Заводил Владимир-князь почестен пир,

Собирал всех князей и бояр,

И сильных могучих богатырей,

Кланялся им до сырой земли,

А Добрыне с Васильюшкой в особину:

«Исполать вам, удалы добры молодцы,

Послужили вы мне верой-правдою,

Верой-правдою неизменною,

Привезли от Батея царя поганого

Дани-выплаты на двенадцать лет».

И гуляли все, веселилися

Ни много ни мало – ровно тридцать дней.

Отъезжали тут могучие богатыри,

Отъезжали они в чисто поле.

Ведь в Киеве-то нельзя им жить:

Разгуляются, распотешатся,

Распотешатся, станут всех толкать;

А такие потехи богатырские

Народу в Киеве ведь не вытерпеть.

Которого толкнут – тому и смертушка.

Отправлял их тут Владимир-князь,

Отправлял погулять на поле дальнее.

Поехали богатыри по чисту полю,

Наперед всех Илья Муромец.

У Ильи конь бежит, как соко́л летит,

Реки, озера промеж ног пускает,

Хвостом поля устилает.

Киевские богатыри дивуются:

«Нет на поездку сильней Ильи Муромца,

У него поездка молодецкая,

Вся поступочка богатырская».

Приезжали богатыри на поле дальнее,

Раскидывали там белы шатры,

Стали пить, гулять и потешатися,

Богатырской удалью хвастаться.

Прискакала тут к ним баба Горынинка,

Говорила баба Горынинка таковы слова:

«Гой еси вы, богатыри русские!

Побили вы у царя Батея всю силу великую,

Выходите-ка теперь со мной, с бабой, битися!»

Богатыри тут призадумались:

Кому из них выходить в поединщики.

Говорил старый казак Илья Муромец:

«Дайте-ка мне, братцы, с ней поразведаться!»

Добрыне Никитичу тут за обиду стало,

Что идет Илья Муромец с бабой битися:

«Дайте-ка мне, братцы, сперва с ней разведаться,

А пробьюсь я с ней двенадцать дней,

Приезжайте меня попроведати».

Выходил Добрыня из бела шатра,

И садился он на добра коня,

Выезжал с бабой Горынинкой в чисто поле.

Как ударились они палицами булатными, —

Будто гром грянул из тучи темноей,

Приломали они свои палицы.

Стали они копьями битися, —

Изломали они востры копьица.

Сходили они с коней богатырскиих,

Бились в рукопашный бой,

А и билися двенадцать дней.

Поизмучился Добрыня Никитич млад,

Стала одолевать баба Горынинка.

Приезжает тут попроведать Илья Муромец:

«Тебе Бог помочь, Добрынюшка!»

Возговорит тут Добрыня Никитич млад:

«Ах ты, братец названый, Илья Муромец!

Приходит мне смерть скорая,

Смерть скорая от этой бабы от Горынинки».

Говорил тут старый казак Илья Муромец:

«Ай же ты, Добрынюшка Никитич млад!

Не знаешь ты, Добрыня, ухватки бабьей.

Ты бери-ка ее за белы груди,

Да ударь-ка ее о сыру землю!»

Добрынюшка тут послушлив был,

Хватал бабу Горынинку за белы груди,

И ударил ее о сыру землю,

Убил бабищу Горынищу до́ смерти.

Приезжали богатыри в бел шатер,

Стали пир вести, потешатися.