Однако мечте Павла о скорейшем отдыхе и мягком кресле не суждено было сбыться. Практически на выходе из комнаты группы картографов, его перехватила группа из двух пятизвездочных охотников. Тех самых, что еще совсем недавно беспробудно спали! И не успел Павел порадоваться — очнулись! Как детки стали засыпать его вопросами:

— Наш участок уже куплен и оформлен? — поинтересовались они, и Иф скрипнул зубами.

Ситуация с этим болотом вышла донельзя глупая и скверная! Требование деток, делать все скорее и даже не глядя, он исполнил как подобает, передав эту информацию доверенному риэлтору. А тот, не будь дураком, быстро все провел буквально за день, оформив все бумаги на сделку. Успев провести подписание бумаг до того, как начался кавардак.

Казалось бы — можно радоваться! Вот только Павле из любопытства съездил на тот «участок у реки», единственный из возможного, единственный что можно было быстро и без проблемно купить и что был быстро и без проблем куплен.

Болото! Лютое болото! Мерзкая грязь и… ужас как ни глянь! Этому участку, грош цена! Потому что из-за реки даже подъезда к нему нет! Да и мост через неё так просто не построишь, ведь мост, во-первых, должен куда-то идти! А на той стороне от участка кругом скверы, парки, набережные да дома! Там нет ни единой подходящей к реке дороги нормального размера! Ни одного проспекта, по которому можно было бы прогнать тяжёлую технику, и засыпать все болото миллионами тонн скалы.

Во-вторых — строительство моста потребует кучи юридических утверждений и согласований! А с необходимостью прокладки новой магистрали по чужой земле, так и вовсе, абзац становится! Ну и в-третьих — а на что ставить мост? На болото? А речной транспорт запрещен сюзереном по соглашениям! Так что только понтоны наводить, договариваясь с вояками.

Павел тогда хотел очень круто покрыть матом этого Карла! За то, что подсунул детям такой неликвид! Прекрасно понимая, почему продавец столь легко согласился на все условия, и все странности проводимой Карлом сделки. И спешил, наверняка не меньше этого Ронга избавится от этого болта.

От крутой нотации, потери репутации и возможно даже разорения, самоличного выкупа этого дерьма себе раз столь нравится, или отмены сделки, если она еще была возможно, небедного риэлтора спало лишь то, что Павлу тогда резко и очень сильно привалило работки. От тех самых деток. И их новости, что все пиздец, атас, котенок.

И пусть Павел не считал, что сейчас, из-за кризиса и образования кучи свободных земель в городе на юго-западном направлении, эти земли им можно было бы купить задарма, воспользовавшись щедрым предложением мэра, но все же подожди они еще чуть-чуть, и… хотя бы кусок земли был бы получше качеством за те же деньги! Да и людям они бы своими финансами тоже могли немного помочь, ведь покупать у обманщика бы точно не стали, а те, кто продает свою землю сейчас, реально нуждается в деньгах.

Правда вот с самыми финансами, деньгами у детей для покупки, был и остаётся большой вопрос. Денег за ресурсы детям на тот момент так и не выплатил никто. А потому денег на покупку у них не было, но было бы глупо об этом говорить самим детям, признавая, что ассоциация тупо дурит их бедных, и умеет лишь раздавать обещания. Говорить, что он, не стоит и капли доверия, и его слова пустой звук.

К тому же у детей все так же не было карточек-охотника, а в базе ассоциации вообще творился бардак на их счет, а значит и документов у них тоже нет! На кого проводить сделку? Но непреодолимая ситуация для нормального человека, является почти будничной для старого пройдохи Карла Ронга.

Этот жук, умудрился оформить участок на детей без документов, но оплату покупки при этом не провел. Гарантом сделки выступила ассоциация охотников Вана, и по факту — это она хозяйка того клочка земли на текущий момент. Но поскольку оплата не была проведена до сих пор — фактическим хозяином участка остается, как и прежде, старый владелец тех земель.

И вот это вот все, выкладывать детям⁈ Что смотрят на него с видом «Где моё⁈ Где моя новая любимая игрушка⁈». Павел не псих, чтобы говорить такое двум малолеткам, что могут скрутить его в шар, да поиграть им в мяч, несмотря на разницу в размерах! Усиленно занывшая нога, в которую попала одно жалкое копье из миллионов, которыми они усеяли то поле, как бы очень, очень, очень, непрозрачно намекает, что говорить ЭТУ правду ЭТИМ людям ОЧЕНЬ плохая идея!

Да, можно было бы попробовать их отговорить от покупке того дерьма! Даже если по итогу придется его потом куда-то девать, но… это очень, очень плохая идея в текущих реалиях! Его сожрут свои же за такую трату на неликвид. И достанется по итогу вообще всем и очень больно.

Можно попробовать потянуть время. Сообщив детям, что бумаги еще оформляются. Можно сказать, как есть — денег вам, детки, так и не дали, но… даже у столь человеколюбцы монстров наверняка есть придел их человеколюбия, и Павлу не хочется их расстраивать и разочаровывать в человечестве больше, чем оно уже себя опозорило в их зеленых глазах.

Так что самый нормальный вариант — просто съездить с ними самому, и посмотреть участок вместе с ними. А там, в зависимости от реакции детей, подкидывать варианты, вплоть до ухода в отказ, и «Нам не нужен этот мусор!».

— Да, участок оформлен. — сказал Павел, все размышления которого не отняли у него и тридцати секунд времени, — Все хорошо. — улыбнулся он вымучено, но дети не поняли его страданий.

Девочка, подпрыгнув от радости кинулась обниматься к мальчику. А тот, ловко поймав её с улыбкой приобнял, почти как тогда, когда они обнимали друг друга во сне. Только в отличии от своего мирного сна, вокруг них сейчас не плясал хоровод энергии, как тогда, когда они спали. Не было того кокона силы вокруг этих двух тел маленьких людей, что был вокруг них во время их сна.

Кокона, что был очень похож на тот, что видел Павел при иглоукалывании детьми тела Мираны. Только тут энергия циркулировала не меж разными точками одного человека, а меж двумя разными людьми, перетекая от одного к другому и обратно. И игл никаких тоже не было. И потоки силы были иными.

— Однако, — привлёк к себе внимание мужчина, когда эти двое прекратились радоваться и тетёшкаться, — мне бы хотелось вас туда проводить, все же вы вряд ли знаете где находится ваша новая земля, и можете что-нибудь напутать. Когда вы планируете туда сходить посмотреть? — поинтересовался он, прекрасно зная ответ, да и говоря «сходить», а не «съездить» осознано, а не из-за манеры речи.

— Сегодня. — сказал мальчик.

— Сейчас! — добавила радостная девочка, полностью подтверждая мнение Павла об этих двоих.

Им очень, очень натерпится увидеть свою землю! И очень, очень натерпится начать стройку своего домика! А поэтому, — понял он, их следующий вопрос до того, как они откроют рот.

— А где наши камни с подземелья?

И ему ничего не оставалось кроме как ответить где лежать они, как и все, что осталось в ассоциации с того злополучного подземелья восьмого уровня. Все то, что там было — их собственность! И неважно кто и почему ложил штабелями глаза на те вещи до произошедшей осады на город.

Деньги детям даже за то, что уже было вывезено так и не выплатили, так что они имеют полное право забрать эти остатки себе, как хотя бы часть компенсации. Тем более что они, вложили оборону больше прочих, даже с точки зрения пожертвования снаряжения «в общею кассу», пред началом боя предоставив массу разнообразного оружия и снаряжения, спася тем самым множество жизней.

Дети отправились забирать своё на склад, а Павел, передав через внутреннею связь своим людям просьбу встретить их на входе и проводить, отправился в гараж, выгонять свою машину. Брать человека в качестве водителя ему было не охота, все люди сейчас на счету, и раз уж он сам вынужден бездельничать… условно бездельничать! Так уж лучше он будет бездельничать один, чем с товарищами. Ну а травма левой ноги не помешает ему жать на педали одной правой, как и прочие травмы и усталость, не скажутся на уровне мастерства вождения охотника с хорошей реакцией.

Ожидая прихода детей на крытой подземной парковке, Павел получил сообщения от своих, что дети забрали причитающиеся им ресурсы. В голове сразу нарисовались картины погрузки камней в десяток грузовиков погрузчиком, но… он тут же отбросил их в сторону — откуда им там взяться столь быстро? И уточнив у своих, как именно и что именно дети взяли, ожидая подвоха, узнал, что дети, просто запихали все камни в свои тела, внутри которых они исчезли. Панцири и тела жуков же «оставили ассоциации для продажи, они им не нужны».

Председатель взревел — да какой продаже, их же просто отберут! Ведь там вполне нормальные тушки классических монстров в подземелья! С магией! Что не гаснет от времени! А не… то, что оставили после себя монстры атакующих город волн.

Ведь монстры орды, в отличии от монстров подземелья, не испаряются после смерти, оставляя от себя в лучшем случае куски тела, камни маны и оружия. Твари волны, вполне материальны! И их трупы, никуда не исчезают после их смерти.

Однако, их магия, не столь стабильна, как в тех кусочках, что остаются после смерти тварей подземелья, и выветривается со временем, обращая тушки магических монстров во вполне обычную почти не магическую плоть.

Какой-то слабый фон излучения там все же останется! По крайней мере так уверили его ученые, занявшиеся исследованием данного вопроса. Но это будет именно что фоном остаточно излучения, а не полноценным магическим материалом, как все привыкли.

Закон сохранения энергии в действии! — сказал ему один из этих умов, — Заряженный объект, стремится поделится энергией с незаряженным! Исключением являются лишь те объекты, что имею хорошую изоляцию от излучения, храня все в себе. Но их как правило из-за этого трудно обнаружить, и в общей куче они скорее будут выглядеть белым пятном, чем чем-то сияющим.

И обычные магические объекты ими не являются! Просто они, сами являются неким источником энергии, и их выход энергии постоянен, так как равен цифре вырабатываемой. Но и эти магические цацы, энергию тоже тратят! Просто их «батарейка» у них более емкостная, и хватает её надолго.

Так что ожидаемого многими коллапса рынка магических ингредиентов не предвидится, и скорее страну ждет скорее дикий рост цены, ведь все, кто сейчас срочно сбагривают с рук за бесценок то, что как кажется вскоре станет вообще никому ненужно, потом побегут скупать обратно «на росте» цены этих вещей. Ну или будут кусать локти, жалея о том, что столь дёшево продал.

Ведь максимум на что годны все эти тушки монстров подле границы города, так это на измельчение и переработку, с дальнейший добавкой в бетон при строительстве. Это добавит постройки дополнительную прочность, сделает стены частично магическими и, возможно, будет защищать дом от близких раскрытий разломов подземелья.

— хМ. — хмыкнул Павел, сидя за рулем своего большого… огроменного! Внедорожника, под стать самому большому по габаритам охотнику, что катается по сути на грузовике, с кабиной вида легковухи.

Если то, что говорят дети правда, и магическая структура здания ассоциации защищает прилегающею к нему территорию от появления тут разломов правда, а детям не верить смысла нет, то выходит, что все эти многочисленные и пока еще не гниющие из-за магии тушки, не такие уж и бесполезные и дешёвые! И из них…

Додумать эту мысль он не успел, так как в дверь машины кто-то тихонько постучал. Выглянув в окно, он никого не увидел, но ничуть не удивился данному событию, так как маленьких детей за дверью его гиганта на колесах было бы и невидно. А потому он просто и молча нажал кнопку электрозамка, открывая заднею дверь.

Замок щелкнул, дверь приоткрылась, однако на заднее сиденье никто не садился. И дверь до конца никто не открывал, а в узкую щелочку не протиснутся даже грудному ребенку. Павел забеспокоился, оглянулся назад, взглянул в стекло, услышал скрип приоткрываемой двери, но в этот момент заметил пару детей, спускающихся по лестнице на парковку и о чем-то переговаривающихся меж собой.

— Вот тва… — успел ругнутся мужчина, и отклонить своей тело в бок, одновременно убирая с подлокотника голову.

Меж рукой и ребрами, спинку сиденья пробило что-то невидимое проводя не самым приятным для восприятия лезвием по магическому покрову, разогнанному на максимум для защиты тела. Второй клинок срезал подголовник как масло, и на развороте, пошел к Павлу, готовясь срезать ему и голову.

Рука, с усиленной защитой на локте, приняла на себя этот удар, а сам Павел, обострив своё восприятие на максимум, сумел разглядеть-почувствовать врага на заднем сидении. И поняв где он и кто он, сумел перехватить вторую руку человека, что выдернув оружие из седушки решил пырнуть противника в бочину.

Паритета не вышло, Павел, что оказался сидящим боком на водительском месте, поймав руку врага, туту же выпустил когти в плоть, вызвав болезненный всхлип невидимки, принял пару отчаянных ударом невидимого клинка на становящийся все тоньше блок руки, и поймал и оппонента за запястий, выворачивая, ломая, и заставляя бросить оружие.

Бойцовских навыков и реакции, как и опыта подобных драк у Павла хоть отбавляй! А потому, даже когда враг решил атаковать его ногами, встроенными в ботинки и вполне видимыми ножами, то сумел перехватить и их, навалится могучим локтем на хрупкие ножки, и сломать оппоненту конечности сразу в двух местах.

Крик боли на этот раз уже был вполне отчетливым, а не подавленным всхлипом, но Павла он не тронул ни разу, хоть и привлёк внимание детей, что поспешили к машине. Иф сломал врагу еще и руки ниже локтя, добившись ухода противника в бессознанку от боли, и принялся к быстрому обыску невидимого убийцы, снятию с него элементов маскировки, и разоружению.

— Смотрю, у вас тут весело. — сказал мальчик, заглянув в машину, по шире открывая дверь.

— Похожа на Яузу. — сказала девочка, осматривая разоруженную и полураздетую девушку, что и была невидимкой-убийцей, с невидимым острейшим оружием.

— Ну да, похожа… — ответил Павел, не отвлекаясь от работы, стараясь своими огромными ручищами, не раздавить какую-нибудь хрупкую ампулу внутри одежды этой хрупкой девушки-убийцы, с очень дорогими мечами и костюмом. — Стоп, Яуза⁈ — осознал он сказанное детьми, и замерев, взглянул на них, все так же стоящих у машины, — А этим то что надо?

— Да кто их знает. — пожал плечами мальчик.

— Может из-за нас, а может подзаработать решили. — пожала плечами девочка.

А Павел вдруг вспомнил, что Яуза и правда частенько берет заказы на тайное, но показательное устранение определенных лиц! И… заказные убийства их хлеб! Так почему бы им… не принять заказ на устранение неугодного охотника? И не только Павла!

— Поездка отменяется. — сказал он, тихо рыча сквозь зубы, и «топорща шерсть».

Но осознал, что рычит как бы не на тех, и дети тут если и причем, то только краем, и стоят сейчас, хлопая глазками в непонимании, строя ему умильные мордашки.

— Съездим в следующий раз, детки. — сказал он им уже спокойней и улыбнулся.

— А может… вы просто дадите какого-нибудь человека? — захлопала глазками девчонка. — Понимаю, у вас привалилось дел, — кивнула она на сломанную «куклу с мечами» на заднем сиденье, — но может… кто-то другой, знает, где находится НАШЬ, — выделила она это слово, — участок. И покажет нам его и границы НАШЕЙ земли.

— Другой. — задумался Павел на мгновение, и осознал, что другой, нужный, и самый ответственный человек как раз-таки есть! Тот самый риелтор! Вот пусть он и отдувается за все! ЛИЧНО!

— Да, другой найдется. Он вас проводит до места и все покажет. — расплылся Павел в улыбке, граничащей с звериным оскалом.

От автора:

Вы там про лайки не забывайте))