— Помогите! Тону! — захлёбывался в воде Пип. — Я не умею плавать!
Ужас, охвативший маленького мышонка, не давал ему размышлять здраво. НУ откуда в лесу море? Максимум — лужа!
— Успокойся! — пытался вразумить напарника Кишмиш. — Хватайся за мой хвост, я тебя вытащу.
Но даже на краю гибели Пип оставался истинным главным помощником и чётко выполнял приказы шефа.
— Ты! Бульк! Запретил! Бульк-бульк! Трогать тебя за хвост! Буль-буль-буль…
И Пип пошёл ко дну. Наступила темнота…
Когда мышонок открыл глаза, было раннее утро. Солнце только-только поднималось из-за горизонта и ещё не успело прогреть отсыревший за ночь воздух. Пип почему-то лежал прямо на земле, устремив взгляд в небо. Он сильно продрог и стучал зубами от холода.
— Пожалуйста, потише, — рядом сидел Кишмиш и теребил в задумчивости ухо. — Ты мешаешь мне размышлять.
— Разве я не утонул?
— В этой луже? Нет, конечно! Когда ты перестал мельтешить лапами, как мельница, мне стало гораздо проще вытащить тебя на сухое место.
— Спасибо! Но можно было найти место не только сухое, но и тёплое. Мама говорит, что спать на холодной земле вредно! Я могу простудиться!
— Меня волнует другой вопрос, — Кишмиш не обратил на упрёк никакого внимания. — Откуда здесь эта лужа, если дождя не было неделю?
Детектив зачерпнул пригоршню воды, чтобы умыться:
— Тьфу! Она же солёная! Почему она солёная?
Мышонок с трудом поднялся и принялся приседать на озябших ногах, громко комментируя:
Встали-сели!
Сели-встали!
И как цапли побежали!
— Что это, червяк тебя побери? — Кишмиш от удивления прервал свои раздумья.
— Где? — огляделся Пип.
— Что это ты делаешь?
— Это всего лишь зарядка! Я каждое утро после подъёма делаю её с братьями и сёстрами. Я сам её сочинил. Мама говорит, что физические упражнения полезны для здоровья.
И Пип продолжил, взмахивая лапами, словно это были крылья:
Сели-встали!
Встали-сели!
И как страусы взлетели!
— Ну нет же, нет! — закричал Кишмиш. Сегодня его явно всё раздражало.
— Что нет? — опешил Пип.
— Страусы не летают! Ты же сам видел вчера!
— А мама говорит…
— Вот пусть твоя мама и ведёт расследование, раз она лучше меня всё знает!
— То есть ты думаешь, что нам надо посоветоваться с моей мамой? — воодушевился Пип.
— Нет, конечно! Я! Так! Не думаю!
Мышонок обиженно посмотрел на шефа и вдруг разревелся.
— Я… думал… я тебе… помогаю… Я же перо нашёл… И…
— Стой! — Кишмиш издал радостный вопль. Потом подбежал к Пипу и дружелюбно постучал его по плечу. — Спасибо, помощник. Благодаря тебе я, кажется, понял, что это за лужи!
— Да? — Пип тут же перестал плакать.
— Это слёзы! — заявил детектив.
— Целое море слёз?