Глоссарии хранят небольшие устойчивые фрагменты значений слов, привязанные к узкой области применения. Явное ограничение контекста использования позволяет значениям быть специфичными и ясными. Достаточная специфичность и ясность, в свою очередь, позволяет применять такие значения для обработки ошибок. Глоссарии не стремятся охватить все разнообразие значений слова, они сохраняют только те аспекты его значения, которые могут быть корректно совместно обработаны носителями глоссария и таким образом полезны.

Избавление от стремления охватить все многообразие значений слова сильно упрощает вычислительную задачу глоссария. Сначала все слова вместе с их значениями в узкой рассматриваемой области складываются в структуру данных вида «ключ-значение», широко известную в дисциплине вычислений и устойчиво реализованную на большинстве языков программирования. Затем к этой структуре данных сначала применяется требование однозначности – чтобы у одного слова было одно и только одно значение, затем взаимной однозначности – чтобы одинаковое значение всегда связывалось с одинаковым словом. С взаимно однозначными глоссариями в четко определенных предметных областях вполне можно обрабатывать ошибки и не создавать помех окружающим при совместной деятельности.

Заметим, что здесь не происходит ничего нового для доказанных Куртом Геделем неполноты и внутренней противоречивости. От полноты мы отказались изначально, четко определив границы применимости глоссария, а внутреннюю противоречивость мы можем контролировать, поддерживая глоссарий в актуальном состоянии и соблюдая его взаимную однозначность.

Информационные технологии не позволят нам понять все и сразу, эту невозможность не преодолеть даже в вездесущей цифровой информационной среде. Но здесь мы получили технические средства, которые позволят нам понемногу справляться с обработкой ошибок и делать небольшие, но твердые шаги к пониманию. Теперь у нас есть возможность представлять имеющиеся знания в виде своего рода мозаики, состоящей из небольших хорошо сочетаемых между собой элементов. Или хотя бы сочетаемость которых мы можем осмысленно контролировать. При некоторой воле, а еще упорстве и терпении из этих элементов вполне можно создать что-то интересное и значимое.

Главный элемент глоссариев – не слова, а их значения. Смежность глоссариев, через которую возможно расширение совместимости, образуется не при употреблении одинаковых слов, а при совместимой обработке их значений. И здесь, как видим, тоже нет ничего безусловно очевидного.

Вся стремящаяся ко всеохватности увлекательность семиотики нам совсем не нужна. Безусловно необходима только гипотеза семиотической непрерывности, которая позволяет устойчиво сохранять смысл. Которая в итоге контролирует неполноту точным определением границ применения глоссария, а внутреннюю противоречивость – взаимной однозначностью применяемых понятий.

Употребление одинаковых слов создает только опаснейшую имитацию понимания, его симулякр, если так уж охота немного заехать в модные философские течения. И хотя вся практическая польза из понятия симулякра давно извлечена до нас, устоявшиеся коммуникационные ритуалы, уязвимые для такой иллюзорности и потому дающие возможности от нее защищаться, мы далее рассмотрим подробно.