До места назначения ребята добрались быстро. В детстве девчонки часто ходили в походы с ночевкой и прекрасно ориентировались в лесах в окрестностях Хейвуда. А благодаря тому, что от странного особняка местные всегда старались держаться подальше, здешний ландшафт за истекшее столетие не особо изменился.

– Вот и она. Оно. – Джаспер скептически посмотрел на мраморное изваяние, украшавшее фонтан у парадного подъезда величественной старинной усадьбы.

Да, похоже, время строение не пощадило. До их авантюры с путешествием во времени Джаспер бывал у дома лишь однажды, той самой ночью, когда Брайан спас ему жизнь, и вряд ли в полной мере мог оценить живописность пейзажа или изысканность архитектурного ансамбля. Но ничего похожего на то, что он видел сейчас, точно не было. Тогда и дом, и окружавший его порядком заросший парк больше напоминали декорации для съемок «Семейки Аддамс» или «Скуби-Ду». Теперь же перед друзьями предстало почти новое здание в викторианском стиле, до боли напоминающее Джасперу дом родителей.

Печально, что все так сложилось. Место действительно очень красивое.

А вот статуя вызывала неоднозначные чувства. С одной стороны, миловидное, почти детское лицо излучало невинность. Огромные глаза, приоткрытые чувственные губы, округлый овал лица. Она будто в душу заглядывала и умоляла поверить в чистоту помыслов. Довериться ее заботе. На мгновение Джасперу даже показалось, что он слышит нежный девичий шепот: «Джаспер… будь моим лунным рыцарем».

Вот это да! Он же вроде мужиком был…

– Эми. – Джаспер повернулся к ней. – Слушай, а если статуя – девушка, то почему дух ведет себя… – он замялся, – ну, как мужчина? И Лиззи у него возлюбленная, и к Мэг он приставал. Он же должен был скорее к Джону клинья подбивать? Нет?

– Да, прав шаман, прав, – пробормотала Эмилия, косясь на парня. – Эти странные озабоченные бледнолицые! Дух – бесполое существо, не подверженное людским страстям. Это мы придаем ему те или иные черты. В статуе он был не так долго. Можно сказать, учился ощущать себя двуногим. Чувств‑то у статуи нет. А потом он сразу перекочевал в тело Брайана. Ну, и оформил свои чувства… соответствующим образом.

– Понятно, – проговорил Джаспер. – А то у меня сейчас милый женский голос в голове так сладко поет. Так и тянет услужить Прекрасной даме.

Джаспер зло ухмыльнулся статуе в лицо. Он прекрасно помнил, какая участь постигла Брайана и Рори, поэтому покупаться на безобидный внешний вид не спешил.

У подъезда к дому стоял щегольский экипаж, запряженный пегой лошадкой. Видимо, Лиззи и Джон уже здесь. Нужно быть осторожнее. Ребята старались вести себя как можно тише, однако внимание животного все же привлекли: лошадь то и дело крутила головой и фырчала, переступая с ноги на ногу.

– Какая красивая! – восхитилась Микаэла, сделав шаг навстречу лошадке. – Я раньше занималась верховой ездой и…

– Микки, нам не об этом думать надо, – жестко оборвала подругу Эмилия. – И не шуми.

Разочарованно вздохнув, Микаэла кивнула.

– Как ты планируешь избавиться от статуи? – поинтересовался Джаспер. – Захватила с собой динамитную шашку?

Шутки шутками, но уничтожить мраморное изваяние в XIX веке без подручных средств не так‑то просто. Не кувалду же Эми с собой прихватила! Да даже если и так, постамент гораздо выше. Это в их времени скульптура вместе с фонтаном, что называется, вросла в землю. А тут даже ему дотянуться будет сложно. Так еще и в воду лезть – фонтан‑то рабочий.

– Динамит! – хмыкнула Эми. – Я придумала кое-что получше!

Она опустилась на колени и принялась рыться в своем рюкзаке, оказавшемся на удивление объемным. Один за другим девушка извлекла резиновые перчатки, очки, которые используют в химической лаборатории для проведения опытов, плотно закупоренный стеклянный сосуд, наполненный жидкостью, и обычный на вид плащ-дождевик.

– К сожалению, времени хватило на самое простое, – вздохнула Эмилия, скептически осматривая извлеченные сокровища.

– А что это? – Микки присела на корточки рядом. – Мы будем это взрывать?

– Нет. Это – азотная кислота, – пояснила Эми. – Под ее воздействием мрамор начнет разрушаться. Не самый быстрый способ, но довольно эффективный. Достать взрывчатку в нашем времени не так‑то просто. Да даже ингредиентов для нее не достать, не вызвав подозрений.

– А самую агрессивную кислоту, значит, можно? – щегольнул познаниями в химии Джаспер. – Мне страшно жить в этом мире!

– Ну, не самую агрессивную, но на мрамор она воздействует лучше «царской водки» [10]. – Эми вздохнула и закрыла рюкзак. – И – да, тоже сложно. Но когда ты химик, а твои родители заведуют аптекой, все становится несколько проще. Тогда кислота подозрений не вызывает. И, как мне кажется, в этом столетии ее использование еще не запретили. Кстати, а где Кэсси?

Джаспер встрепенулся, пытаясь вспомнить, когда успел отпустить руку Кассандры. Крепко ведь держал! Стоило на изваяние засмотреться, как все из головы вылетело. Дьявольщина! Все же попался! Парень принялся суетливо оглядывать парк в поисках пропажи. Учитывая обстоятельства, позвать Кассандру он не решился. Орать во все горло было бы верхом идиотизма. Не лошадку же она пошла гладить, в самом деле?

Кассандра обнаружилась у самых дверей особняка. Девушка неподвижно стояла, широко распахнув глаза, и напоминала мышь, завороженную танцем королевской кобры. Она смотрела в одну точку и что‑то неразборчиво шептала. Ненормальная! Ни на секунду не оставить! Уверенным шагом Джаспер двинулся к подруге с намерением оттащить дуреху подальше от дома. Но не дошел он и десяти метров, как с губ Кассандры сорвался оглушительный звериный крик.

– Мэг! Нет, пожалуйста! Мэгги!

Так же она визжала во время их первой встречи, выкрикивая его имя.

Новое видение? Что же случилось с Мэгги и где Ник?

В это же мгновение дверь особняка распахнулась и наружу высунулся здоровенный краснолицый амбал с перекошенным лицом и разбитым носом. Джаспер малодушно укрылся за деревом. Внутри у него все похолодело: он уже видел этого мужчину. Даже дважды. Абсолютно точно это был тип с рисунков Кассандры и Рори. Правда, рисунки в свое время вызвали у Джаспера лишь кривую усмешку. Теперь же по спине парня пробежал холодок. Этот самый тип прирезал его в видениях Кэсси.

Громила презрительно усмехнулся, окинул оцепеневшую Кассандру сальным оценивающим взглядом и, перекинув девушку через плечо, скрылся в доме. Находясь в состоянии шока, Кэсси практически не сопротивлялась. В моменты видений девушка оставалась абсолютно беспомощной, ведь ее сознание полностью переносилось в иную реальность. Судорожно вздохнув, Джаспер бросился следом.

Как там говорят? От судьбы не убежишь? Идти на верную смерть, конечно, страшно, но просто так бросить Кассандру он тоже не мог. Джентльмен он, в конце концов, или так, погулять вышел? Да и не в этом дело. Лучше уж погибнуть, защищая свою ведьму, чем жить жалким трусом.

Эмилия тем временем ловко утянула Микаэлу за статую и неожиданно крепко закрыла подруге рот ладонью. Лишнего внимания и так было слишком много. Уничтожить чертово изваяние важнее всего остального.

Как только за Джаспером захлопнулась дверь, Эмилия выпустила подругу на свободу.

– Эми! Но как же, – всхлипнула Микаэла, растерянно поглядывая на особняк. – Мы должны им помочь!

– Вряд ли от нас там будет много толку, – нехотя призналась Эмилия. – Сперва закончим со статуей. Надеюсь, Джаспер справится.

Из видений Кассандры обе девушки прекрасно знали, чем закончится схватка Джаспера и бандита, но произносить это вслух никто не решился. Надежда, в отличие от удачи, – верная подруга. Даже пред ликом смерти она заставляет верить.

Пока Микки пыталась справиться с эмоциями, Эмилия быстро облачилась в дождевик, надела очки, перчатки и, вооружившись склянкой с азотной кислотой, повернулась к статуе. В экипировке явно недоставало резиновых сапог.

– Микки, – обратилась Эмилия к подруге, – мне понадобится твоя помощь. Тебе придется меня подсадить.

В первоначальном плане Эмилии обнаружился серьезный просчет. В их времени фонтан был обильно присыпан землей и ни о какой воде речи не шло. На месте же оказалось, что невысокого роста девушки едва хватит, чтобы облить кислотой постамент. До самого изваяния Эми не дотянуться. Микаэла со вздохом посмотрела на свои белые кроссовки, украшенные стразами, и обреченно кивнула. После стольких потерь глупо сожалеть об одежде. Даже брендовой.

– Конечно, Эми.

С этими словами Микаэла ловко перепрыгнула через мраморный бортик и направилась в сторону луноликой девы. Наверное, из всех, кто видел статую богини, Микки оказалась самым бесстрастным зрителем. Будучи красоткой больше по характеру, нежели по внешним данным, Микаэла с равнодушием относилась к чужому совершенству. Мало ли вокруг красавиц? Внешность – не главное. Как произведение искусства богиня ее тоже не заинтересовала. Она никогда не понимала прелесть скульптур и больше любила живопись. А эта статуя еще и к смерти Рори руку приложила, и Брайана погубила. Не статуя – дух, конечно. Но дух – понятие абстрактное. А изваяние – вот оно. Его проще обвинить в бедах. Поэтому ничего, кроме мимолетного равнодушного взгляда, монумент от Микки не удостоился. Возможно, зря, потому что стоило девушке подумать, что ничего особенного в нем нет, как нога скользнула по заросшему тиной булыжнику, что лежал на дне фонтана, и Микаэла шлепнулась в ледяную воду.

– Ой. – Она виновато посмотрела на Эми. – Я нечаянно.

– Осторожнее, – прошептала Эмилия, помогая подруге подняться. – Пойдем.

Девушки медленно подходили к обросшему вьюном постаменту. Обычно поздней осенью в их местности листва вьющихся растений жухнет и облетает, оставляя за собой лишь серые безжизненные плетни. А этот вьюн, росший прямо из воды, поражал сочностью зелени. Будто сейчас был разгар лета.

– Цепляется, зараза, – ворчала Микки, с трудом переставляя ноги. Вьюн действительно прочно опутывал лодыжки, сильно замедляя ход. – И прочный такой!

– Да, – тихо согласилась Эмилия, глядя на статую исподлобья, – необычайно прочное растение.

Эми была уверена, что все неспроста. Дух специально вставляет им палки в колеса. Это он послал Кассандре очередное видение. Это он вынудил Джаспера бежать в чертов дом. А что случилось с Мэгги и Ником, можно только догадываться. Эмилия прикрыла глаза и глубоко вдохнула. Джон правильно подсказал: ключ – это вера. Есть только два способа защитить себя от потусторонних сил. Человек должен быть либо абсолютным материалистом, не верящим ни во что сверхъестественное, либо истово верить и защищать себя согласно этой вере. Индейцы используют для этого всевозможные амулеты и просят у одних божеств защиту перед страшным ликом других. Христиане верят в единого Бога и его защиту, отрицая прочее. Буддисты верят в карму и искупление. В общем, вариантов много, нужно только выбрать подходящий. А она – она не бледнолицая, и мир духов так же принадлежит предкам Эмилии, как и Виннебаго. И если кто и способен усмирить духа, то это она. Дикая Вишня.

Эми знала, чем все закончится. И почему Рори ни за что не хотел брать ее с собой в особняк, выдумав историю с прикосновением. Прикосновение было лишь катализатором, выпускающим на волю суеверные фантазии. Формальностью. Внушением. Именно поэтому теория сработала с Кассандрой и Микаэлой и не сработала с ней. Эми всегда была материалисткой и на все имела научно обоснованную гипотезу. В планах коварного духа ей была бы уготована роль той самой жертвы, которая открывала врата времени и без которой не обойтись. Рори об этом догадывался.

После его смерти Эми действительно захотелось поверить и в призраков, и в возможность изменить прошлое. В любую небылицу, которая могла бы вернуть ей любимого. И заветы предков – не худший вариант. Мир держится на равновесии. Зло и добро должны возвращаться. И сейчас Эмилия планировала вернуть духу зло.

– Давай, Микки, – скомандовала Эмилия у самого постамента, – как в школе.

Микаэла кивнула и, сложив ладони лодочкой, подхватила ногу Эми. Та, уцепившись за край полумесяца, подтянулась и залезла наверх. Склянку с кислотой Эмилия закрепила на поясе, искренне надеясь, что не обольется.

Оказавшись наравне со статуей, Эмилия заглянула в холодные мраморные глаза и увидела в них усмешку. В это же мгновение снизу раздался истошный крик подруги.

– Эми, Эми, эти твари хватают меня!

Коротко посмотрев на подругу, Эми не заметила ничего необычного. Ну, не считая визжащей и прыгающей Микки.

– Кто хватает?

– Вьюн же! Ты не видишь, что ли? – Микки упала в фонтан и принялась бить по воде руками, громко крича. – Он хочет меня утопить! Эми!

– Там ничего нет…

Эмилия поняла, что взывать к голосу разума бесполезно. Микаэла сейчас пребывала в ином мире, куда ее утащил подлый дух, и выбраться оттуда была не в состоянии. Очередная попытка отвлечь от цели. Эмилия с сожалением взглянула на скрывшуюся под водой и уже едва трепыхающуюся Микки и выхватила склянку.

«Не стоит, – злобный шепот в голове был наполнен отчаянием, – мы сможем договориться».

– Черта с два! – Эми со всей силы ударила склянкой о надменное каменное лицо, и кислота быстрыми ручейками побежала по ложбинкам, высеченным умелой рукой скульптора. Едва она коснулась мрамора, статуя будто ожила. Шипение разрушающейся породы звенело в ушах Эми предсмертными стонами. Впрочем, жалости эти стоны не вызывали никакой.

Карма.

Внезапно статуя начала трескаться. Разлетаясь на осколки, мраморное творение рухнуло вниз, увлекая Эмилию за собой. Особенно крупный осколок статуи прижал девушку ко дну фонтана, не позволяя всплыть. Поверхность была рядом, на расстоянии несколько дюймов, но для Эмилии эти дюймы обратились в световые года.

Идол, собиравший кровавую дань, наконец был повержен. Сила его развеялась, вновь слившись с природой. Растворившись в ней. Лунный дух сбросил кровавую пелену, застилавшую взор, и снова стал добрым покровителем Виннебаго. Теперь ход истории изменится. В будущем не будет никакого проклятого особняка и легенды о несчастной невесте леди Элизабет. Лиззи проживет счастливую жизнь, нарожает Джону детей и так и останется для потомков безвестной миссис Морган. Оно и к лучшему. А им не придется рисковать собой. Хотелось бы, конечно, иметь возможность уберечь себя от глупых ошибок, но надо радоваться тому, что хотя бы шанс появился.

В свои последние секунды Эмилия ни о чем не жалела. Она с нетерпением ожидала встречи с Рори. Где бы та ни состоялась.

Джаспер судорожно метался по особняку, на чем свет костеря лунного духа и его фокусы. Надо же было так вляпаться! Провели как ребенка! Парень всегда был высокого мнения о собственном уме и искренне полагал, что если и не переживет авантюры, то обязательно умрет каким‑нибудь иным способом. Не как в видении Кассандры. Нет, спасти девушку, конечно, почетно и все такое, но каким же дураком надо быть, чтобы, имея все предостережения, лезть на рожон. Он будет умнее. Он просто проследит, чтобы Кэсси изначально ничего не угрожало. Проследил, черт возьми! В очередной раз уткнувшись в запертую дверь, Джаспер со всей силы пнул ее ногой и в ту же секунду взвыл. Все же двери в прошлом делали на совесть. Хорошо, если палец на ноге не сломал, – обувь, в отличие от двери, оказалась хлипкой. Знал бы, гриндерсы [11] надел. Глядишь, и статую без кислоты развалили бы. С полпинка. Поджав губы, Джаспер развернулся и принялся по очереди дергать дверные ручки. Если не получилось с наскока, то пора переходить к системным действиям.

Внутри особняк оказался непростительно огромным и явно неготовым принимать гостей: скрипучие полы, пыльные белые чехлы на мебели, раскиданные по полу мелкие вещицы, словно забытые в спешке предыдущими жильцами. Складывалось впечатление, что дом опустел за несколько часов и, оставляя жилище, хозяева особо не заморачивались: хватали что под руку попадется. Может, дух и прежде тут хозяйничал? Еще до трагедии? Неужели Джона это не насторожило, когда он выбирал место жительства будущей семьи?

Мысли Джаспера прервал женский визг.

Опять забылся! Да что же за ужасное место!

– Кэсси! – Соблюдать конспирацию больше не имело смысла. – Кассандра! Куда ты утащил ее, жирный ублюдок?

– Нет, Джасп…

Девушке словно зажали рот, но направление движения парень уже определил. Противоположная сторона от лестницы на втором этаже.

По мере приближения брань и возня становились все громче. Джаспер подлетел вовремя. Прижав Кассандру к полу, бандит занес над девушкой огромный охотничий нож.

– Ведьма, – хрипел он. – Я убью тебя, маленькая дрянь! Все вы ведьмы!

Кажется, Кэсси успела дать отпор: рядом с девушкой Джаспер заметил перцовый баллончик, а на роже негодяя красовалось столько царапин, будто он столкнулся с дикой пумой. Умница!

– Спокойно, мистер. – Не раздумывая, Джаспер набросился на громилу.

Самый идиотский поступок в жизни! И, похоже, последний. Поначалу мужик растерялся: видно, не привык, чтобы на него нападали первыми. Оно, конечно, неудивительно – с таким шкафом разговаривать на равных можно только с дробовиком в руках. Но мгновенное замешательство – не слишком большая фора. И весовые категории у них разные. Удар. Еще. Что ж так больно! С несколькими зубами можно смело попрощаться. Впрочем, на победу и так никто не рассчитывал. Джаспер просто надеялся, что Кассандра догадается сбежать.

– Сам ты демон! – Кассандра схватила один из стульев и со всей силы опустила его на голову противнику Джаспера.

Тот замер и медленно обернулся, все еще не понимая, как девушка может оказывать сопротивление, да еще и нападать? Стул по законам физики разломился, и в руке Кассандры осталась лишь увесистая деревянная ножка.

Вы когда‑нибудь играли в бейсбол? Кассандра, видимо, была мастером. Потому что после буквально пары дополнительных ударов здоровяк рухнул на пол и уже не поднялся. Откинув «биту» в сторону, девушка опустилась перед Джаспером на колени.

– Джаспер… ты…

– Я в порядке, Кэсс. – Он с трудом улыбнулся, но тут же закашлялся с кровью. – Я в полном порядке…

Нож, которым бандит угрожал Кассандре, торчал из груди Джаспера, как в дешевом триллере. Что странно, боли парень не ощущал. Наоборот, он чувствовал невероятную легкость, только пошевелиться не мог. И глаза закрывались сами собой. Будто под действием снотворного проваливаешься в сон.

– Нет!

Последнее, что Джаспер услышал перед тем, как умереть, был визг Кассандры. Тот самый, что когда‑то помешал их знакомству.

– Немедленно собирай вещи, Элизабет! Мы уезжаем. – Джон растерянно посмотрел на невесту, больше всего боясь, что его заподозрят в слабоумии. Еще минуту назад они планировали ехать смотреть новый дом, а теперь…

– Да… – прошептала девушка, суетливо глядя по сторонам. – Берем самое необходимое на сезон. Нет, зимние тоже. Книги. Сэм! Я крикну Сэма, и мы…

Она ринулась к двери позвать брата, но Джон перехватил ее запястье и крепко сжал.

– Ты… Лиззи, ты тоже?.. – Более развернуто сформулировать мысль Джон не смог. Слишком уж абсурдно и антинаучно она звучала.

– Не хочу быть Каспером! – всхлипнула Элизабет, замотав головой. – Это… это ужасно.

Она виновато посмотрела на Джона, видно, ожидая, что тот решит везти ее не в дом, а к лекарю.

– Мисс Эмилия, господин Джаспер, мисс Кассандра… – осторожно принялся перечислять Джон. – Тебе известны эти имена?

– Да! Я все помню! – Элизабет залилась слезами и бросилась в объятия Джона. – Помню, как умирал мистер Рори! Помню, как Сэм меня не видел. И негодяев, напавших на леди Мэгги. Мы, мы должны их спасти, Джон.

– Но как, Лиззи? – Джон пожал плечами. – Они еще не родились. Да и если мы сбежим, то изменим будущее…

На мгновение Элизабет задумалась, а спустя секунду просияла.

– Мы напишем им письмо! И оставим у адвокатов! Вот!

Она счастливо улыбнулась и захлопала в ладоши.

– Зачем же так сложно? – усмехнулся молодой женский голос. – У меня есть предложение получше! К тому же, мне есть за что поблагодарить ваших друзей.

Посреди комнаты в алом сиянии возник женский силуэт. Его очертания точно повторяли контуры статуи, украшавшей фонтан проклятого особняка. Дух обнимал растерянного Сэма и загадочно улыбался.