Но у папы и Пети сна уже не было ни в одном глазу. Поэтому они ушли на кухню и сели за стол.

— Папа… ты правда написал в письме, что отрастил хвост и шерсть? И что можешь победить Лешего? — первым делом спросил Петя.

— Да, — растерянно улыбаясь, признался папа. — Я же весь год ходил на джиу-джитсу. Кто мог знать, что Дед Мороз существует и прочитает моё письмо?

— А я-то гадал, чего ты так хитро улыбался, когда это писал, — кивнул Петя.

Оба задумались и тяжело вздохнули. В ответ на их вздохи из гостиной донесся свист и храп. Это Баба-яга смотрела первый сон на новом месте.

— Я буду сторожить её до утра, а ты иди спать, — сказал папа. — И ничего не бойся. Твоя хоккейная клюшка в прихожей стоит, я, если что, справлюсь.

— А бита? — уточнил Петя.

— Она в машине. Но и клюшки хватит.

Будто посмеиваясь над клюшкой и битой, Баба-яга в гостиной сладко хрюкнула, засопела и с хрустом и скрипом повернулась на другой бок.

— Может… полицию вызовем? — с опаской спросил Петя. И тут же представил, как смущённый участковый будет спрашивать у яги паспорт, а потом ещё и нелепо попросит пройти трудный уровень в «змейке» в его телефоне.

— Вот уж действительно — жизнь как в сказке. Кто же знал… — Папа встал со стула и закончил разговор, будто накрыл крышкой. Петя послушно зашагал из кухни за ним.

Петренко-старший и правда сел в гостиной в кресло, а Петя — и правда — пошёл к себе в комнату. Ему было немного неспокойно, но очень любопытно. И даже щекотно оттого, что сам Дед Мороз ответил на его письмо.

Закрыв глаза, Петя повторял про себя слова из послания — похвалу его победе на олимпиаде и благодарность за итоги года. «За второе место… по математике…»

Сладко вздохнув, сквозь сон он вдруг увидел высокую новогоднюю ёлку, украшенную какими-то невероятными игрушками, сияющими гирляндами, блестящим «дождиком» и ватным снегом. И под этой ёлкой-горой возвышались — горой чуть поменьше — подарки. Мысленно разворачивая коробку, упакованную в фольгу и подписанную его именем, Петя сладко и крепко уснул.