– Готов! – равнодушно констатировал он.

Потом перешел к Роману и, опустившись на корточки, приложил палец к шее:

– Этому тоже конец!

Пораженная, я смотрела на все это широко раскрытыми глазами.

– Откуда у тебя пистолет?

– На улице нашел, – безразлично проронил он и, подойдя к «Ниве», стал вышвыривать из багажника вещи.

Объяснению я не поверила, но углубляться в расспросы не стала: слишком неприветливо прозвучал ответ.

– Зачем ты в машине копаешься?

– Не можем же мы их здесь оставить, – хмыкнул Димка, а до меня стало доходить, насколько плохи мои дела.

Армен мог подумать, что в Ольговку я отправилась не одна и, когда клад был найден, мои сообщники убили его людей. Сам он поступил бы именно так! Значит, жить мне осталось немного. Не потому, что Армен станет мстить за своих людей, на такие чувства он неспособен, он будет требовать клад!

– Ты что-то придумал? – с надеждой спросила я.

– Есть идейка, – пропыхтел он, заталкивая тело Романа на заднее сиденье «Нивы».

Покончив с одним, он вернулся к другому трупу, схватил за ворот куртки и поволок к машине. Тащить Димке было неудобно. Длинные ноги Сурена волочились по земле, цепляясь за кочки, Димка пыхтел и тихо матерился. Смотреть на это не было сил, и я отвернулась. Когда за спиной хлопнула дверца, я кинулась к машине:

– Я с тобой!

Димка опустил стекло и со смешком заметил:

– Тут мертвяки, не страшно?

Я замотала головой. Он хмыкнул, но кивнул:

– Залезай!

«Нива» вырулила со двора и осторожно поползла вдоль ограды. В свете фар была видна только трава по бокам, а впереди все тонуло в темноте. Не доезжая моста, Димка меня высадил, а сам двинулся дальше. На середине настила он крутанул руль и вывалился наружу. «Нива» свернула в сторону, на секунду зависла в воздухе и с громким плеском рухнула вниз. Взметнулся и тут же опал фонтан брызг. Какое-то время, пока вода заполняла салон, крыша машины еще виднелась на поверхности, потом и она с бульканьем ушла под воду. Гладь озера сомкнулась, успокоилась, и ничего больше не указывало на то, что в этом месте только что утопили машину.

Димка бегом вернулся ко мне и удовлетворенно произнес:

– Порядок!

Я зябко передернула плечами, представив себе тело Сурена на дне.

– Не по-людски это как-то...

– Обойдутся, – равнодушно отозвался Димка и потянул за собой.

– Почему в воду? Нельзя было закопать?

– Могилу можно найти, а тебе нужно алиби.

Анна

Тетрадь дочитана до конца, а объяснения, что же на самом деле спрятано в имении, я так и не получила. Замятин, что-то об этом знавший, говорить отказался. Других вариантов не было. Оставалось только отправляться в Ольговку и самой пытаться что-то разузнавать. А по пути можно завернуть к жене Шенка. На появление новостей я не рассчитывала, но вдруг! Чтобы застать Любу дома, я ей позвонила.

– Вот хорошо, что объявились! – обрадовалась она. – Неделю вас вспоминаю, а связаться не могу! Визитку куда-то задевала.

– Что случилось?

– Одну вещь хочу показать. Может, приедете?

– Конечно! Сегодня удобно?

Люба замялась:

– Я к сестре в Ольговку собралась. У меня и автобус через сорок минут.

– И мне туда нужно! Материал для книги подсобрать.

– Правда? – обрадовалась Любовь и возбужденно затарахтела: – Вы как прибудете, сразу к сестре моей езжайте. Ксенией ее зовут, а фамилия Корзинкина. У нее и встретимся.

В Ольговку я приехала к обеду. Стоило остановиться перед низким забором, как в доме хлопнула дверь и на крыльце появилась женщиной.

– А я вас в окно увидала! – трубно закричала она. – Что ж вы у калитки стоите?

– Я ненадолго. Мне бы Любу повидать.

– А нет ее! – жизнерадостно объявила Ксения, подбегая. От ее крика бродившие неподалеку куры всполошились и разбежались в разные стороны. А Ксения, заметив, как вытянулось у меня лицо, рассмеялась: – Да вы не переживайте. К тетке пошла. Гостинцев отнести. Будет скоро. Ждет она вас. Вы ведь Анна?

Ошарашенная ее напором, я молча кивнула. Ксении этого оказалось достаточно, чтобы потащить меня в дом. Насильно усадив за стол, она стала шустро заставлять его снедью. Я попробовала отказаться, но Ксения отмахнулась:

– Еще чего! Человек в дом пришел, а я не угощу!

– Не спорь, все равно по-своему сделает, – пробормотал сидящий у окна старик.

– Ой, дед, хоть вы в разговор не лезьте! – беззлобно огрызнулась Ксения и, тут же забыв о старике, накинулась на меня: – А вы правда из самой Москвы приехали?

– Да.

– Гляди ты! – изумленно ахнула она, как будто Москва находилась на краю света. – А в нашей глуши чего забыли? Отдохнуть решили? Это правильно! Места у нас райские.

– Балаболка, слова сказать человеку не даст, – снова подал голос старик.

– Я сюда по делу. Материал для книги собираю. Меня Замятин интересует. Владимир Прохорович! Слыхали о таком?

– А как же! Нам про него в школе рассказывали. Как сейчас помню, «Знаменитые земляки» тема называлась. И сам он, говорят, приезжал, в клубе выступал... Правда, давно. Я его никогда не видела.

– Хотелось бы поговорить с его родственниками.

– А нет никого!

– Как? – растерялась я, потому что эта мысль мне в голову не приходила.

– Ну да! Раньше-то у Замятиных семья была большая. Сыновья, дочери, невестки.... Одним словом, полно народу, только это все до войны. А в Отечественную мужики на фронте погибли, из всех один Владимир живым вернулся. Бабы вдовами остались и потихоньку поумирали. Так что теперь уже никого и нет. А вам этот Замятин очень нужен?

Я расстроенно кивнула.

– Так можно людей расспросить! – с энтузиазмом предложила Ксения. – Их многие помнят. Говорите, что узнать, я мигом всех обегу!

– Меня интересует, что за семья у них была. Как жили, чем занимались...

– Всего-то! – всплеснула руками Ксения. – Так это и я вам расскажу! Спрашивайте!

– Может, начнем с родителей? – не слишком веря в результат, предложила я. – Что они были за люди?

– Так кто ж знает? – хмыкнула Ксения и безмятежно пояснила: – Он ведь Замятиным не родной! Его Антонида на вокзале нашла!

Мое изумление не укрылось от зоркого взгляда Ксении. Очень довольная, что смогла меня поразить, она зачастила:

– Антонида в Москве в прислугах жила, а в двадцатом назад вернулась. Слухи по этому поводу ходили разные, но толком никто ничего не знал: Антонида не из болтливых.

– Была б ты на нее хоть чуточку похожа, цены б тебе не было, – пробормотал, ни к кому не обращаясь, старик.

Ксения замечание пропустила мимо ушей и, не сбавляя темпа, продолжала вводить меня в суть дела:

– Короче, не стало у Антониды хозяев, и она в Ольговку вернулась. Да не одна, а с младенцем на руках!

– Может, это ее ребенок?

Ксения взглянула на меня и расхохоталась:

– Хотите сказать, прижила? – Отсмеявшись, вытерла выступившие на глазах слезы и уже серьезно закончила: – Нет! Антониде в то время уже столько лет было, что даже самая заядлая сплетница про нее такое сказать не могла. Нашла она его и пожалела! Говорят, она баба душевная. Семья у них тогда была большая и не шибко богатая. Как все, с хлеба на воду перебивались, но младенца приняли с радостью. У них одна из невесток бездетная оказалась, так они с мужем его усыновили. В те времена это было просто, пошли в сельсовет и записали на себя. По всей стране столько сирот осталось, что власти не возражали. Сделали Замятины доброе дело и ни разу потом об этом не пожалели. Хороший парень вырос. Умненький! До генерала дослужился! И благодарный! До последнего Замятиным деньгами помогал.

– Надо же! Я и не подозревала, что у Владимира Прохоровича такая судьба!

Ксения зарумянилась от удовольствия.

– Подумаешь, несколько баек рассказала! – с деланой скромностью отмахнулась она. – Если что, спрашивайте! Я знаю все, что в Ольговке делается! – Тут она, вспомнив что-то, всплеснула руками. – Я лясы точу, а мне к Чижиковым бежать надо! У них этой ночью дочка рожала, я не знаю, кого принесла! – Зацепив стоящее на пути пустое ведро, Ксения выскочила из горницы.

– Раззява! Трындит, а что, и сама не знает, – беззлобно бросил ей вслед старик и поманил меня пальцем. – Поди сюда. Послушай теперь, чего я скажу!

Наташа

– Теперь в Москву? – с надеждой спросила я Димку.

– В Москву поедем, когда здесь дела закончим.

Димка шагал впереди, я плелась сзади и, чтобы не упасть, ежеминутно цеплялась за его куртку. Невидимые в темноте корни так и лезли под ноги. Я то и дело спотыкалась, но это не мешало мне задавать вопросы:

– Ты как здесь оказался?

– За тобой приехал! Ты же не думаешь, что я поверил лепету о командировке? Опасная, да еще против воли! И голосок у тебя был на грани слез. Мог я оставить тебя одну?

Совсем недавно я бы ответила утвердительно, теперь же отрицательно замотала головой.

– Машину у Антона взял?

– Зачем? – обиделся Димка. – Своя есть! Я в Москву из Краснодара на машине приехал!

– А как тебе удалось меня не упустить? Всю ночь в прихожей сидел?

– Не всю, но в пять утра уже торчал под дверью.

Слышать это было приятно. Очень! Захотелось поговорить на эту тему еще.

– Получается, ты все это время находился поблизости?

– Точно! – Он тихонько засмеялся. – И между прочим, все ваши разговоры я слышал! Так что вздумаешь что утаить – помни об этом!

Ничего скрывать я не собиралась, поэтому замечание пропустила мимо ушей.

– Почему ты поехал за мной?

Димка вдруг остановился и притянул меня к себе.

– Какая ж ты любопытная! – прошептал он. – Тебе только вопросы задавать! Нет бы просто порадоваться, что в критический момент появился благородный рыцарь и спас тебя.

Чувствуя, еще немного, и я растаю в его объятиях, усилием воли заставила себя возразить:

– На прекрасного рыцаря ты не тянешь!

– Вот она, благодарность! – дурашливо завопил Димка.

– Да ладно... – заканючила я. – Тебе что, трудно ответить?

– Давай мы с тобой на эту тему поговорим потом, когда все будет позади, – неожиданно серьезно сказал Димка. Я хотела спросить, что это за «все», но он не дал мне открыть рта. – Слушай внимательно. Я хозяйке, у которой остановился, говорил, что из Москвы должна приехать жена...

– Так и сказал?! Жена?

– Должен же я был тебя легализовать! А лучшей отмазки не придумать.

– Ну да, – разочарованно пробормотала я.

Когда он сказал «жена», сердце екнуло, а оказывается, это всего лишь «отмазка»!

До деревни добирались долго. Я совсем выбилась из сил, пока мы наконец вышли к околице. Миновав несколько древних избушек, мы подошли к калитке «нашего» дома. Не выпуская моей руки, Димка взбежал на крыльцо.

Я шагнула через порог и зажмурилась от света. После темноты он мне показался необычайно ярким. А когда открыла глаза, то увидела, что нахожусь в деревенской избе с низким потолком и русской печью. А прямо передо мной стояла пожилая грузная женщина и с простодушным любопытством разглядывала меня.

– Приехала, значит! – пропела она. – И впрямь красавица! Не зря ты, Димочка, жену нахваливал!

Услышав про красавицу, я удивленно покосилась на Димку, но он сделал вид, что не замечает.

– Вот, встретил! На автобус она опоздала, пришлось добираться на попутке, потому так поздно.

– А ничего страшного! Сейчас ужин соберу! Да вы проходите, не стесняйтесь. У нас все по-простому.

Хозяйка засновала по избе, захлопала дверцами буфета, загремела кастрюлями. Скоро стол был уставлен едой.

– Ну, со свиданьицем! – провозгласила хозяйка, поднимая граненый стаканчик.

После того как выпили, завязалась беседа. Сначала разговор коснулся хозяйки, которая всю жизнь проработала в местном колхозе, потом заговорили о видах на урожай. Я ничего в этом не понимала и больше молчала, а вот Димка рассуждал охотно. Хозяйка не выдержала и спросила:

– И откуда ты, Димочка, все знаешь? Мне показалось, ты городской?

–- Ошиблись, – ухмыльнулся Димка. – С Кубани я! У меня и дед, и прадед на земле трудились. Теперь я вместо них.

– Выходит, ты у нас казак?

Димка скосил на меня хитрый глаз и подмигнул:

– Чистокровный.

– Ишь ты! – задумчиво протянула хозяйка. – Муж на Кубани, жена в Москве...

Положение нужно было спасать. Хозяйка оказалась женщиной сметливой и уловила разнобой в Димкиной болтовне.

– Мы поженились недавно, – смущенно объяснила я. – Переехать к Диме пока не могу: работа держит.

– Работа? – удивилась она. – А там разве не найти?

– Нет. Я архитектор. Здания проектирую. – И, стараясь увести разговор от опасной темы, выпалила:

– У вас тут, слышала, тоже барский дом стоял.

– Стоял! Только теперь там одни стены, наши туда траву косить ходят. Народ все, что можно, еще в восемнадцатом растащил.

– А хозяева?

– Сгинули... Бабка-покойница рассказывала, в один день собрались и уехали.

Мы беседовали, а Димка молчал. Хозяйка заменила, что он скучает, и засуетилась:

– Давайте спать!

В крохотной комнатке, куда привел меня Димка, кроме металлической кровати с горой подушек, иной мебели не наблюдалось. Я притворила дверь и сурово поинтересовалась:

– И как мы тут спать будем?

Димка усмехнулся:

– Ты про кровать? Так муж с женой всегда в одной спят!

– То муж с женой!

– Ты, помнится, что-то на эту тему говорила! – ехидно заметил он.

– Ты первый начал!

– Какая разница? Я сказал, ты согласилась, значит, терпи!

Ответить я не успела. Пока мы препирались, Димка подобрался ко мне и обнял. Все колкости моментально вылетели из головы, я обхватила его шею и блаженно замерла.

Под утро, уютно лежа на Димкином плече, я спросила:

– Может, все-таки домой?

– Еще чего! – встрепенулся он. – Сейчас позавтракаешь и рысью в усадьбу! Я тебя зачем выручал? Чтоб ты мне клад нашла!

Я приподнялась на локте и посмотрела на Димку: