8 июня 1950 года, через девять месяцев после ареста агентами чешской государственной безопасности по подозрению в заговоре с целью свержения коммунистического режима, сорокавосьмилетняя социалистка Милада Горакова была признана виновной в измене родине на показательном процессе, который транслировался по национальному радио. На всем его протяжении она стойко не признавала свою вину. 27 числа того же месяца, несмотря на международное возмущение и обращение к чешскому правительству, подписанное в том числе Эйнштейном и Черчиллем, Милада была казнена в пражской тюрьме Панкрац. В ночь перед смертью она написала письмо к своей шестнадцатилетней дочери Яне.

В 1991 году президент Вацлав Гавел посмертно наградил Горакову орденом Томаша Масарика первой степени.

Милада Горакова – к Яне Гораковой

26 июня 1950 г.

Яна, моя любимая, единственная девочка, Господу было угодно послать мне тебя как благословение. Твой папа в стихотворении, написанном в немецкой тюрьме[26], сказал, что Бог дал тебя нам, потому что любит нас. Волшебная, невероятная любовь твоего отца и ты – вот мои самые прекрасные подарки судьбы. Но провидению суждено было устроить мою жизнь так, что я не смогу сполна отдать тебе все, что моя душа для тебя готовила. Не потому, что я недостаточно тебя любила; я люблю тебя так же чисто и страстно, как все матери любят своих детей. Но я понимала, что моя жизнь дана мне для того, чтобы постараться сделать этот мир лучше, чтобы и ты, и другие дети жили более счастливой жизнью. Именно поэтому нам приходилось так надолго разлучаться. И именно поэтому судьба теперь снова разлучает нас. Я больше не вернусь к тебе, но не бойся и не грусти. Дитя мое, пришла пора тебе смотреть на жизнь всерьез. Жить – тяжелая работа, жизнь не терпит нежностей, и на каждую ласку у нее приходится десять ударов. Привыкай к этому, но не позволяй ей себя согнуть. Бесстрашие и ясная цель – так победишь. Твоей юной душе многое еще неясно, а у меня слишком мало времени, чтобы ответить подробно на все вопросы, которые тебе хотелось бы задать. Когда ты вырастешь, ты станешь удивляться, почему твоя мать, которая тебя любила, для которой ты была величайшим сокровищем, так странно вела свою жизнь. Возможно, тогда к тебе придет верное решение этой загадки; быть может, даже лучшее, чем то, которое я сама могу дать тебе сегодня. Но для того, чтобы это случилось, чтобы тебе открылась правда, тебе, разумеется, придется очень и очень много узнать. Не только из книг, но и от людей; от каждого из них, кем бы он ни был! Выйди в мир с широко открытыми глазами, прислушивайся не только к своим желаниям, к своей боли, но и к боли, желаниям и мечтам других. Никогда не позволяй себе говорить: «Это не моя забота». Нет, все на свете касается тебя, и ты касайся всего, собирай и сравнивай. Мы никогда не одиноки в этом мире; в этом наше величайшее счастье, но в этом и невероятная ответственность. Обязанность, состоящая прежде всего в том, чтобы не выделять себя, не действовать, как если бы других не было, а сливать свои цели с желаниями окружающих. Это не значит затеряться в толпе; нужно ощущать себя частью целого, приносить в общество лучшее, на что способен. Если тебе это удастся, ты сможешь сказать, что выполнила общее предназначение рода человеческого. Придерживайся прежде всего правила, которому была верна я: избегай ненужного отрицания. Не всякого, конечно – мы всегда должны отрицать зло и бороться с ним. Но для того, чтобы во всех обстоятельствах нести добро, необходимо научиться отличать золото от мишуры. Это непросто; мишура блестит иногда так ослепительно. Признаюсь, дитя мое, что в своей жизни я бывала ослеплена ее блеском. Иногда она сияла столь убедительно, что я даже выпускала чистое золото из рук и тянулась, стремилась к обманке.

‘НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛЯЙ ЛЮБВИ РАСКРОШИТЬСЯ – ДАВАЙ ЕЕ ЦЕЛИКОМ, БЕЗ СТРАХА. ЛЮБИ ПРЕЖДЕ ВСЕГО ТЕХ,КТО НЕ ТРЕБУЕТ ОТ ТЕБЯ ЛЮБВИ – ТАК НИКОГДА НЕ ОШИБЕШЬСЯ ’.

Чтобы правильно выстроить шкалу ценностей, необходимо не только познать себя, не только подвергнуть строгому разбору свой характер, но и понять других, попытаться объять весь мир, его прошлое, настоящее и возможное будущее. Познать и понять. Не отворачиваться ни от кого и ни от чего, ни по какой причине – даже для того, чтобы охранить себя от мыслей и мнений тех, кто тебя раздражает или даже глубоко ранит. Да, изучай, думай, подвергай сомнению – и прежде всего подвергай сомнению саму себя, не стыдись признать открывшуюся тебе истину, даже если всю жизнь заявляла противоположное к ней; не закосней в своих убеждениях, но когда найдешь правое дело, стой за него, бейся за него насмерть. Как говорил Волькер[27], смерть – не зло; избегать надо постепенного умирания, которое случается, если оказываешься отрезанной от жизней других людей. Твои корни там, где судьбой тебе было назначено родиться, но выбор твоего пути зависит только от тебя. Ищи его сама, а найдя, не позволяй ничему тебя с него сбить – даже памяти о твоих отце и матери. Если ты их в самом деле любишь, то не сможешь ранить их честным, пытливым взглядом; только не сверни на ложный, бесчестный, безжизненный путь. Я в жизни многократно меняла убеждения, перетряхивала душевные ценности, но одно лишь осталось в конце концов со мной, вечное и непреходящее – свобода моей совести. И тебе, моя девочка, судить теперь, права я была или нет.

Есть и еще одна ценность: работа. Не знаю даже, что поставить на первое место, а что на второе. Полюби работать. Неважно, над чем; но делай свое дело умело и тщательно. Ничего не бойся, и все в конце концов образуется.

И не забывай про любовь. Я имею в виду не только тот прекрасный цветок, который однажды расцветет в твоем сердце и, если будет судьбе угодно, близнеца которого ты найдешь в сердце другого человека, разделившего с тобой твою дорогу. Я говорю о любви, без которой не может быть счастья. Никогда не позволяй любви раскрошиться – давай ее целиком, без страха. Люби прежде всего тех, кто не требует от тебя любви – так никогда не ошибешься. Яна, девочка моя, когда настанет время выбирать, кому отдать огонь твоей девичьей души и с кем связать свою жизнь, вспомни о своем отце. Я не знаю, выпадет ли тебе такая же удача, какая досталась мне, найдешь ли ты себе настолько прекрасного спутника, но стремись к этому идеалу. Возможно, ты уже начала это понимать, но боль яснее донесет до тебя, чего мы лишились теперь, когда он больше не с нами[28]. Тяжелее всего для меня знать, что и я разделяю вину в этой потере.

Осознавай и принимай жертву, которую приносят для тебя Вера и Пепик[29], их любовь к тебе. Будь им не только благодарна… обязательно вноси свой вклад в ваше общее счастье, не ожидая подсказки. Всегда плати им за добро больше, чем получаешь от них. Тогда, быть может, ты сможешь когда-нибудь рассчитаться с ними.

От адвоката я узнала, что ты делаешь успехи в школе и что хочешь продолжать обучение… Я очень рада. Даже если тебе когда-нибудь придется бросить школу и зарабатывать на жизнь, никогда не оставляй занятий. Ты добьешься всего, надо только очень захотеть. Хорошо бы, чтобы ты выучилась на доктора – помнишь, как мы говорили об этом. Конечно, тебе решать, и еще неизвестно, как все сложится. Но если когда-нибудь ты закончишь институт и вернешься домой не только с дипломом, но и с умением приносить людям облегчение от болезней – тогда, моя девочка… твоя мать будет вполне счастлива… Но истинное счастье мне принесет, если я буду знать, что ты, где бы ты ни оказалась – в операционной или у станка, у колыбели младенца или за рабочим столом в своем доме – станешь делать свое дело умело, честно, радостно, отдавая себя всю. Тогда к тебе придет успех. Не будь требовательной к жизни, но ставь перед собой высокие цели. Одно другого не исключает; под требовательностью я имею в виду мелочные желания. Не давай им воли. Помни, что приключившееся с тобой несчастье заставит Веру, Пепика, бабушку с дедушкой… и многих других пытаться дать тебе все, что у них есть – больше, чем у них есть. Не только не требуй от них ничего – научись скромности. Если она войдет в привычку, то это избавит тебя от зависти к вещам, которых у тебя не будет. Ты и представить себе не можешь, насколько скромность освобождает… как дает власть над слабостями, делает сильнее и спокойнее. Это я испытала на себе. И с этой новой силой ты сможешь достичь любой самой смелой цели. Больше читай, учи языки. Это расширит твой кругозор и наполнит твой мир. В моей жизни было время, когда я читала запоем, но случалось и так, что не было лишней минуты, чтобы взять в руки книгу, если не считать профессиональной литературы. Очень жаль. Здесь, в последние месяцы, я много читала, в том числе и книги, которые вряд ли заинтересовали бы меня на свободе, но чтение важных книг – очень серьезное и нужное занятие, по крайней мере значительной их части. Я выпишу для тебя в конце письма названия книг, которые я здесь прочла. Думай обо мне, когда станешь их читать.

Теперь что касается твоего тела. Я рада, что ты занимаешься спортом. Главное – делать это регулярно. Упражнения под музыку и, если есть время – хорошая гимнастика. И зарядка! Поверь мне, пятнадцать минут каждое утро избавят тебя от излишних тревог по поводу твоей талии, не говоря уж о воспитании воли и настойчивости. Заботься о своей коже – не с помощью косметики, Боже упаси; просто ежедневная гигиена. Обращай внимание не только на лицо, но и на шею, и на ноги. Жесткая мочалка – твой друг; хорошенько три все свое тело, не только ноги и руки. Салициловый спирт и квасцы, вот и вся косметика, да еще солнце и свежий воздух. Впрочем, у тебя найдутся лучшие советчики, чем я.

На фотографии у тебя новая прическа; мне нравится, но жалко, что она скрывает твой чудный лоб. Что за юная дама вышла из тебя в этом бальном платье! Ты выглядишь прекрасно. Но глаза матери вечно выискивают огрехи – возможно, дело в том, где находилась камера, но не слишком ли глубокий вырез для твоих шестнадцати лет? К сожалению, фотографии твоей новой шубки у меня нет. Правда, что ты пустила тетушкину муфту на воротник? Не форси, но одевайся по возможности аккуратно и внимательно. Не снашивай туфли до того, что у них трескаются пятки! Вкладываешь ли ты стельки? И как твоя щитовидка? Разумеется, ответов на эти вопросы я не ожидаю, это всего лишь материнские хлопоты.

В Лейпцигской тюрьме я прочла книгу о письмах Марии Терезии к ее дочери Марии Антуанетте[30]. На меня произвело большое впечатление, как императрица в своих советах показала себя практичной женщиной. Это был перевод с немецкого, и я не запомнила имени автора. Если эта книга тебе попадется, знай, что именно она убедила меня, что необходимо делиться с тобой своим опытом и своими советами через письма. К сожалению, в моем случае все закончилось благими намерениями.

Янинка, не забывай заботиться о дедушке Крале[31] и бабушке Гораковой. Их бедные старые сердца нуждаются теперь в утешении больше прочих. Заходи к ним почаще, слушай их рассказы о том, как твои отец и мать были молодыми, и запоминай их, чтобы передать своим детям. Этим человек обретает бессмертие; так мы сможем продолжиться в тебе и твоих потомках.

Да, и еще. Музыка. Я уверена, что ты сумеешь отблагодарить дедушку Горака за пианино, его подарок – отблагодарить серьезными занятиями, и что ты сможешь исполнить мечту Пепика – научиться аккомпанировать его скрипке или альту… Прошу тебя, окажи ему эту услугу. Это было бы прекрасно и так много для него значило бы.

А когда вы хорошенько сыграетесь, исполните для меня «Последнюю розу лета» из «Марты»[32], а потом «Спи, моя радость, усни» Моцарта[33] и любимое largo твоего отца, «Под твоим окном» Шопена[34]. Сыграешь их для меня? Я обязательно буду слушать.

И последнее. Тщательно выбирай друзей. Люди придают большую важность тому окружению, в котором они нас видят. Поэтому приложи все старания. Будь осторожна во всем; прислушивайся к мнению других в отношении своих подруг. Никогда не забуду ту милую записку (теперь уже могу в этом признаться), которую ты как-то вечером пришпилила к моей подушке, с извинениями за то, что попалась мне у ворот в сопровождении девочки и мальчика. Ты объясняла мне тогда, как важно быть «в компании». Заведи же себе компанию, малышка, только пусть она состоит из добрых, честных людей. И если станете соревноваться между собой, то соревнуйтесь в добрых делах. Еще прошу: не принимай юношескую, весеннюю привязанность за настоящую любовь. Понимаешь? Если нет, попроси тетю Веру, она объяснит.

Моя юная дочь, моя девочка, моя Яна, новая жизнь, надежда моя, мое будущее прощение; живи! Держись за жизнь обеими руками! До самого последнего вздоха я стану молиться за твое счастье. Целую твои волосы, твои глаза, твои щеки; обнимаю и ласкаю тебя (как мало мне досталось в самом деле держать тебя в руках). Я всегда буду с тобой.

Вот стихотворение, написанное твоим отцом в тюрьме в 1940 году и посвященное тебе; записываю его по памяти.

Листок со стихотворением мужа Гораковой о рождении их дочери не сохранился; письмо завершалось списком книг.