Отец записал сына в лондонский цех мясников. Он хотел, чтобы, сын пошел по дедовским или отцовским стопам. Ну а если торговля ему не по сердцу — пусть станет «учителем духовным».

Раскольник, естественно, не мог получить сана, но мог стать проповедником. Даниель сразу после семинарии действительно проповедовал «истинное благочестие», и потом всю жизнь участвовал в религиозных спорах (а, следовательно, в общественной и политической жизни страны!). Он выступал открыто против католиков, скрыто — против англиканской церкви, а однажды — даже против своих единоверцев (об этом речь впереди). Но, в сущности, он выступал за прекращение распрей между всеми христианами. И в этой примиренческой деятельности молодой проповедник был совершенно одинок!

Он был деятельным по натуре, предпринимательство было у него в крови. Но не в пыльной конторе, не за торговым прилавком видел он себя.

Словом, Даниель не выбрал ни того ни другого. Он ушел в море.

В то время редкий юноша не стремился поднять паруса. И дело тут вовсе не в романтике дальних странствий. За морем каждый пенс превращался в полновесный фунт. Половина богатств Англии приплывала морским путем. Правда, и сами искатели заморских богатств частенько находили вечный покой под волнами. Но какой юнец принимает это обстоятельство в расчет!

И вот Даниель с контрабандным грузом вина отправляется в первое плавание. Он изведал все и сразу: океанские волны, мучительную морскую болезнь, нападение алжирских пиратов, отбитое лишь благодаря появлению английского сторожевого судна. Натерпелся он страху и оттого, что контрабандный груз в трюме мог быть обнаружен. Пришлось вскрыть несколько бочек и хорошенько угостить спасителей, чтобы усыпить их бдительность. В дальнейшем Даниель избегал морских путешествий.

Но с коммерческой точки зрения предприятие было удачным. Даниель посетил Францию, Италию, Испанию и Португалию. Ему предлагали место постоянного торгового агента в Кадиксе, но он отказался. И вернулся в Англию — по суше через всю Европу (пролив Ла-Манш не в счет).