Волнение перед началом Нового года наэлектризовало не только «дождик» на ёлке в доме Петренко, который тянул щупальца следом за проходящими мимо людьми, как водоросли в подводном мире. Весь город замер в пробках и очередях и напряжённо гудел. И в эту пучину предновогодней суеты, вооружившись терпением, искрящимся внутри праздничным настроением и — тоже — волнением, отправились Петя и его папа. Настроение! Новогоднее! Появилось. Нужно было купить мандарины, картошку и колбасу для салата, конфеты, пирожные, а ещё — любимые мамины духи.

— Упакуем в красивую бумагу! С бантом, — мечтал Петя в машине. Это был бы его подарок. Папа кивал и искал место на парковке.

Обходя один за другим парфюмерные магазины, стеллажи с тюбиками, коробочками, помадами и спреями, Петренко искали тот самый, нужный флакон: с цветами на крышке и каким-то сказочным названием. Но ни в первом, ни во втором, ни в третьем, ни даже в каком-то сомнительном пятом магазине духи не находились. Консультанты только разводили руками: раскупили. «Нет по всему городу… можно заказать онлайн», — вторили друг другу измотанные новогодней суетой девушки. И предлагали скачать приложение очередного косметического супермаркета. По иронии судьбы доставка была возможна лишь из Сибири или Саратова. И только через три дня.

— Это же их привезут аж в следующем году! — Петя заглядывал в папин телефон и вопросительно смотрел на Петренко-старшего. Папа гуглил духи в интернете и напряжённо сдвигал брови. Вариантов не находилось — даже в дьюти-фри ближайшего аэропорта.

В итоге, потратив бесполезно два часа и ужасно устав, отец и сын сели в кафе, чтобы наконец купить маме билеты в театр.

— Вручим от нас двоих. Есть хорошие места, — сказал папа. — А духи… подарим на 14 февраля.

Театр мама тоже любила и всегда была готова сидеть в темноте, молча, тихо, затаив дыхание, в красивой неудобной одежде и туфлях.

Оформив заказ — абонемент на целых три спектакля — и допив какао, папа с Петей двинулись против течения к выходу из торгового центра. Камешек упал с их сердец, и оставалось всего ничего: распечатать билеты, купить продукты и дождаться маму. Но вдруг, словно по команде, они остановились перед витриной спортивного магазина. Со стеллажа с товарами для йоги на них смотрел аккуратный каучуковый коврик с рисунком — гнутыми дикими деревьями, озёрами и каким-то индийским узором. Коврик поманил проходящих мимо Петренко, словно сирена или русалка. Переглянувшись и не сказав ни слова, папа и Петя поняли: это новогодний подарок для Бабы-яги. Подарок, о котором они не подумали, но который — как стало понятно — был очень нужен. Ведь Баба-яга его достойна! Или он достоин Бабы-яги… В общем, коврик надо было брать.

— Ей же, наверное, никто никогда ничего не дарил на Новый год? — вдохновлённо спросил папу на кассе Петя.

— Такой коврик — точно, — согласился Петренко-старший и потрепал сына по плечу. Девушка за стойкой кассы с пониманием улыбнулась и закивала:

— Для бабушки? Бабушки сейчас такие спортивные стали. Отличный подарок!

— Ага! — усмехнулся Петя. — Для Бабушки!

— С наступающим Новым годом! — Девушка вручила им чек и пакет и переключилась на стоящих следующими в очереди двух школьниц-подруг: они покупали одинаковые фитнес-бутылочки и легинсы. Папа даже подумал: может, они приобрели один на двоих абонемент в фитнес-клуб и подписали контракт одной розовой ручкой с блёстками? Или клятвенно скрепили его кровью?

Укутав подарок для яги в шуршащую блестящую бумагу — потому что какой Новый год без упаковки? — Петренко выезжали с подземной парковки и продумывали план. Требовалось отвлечь старушку, чтобы занести в квартиру свёрток. Из-за суеты с духами и поглотившего их внимание ковра они, конечно, забыли о салатах и мандаринах. И, подпевая новогоднему радио, выводили песню об аэропортах.