Кент, поместье Уитморлендов. Пять дней спустя

Кристофер шагал из угла в угол в спальне, которую ему предоставили в загородном доме Уитморлендов. Он так и не понял, как оказался здесь: никогда ведь не участвовал в этих проклятых загородных вечеринках.

Но, во-первых, сказал себе Кристофер, все это из-за того, что его угораздило заключить пари и согласиться играть роль поклонника Элизабет целый сезон, а стало быть, ему пришлось принять приглашение (в глубине души он понимал, что это всего лишь отговорка).

Затем, сказал он себе, требуется не спускать с нее глаз. У нее хватит безрассудства зайти слишком далеко с кем-нибудь другим: джентльменов было приглашено на вечеринку предостаточно. Кристофер прекрасно понимал, что опять пытается обмануть самого себя. Он мог бы найти массу отговорок, чтобы не приезжать сюда, но ему просто очень хотелось видеть Элизабет: он медленно сходил с ума после того вечера в клубе «Оникс».

Да будь проклят тот вечер! Он пытался вычеркнуть его из памяти, однако каждый раз, едва выпадала минута спокойствия, воспоминание о роскошном теле Элизабет возвращалось, чтобы мучить его, а когда представлял, как ее сочные губы обхватывают его член, чувствовал физическую боль. Правда заключалась в том, что Кристофер не мог думать ни о чем другом. Он был настолько возбужден в тот вечер, что по возвращении домой ему пришлось принять холодную ванну, но даже после этого, когда улегся в постель, не перестал вспоминать ее запах, вкус кожи, нежность рта.

Он не мог не использовать возможность находиться с ней под одной крышей большую часть недели. Проклятье! Он ничего не мог с собой поделать. Влечение к ней не поддавалось контролю — он больше не мог отрицать это. Она не просто поразила его в тот вечер — шокировала. Ему казалось, что она абсолютно невинна: сосредоточенная на себе девственница, которой безразлично все, чем они занимались тем вечером, но Элизабет не только с радостью делала все, но и потребовала продолжения. Одного этого было достаточно, чтобы держаться подальше от проклятой загородной вечеринки. Но Кристофер велел упаковать ему вещи и поехал к черту на рога, в Кент, чтобы довести себя до точки. При этом он не сомневался, что будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Хорошо хоть, Торнбери уже был здесь, вместе с Джессикой. Разумеется, Кристофер ни словом не обмолвился о произошедшем в клубе «Оникс». Вне всякого сомнения, стоило упомянуть об этом, и все закончилось бы в лучшем случае мордобоем, а у Кристофера и так костяшки пальцев разбиты. Но присутствие друга на вечеринке было одной из причин решения все-таки приехать сюда. Присутствие Торна должно было служить постоянным напоминанием Сент-Клеру, что нужно держать руки подальше от свояченицы друга.

Когда этот самый друг спросил, собирается ли Кристофер посетить загородную вечеринку, у него не нашлось основательной причины сказать «нет». Он ведь ухаживал за Элизабет, и Торн знал об этом. Хитрость отчасти состояла в том, чтобы присутствовать на вечеринке, которую устраивали ее мать и старший брат с целью познакомить девушку с молодыми людьми, а их было приглашено немало.

Об этом Кристофер догадался вскоре после своего приезда, когда увидел приглашенных на вечеринку вдовствующей маркизой Хенбери, Уилкокса и Пейнсуика. По меркам Кристофера, это были хоть и примитивные, но вполне приличные молодые люди. Конечно, он понимал, что Элизабет не собирается выходить ни за кого из них, но, возможно, кто-нибудь другой привлечет ее внимание. Что, если она передумает и остановит взгляд на ком-то, чтобы просто отдать ему свою невинность? Эта мысль не должна была бы так задевать Кристофера, но вот задела и заставила помрачнеть. Он попытался убедить себя, что это потому лишь, что он заботится о репутации девушки ради ее семьи, но правда заключалась в том, что стоило представить, как кто-то другой касается Лиз, ему хотелось удушить мерзавца.

Прекратив мерить ногами комнату, Кристофер направился к двери. Пора прекратить копаться в себе и встретиться, наконец, с друзьями. Он вышел из комнаты и оглядел пустой коридор. Его поселили в огромной спальне в конце холла на втором этаже. Интересно, а где комната Элизабет? Хорошо бы подальше от его спальни. Еще больше соблазнов ему ни к чему.

По коридору Кристофер дошел до широкой мраморной лестницы, спустился вниз и добрался до гостиной в передней части огромного дома.

— А вот и лорд Сент-Клер, — донесся до него голос вдовствующей маркизы, едва он ступил в комнату. — Я очень рада, что вы смогли присоединиться к нашей компании здесь, в деревне.

Улыбнувшись, Кристофер поклонился ей:

— Был счастлив получить приглашение. Благодарю вас.

Тут же рядом оказался Торн и протянул ему бокал с бренди — это было как нельзя кстати.

— Ты, как всегда, вовремя, — выдохнул Кристофер.

— Уитморленды весьма необычное семейство, — тихо заметил Торн. — Но у них добрые сердца, поверь.

И, судя по всему, в данную минуту в гостиной собрались все Уитморленды. После обмена приветствиями с герцогом и герцогиней Эджфилд, с Джастином и его невестой Медлин, а также с Джессикой Кристофер оглядел комнату. А где Элизабет?

Только он собрался спросить об этом, как дверь в гостиную распахнулась, и леди собственной персоной вплыла в сопровождении Хенбери, Уилкокса и Пейнсуика, словно пришпиленных к ее юбкам. Они над чем-то смеялись, да и у самой Элизабет улыбка сияла на лице. В темно-зеленом костюме для верховой езды и шляпке она была так хороша, что у Кристофера перехватило дыхание. Черные волосы скрывала шляпка, но несколько завитков выбились из прически и спускались до щек. Ее смех отзывался музыкой где-то глубоко внутри. Она повернула голову и тут же замолчала, увидев Кристофера, но быстро взяла себя в руки.

— О, лорд Сент-Клер, вы много пропустили. Мы только что вернулись с верховой прогулки.

— Сожалею, — напряженно отозвался Кристофер. Она что, пытается заставить его ревновать? Ничего не выйдет.

— Если хотите, можем прокатиться еще: готова составить компанию и вам, показать окрестности.

— О да, Сент-Клер! — встряла Джессика. — Поезжайте, не пожалеете. Здесь очень красиво.

Кристофер оглядел членов семьи: все смотрели на него так, словно ждали его согласия. Как гостю дома, было бы невежливо отказаться от предложения.

А Элизабет уже направилась к двери, сообщив свои воздыхателям:

— Увидимся за ужином.

И уже из коридора, не заботясь о вежливости, бросила через плечо:

— Вы идете, лорд Сент-Клер?

Кристофер бокалом с бренди ткнул Торна в грудь:

— Ну вот, кажется, мне предстоит тур по землям поместья.

— Наслаждайся! — буркнул тот.

Кристофер догнал Элизабет, и они практически молча двинулись в сторону конюшен. Наконец Элизабет спросила:

— Как доехали?

— Без происшествий, — ответил маркиз.

Она запланировала эту прогулку, чтобы остаться с ним наедине? Он бы поверил в это, если бы Лиз не вела себя так холодно. Ничего не осталось от той игривой, острой на язык дебютантки, которую он знал. Сейчас перед ним была леди с идеальными манерами, которой как хозяйке поместья нужно показать гостью окрестности.

Через несколько минут они вошли в конюшню, взяли роскошных лошадей, и уже вскоре скакали верхом. Элизабет на прелестной серой кобылке ехала впереди, в то время как Кристофер держался за ней на превосходном вороном жеребце.

— Давайте наперегонки до пруда! — крикнула она через плечо.

— А где этот…

Но она была уже далеко впереди, не оставив Кристоферу выбора. Пришлось пригнуться и ударить жеребца по бокам.

Они промчались по грязной тропе, потом пересекли поле, проскакали вдоль перелеска, и тогда Кристофер, увидев в отдалении пруд, пригнулся к шее жеребца и послал его в карьер. Элизабет взяла над ним верх в шахматах, но сейчас он не допустит, чтобы его победили в скачках.

Он сумел обогнать Лиз лишь на последнем отрезке, в то время как она показала прекрасную скачку на всей дистанции. Вообще-то Кристофер до самого конца не был уверен, что выиграет.

Притормозив коня, Кристофер погладил его шею и направил вдоль берега пруда. Элизабет держалась рядом. Животным надо было дать отдых после гонки.

— Вы к тому же хороший наездник, как я вижу. — Она похлопала свою лошадку по шее.

— «К тому же» — это к чему? — спросил Кристофер, оглядев Лиз. Она раскраснелась от скачки, грудь высоко вздымалась и опускалась, прическа растрепалась. Она была великолепна. О, у него, похоже, куча проблем!

— К игре в шахматы, конечно, — засмеялась в ответ девушка.

— Не мог же я позволить вам выиграть дважды.

— Судя по всему, вы такой же упрямый, как я.

Кристофер тоже подумал об этом. Как много между ними общего!

Он скромно промолчал, и Лиз, выпрямившись в седле, описала рукой широкую дугу.

— А что скажете о землях?

— По-моему, великолепно! — Кристофер откашлялся. — А что на этот счет думают ваши поклонники?

Элизабет тряхнула поводом:

— Им экскурсия понравилась.

— А вам их компания? — Ну кто его тянул за язык? — Было похоже, что вы в восторге от них, когда вы все вместе вошли в гостиную.

Нет, он определенно лишился ума: выставил себя полным идиотом!

— Да, действительно. С лордом Пейнсуиком мы были знакомы, а с Хенбери и Уилкоксом познакомились здесь. Уилкокс весьма забавен.

Кристофер нахмурился. Вот уж про кого не скажешь, что он забавен!

— А у лорда Хенбери огромный запас интересных историй о его пребывании в Европе: в Испании, в Португалии.

— Где довелось побывать половине мужского населения Англии: мы несколько лет вели там войны, — резко заметил Кристофер, и ему тут же захотелось дать себе пинка.

Господи, да что это с ним? Препирается, как обиженный подросток.

— Мне это известно, — с загадочной улыбкой сообщила Лиз. — Но у него была другая цель: познакомиться с архитектурой и посетить музеи. В Португалии он изучал виноделие и получил сертификат практикующего эксперта по мадере.

— Даже не представлял, что Хенбери такой знаток вина, — пробурчал Кристофер, припомнив, что тот всегда был надутым индюком.

— Он пообещал наведаться в наш погреб и выбрать самое лучшее вино для ужина, — добавила Лиз.

И почему, интересно, Кристоферу захотелось врезать Хенбери под дых?

— Я-то думал вы и в обыденной жизни пристеночница, — не удержался Кристофер.

— Это как получится, — ответила она с улыбкой.

— Значит, вы передумали, насчет замужества?

— Нет, в этом нет необходимости, — но вы помогли мне понять, что поклонники могут быть полезны.

Кристофер покачал головой, не соглашаясь с ней: ничего хорошего из такого отношения к поклонникам не выйдет. Он едва не сказал, что тоже был и в Испании, и в Португалии, но это было бы мелко с его стороны, ведь так?

— А что скажете о Пейнсуике? — заставил он себя спросить.

Элизабет состроила гримасу:

— Типичный маменькин сынок, только о своей матушке и говорит.

Кристофер расхохотался: Лиз всегда говорила то, что думала.

— Не самое лучшее качество для ухажера.

— Полностью согласна с вами. Я уже сказала об этом мамочке.

— И что она ответила?

Элизабет вздохнула:

— То же, что всегда, что я слишком привередлива.

— Мне кажется, это правильно, когда женщина придирчива в выборе будущего мужа.

Элизабет повернулась к нему:

— Вот именно это я ей и ответила, но маму не переубедить.

Кристофер заглянул ей в глаза:

— Она не права. Вы вправе сами выбирать себе спутника жизни.

Совершенно серьезно Элизабет ответила:

— Мне нужно кое-что сказать вам, Сент-Клер.

В ее голосе он услышал торжественные нотки и это заставило его, выдержав паузу, спросить:

— Что именно?

— Я хочу извиниться перед вами за свое поведение. Недопустимо было требовать от вас то, чего вам, как вы сказали мне в самый первый раз, не хотелось. Мне следовало отнестись с уважением к вашему желанию.

Кристофер нахмурился. Что это было? Она извиняется за то, что проявила смелость и прямо сказала о своем желании? Так солнцу надо было бы извиниться за то, что светит. Только он видел, что Элизабет абсолютно серьезна. Она что, действительно обдумала свои поступки и теперь испытывает угрызения совести? Кристофер мысленно застонал. Ему сейчас следует проявить деликатность, но не поощрять ее продолжать.

— Не то чтобы…

— Нет, не надо ничего объяснять. — Элизабет подняла руку, в которой все еще был зажат хлыст. — Я вела себя отвратительно, но очень надеюсь, что это не разрушило нашу дружбу. Вы простите меня?

Кристофер вскинул голову и улыбнулся ей.

— Конечно!

Она говорит о прекращении своих игр в соблазнении. Именно этого он от нее и ждал. Тогда почему же вместо удовлетворения он испытывает разочарование?

— Ну и славно! Ведь вокруг не так много мужчин, достойных внимания, а вы один из них. Даже если пока не очень хорошо играете в шахматы.

Она засмеялась и послала лошадь вскачь по направлению к дому.

Пригнувшись в седле, Кристофер бросился за ней.