А как падала погодушка со синя моря,

Со синя морюшка с Корсу́ньского,

Заносила три корабля черненыих

В славный Корсу́нь город, в гавань Корсуньскую.

А во том городе во Ко́рсуни

Ни царя, ни царевича,

Ни короля, ни королевича,

Тут жила-была Маринка дочь Кайдаловна,

Еретица, безбожница,

Брала она с тех кораблей пошлины,

В гавань вошли – пошлину,

Паруса спустили – пошлину,

Якоря бросали – пошлину,

К мосту приставали – мостовое брала,

В таможню зашли – таможенное.

Набирала дани-пошлины

Ни много ни мало сорок тысячей.

Взяла она у тех корабельщиков три рукавочки,

Три рукавочки, три перчаточки,

Сшиты перчаточки, не вязаны,

Вышиты красным золотом,

Усажены скатным жемчугом и каменьями самоцветными.

Первые перчаточки в пятьсот рублей,

Другие перчаточки в целу тысячу,

Третьим перчаточкам цены нет.

Везены эти перчаточки в подареньице

Князю Глебу Володьевичу в Киев-град,

Любимому племяннику Владимира стольнокиевского.

Забирала себе Маринка те три корабля черненыих,

Прогоняла корабельщиков с тех корабликов,

Ставила свою стражу крепкую.

Ходят корабельщики по городу по Ко́рсуню,

Думают промеж собой думушку единую.

Пишут они ярлыки скорописчатые

Тому же князю Глебу Володьевичу:

«Уж ты гой еси, князь Глеб Володьевич!

Уж как падала погодушка со синя моря,

Заметало нас под тот же городок под Корсунь,

А во том же во городе во Корсуни

Ни царя нет, ни царевича,

Ни короля, ни королевича,

Княжит тут Маринка дочь Кайдаловна,

Еретица, безбожница.

Вошли мы в гавань – брала с нас пошлину,

Паруса спустили – брала пошлину,

По мосту шли – мостовое брала,

В таможню зашли – таможенное.

Взяла с нас дани-пошлины сорок тысячей,

Да взяла у нас три перчаточки,

Везены были тебе, князю, в подареньице:

Первые перчаточки во пятьсот рублей,

Другие перчаточки в целу тысячу,

А третьим перчаточкам цены нет».

Они скоро писали, запечатали,

Отослали князю Глебу Володьевичу.

А тут скоро пришли ярлыки в Киев-град,

Скоро Глеб Володьевич их просматривал.

Разъярилось сердце богатырское,

Просит благословения у дядюшки своего любимого,

У Владимира Красна Солнышка в поход идти.

Дает ему Владимир благословение в поход идти.

Выходил Глеб Володьевич на свой широкий двор,

Собирал дружину хоробрую:

«Уж вы гой еси, дружина моя хоробрая!

Седлайте добрых коней, берите сабельки вострые!»

Выезжал князь Глеб Володьевич в чисто поле

Со своей дружиною хороброю,

Триста отборных добрых молодцев,

Рост к росту, голос к голосу, волос к волосу.

Говорил им князь Глеб Володьевич:

«Уж вы поедемте, дружина моя хоробрая,

А ко тому славному городу ко Корсуню,

А ко той Марине ко Кайдаловне,

Еретице, безбожнице,

Вызволять мои кораблики черненые».

Как доехали они до города Корсуня,

Остановил Глеб добра коня:

«Уж вы гой еси, дружина моя хоробрая!

Сходите с коней, ставьте шатры полотняные,

Держите стражу крепкую,

Пойду я один ко граду Корсуню.

Как услышите, зазвенит моя сабелька,

Заскрипят плечи богатырские,

Поезжайте ко городу Корсуню,

Скачите через стену городовую,

Уж вы бейте по городу и старого и малого,

Ни единого не оставляйте вы на семена».

Подъезжает Глеб под башню наугольную,

Закричал он зычным голосом:

«Уж ты гой еси, Маринка дочь Кайдаловна!

Ты зачем обрала у меня корабли черненые,

Ты зачем согнала с них моих корабельщиков,

Поставила на них своих караульщиков?»

Услыхала Маринка дочь Кайдаловна,

Говорит ему с городской стены:

«Уж ты гой еси, князь Глеб Володьевич!

Я отдам тебе три твоих корабля черненыих,

Только отгадай три мои загадочки хитромудрые.

Первая моя загадка хитромудрая:

Что в лете бело, да в зиме зелено?»

Отвечал князь Глебушка Володьевич:

«Не хитра твоя загадка хитромудрая:

В лете-то бело – Господь хлеб дает,

А в зиме-то зелено – ель цветет».

Говорит ему Маринка Кайдаловна:

«Загадаю тебе вторую загадку хитромудрую:

Что без кореньица растет да без лыж катится?»

Отвечал ей Глебушка Володьевич:

«Не хитра и эта твоя загадка хитромудрая.

Без кореньица растут белы снеги,

А без лыж катятся быстры ручьи».

Еще говорит Маринка Кайдаловна:

«Загадаю тебе третью загадку хитромудрую:

Есть у вас в Киеве мясная гора,

А на той мясной горе кипарис растет,

А на том кипарисе-дереве соко́л сидит».

Отвечал опять князь Глеб Володьевич:

«Уж ты гой еси, Маринка дочь Кайдаловна!

Не хитра и эта твоя загадка хитромудрая,

Твоих загадок глупее на свете нет.

Мясная-то гора – мой добрый конь,

Кипарисово дерево – мое седелышко,

А сокол сидит – то я, удалой добрый молодец,

Русский могучий богатырь Глеб Володьевич».

Говорит ему Маринка Кайдаловна:

«Уж ты гой еси, князь Глеб Володьевич!

Отгадал ты три мои загадки хитромудрые.

Отворю я тебе ворота, а сама, красна девица,

За тебя замуж пойду».

Шла Маринка на свой широкий двор,

Наливала чару зелена вина,

Насыпала в чару зелья лютого.

Вышла опять на стену городо́вую,

Подавала чару Глебушке Володьевичу:

«Уж прими-ка, Глебушка, на приезд

Чару зелена вина!»

Принимал Глеб чару зелена вина,

Хочет пить, к устам поднес.

Тут споткнулся конь его на ноженьку на правую,

Расплескалась чара зелена вина

На гриву лошадиную,

Загорелась грива у добра коня.

Испугался тут Глеб Володьевич,

Бросал чару на сыру землю;

Мать сыра земля загорелася.

А как разъярилось сердце богатырское,

Стегнул Глеб добра коня по крутым бокам,

Перескочил конь через стену городо́вую,

Настиг Глеб Маринку посреди двора,

Отсек ей, Маринке, буйну голову.

Поехал он по городу Корсуню,

Стал сабелькой своей помахивать,

Бить-рубить приспешников Маринкиных.

Услыхала тут дружина хоробрая,

Как звенит его сабелька вострая,

Налетела дружинушка на город Корсунь,

Посекла-побила старого и малого,

Ни единого не оставила и на семена.