод, ему тридцать пять. Где же можно было тогда в государстве Российском быстро «чин зашибить», сделать карьеру, сколотить капитал? Там же, где и сейчас, — в «горячих точках». Для ускоренного чинопроизводства там не требовалось ни университетского диплома, ни дополнительных экзаменов, как это было заведено во всей России. Неспроста Ковалев ощущает себя скорее военным, нежели штатским: «он никогда не называл себя коллежским асессором, но всегда майором»! В Санкт-Петербурге майор Ковалев завел приятные и полезные знакомства, «хлопотал об вице-губернаторском месте, а в случае неудачи — об экзекуторском».

В общем, майор Ковалев был совершенно доволен собою и жизнью.

И вдруг — нос пропал! Останься майор Ковалев без ног, без глаз — это не так потрясло бы несчастного. Без носа, воистину, как без рук! «Мне ходить без носа неприлично, — объясняет Ковалев. — Какой-нибудь торговке, которая продает на Воскресенском мосту очищенные апельсины, можно сидеть без носа…» А ему никак нельзя.

Наконец, изрядно помучив своего героя, автор возвращает ему утраченное достоинство. Но, увы, пережитое потрясение ничему не научило чиновника, ни в чем не изменило его жизнь. «И после того майора Ковалева видели вечно в хорошем юморе, улыбающегося, преследующего решительно всех хорошеньких дам…» Поэтому «Нос» не только смешная, но и грустная история. Притом Гоголь настолько убедителен в мелочах и обстоятельствах, что мы начинаем верить в несбыточное! Да, он водит нас за нос, веселый обманщик Гоголь. Но — честно водит. Он в первой же фразе объявляет:

«Марта 25 числа случилось в Петербурге необыкновенно странное происшествие».

Правда, кто нынче вспомнит, что 25 марта — Благовещенье, когда «птица гнезда не вьет, девица косы не заплетает». День неприсутственный, и, следовательно, не мог Ковалев ходить в газетную экспедицию, чтобы подать объявление о пропаже носа, или являться к частному приставу, дабы заявить о пропаже, а тем более — к обер-полицмейстеру.

Сюжет повести, да и смысл этого причудливого сочинения г-на Гоголя решительно уклонился от реального факта из екатерининских времен. Однако, нос несчастного перса нет-нет да и покажется между строк. Например, чиновник газетной экспедиции отказывает Ковалеву в публикации объявления, но дает ему дельный совет: «Говорят, есть такие люди, которые могут приставить какой угодно нос».

В другом месте говорится: «Потом пронесся слух, что не на Невском проспекте, а в Таврическом саду прогуливается нос майора Ковалева, что будто он давно уже там, что когда еще проживал там Хосрев-Мирза, то очень удивлялся этой странной игре природы». К тому времени уже забылось имя и визит Муртазы Кули-хана, а Хосрев-Мирза совсем недавно посетил Россию. К тому же, последний был близким родственником первого.

Так неразрывно переплелись действительность и вымысел, довольно мрачное событие и гоголевский смех. Однако, смех смехом, а Николай Васильевич создал небывалое фантастическое произведение: в нем есть чудо, а чудотворца нет, как нет и волшебного предмета, с помощью которого возможны чудеса. Открытие Гоголя о том, что действительность сама по себе сверхъестественна, воплотилось позднее в полной мере в произведениях Франца Кафки.

И можно было бы закончить «Дело о пропавшем носе» теми же словами, какими Гоголь окончил свою повесть:

«Кто что ни говори, а подобные происшествия бывают на свете, — редко, но бывают».