Так это что, шутка была такая? Да за такие шутки! Рука сама собой сложилась в кулак под столом. А еще очень захотелось плакать…

Когда уже закончится этот бесконечный стресс?! Когда можно будет спокойно выспаться, отдохнуть и не думать, что следующий шаг может оказаться роковым?!

— И мы обсудим все это позднее, леди Микаэла. Сейчас, дорогие дамы, перемена блюд… — продолжил принц.

…К счастью, после этого разговор от Мики перетек на всякие светские штучки. Принц расспрашивал девушек о погоде и природе в тех местах, откуда они прибыли.

Погода везде была одна и та же — мороз, мороз и еще больший мороз.

Природа — какие-то зимние птички прилетели, поют под окном девицы с запада…

Только у восточных красавиц на родине, видимо, было по-другому. Но к ним принц не обращался с подобными вопросами.

А еще принц больше не буравил ее взглядом. Вряд ли пожалел. Видимо, решил, что будет несправедливо ведь обед «заниматься» одной участницей.

— Что вы говорили, леди Бауэр, — светски щебетала герцогиня, старательно игнорируя присутствие Мики. Решила, видимо, что настал ее час — показать принцу, какая она интеллигентная, светская. — Прачи прилетели? Ах, у них такие розовые головки! Я подумываю изобразить их на своей картине, которую назову «прачи и снег в имениях Зимнего принца»!

В общем… можно было поесть. Правда, теперь Мике кусок в горло не лез. И она молча ковыряла в тарелке, изредка отвечая на обращенные к ней вопросы, как же все-таки научиться держать вилку в левой руке. У некоторых экспериментаторш это совершенно не получилось.

«Как-как, — думала Мика, — я что, знаю, что ли? Практика, тренировка, никакого секрета тут нет. И пока не дойдет до автоматизма, удобно не будет. Будет всегда немного не с руки!»

Но отвечала вежливо и спокойно.

После прекрасного десерта — даже растерянная Мика смогла оценить, какое вкусное суфле им подали — принц объявил отдых.

— До завтра мы с вами не увидимся, дамы, — сказал он. — Рекомендую отдохнуть и сформировать команды для завтрашнего конкурса.

На этом разошлись…

Девицы начали высыпать в коридор и сразу договариваться о том, кто в какой команде будет. Тут-то к Мике с подружками и подошла та «восточная красавица».

— Меня зовут Маурия Граус Файрима Траузе, — представилась она. — Я двадцать восьмая дочь шаха Гарибала.

— О-о! — восхитилась наивная Мандора. — Ваше высочество, рада знакомству!

И сделала книксен.

Ирма толкнула ее плечом. Мика поняла почему — Маурия могла счесть обращение своего рода издевательством.

— Не стоит… — тихо сказала девушка. Говорила она с некоторым акцентом, который даже Мика могла различить. — Называйте меня Мара, так сокращают мое имя. И да, я принцесса. Двадцать восьмая принцесса. Поэтому я здесь — отец решил таким образом разобраться с моим существованием. Подходящего жениха на родине для самой младшей дочери нет, ведь быть им может лишь принц. Я должна либо стать женой вашего Зимнего принца, либо… проиграв в отборе, я опозорю себя и… надеюсь остаться здесь. Я тоже терпеть не могу белое покрывало, что расстилается везде в этой стране. И этот холод, от которого во мне стынет кровь… Но все это лучше, чем вернуться на родину и стать служанкой у одной из своих замужних сестер! Леди, вы возьмете меня в свою команду? Я умею работать.

— Подожди, то есть ты хочешь стать женой принца? — влезла непринужденная Ирма.

— Я могу ответить лишь двояко, — спокойно и искренне сказала Мара. — С одной стороны — не очень. Мне принц не очень понравился, хоть он, несомненно, хорош собой. С другой стороны — хочу, потому что для меня это шанс остаться той, кто я есть — принцессой. Устроить свою жизнь как подобает. И не опозориться. Я даже буду пользоваться почетом у себя на родине, прежде ни одна моя сестра не выходила замуж за высокородного северного принца. К тому же у наших мужчин характер как у вашего принца, я смогу с ним ужиться. Но я не буду идти по головам, чтобы занять это место.

— Хм, — сказала Ирма, с сомнением глядя на Мару.

— Девушки, — вмешалась Мика, — мы все здесь для того, чтобы устроить свою жизнь тем или иным образом. Маре — сам Бог велел желать стать… в смысле остаться принцессой. Так что я считаю, нужно брать! Да и должен же среди нас быть кто-то, кто участвует в конкурсе не ради иных благ, а ради того, чтобы стать женой принца!

Мара с благодарностью посмотрела на нее.

— Да берем, чего уж там. Присоединяйся! Придется участвовать во всех наших затеях, раз уж ты решила выбрать именно нашу команду! — рассмеялась Ирма. — Правда… Сдается мне, что ты попросилась к нам, потому что думаешь, что команда Микаэлы справится завтра лучше всех.

— Нет, — серьезно ответила Мара. — Потому что в вас есть достоинство. Его ценят в моей стране, — при этом красноречиво поглядела на Мику, давая понять, кто именно считает главным обладателем указанной добродетели.

Мара действительно оказалась вполне приятной. В ней ощущалось то самое достоинство, о котором она говорила. А еще Мике понравилась ее искренность. То, как просто она говорила обо всем, объясняла. Не пыталась казаться лучше, чем есть.

Принцесса рассказала, что у них на юге все устроено очень похоже на наш восток. Почему — Мике оставалось лишь недоумевать. У правителей много жен, соответственно много детей. Вот и получается, что самым младшим детям наследовать вообще нечего. Сыновья должны идти в воины, и не факт, что дослужатся до генеральских чинов. Дочери — нередко оказываются в ситуации Мары…

Причем незамужней младшей принцессе оставалась одна дорога — прислуживать своим сестрам. А вот попытки выйти замуж за кого-нибудь неподобающего статуса карались смертной казнью. Казнили обоих — и принцессу, и ее жениха. Поэтому таких женихов обычно просто не было… Мало кто хочет быть казненным, даже если принцесса очень хороша.

— То есть если ты здесь выйдешь замуж за кого-нибудь другого, пусть даже за герцога, то на родине лучше не появляться? Казнят? — с интересом спросила Мандора.

— По правде, не знаю, — задумалась Мара. — Если за герцога, то, возможно — нет, у нас нет такого титула, возможно, удастся доказать, что это «младший принц». Но лучше экспериментов не ставить!

***

Вначале в комнате Ирмы они сидели впятером. У Мары оказалось достаточно много косметики, она принесла ее, и Мика с удивлением обнаружила, что часть обладает уникальными свойствами.

Например, краска для ногтей сама распределяется по ногтю идеальным покрытием. Цветочками не складывается, но сделать равномерный маникюр можно, капнув одну лишь каплю на каждый ноготь.

Тушь для ресниц тоже ложилась ровно сама.

Девчонки объяснили, что это более дорогая косметика — с магическими свойствами.

Вообще выяснилось, что ситуация с «индустрией красоты» в этом мире выглядит своеобразно.

Есть обычная косметика — и совсем дешевая, и подороже. В зависимости от качества, как в нашем мире. Совсем бедные женщины приобрести ее не могут, но для большинства она доступна. И если пользоваться ею, то все зависит от мастерства самой женщины.

Если женщина или ее муж (отец, брат…) — побогаче, то становится доступной косметика с магическими свойствами вроде той, которую принесла Мара. Правда, и ею, конечно, нужно уметь пользоваться. Мара приехала без камеристки и пользоваться умела сама.

— В сущности, мне самой приходилось иной раз быть камеристкой для предыдущей, двадцать седьмой принцессы, — пояснила она.

И, наконец, совсем богатые дамы могли позволить себе нанять камеристку, владеющую необходимыми навыками. Эти специалистки, как правило, отлично управлялись с любым видом косметических средств, а многих эффектов достигали и вовсе без них — за счет чистой магии.

Впрочем, квалификация у них была тоже разная.

Например, камеристка Ирмы почти не владела магическими приемами, умела только самые необходимые вещи вроде укладки прически. А герцогиня, очевидно, приехала с камеристкой самого высшего класса, прекрасно обученной косметической магии.

Кроме того, можно было пригласить высококлассную специалистку, чтобы сделать прическу, макияж и прочее к особому мероприятию. Например, к собственной свадьбе.

А вот косметических салонов в этом мире просто не существовало. То ли чтобы не создавать конкуренцию этим специалисткам, то ли просто не додумались…

У Мики заныло сердце. Как здорово было бы стать первой хозяйкой салона в этом мире! Но она ведь запретила себе мечтать об этом…

Несмотря на общую усталость, она быстро увлеклась. Фае придумала интересную укладку и макияж для глаз. Скромная горничная преобразилась на глазах, стала ярче и эффектнее.

Ирме нанесла румяна — и у нее появился оттенок озорства в лице. Маре предложила попробовать необычный маникюр с вензелями. Мандоре придумала макияж, призванный подчеркнуть достоинства ее худенького подтянутого личика.

Чуть позже стали подтягиваться девушки, прослышавшие о вечеринке. В итоге набралось десять девушек. Фактически — половина из всех, кто собрался на отборе. Вторая половина, видимо, побаивалась герцогиню…

Весь стол был завален косметикой, диван тоже. Девчонки сидели, кто на чем мог, ждали своей очереди. Знакомились, щебетали. Некоторые тоже брались за помаду и тушь и делились опытом друг с другом, пока «мастер Мика» была занята.

Много рассказывали о себе. В итоге Мика пришла к выводу, что большинство действительно преследует другие цели, нежели стать женой принца. Некоторые категорически не хотят выиграть отбор. Другие — не откажутся, если получится, но не особо надеются и рассчитывают на должность фрейлины.

— Мои детки выросли, — рассказывала Фая. Она имела в виду своих учеников, конечно. — Я искала другое место, но не нашла. Пришлось ехать сюда, чтобы не оказаться на улице.

Она была сирота, вроде Джейн Эйр.

— А я решила сделать карьеру при дворе, — рассказывала еще одна девушка — полноватая блондинка Гариана.

Кстати, ее подруга — Силана — и вовсе отправилась на отбор просто за компанию.

Вот и выходило, что всерьез победить в отборе хотят только герцогиня и Мара.

В общем, получилась чудесная вечеринка, настоящий девичник! И ни одной змеи, что характерно.

Но тут дверь открылась, и на пороге появилась герцогиня с двумя своими приспешницами.

Ирма скривила губы.

— Вообще-то это мои апартаменты, приличные люди стучатся, — произнесла она, словно бы ни к кому не обращаясь.

Герцогиня оставила выпад без ответа. Лишь обвела взглядом происходящее, кивнула паре испуганно замолчавших девиц. Потом презрительно посмотрела на Мику.

— Я как в воду глядела, когда предлагала тебе должность своей служанки. Сразу очевидно, что ты прирожденный наемный работник. Готовый работать за хлеб и кров, — произнесла она. — Ох, еще и магию не используешь… Представляю себе, какое безобразие ты творишь. Девушки, не боитесь отдаваться в ее руки-то?

Мика была так ошарашена этим вопиющим хамством, что не сразу нашла, что ответить. Просто руки сжались в кулаки.

— Леди Микаэла — отличный мастер, — вдруг раздался звонкий, даже гордый голос.

Мика обернулась.

Принцесса Мара встала и с идеально прямой спиной подошла к герцогине. Ее стать и достоинство не уступали выправке герцогиньки. Вернее, в отличие от таковых герцогини, они были настоящие.

— И без магии справляется лучше, чем многие с магией, — продолжила она, глядя Пути прямо в глаза. — Впрочем, если вы настаиваете на применении магии… Или желаете в ней посоревноваться, то я к вашим услугам.

На губах южной заиграла легкая коварная улыбка. Видимо, она была хорошим магом.

Все присутствующие девушки с интересом уставились на герцогиню: как она среагирует на такой откровенный вызов? Мике тоже стало очень любопытно, ведь сейчас перед Пути стояла не какая-то попаданка без роду и племени, а какая никакая принцесса!

И неизвестно, что будет самой герцогине за откровенное хамство в адрес Мары. Вряд ли она пойдет на него!

А в лице герцогини вдруг промелькнул испуг. Но она тут же взяла себя в руки и гордо задрала подбородок.

— Вы ничем не задели меня, леди… Маурия, — Пути явно знала, кто такая Мара, но вспомнить смогла лишь самое первое из ее имен. — Я не вижу смысла соревноваться с вами. По крайней мере… в магии. Всем известно, что женщины вашего рода проходят обучение боевой магии. Я же предпочитаю более женские виды магического искусства…

«Ого, — подумала Мика, вот тебе и нежный восточный цветочек! Мара — настоящий боевой маг? Надо будет попросить ее показать, как это. Например, когда того же снеговика слепим, потом сможет показать.

— …А также нас обучали искусству придворной интриги, — все с такой же коварной улыбкой ответила Мара и многозначительно поглядела на герцогиньку. — Например, зная, что нашими мужьями окажутся принцы, то есть будущие правители, нас учили выявлять и разоблачать заговоры. Поэтому, если вдруг у кого-нибудь… — она обвела взглядом всех девушек, — возникнет желание противозаконно использовать магию или сплести интригу против другой, то… право слово, это будет отличный повод для меня попрактиковаться. Имейте в виду.

Герцогиня побледнела. Намеки были настолько откровенные, а говорила Мара так уверено, что становилось очевидно — она берет Мику под свою защиту.

— Уверена, среди участниц нет желающих испытать ваше… или мое терпение, — наконец нашлась герцогиня. Мол, она еще один главный сторонник порядка. — И я вовсе не собиралась конкурировать с вами… в часы вне конкурсов. А вот что касается творческой разрисовки лиц, что осуществляет наша… иномировая участница, я все же сомневаюсь, будто без магии возможно достичь настоящего мастерства.

«Как же ты мне надоела!» — подумала Мика обреченно.

Принц, отбор. Еще и эта гюрза… Придется разбираться с ней.

— Посмотри результат, — бросила она. Называть на «вы» стерву, которая постоянно ей тыкала, Мика больше не собиралась. Вон, принцессу же на «ты» называет… — Или попробуй сделать, как я. Прояви мастерство.