Правильная реакция — поддержать любое выражение эмоций, ведь это наша потребность.
Многие не хотят реагировать на эмоции своих детей так, как в детстве родители реагировали на их чувства. Но как добиться этого? Как не сорваться? Как помочь ребенку научиться справляться со своими эмоциями? В части II мы рассмотрим фазы осмысления эмоций и узнаем, как они применяются в воспитании.
Эмоциональное воспитание сформировалось как поведенческая дисциплина в 1998 году благодаря исследованиям Джона Готтмана и Джоаны Деклер. В своей книге «Эмоциональный интеллект ребенка»[47] они впервые провели параллель между родительскими методами воспитания и эмоциональным интеллектом, а также рассмотрели тему под новым углом, предположив, что корни детского поведения уходят в эмоции. Они предложили родителям инструментарий, благодаря которому те смогли бы помочь ребенку определить свою эмоцию, принять, что она важна, и пережить ее. Подход Готтмана и Деклер включал пять шагов.
1. Принять детские эмоции.
2. Понять, что выражение эмоций дает возможность сблизиться и чему-то научиться.
3. Выслушать с пониманием и подчеркнуть, что все эмоции важны.
4. Обозначить эмоции словами, которые ребенок поймет.
5. Помочь ребенку решить проблему или проработать разочаровывающую ситуацию.
Вы очень скоро поймете, как сильно повлиял подход Готтмана и Деклер на метод СОЭ. Мы бережно отнеслись к их работе и очень ценим их вклад в исследования детского развития и поведения неотрывно от эмоций.
Ребенок не станет спрашивать: «Есть минутка на то, чтобы прожить со мной тяжелую эмоцию, выслушать и разобраться?» Эмоции всегда спонтанны, их не планируют, поэтому почти всегда они являются… не вовремя. Как спущенное колесо.
«Есть минутка на то, чтобы прожить со мной тяжелую эмоцию, выслушать и разобраться?»
Когда я работала няней, у меня была подруга, няня ребенка такого же возраста, что и мой подопечный. Нам нравилось ходить с детьми к водохранилищу. Однажды в жаркий день дети не спали, и мы договорились о встрече. Моя подруга, Рейна, опоздала и ворчала: у ее машины сдулось колесо. Мы закатали рукава, усадили подопечных в коляски так, чтобы они были на виду, поворчали не дольше минуты и взялись за работу. Рейна достала из багажника ящик с инструментами, и мы вместе поменяли колесо, попутно объясняя детям, что к чему. А потом мы вернулись к нашим планам и прогулялись вокруг водохранилища, наслаждаясь солнышком и пением птиц.
К слову, главное в этой истории — то, что у Рейны в багажнике имелись инструменты. Никто не планирует починку спущенного колеса, сама мысль об этом заставляет нас постоянно возить с собой гарантию того, что мы всегда готовы к этой неприятности. Так и с эмоциями — можно спланировать реакцию на спонтанное событие. Мы не можем предугадать, кто, когда и как столкнется со сложной эмоцией, но способны научиться ожидать такого развития событий. У некоторых детей истерики могут случаться каждый час! Бесполезно притворяться, что эмоциональные всплески — редкость. Это все равно что принципиально не возить с собой запасное колесо и домкрат. Если у вас есть нужный инструментарий и вы готовы его использовать, можно сказать, что вы всегда готовы к шторму, когда бы он ни начался.
Естественно, как родитель вы всегда реагируете на эмоции ребенка. Когда вы представляли себя мамой (или папой), вы вряд ли мечтали о том, что ваше чадо будет протестовать против подгузников, закатывать истерики у вас под ногами, пока вы готовите ему завтрак, выливать сок на пол, тыкать в вас вилкой или психовать, потому что вы посмели попросить его помыть испачканные ягодами ручки. Вы-то, наверное, представляли спокойное утро, совместное, согласованное расписание, как вы будете вместе наслаждаться едой. А в итоге? У вас на руках кроха, которого раздирают эмоции вселенского масштаба. Думаю, учителя и няни тоже сталкивались с такими «воздушными замками»: мы-то мечтали просто играть весь день с милыми детишками.
Мы инстинктивно бежим от сложных эмоций. Мы уже рассказали в предыдущей главе о зеркальных нейронах и о том, как наши нервные системы способны сами отпугнуть детей. Еще раз подчеркнем: эмоциональные всплески обычно спонтанные, незапланированные и неожиданные. Лучше всего готовиться к ним заранее и иметь наготове «ящик с инструментами». Вы же носите с собой сумку с подгузниками? Хотя не знаете, пригодятся ли они, — просто на всякий случай.
В части II мы поговорим о том, как можно совместно осмыслять эмоции ваших малышей.
• Включенность: пауза перед проявлением реакции.
• Осознанность: подключение «дежурного», который проанализирует ваши чувства и мысли, выявит все предрассудки.
• Научные знания: понять, какой урок можно вынести из ситуации.
• Взаимодействие: направить ребенка по всем фазам осмысления эмоций.
Пауза на осознание переключает организм с инстинктивной реакции на обдуманную. Именно так вы лучше поймете свои эмоции и эмоции ребенка. Иногда мы реагируем машинально, нами руководит инстинкт самосохранения. А благодаря осознанности вы поймете, что, даже если мозг и расценивает эмоциональное детское поведение как угрозу, в такие моменты вы получаете уникальное окно для сближения — пусть и в неудобном месте. (Конечно, речь не об опасных ситуациях, когда на вас несется машина или ребенок получил травму: в таких случаях мы не просим вас замедляться, реагируйте как можно быстрее. Именно для опасных ситуаций и нужен инстинкт самосохранения, позвольте ему сделать свое дело. Когда речь идет о жизни и смерти, вы не станете задаваться вопросом: «Хм, стоит ли сейчас брать его на руки?»)
Убедившись, что никто не пострадал и не пострадает, постарайтесь прежде всего вернуться в спокойное состояние, чтобы не усиливать напряжение. Стюарт Шенкер объяснял это так: «Наша лимбическая система будет отражать возбуждение лимбической системы человека, находящегося поблизости, и в позитивном, и в негативном ключе. Поэтому смех всегда заразителен, а если кто-то кричит на нас, мы отвечаем тем же»[48]. Но тут есть и плюсы. Ребенок (или человек любого возраста), с которым вы собираетесь общаться, даже в моменты эмоционального всплеска поймет, что ваша лимбическая система спокойна, и будет открыт к контакту.
Пауза на осознание не обязательно должна быть очень длинной — порой всего тридцать секунд сотворят чудо. Выдохните, успокойте свою лимбическую систему — и сами заметите перемены в общении с ребенком. Расслабьте лицо и тело. Пошагово посмотрим, что можно сделать всего за полминуты.
• Пауза. Дышите. Сначала глубокий вдох, потом долгий, медленный выдох (попробуйте прямо сейчас).
• Убедитесь в безопасности ребенка, а потом попробуйте понять, что вы сами испытываете.
• Проанализируйте свои физиологические реакции, может, даже озвучьте их («Ого, у меня так сердце колотится!»).
• Представьте, что вы ленивец, и делайте все ме-е-е-дле-е-е-нно-о-о! Например, медленно вздохните.
Если вы испробовали эти приемы, но все еще не успокоились, пора переходить к стратегиям совладания. Затемните помещение, потянитесь, попейте воды; подойдет что угодно из того, что мы обсудили в главе 4. Выберите самый эффективный вариант в конкретной ситуации. Научившись осознанности на практике и постоянной заботе о себе, вы сможете подключать при стрессе ту часть мозга, которая способна на критическое мышление, обладает научными знаниями и осознаёт ваши скрытые предрассудки. Если вы не можете подключать ее в нужный момент, знания и осознанность ничего не дадут. Включенность и ответные стратегии борьбы со стрессом — два главных ключика для формирования осознанности.
Мозг осознанного человека способен мыслить логично и наладить контакт с инстинктом выживания. Только когда вы убедитесь, что у руля та часть мозга, которая отвечает за логику, вы сможете начать общаться со своими детьми в эмоциональные моменты и даже чему-то их учить. Вы способны все изменить: и то, как проживаете детские истерики и капризы, и то, как на них реагируете. Вас приятно удивят эти перемены. Только помните: ничто не меняется за день. Однако овчинка стоит выделки.
Итак, мы подключили критическое мышление. Что дальше? Попробуйте вспомнить все, чему уже научились. Можете задать себе наводящие вопросы, чтобы сфокусироваться.
• Что я могу сделать как значимый взрослый?
• Как я буду действовать в напряженной ситуации?
• О каких скрытых предрассудках мне надо помнить?
И вот очередная детская истерика. Попробуйте подключить свои знания и проанализировать ситуацию: «Сейчас подходящий момент, чтобы его чему-то научить, или лучше просто его успокоить?» День был долгий, все устали, а малыш Джона то и дело доставал свою сестренку — отбирал игрушку, дразнил, толкался. Постоянно. Я уже была готова сказать ему: «Оставь сестру в покое хоть на секундочку! Зачем ты к ней пристаешь?» Но вдруг в голове всплыло воспоминание, как Джона тыкал меня вилкой, чтобы пообщаться. Вот оно что. Общение! Нервная система Джоны вышла из-под контроля. Прежде чем задавать ему вопросы и пытаться решить назревающую проблему, надо его успокоить.
«Джона, давай поиграем: кто быстрее до забора и обратно? Спорим, ты проиграешь? Готов? На старт, внимание, марш!» Я стартую, Джона легко меня обгоняет и уже бежит обратно с улыбкой на лице: «Я победил!» «Конечно! Вон какой ты быстрый! Давай еще раз? Только теперь до дерева! На старт, внимание, марш!» После парочки забегов наперегонки я сдалась и предложила ему побегать на время. «Как думаешь, сколько секунд у тебя уйдет на то, чтобы пять раз прыгнуть как кенгуру, сделать кувырок, а потом залезть на гамак?» Джона подвигался, пообщался со мной и был готов поговорить о том, как лучше общаться с сестрой и предлагать ей играть, уважая ее границы. Сначала мы ребенка успокаиваем (подвигался и пообщался), а потом начинаем работать над социальными навыками.
Помните методику «Треугольник роста», которую мы обсуждали в главе 3? Мы уже знаем: когда человек напряжен или в стрессе, он не способен усваивать новую информацию, у него нет полного доступа ко всем своим навыкам, так что нет смысла пытаться чему-то его обучить в таком состоянии. В спокойном состоянии дети могут осмыслить некоторые свои эмоции, но не в тяжелой ситуации.
Страдающий малыш не открыт к осознанности и даже сложному общению, ему нужно помочь взять себя в руки и успокоиться. Вот примеры некоторых критичных состояний: рыдания до рвоты или колик в животе, неконтролируемые всхлипывания, полное отгораживание от взрослого, замкнутость в себе, беготня, топтание на месте. Нервная система может терять контроль, но это не всегда стихийное бедствие. Если ребенок демонстративно не слушает вас, делает что-то смеха ради, не может усидеть на месте, плачет, прыгает от стенки к стенке, уходит в себя или перестает отвечать — значит, он утратил над собой контроль.
Когда вы замечаете у детей подобное поведение, знайте: они не готовы учиться новым социальным навыкам. В такие моменты помогите ему успокоиться, направьте его — и тогда сможете научить его успокаиваться и быть осознанным. Это своеобразная практика эмоционального контроля. Мы называем такие моменты минутами спокойствия, ведь в это время мы помогаем ребенку взять свою нервную систему под контроль, распознать ее сигналы, чтобы в дальнейшем они стали своего рода предупреждениями о тревоге. Важно, чтобы он запомнил, когда чувствует себя в безопасности и спокоен.
Самое сложное — заметить момент, когда малыш уже успокаивается. Ведь «плохое» и «сложное» поведение — обычно признаки обратного. Не стоит слушать ту часть себя, которая говорит, что успокаивать его в такой момент — значит потакать ему. Если вы не одни, рядом есть другие дети и взрослые, у вас наверняка появится желание сказать, например: «Нельзя драться!» Но для него это просто слова. Скорее всего, ваш порыв будет связан с желанием показать окружающим, что вы вообще-то против драк. Но все и так это понимают. Лучше попробуйте сосредоточиться на том, чтобы успокоить чадо. Что для этого можно сделать?
• Привлечь ребенка к совместной физической активности (например, побегать, как мы с Джоной).
• Опуститься на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне, и сказать: «У меня сердце так быстро бьется!» [Приложите ладонь к груди и понаблюдайте за своим сердцебиением.] «Мне нужно подышать, чтобы его успокоить». [Сделайте медленный вдох и выдох.] Если у вас близкие отношения, спросите ребенка, можно ли вам послушать его сердечко.
• Опуститься на корточки, чтобы быть с ребенком на одном уровне, и спросить: «Хочешь, расскажу тебе историю про девочку Максин?» Если ребенок согласен, расскажите ему простую прибаутку, параллельно мягко массируя ту часть тела, которую называете: «Жила-была девочка по имени Максин. У нее были две руки, плечи и предплечья. [Повторите с каждой стороны.] Еще у нее были две ладошки, на левой — пять пальчиков. Один, два, три, четыре, пять». И так далее.
• Сказать: «Кажется, пора нам взять паузу. Поможешь мне поднять вот эту тяжелую коробку? Мне кажется, вдвоем у нас все получится». [Попробуйте поднять коробку и притворитесь, что вам очень тяжело. Скорее всего, ребенок раскроет вашу уловку, но такая форма игры покажет его нервной системе, что он в безопасности.]
Работу с социальными навыками мы начнем чуть позже, в главе 7, главе 8 и главе 9.
Мы машинально успокаиваем малышей, поскольку знаем: они во всем от нас зависят. Но не каждый готов успокаивать ребенка постарше. У нас часто складывается впечатление, что если чадо обрело начальные навыки самоконтроля, то уже может успокаиваться самостоятельно в любой момент. Но с чего мы взяли, что, как только человек перестает быть младенцем, он тут же начинает понимать, как пережить сложные эмоции и брать себя в руки?
Социальные установки — мнения людей, которые мы слышали в детстве и слышим сейчас, — играют важную роль в формировании личности. Однако многие из них основаны на устаревших данных. Закоснелые принципы проявляются в скрытых предрассудках и проходятся по всем нашим привычкам, собираясь в снежный ком, который также называют лестницей умозаключений. На первой ступеньке мы воспринимаем часть происходящего, например: «Мой ребенок валяется на полу магазина в истерике». На второй ступени подключается вторичная информация, но далеко не полная картина. Например: «Все на нас смотрят, стыд-то какой», но не «Никто на нас не смотрит, все продолжают заниматься своими делами». Заметьте: всего одна ступенька — и мы уже делаем выводы, основанные на домыслах, а не на фактах. Домыслы зиждятся на социальных установках, вбитых нам в голову с раннего возраста: «Дети должны вести себя так, чтобы их ни слышно, ни видно не было», «Истерики надо пресекать на корню», «Дети, которые плачут на людях, просто не умеют себя вести», «Только у плохого родителя ребенок будет себя так вести на людях! Представьте, что у них дома творится». Когда в голове копошатся подобные мысли и вы уверены, что так думают все, кто обратил на вашего ребенка внимание, разумеется, первой вашей реакцией будет как можно скорее купировать истерику. Так вы делаете еще один шажок по лестнице к «Нужно, чтобы он угомонился, тогда окружающие поймут, что он все-таки хороший ребенок, а я — хорошая мама / хороший папа». Эта мотивация повлияет на ваши дальнейшие действия.
Представим, что на второй ступени вы сфокусируетесь на другой информации, например: «У меня сердце стучит очень быстро, ребенок сжался, мышцы напряжены, глаза закрыты». Следующей ступенью будут выводы, основанные на фактической информации: «Моя нервная система напряжена, а ребенок уже совершенно не контролирует свое тело». Тогда и ваши действия будут другими: «Сейчас воспитывать бесполезно, надо успокаивать». Вы поймете, что сначала надо выдохнуть и решить, какие стратегии подойдут в текущий момент, чтобы вы успокоились и смогли помочь ребенку[49].
Вместо того чтобы… Требовать: «Не бегай!» или «С братом надо делиться!»
Попробуйте… Сначала взять себя в руки. Если эмоция ребенка — это просьба отреагировать на потребность, например сменить подгузник, у вас есть право решить, правильнее ли сначала успокоить его или быстро реагировать и параллельно успокаивать
Вместо того чтобы… Позволять ребенку причинять вред себе и окружающим
Попробуйте… Обеспечить защиту.
• Уберите все опасные предметы.
• Ставьте перегородки в местах, которые могут быть опасны.
• Смените обстановку на более спокойную или попросите окружающих оставить вас одних.
• Используйте язык тела, чтобы ребенок понял, что с вами безопасно.
• Сядьте, нагнитесь, опуститесь на корточки так, чтобы ваши глаза были на одном уровне с глазами ребенка или ниже.
• Расслабьте мышцы лица.
• Не скрещивайте руки на груди, оставайтесь открытыми.
• Говорите медленнее, реже прибегайте к вербальному общению.
• Не давайте причинить себе физический вред, но продолжайте демонстрировать, что вы не представляете угрозу
Вместо того чтобы… Обучать новым стратегиям совладания
Попробуйте… Сосредоточьтесь на эмоциях и общении
В главе 3 мы обсуждали, что, когда вами руководит миндалевидное тело, доступ ко всем вашим навыкам и знаниям перекрывается. И не только младенцы, но и малыши постарше, и даже те, которые уже ходят в садик и школу, заслуживают вашего полного внимания при осмыслении сложных эмоций. Некоторым детям помощь нужна каждое мгновение! Держать себя в руках дети лучше всего учатся, когда вы вместе с ними успокаиваетесь и показываете, как это делать.
Как только вы поймете, что ваш ребенок не в критическом состоянии или уже вышел из него и просто выражает сложную эмоцию, можете начинать направлять его по всем фазам осмысления эмоций.
Эмоции — это подача, а ваша задача — каждый раз отбивать ее так, чтобы у ребенка формировался надежный тип привязанности. Вы можете играть в этом взаимодействии разные роли, например:
• свидетеля;
• зеркала;
• усилителя;
• инструментария.
Современные взрослые чаще понимают, что все эмоции важны. За это спасибо Фреду Роджерсу[50]. Хорошее начало, но помните, что о человеке судят не по его словам, а по делам. Если вы говорите ребенку, что принимаете любые его эмоции, а сами пытаетесь побыстрее от них отделаться, ощущаете дискомфорт, то он услышит вот что: «Некоторые эмоции важны и допустимы, а некоторые нет» и «Комфорт мамы (или папы) важнее, чем мои чувства».
Чтобы создать для ребенка обстановку, в которой принято выражать эмоции, а не подавлять их, можно использовать фазы осмысления. Они помогут ребенку прожить эмоциональный всплеск и усвоить, что чувствовать — это нормально; что, даже когда им сложно, родители их любят и есть способы справляться с тяжелыми чувствами. Дети могут понять, как экологично вести конфликт и терпеливо решать проблемы. Если вы им поможете, то у них появится копилка стратегий совладания, что бы жизнь им ни преподнесла.
Первые четыре ступени направлены на урегулирование нервной системы, чтобы та могла усвоить: мы в безопасности. На этих фазах ребенок практикует сенсорное и эмоциональное урегулирование, которое участвует в развитии языковых навыков и навыков общения. Мы знаем, что вам не терпится перепрыгнуть на пятую фазу — решить проблему и идти дальше, устранить конфликт. Это можно понять. Сложно быть рядом с тем, кому очень тяжело. Примите ваше нетерпение как факт и отпустите его. Ведь для вас такие моменты — это тоже отличный шанс потренировать осознанность и контроль.
Фаза 1. Принятие эмоции
Вроде бы звучит очень просто, верно? Примите свои эмоции. На самом деле это порой сложная задача. Очень часто нам трудно с ребенком, который бурно выражает грусть или раздражение, и первый порыв всегда — отвлечь, желательно еще до того, как эмоция выйдет наружу. Нам страшно, что мы или ребенок не справимся с чувствами.
Лучше всего объяснить эту фазу от противного: того, чем она точно не является. Когда у нас нет необходимых навыков, чтобы принять эмоцию, мы пытаемся отвлечь или отгородиться. Если ребенок нервничает и стесняется своих эмоций в присутствии взрослого (испытывает вину, стыд или тревогу), то он попытается их подавить и спрятать. Основные задачи на этой фазе ложатся на наши плечи, ведь именно взрослым нужно научиться позволять ребенку выражать все эмоции. Практикуя включенность, мы начинали с дыхания и сердцебиения. Тогда вы осознаёте, что испытываете в момент детских истерик вы сами. Узнали все свои эмоции? Выдохните. Не подавляйте эмоции ребенка. Старайтесь не приучать его к поверхностной реакции и притворству. Помните, слезы — это нормально и естественно.
Конечно, у всего есть предел. Вот, например, Амайя. Она испытывала в школе очень много сложных эмоций, особенно на переменках, даже дралась, пиналась и кусала одноклассников. Однажды я заглянула в ее группу за завтраком и увидела, с чего все начинается. Амайя пыталась открыть свой контейнер с едой, но вдруг решила бросить крышку на стол, а емкость запустить в воздух. «Я же сказала маме не класть этот дурацкий батончик!» К ней быстро подошла воспитательница и начала решать проблему. «Выбери что-нибудь еще, тут же не только злаковый батончик, посмотри». Я чувствовала, как в этой воспитательнице закипает страх перед эмоциями Амайи, ведь она знала, что будет дальше.
Когда я подошла помочь, выражение лица коллеги было красноречивым. «Ты ведь просила маму не класть этот батончик, а она все равно положила! Бесит! Я понимаю!» — я постаралась быть эмпатичной. Конечно, если бы такое случилось со мной, я бы вряд ли так расстроилась, но все мы знаем, как тяжело бороться с собственной злостью. Амайя снова схватила свой контейнер, а я постаралась взять ее за руки. «Я вижу, что ты злишься, — сказала я, — давай я побуду с тобой, чтобы ты кого-то не обидела ненароком?» Так я дала девочке возможность прожить эмоции, но обеспечила безопасность ей и ее друзьям.
Дайте сложным эмоциям немного места
Чтобы научить малышей осмыслять эмоции, нужно найти для этих чувств немного места и времени.
• Принимайте детские чувства, не пытаясь решить проблему, которая их вызвала.
• Дайте детям на эмоции столько времени, сколько нужно им, а не столько, сколько есть у вас.
• Убедитесь, что они в безопасности, но не наказывайте за потерю контроля.
• Внимательно выслушайте ребенка, а не предлагайте свой вариант.
• Держите себя в руках, подавайте правильный пример того, как надо успокаиваться.
Возможно, ребенок испытывает целый спектр эмоций сразу. Может, он голодный, устал или перенапряжен? Или надо сменить подгузник? А точно ли это истерика — может, ему хочется общения? Вы же и за собой замечали, что от голода становитесь язвительнее и грубее? Некоторые люди легко перенапрягаются или нетерпеливы.
Посмотрите на «Треугольник роста», и вы поймете, что все логично: в его основе сенсорная регуляция. Когда мы не потакаем своим сенсорным желаниям и разряжаем батарейку, в игру вступают эмоции. В первой фазе осмысления постарайтесь сначала понять, не нужна ли вашему ребенку сенсорная подзарядка.
Когда он будет готов лечь спать? А есть? Когда в последний раз он был в туалете? Когда вы в последний раз двигались? А когда в последний раз замедлялись? Когда вы общались без техники и телевизора?
Не обязательно отвечать на все эти вопросы, но если вы поймете, что именно происходит с организмом ребенка, то решать вопрос будет значительно проще.
Фаза 2. Узнавание эмоции
Когда кто-то понимает масштаб бушующих в нас эмоций, мы чувствуем ценнейшую связь с этим человеком: «Ура, меня понимают!» Иногда этого ребенку уже достаточно. Когда он не может держать себя в руках, ваше понимание помогает ему успокоиться. Потребность в понимании и общении сама может стать причиной потери регуляции, если ее не удовлетворять. Иногда в этой фазе дети настолько успокаиваются, что сразу же готовы перейти к пятой, заключительной фазе. Но помните: главное на второй фазе — не найти правильные слова, а постараться понять, что испытывает ребенок.
Представим, что вы плачете над разбитой вазой. Кто-то подходит и говорит: «Вижу, что тебе грустно». А если он скажет: «Ой-ой, это же любимая ваза твоей мамы! Уже не склеить? Какой кошмар»? Второй пример — это эмпатия.
Я подержала Амайю за ручки и сказала: «Ты ведь просила маму не класть этот батончик, а она все равно положила! Злит, я понимаю!» — тем самым запуская вторую фазу осмысления. Это момент понимания: «Я знаю, что ты чувствуешь, и понимаю почему». Амайя в ответ закричала: «Да! Я ей говорила, что он невкусный и крошится, а она все равно его мне сует! И что? Он весь раскрошился и уже точно невкусный!» Она смотрела мне прямо в глаза и искала понимания. Да, она все еще кричала и не могла взять себя в руки, но связь уже создавалась.
«Ты даже ей все объяснила, а она его тебе положила? Я тебя понимаю, это так обидно». Моя цель — не оценивать, насколько оправданна злость девочки. Я не могу просто сказать: «Раскрошенный батончик на вкус точно такой же, как целый». Еще ни разу за всю историю эмоций в жизни человека попытки обесценить чувства никого не успокаивали. В тот момент не было смысла объяснять Амайе, что нельзя бросать контейнеры и размахивать ими. Рано думать, как уговорить ее так не делать. Ее логика и критически мыслящий мозг отключены. Значит, продолжаем успокаивать.
Подробнее об узнавании эмоций
Младенцы
Обучаем связке «символ — эмоция»
• Задайте вопрос, например: «Грустишь, что папа ушел?» или «Злишься, что приходится так долго ждать?» Потом подчеркните, что цените все детские эмоции. «Грустно расставаться, да?» или «Когда голодный, терпение всегда куда-то улетучивается».
• Приготовьте карточку с названием эмоции. Покажите ее ребенку и скажите то, что объединяет их состояние и указанную эмоцию, например: «Я вижу у тебя слезки. И лицо грустное» или «У тебя злой голос».
• Используйте жесты с фразами, объединяющими наблюдение о состоянии с эмоцией.
Узнавание у младенцев
Младенцы не могут подтвердить, что все понимают, пока не научатся говорить хотя бы «нет» и «да». Поэтому, помимо прочего, именно язык тела и взгляд в глаза будут главными признаками установления связи. Учитывая, как долго младенцы все осмысляют, важно уже с этого возраста начать прививать узнавание символов, описывающих или обозначающих эмоции.
Малыши
Обучаем связке «символ — эмоция»
Дети, которые еще в младенческом возрасте усвоили связку «символ — эмоция», будут быстрее учиться описывать, что они чувствуют. Для них обучение таким символам выглядит точно так же, как и для младенцев (см. выше). Однако их реакции будут меняться с развитием моторных, когнитивных и языковых навыков.
Узнавание у малышей
У некоторых малышей узнавание может сопровождаться целым спектром выразительных средств, другие реагируют малозаметно, третьи словами (и порой громко) описывают свои чувства. А может, ваш ребенок будет выдавать что-то среднее.
Дошкольники
Обучаем связке «символ — эмоция»
В этом возрасте к карточке и приведенным выше фразам могут добавляться новые вербальные конструкции, например: «Тяжелое чувство» или «Я бы тоже злился на твоем месте».
Узнавание у дошкольников
Ребенок дошкольного возраста уже способен кивком подтвердить, что понимает вас, сказать «нет» или «да», когда вы предлагаете ему новую связку «символ — эмоция». Он может взять карточку в руки сам и рассмотреть картинку (при отсутствии узнавания карточки отшвыривают, от них отворачиваются или мнут). Если ребенок до этого дергался, бегал, был напряжен или кричал, то признаком узнавания будут замедление, пауза.
Эта фаза включает две задачи для взрослого: наблюдать и показывать. Нужно подмечать, связывает ли ребенок символ с эмоцией, есть ли реакция «Ой, меня, кажется, слушают и слышат! А еще понимают!». Ребенок любого возраста (и даже взрослый) может путаться в символах и не подобрать нужные слова для описания эмоций. Особенно если раньше никто ему такого не предлагал. Ответная реакция, которую мы ждем, может выглядеть так:
• смотрит в глаза;
• наклоняется к вам;
• расслабляет напряженные мышцы;
• тянет к вам руки;
• кивает;
• вербально подтверждает.
Учтите: характер вербального подтверждения может указать вам на эмоцию, которую ребенок пытается выразить. Например, громкий голос часто указывает на злость.
Список, конечно, далеко не полный. Вы и сами заметите, что у детей в разных культурных и возрастных группах наблюдаются различные реакции в присутствии разных взрослых.
Вторая ваша задача — показать своей реакцией, что вы понимаете и цените чувства ребенка. Для этого нужны вербальные средства: ведь наше общество построено на устном и письменном общении. Слова — самые простой и общий символ, который доступен каждому родителю и педагогу. Картинки — тоже хороший и понятный инструмент, сейчас многие дети осваивают эмоции по ним на сеансах с психотерапевтами. Подобные карточки особенно необходимы детям, у которых есть проблемы с общением, определением последовательных связей и планированием.
Многие спрашивают нас: «А что, если мы дадим эмоции неверное название?» Обратитесь к теории конструированных эмоций, которую мы обсудили в главе 3, и попробуйте вместе создать свои определения для чувств в семье. Вы взрослый, у вас по определению гораздо больше опыта в назывании эмоций; вы можете даже интерпретировать их выражение в рамках культурного контекста. Не бойтесь предлагать детям свои знания: это то же самое, что рассказывать им, как лучше питаться или выполнять то или иное задание.
Нет стопроцентно надежного способа понять, что чувствует другой человек. Когда вы предлагаете ребенку слово для называния эмоции, которую испытывает он, вы играете в угадайку. Но можно выбрать формулировку вопроса так, чтобы вероятность попадания возросла. Сначала проанализируйте объективную информацию, а потом объедините ее со своей догадкой. Например, так.
• «Я вижу слезки. Тебе что, грустно?»
• «Он плачет. Когда мне грустно, я тоже плачу».
• «У тебя напряжены мышцы, ты повысил голос. Мне кажется, или ты злишься? Я права?»
• «Мне кажется, ты волнуешься, что она отберет у тебя игрушку. Давай я положу ее на полку, чтобы никто ее не тронул, а мы пока поговорим?»
Если с вашей помощью ребенок тут же успокаивается, можно уточнить, правильно ли вы поняли его чувства. Но постарайтесь все же задавать расстроенному собеседнику как можно меньше вопросов. Мозг сильно взволнованного человека и так перегружен осмыслением эмоций, не стоит взваливать на него еще и анализ ваших вопросов. Если вы замечаете, что часто сомневаетесь, правильно ли распознаёте чужие эмоции, сосредоточьтесь на собственной включенности и осознанности, чтобы лучше понять свой эмоциональный опыт и восприятие связок «эмоция — символ».
Некоторым детям нелегко перейти ко второй фазе. Возможно, вы заметите, что, как только вы упоминаете эмоцию, они закипают быстрее. Тогда будет полезнее обезличить ее, убрав самого ребенка из уравнения. Например, вместо: «У тебя грустный голос» — скажите: «Грустно расставаться с папой, я понимаю». Помните: единственный верный подход — личностный. Выясните, что подходит именно вашему ребенку.
Фаза 3. Выработка способности чувствовать себя в безопасности, даже испытывая целый спектр эмоций
Эта фаза начинается, когда вы понимаете, что наблюдали у ребенка широкий спектр эмоций, ни одна из которых не пугала его до истерики. Подходя к третьей фазе, вы также должны уже замечать у ребенка признаки узнавания эмоций по словам, символам или картинкам.
По нашему мнению, детям важно понимать, что любая эмоция не вечна. Когда какое-то чувство нас пугает, мы часто инстинктивно пытаемся от него убежать, лишь бы оно не прилипло к нам навсегда. Принятие эмоций приходит после осознания того, что так мы будем чувствовать себя не всегда, поэтому нет ничего страшного в этой эмоции прямо сейчас. Детям я обычно рассказываю об этом, используя образ облаков и туч. «Да, сейчас в небе проплывает серая дождевая тучка, но она убежит и появится новая». Смысл в том, чтобы показать им, что каждая эмоция — это лишь одна из многих, с которыми им еще предстоит столкнуться. Неважно, нравится ли нам конкретное чувство; мы знаем, что оно с нами не навсегда.
Картинки порой очень полезны. Показывая ребенку карточки с персонажами из книги, которые тоже что-то чувствуют, или просто смайлики, мы им напоминаем, что у людей бывают самые разные эмоции: «Тебе страшно? Ты волнуешься? Ты разочарован?» Подберите картинку / слово, которые ребенку ближе и понятнее всего. Покажите ему карточку со словами «спокойствие» и «безопасность» или картинку, смайлик, пусть даже отрисованные от руки, которые с ними ассоциируются, а потом спросите, как вернуть его в такое состояние. Так ребенок поймет, что эмоций много, и ему будет легче ужиться с той, что охватила его в данный момент. Да, карточки не всегда будут под рукой, но вы и без них прекрасно справитесь. Это дополнительный инструмент, визуальное сопровождение, а не необходимая механизму шестеренка.
Есть еще один рабочий способ осмыслить с ребенком сложную эмоцию: попробуйте поделиться с ним историей из жизни, когда вы столкнулись с таким же чувством и смогли его прожить. Ключевое слово — «прожить». Не рассказывайте детям историй с грустным или плохим концом. Ученикам всегда больше всего нравилась история из тех времен, когда мне было четыре года. «Няня повела меня на прогулку до магазина с мороженым. Там я выбрала свое любимое — шоколадное! Я была так рада. Не успела я и разочек его лизнуть, как оно выпало из рожка на землю. Я, конечно, расстроилась. По-моему, даже расплакалась. Няня обняла меня и поделилась со мной своим мятным мороженым. Я такого еще ни разу не пробовала и даже немного разнервничалась. Я лизнула его, и мне очень понравилось! Потом еще очень долго мятное мороженое было моим любимым!» Ребенку понятнее всего будут воспоминания из детства, но и опыт взрослого тоже подойдет. Если в голову не приходит много примеров, повторяйтесь: дети иногда сами будут просить вас снова рассказать особо понравившуюся историю. Можете обращаться к примерам из книг, которые вы вместе читали. Если взрослый сам не боится привязаться к эмоции и может уверенно поддержать ребенка с таким страхом, они оба будут чувствовать себя комфортнее при любой эмоции, даже самой сильной. Мы можем играть, учиться и знакомиться и параллельно развивать способность хорошо различать эмоции, даже самые сложные. Но для этого нужно избавиться от страха, развивая включенность, осознанность и социальные навыки.
«Я помогу тебе успокоиться, когда ты будешь готова…» — сказала я Амайе. Я использовала слово с корнем «покой», чтобы напомнить девочке — есть и другие эмоции, злость с ней не навсегда. Для Амайи актуальной оказалась и фраза «Когда ты будешь готова решить проблему», чтобы она точно знала, что решать вопрос мы будем вместе. Я пыталась направить ее к спокойствию с помощью символов, прежде чем подбирать рациональное решение.
Если вам становится плохо от конкретной эмоции, вы можете заметить, что и с ребенком, который ее испытывает, вам сложно. Например, если страх порождает в вас тревогу, что вы застрянете в этом состоянии, то, возможно, вы будете подавлять страх и в вашем ребенке. Для начала научитесь узнавать в себе такие эмоции и не пытаться от них убегать. Принятие — первый шаг в создании новой привычки. Попрактикуйтесь и скажите себе: «Эмоции — это не проблема, которую нужно решать. Эмоции безвредны».
Подробнее о формировании эмоциональной безопасности
Младенцы
Младенцам эмоциональную безопасность обеспечивает надежная привязанность. Ребенок успокаивается, когда видит отдачу от родителя. Часто младенец тянется / ползет к нему, когда замечает незнакомцев. Это признак того, что его эмоции находятся на стадии совместного осмысления, а чувство безопасности ассоциируется с родителем.
Малыши
У малышей эмоциональная безопасность тоже связана с надежной привязанностью. Немногие из них уже способны осмыслять чувства без участия взрослых. Яркий пример: ребенок грустит (может, чуть-чуть поплачет), прощаясь с родителями утром в саду. Может, он постоит у двери, но недолго, и пойдет играть с друзьями. Некоторые дети со сформированной эмоциональной безопасностью не впадают в истерику (хотя, возможно, плачут), когда мама передает их в руки воспитателя.
Дошкольники
У детей дошкольного возраста легче всего проверить наличие эмоциональной безопасности с помощью карточек, символов и наводящих вопросов. Спросите, например, почему персонаж на картинке так себя чувствует. Логичный ответ — признак сформированной эмоциональной безопасности. Значит, ребенок понимает, как контекст влияет на эмоции. Для этого нам необходим навык прогнозирования — один из семи самых полезных навыков, которым можно обучить ребенка, по версии Эллен Галински[51].
Фаза 4. Подбор стратегии совладания
Амайя все повторяла: «Я просила ее не класть!» И я старалась соглашаться: «Хотелось бы, чтобы мама не давала тебе эти батончики с собой! Этот ведь тоже сломался, тебе будет невкусно! Я вижу, что твои плечи напряжены, ты сжала кулачки и говоришь громко. Я слышу, как ты злишься. И я тебя прекрасно понимаю». Мы пока старались успокоиться.
Но пора переходить к фазе 4: стратегиям работы со стрессом. «Давай попрыгаем? Десять раз до самого неба! Готова? На счет три!» Мы попрыгали вместе. После этого Амайя уже не кричала и начала расслабляться, но я видела, что плечи все еще были приподняты, а челюсти сжаты. «Не хочешь обняться, прежде чем мы с тобой начнем обсуждать, как решить твою проблему?» Она прижалась ко мне, и мы постояли обнявшись, пока я не услышала тот самый выдох. Наконец она расслабилась.
Помните разговор о механизмах и стратегиях совладания в главе 4? Механизмы временно притупляют возбуждение нервной системы, они включаются автоматически, если у нас в арсенале нет никаких стратегий. Тяжелые эмоции сложны и неприятны, поэтому желание побыстрее от них избавиться вполне естественно. Механизмы борьбы со стрессом вырабатывают у нас дофамин, подключая мозговой центр «наград». Да, приходит временное облегчение, но это все равно что тыкать кнопку повтора, когда звонит будильник: вам легче в данный момент, но нервная система не вернулась в состояние покоя и не может позволить вам полностью осмыслить эмоциональное событие или адекватно реагировать на конфликт.
Стратегии помогают организму замедлить или остановить выработку адреналина, попутно запуская окситоцин и серотонин, которые могут успокаивать нервную систему на более продолжительное время. Ребенок, который использует стратегии, осмысляет каждую эмоцию, а не заталкивает ее поглубже. Еще до того, как перейти к четвертой фазе, у ребенка могут сформироваться механизмы — привязанность к соске, одеялку или мишке, привычка отвлекаться на экран, игрушки или еду. Ничего страшного. Жестоко заставлять ребенка отказываться от привычных механизмов, пока у него не сформируется эмоциональная безопасность. Изучите список механизмов и стратегий ниже.
Вы убедитесь, что для освоения некоторых стратегий нужны социальные навыки: обсудить свои чувства, поиграть с любимым другом, обняться с кем-нибудь. Не каждому ребенку подойдут перечисленные стратегии. Помогите ребенку собрать свою копилочку работающих стратегий — просто подмечайте, что помогает ему перезарядиться. Может, активные игры и прыжки? Тогда попробуйте десять раз прыгнуть или пробежаться до двери и обратно. Нравится висеть вниз головой или качаться на качелях? Отлично, усадите его на вращающийся стул или дайте повисеть вниз головой у вас на руках. Дети осваивают самостоятельные стратегии борьбы со стрессом через те, что вы им покажете.
Механизмы
Притупляют чувства, заталкивают их поглубже, действуют быстро, но временно
• Отвлечься на игрушку
• Смеяться или хихикать, когда кто-то поблизости испытывает сложные эмоции
• Обижать других, чтобы ощутить власть и контроль
• Использовать соску, чтобы ребенок перестал плакать (или выражать какую-то другую эмоцию)
• Заедать стресс
• Пытаться решить проблему
• Предлагать ребенку игрушку или любимое одеяло, не пытаясь вместе осмыслить эмоции
Стратегии
Помогают осмыслять эмоции, переключиться с инстинкта самосохранения на рациональное мышление
• Рисовать / раскрашивать
• Выполнять дыхательные упражнения
• Двигаться, выполнять физические упражнения
• Спокойно играть с игрушкой, которая развивает мелкую моторику
• Записывать мысли или список того, за что вы сегодня благодарны
• Слушать музыку
• Читать книгу
• Обниматься
Отказываться от всех привычных механизмов не нужно. Они порой очень полезны. Существуют исследования, которые доказали, что у нейроотличных людей, например с СДВГ, отмечается недостаток дофамина[52]. В таком случае быстрая выработка этого нейромедиатора после действия механизмов сможет помочь им добраться до освоения стратегий. Например, иногда такого ребенка можно отвлечь от эмоций, покорчив рожи и посмеявшись, и потом перейти к стратегии (залезть на качели или прыгнуть в подушки). Главное — использовать механизмы так, чтобы они сочетались и дополняли стратегию, плавно перетекая из одного в другое: например, после мультфильмов предложить раскраску или подвижную игру.
Важно помнить: борьба со стрессом и напряжением нужна нам не для того, чтобы сбежать от эмоций. Описанные выше стратегии помогают наладить связь между телом и мозгом и подтолкнуть к осмыслению эмоций. Для этого вам сначала нужно научиться проживать и принимать все свои чувства. Стратегии помогают вам находиться в эмоции, но не дать ей поглотить вас полностью. Она не уходит, когда тело начинает чувствовать себя спокойно и безопасно. Если вами руководит разум, это не значит, что вы отказались от чувств. В копилку стратегий совладания входят приемы, для которых необходим второй человек, например разговор с другом. Но есть и стратегии, которые доступны вам и когда вы одни: прогуляться или выполнить дыхательные упражнения. Важно донести это до ребенка, чтобы он был уверен: он справится, даже когда вас нет рядом.
Мы учимся брать себя в руки, если кто-то нам показал, как это делать. Начните предлагать ребенку стратегии, которые включают вас — родителя или педагога, которому он безоговорочно доверяет. Чтобы наладить такую связь, предлагайте свое участие, если видите, что ему нужна помощь. Например: «Мама уехала на работу. А ты так хотела, чтобы она осталась. Хочешь, пообнимаемся, может, тебе будет не так грустно?» или «Лазил по горке и упал? У тебя такой испуганный голос! Как думаешь, твой любимый мишка убедит тебя, что ты в безопасности?»
Что делать с детьми, которых злят все ваши предложения? На наш форум как-то поступил вопрос: «Когда я начинаю проходить с дочкой по всем фазам осмысления эмоций, она кричит: “Не хочу успокаиваться! Не буду!” Что делать в таком случае?» Иногда хочется быстро пробежать по фазам, поскорее решить проблему и забыть о детских истериках навсегда. Однако осмысление — задача небыстрая. Иногда детям нужно время на привыкание к эмоции, с которой они пока не могут легко распрощаться. Если вы вместе приступили к осмыслению эмоции и поиску спокойствия, но вдруг заметили, что ребенок ушел в себя, сделайте паузу, дайте ему время и возможность полностью выразить все эмоции, прежде чем предлагать стратегию совладания. Музыкант Том Петти как-то отлично прокомментировал эту тему: «Самое сложное — ждать». Это отдельная фаза. Подходящие слова в такой момент, например: «Я готова помочь, если тебе это нужно», «Я с тобой. Я тебя люблю», «Эмоции — это не опасно. Не бойся их проявлять». Со временем ребенок станет меньше противиться стратегиям, а вскоре и адаптируется к ним.
Фаза 5. Выход: решить проблему или отпустить ситуацию
Фух! Ребенок успокоился, его разум включился, он готов к конструктивному диалогу: решать вопросы или отпустить их. Мы дошли до момента, когда наконец-то можем его чему-то научить. Мы стремимся решить возникшую проблему или отпустить ее, потому что она маловажная. Кроме того, ваша задача — определить, каких навыков не хватает ребенку и какие из них можно начать осваивать при следующей совместной попытке осмыслить эмоции. Особенно на фазе решения проблемы, которая стала причиной сложных эмоций.
Решения могут быть разными. Детям прекрасно удается находить их, когда они спокойны и к ним возвращается способность мыслить критически, поскольку подключается та зона мозга, которая отвечает за решение проблем. Все навыки, связанные с эмоциональным интеллектом (осознанность, самоконтроль, эмпатия, мотивация и социальные навыки), мы практикуем в пятой фазе.
«Амайя, у нас на полдник осталось еще пять минут. Можешь не есть свой батончик, но в следующий раз ты поешь только в обед. Как думаешь, твой животик сможет потерпеть или нет?» — спросила я девочку. «Давай вместе соберем его на скотч!» — придумала Амайя. «Что? Батончик? Думаешь, со скотчем будет вкусно?» «Ой, нет, фу!» — Амайя сделала вид, что ее сейчас стошнит. «Тогда на клей! Можно попробовать и на клей, — сказала я, — но он ведь тоже невкусный». Она задумалась. «Осталось всего три минутки. Есть батончик не обязательно. Подумай, чего хочет твой животик», — сказала я. «Ну ла-а-адно. Съем так», — закатила глаза Амайя.
Решение проблемы
Как только ребенок успокоился, можно попробовать решить проблему, которая его расстроила. Можете начать с таких фраз.
• «Как мы можем решить этот вопрос?»
• «Слушай, а что, если…»
• «Хм-м, вот задача. Я даже не знаю, что нам делать».
• «Как думаешь, что нам делать?»
Пока Амайя не взяла себя в руки, она бы не смогла найти выход из расстраивающей ее ситуации, даже с моей помощью. Ее мозг не способен был увидеть возможные варианты. Если взрослый торопится перейти к пятой фазе, ребенок начинает думать, что его сложные эмоции неуместны или неправильны, и начинает подавлять их. Хуже того, ребенок может решить, что эмоции — это плохо или опасно. Только после всех четырех фаз ребенок (или взрослый) способен начать решать свою проблему. Вот как это может происходить.
• Предложите детям называть идеи по очереди, засекая время каждого.
• Установите таймер (на телевизор перед сном или на игры в ванной).
• Попробуйте починить / восстановить (например, постройку из конструктора, которая развалилась и расстроила ребенка).
• Пообещайте попробовать снова то, что не получилось, но после тихого часа или завтра.
• Найдите место, куда можно поставить поделки ребенка, чтобы он мог не переживать, что с ними что-то случится.
• Помирите детей (подробнее мы поговорим об этом в главе 10).
Как только вы решили проблему и пятая фаза завершена, закончилось и осмысление эмоции. Но в промежутке между детскими всплесками у вас еще много дел, мы обсудим их в части III.
Если коротко, то никак. Но чем лучше вы знаете характер ребенка, тем проще. Придется действовать методом проб и ошибок, а также полагаться на знания о поведении и когнитивистике. На проверку одного подхода могут уйти недели (две как минимум). Вы точно увидите, что ваш ребенок более открыт к выражению эмоций, если не будете стараться тут же решить его «проблему». Да, детям свойственно выражать эмоции бурно и громко, поскольку их мозг пугается вашей новой реакции. Дайте им время, они привыкнут.
Знакомьтесь: Сидра. Два месяца назад она родила Чарли и теперь пытается жонглировать его потребностями и потребностями своей старшей двухлетней дочери. И конечно, в сердце Сидры поселилась тревога. «Я разрушила детство Ханны? Могу ли я уделять достаточно времени им обоим? Мне плохо». Когда Сидра вставала, чтобы сменить Чарли подгузник, Ханна начинала кричать и лезть на руки. Девочке было мало слов поддержки и любви. Сидра даже начала избегать некоторых дел по дому просто потому, что реакция Ханны иногда отнимала у нее все силы.
Она испробовала все. Предупреждала Ханну, что отойдет, и говорила, зачем и куда, и сразу же возвращалась. Она пыталась применять совместное осмысление эмоций, показывала, что ценит каждую эмоцию дочери. Ничто не помогало. Она убеждалась, что дочь знает, что может выражать все свои эмоции, и шла делать дела. Однако, закончив их, она не сразу бежала к девочке, а позволяла ей побыть одной. Конечно, давая понять, что мама всегда рядом. Сидра оставалась с дочерью в комнате, наблюдала за ее эмоциональным выражением и регулировала свое, стараясь не давить на Ханну своим присутствием. Сидра играла с сыном и каждые пару минут обращалась к дочери, узнавая, как она себя чувствует и хочет ли подойти. Но чем больше Сидра старалась помочь Ханне успокоиться, тем громогласнее дочь взрывалась.
И тут все стало ясно. Да, Ханне нужно было, чтобы мама ее услышала, но успокаиваться и проживать свои эмоции ей было комфортнее одной, лишь бы знать, что мама рядом. Теперь Сидра подчеркивала, что принимает эмоции дочери, а потом говорила: «Я приду, когда ты будешь готова». Этот подход помог значительно сократить длительность истерик, укрепить самоконтроль Ханны и направить ее к осмыслению эмоций без взрывов. Она поняла, что даже с появлением брата мама готова принимать ее чувства. А Сидра выяснила, что с Ханной спешка противопоказана, дочери на эмоции нужно время.
Детям редко нужно одиночество для выражения и осмысления чувств. Не применяйте этот вариант сразу: ребенок может подумать, что вы бежите от его эмоций. Даже если вашему ребенку и правда лучше побыть одному, дайте понять, что вы рядом, и обращайтесь к нему каждые несколько минут. Сидра говорила дочке: «Я приду, когда ты будешь готова». Семья Сидры почти месяц искала стратегию, которая в итоге сработала и помогла ребенку освоить необходимые социальные навыки. Женщине пришлось признать, что ничто не работает, чтобы наконец-то увидеть, какой подход нужен дочке. Неудача — часть процесса. Можно всплеснуть руками и сказать: «Это фиаско!» Но лучше подумайте, проанализируйте и пробуйте снова. В этом суть осознанности.
Сейдж отказывался от бутылочки. Что мы только не перепробовали: разные бутылочки, соски, температуру молока. Давали и свежее, и подогретое, и смесь, и мамино молоко. Меняли позы и время кормления. Все варианты, которые могут прийти вам в голову, мы перепробовали, уж поверьте. Как-то я была дома одна и кормила его грудью. С момента родов прошло четыре месяца и один день. Меня вдруг охватила паника. А вдруг я умру? Как он выживет? Его будут кормить через шприц? Кто поможет мужу?
Страх засасывал меня в свой водоворот, но я посмотрела на личико сына и вернулась в реальность. Как это знакомо — тонуть в собственном страхе. Здравствуй, тревожность, верная моя подруга. Раньше я ей сопротивлялась как могла. Бежала, запихивала ее поглубже, применяла пустые механизмы, из штанов выпрыгивала, лишь бы она отступила… пока в мою жизнь не пришло СОЭ. Когда мы узнаём в себе признаки страха, то можем его контролировать и не давать ему разрастись.
В какой-то момент я научилась узнавать тревожность; осталось только понять, что с ней делать дальше. Навязчивые мысли стали нормой. Стратегии борьбы со стрессом перестали работать, я не могла медитировать, потому что боялась оставаться наедине со своими мыслями. Случались даже панические атаки. Стало так сложно, что пришлось вернуться к психотерапевту. Для меня терапия — отличный рабочий инструмент. Только со специалистом я научилась узнавать свои эмоции по ходу возникновения, прежде чем я в них утону. Я нашла для себя новые стратегии — и старые снова стали эффективными. Для меня работают капелька похвалы и постоянное напоминание, что, возможно, я еще не все знаю о ситуации.
Столкнувшись с тревожностью, я вспомнила, что она отличается от волнения. Последнее — эмоция, которую можно осмыслить, а тревога — реакция мозга на эмоции. Я узнаю панику и могу выбрать рабочую стратегию, когда я включена и замечаю каждую свою мысль, стараясь отличить волнение от тревоги.
Тревога и страх на самом деле очень мудрые наставники. Они учат замечать: у нас есть то, что очень не хотелось бы потерять. Страх часто связан с надеждой удержать что-то ценное. Без надежды наступает отчаяние, а вот с ним продолжать бороться гораздо сложнее. Тревога — воин в армии нашей нервной системы, сражающийся за выживание. Вы сами почувствуете, как сильно изменится ваша жизнь, если перестанете бежать от тревог, а попробуете пожалеть и понять себя.
В 2019 году Йельский университет провел исследование на тему детской тревожности. Специалисты рассматривали три варианта лечения: терапия, медикаментозная поддержка и помощь опекуна / родителя в моменте[53]. К удивлению ученых, наиболее длительный и надежный результат отмечался у пациентов, которым с тревогой помогали значимые взрослые. Такие выводы не означают, что терапия и лекарства не работают; это скорее еще один повод вспомнить, насколько важна ваша роль в жизни ребенка. Предлагаем вам ключевые идеи исследования, описывающие важность реакции взрослого на детскую тревожность.
1. Примите страх, не торопите его. Не говорите: «Тут нечего бояться, я в соседней комнате», скажите: «Страшно оставаться одному, я понимаю».
2. Разграничьте сенсорную регуляцию и осмысление эмоций (вспомните «Треугольник роста»). Прежде чем обсуждать что-то с ребенком, помогите ему взять себя в руки. «У тебя так быстро сердце бьется, ручки трясутся, голос стал громче! Ты тревожишься?» Сделайте паузу, а потом предложите подходящую стратегию. «Как помочь твоему телу снова почувствовать себя в безопасности?» В зависимости от того, какую фазу осмысления эмоций уже освоил ваш ребенок, либо предложите ему стратегию, либо покажите своим примером, как действовать. «Положи на сердце ладонь, опусти плечи, подышим вместе».
3. Осмысляйте эмоции. Лучший вариант поддержки — дать ребенку почувствовать, что при вас можно выражать любую эмоцию. Тогда он сможет перейти к пятой фазе и обсудить происходящее. Травма формируется тогда, когда мы наедине со своей проблемой. Тело учится справляться с трудностями, не накапливая травму, когда человеку есть с кем осмыслить сложную эмоцию.
Сначала научите принимать свой страх — это будет лучшей помощью тревожному ребенку. Практикуйте СОЭ — и вы сможете освоить ряд навыков, которые пригодятся вам, когда ребенку будет страшно. Представляете, какой была бы жизнь, если бы вы с детства умели принимать тревожность? Теперь вы можете дать своему ребенку такую возможность. Круто, правда?
Вы подаете правильный пример осмысления эмоций? Заботитесь о себе? Не слишком ли полагаетесь на механизмы? Выстроили для себя стратегии? Часто ли вы рефлексируете о прожитых эмоциях? Любите рассказывать эмоциональные истории из жизни? Естественным ли путем к вам приходит эмпатия? Сможет ли ребенок брать с вас пример? Практикуйте фазы осмысления эмоций для себя, и тогда дети повторят за вами. При этом мы уверены: дети скорее будут делать то же, что и мы, чем то, что мы попросили.
Дополнительные материалы о взаимодействии взрослого и ребенка
Детские книги и игры, сюжет которых завязан на эмоциях, где есть примеры стратегий борьбы со стрессом или проявления эмоций.