Щётъ

Его светлости и разныхъ орденовъ кавалеру Платону Александровичу Зубову.

По приказанию Вашей светлости зделанъ мною находящемуся при свите персидского хана чиновнику искусственный носъ изъ серебра въ нутри вызолоченой съ пружиной биндажемъ, съ наружи подъ натуру крашеной………….200 сер.

Но какъ один искусственный носъ, нося безъ переменно подвержен всякому непредвидимому случаю быть поврежденному, того для персидской хан просить зделать другой съ принадлежащими к оному потребностями, как то штампъ из которого выколачивается носъ, тафты, приправленной гумiями и красочки дабы онъ могъ и будучи въ своемъ отечестве удобно во время надобности их делать.

Другой носъ……………………………………………………100 сер.

два штампа для выколачивания носа…………………..100 сер.

5 аршин тафты приправленной гумiями…………………50 сер.

итого 450

ИМПЕРАТОРСКОЙ академии Художествъ

механик и титулярный советник Осипъ Шишоринъ.

Прочитавши представленный счет, светлейший князь Платон Александрович и развеселился, и растрогался. «Руки у Шишорина золотые, голова светлая, а вот на письме — сущий анекдот, право! Что за каламбур: нос нося безъ переменно подвержен всякому непредвидимому случаю!… Можно вообразить любое приключение с этим носом!.. А между тем и в канцелярской бумажке чувствуется забота мастера об несчастном: дабы он могъ въ своемь отечестве во время надобности их делать… Даже красочки не забыл».

И, не взглянувши на проставленные суммы, Зубов положил счет в папку с прочими важными документами и повез во дворец.

Государыня была не в духе. Доклад разлюбезного Платоши приняла сухо, документы проходили туго. Статс-секретарь Василий Попов тайно делал Зубову страшные глаза: мол, заканчивайте, лучше другим разом.

Тут Зубов, как козырную карту, метнул на стол «Щетъ» Осипа Шишорина. Брови императрицы удивленно приподнялись. «А-а, это!» — вспомнила она. Дойдя до забавного пассажа, Екатерина рассмеялась. Дочитавши до конца, молвила (с неистребимым немецким акцентом):

— Наш русский челофек сертцем работает. Ф том и сила его, и слабость…

И, вздохнувши, императрица принялась торговаться по каждой цифирке (скуповата была), впрочем, и не слишком упорствовала, молвив: «Быть по сему». Дальнейшие бумаги пошли гладко, одна за другой.

Статс-секретарь удалился оформлять распоряжения государыни. И вскоре в Кабинет Е.И.В. ушло распоряжение:

Ее Императорское Величество высочайше повелеть соизволила заплатить изъ Кабинета механику Осипу Шишорину за зделанные им персидскому при Муртазакулихане находящемуся чиновнику два искусственные носа вместо отрезанного ему Агамагометханомъ по приложенному счету четыреста пятьдесят рублей.

Василий Попов.

Апреля 25 дня 1796

С.-Петербургъ