Бумаги оказались ужасно скучными, как их разбирать и систематизировать я пока не знала. Для начала стала раскладывать по темам. Моим первым уловом стали докладные записки, старые учебные планы, какие-то непонятные графики и несколько тоненьких личных дел.
В личные дела я, конечно, заглянула, и поняла, что либо адепты были какими-то смирными, либо здесь, в Школе Огня, досье на учащихся вообще не собирают.
На этой мысли я невольно споткнулась — понятие о досье и сборе информации точно было из прошлой жизни. Причём воспринималось как нечто естественное, по принципу “оно просто должно быть”.
В какой-то момент эта рутина стала до того рутинной, что я вспомнила науку Дарктэса. Совместить созидательную концентрацию с концентрацией обычной оказалось не так уж просто, мне потребовалось несколько минут.
Я не ждала ничего особенного, но пространство вдруг преобразилось — тут, в этой небольшой кладовке, всполохов и отсветов оказалось принципиально больше, чем в аудитории.
Но ярче всего сиял мой помощник. Вокруг Огонька виделся дополнительный, сотканный из плотной субстанции шар.
Я залюбовалась, но быстро взяла себя в руки и снова осмотрела комнату. В дальнем, самом захламлённом углу, тоже что-то светилось. Качнувшись навстречу этому свечению, я случайно задела две высоченные стопки каких-то бумаг.
Итог? Я оказалась погребена под развалом, да ещё в клубах пыли!
Зато Огонёк, видя моё горе, всё-таки смилостивился. Он подлетел ближе и ободряюще замигал.
О том, что два часа подходят к концу, мне тоже напомнил страж — он издал неприятный звук и закрутился на месте. Но прежде, чем покинуть комнату, которая выглядела теперь как поле боя, я спросила:
— Может ты в хранилище? Боюсь преподы, если увидят, тоже попробуют тебе что-нибудь оторвать.
Я сопроводила слова ментальным импульсом, и помощник понял. Страж исчез, а у меня рот приоткрылся — мы только что освоили перенос “в домик”? Интересно, а обратный вызов смогу?
Только возможности поэкспериментировать прямо сейчас не было. Отметившись у поджимавшей губы Иргиль, я побежала на факультатив, затем и на ужин. После ужина, как и вчера, была тренировка с парнями, и чуда, увы, не случилось.
Сокурсники постигали эти огненные шары настолько вяло, настолько уныло, что стало ясно — даже полчаса простейшей практики с Дарктэсом полезнее. Зато тут, в просторном зале, я снова применила созидательную концентрацию и теперь рассматривала все магические элементы с двух сторон.
Оказалось, что все летящие искры оставляют тающий след! А шары наших “старожилов” в этом “другом спектре” светятся не так уж ярко. Ещё я обратила внимание на похожее на пар свечение вокруг каждого из нас и поняла, что это те самые ауры.
Кстати, ауры порыжевших были краснее, чем у остальных.
Едва тренировка завершилась, я окончательно утвердилась в мысли — мне это не подходит. Если хочу больше практики, нужно искать что-то ещё.
С этой мыслью я и возвращалась в жилое крыло. Один раз даже остановилась, чтобы пнуть с досады пол — именно в этот момент воздух передо мной заискрился, рождая большой огненный овал. Все претензии к полу сразу испарились.
Я очень быстро догадалась, что это обещанный портал, и мысленно застонала — встречаться с Алентором не хотелось. Зато сам телепортационный переход манил новым воспоминаниями о прошлой жизни.
Я заколебалась, но всё-таки сделала шаг вперёд.
Вспышка! Меня словно в омут бросило в видение — вот я иду по поразительному городу, но ничему не удивляюсь. Вижу огромные витрины с идеально-прозрачными стёклами, декоративные столбы, украшенные цветами, невысокие вычурные здания.
Мимо проплывает парень на моноколесе и в защитном шлеме, а там, впереди, уличные музыканты дают концерт.
Их музыка, этот внезапный электрический звук, льющийся из большой портативной колонки, заставил вздрогнуть. Я застыла, впитывая такие новые, но одновременно знакомые звуки, а потом…
— Ева? С тобой всё хорошо?
Голос Алентора породил внутри волну неожиданного тепла, и я очнулась. Лорд, сидевший в знакомом кресле, вопросительно заломил бровь.
А я тоже удивилась — роскошный старомодный кабинет сиял чистотой. Для чего здесь так качественно убрались?
Впрочем, нет. Не важно.
— Да, благодарю вас, — тихо ответила я.
Когда мне указали на соседнее кресло, и я покорно в него опустилась…
— Ну, рассказывай.
— Да не о чем рассказывать, — сказала, всё ещё пребывая под впечатлением от музыки. — Хожу на занятия, учусь. Как все.
Сказала, а сама подумала об Огоньке, архиве и “созидательной концентрации”. Ещё у меня были обрывки памяти о прошлой жизни и маленький секрет про нелегальные, спровоцировавшие выброс силы плоды. Ну и метка, конечно, с её неприятной нестабильностью, и риск угасания. А странное явление элементаля, который ненавидел лично меня, не в счёт.
Событий было вроде и много, но что тут обсуждать? Тем более с Лордом.
— Простите, не понимаю, чего вы от меня ждёте, — не выдержала я. — Тот выброс силы — простая случайность, а мои способности…
Я осеклась, потому что Алентор подался вперёд.
Между креслами оставалось приличное расстояние, но показалось, что мы очень и очень близко. И выглядел Лорд сейчас непонятно! Как кот, который греется в солнечных лучах.
— Магистр Дарктэс объяснял сегодня про созидание, — выдохнула я. — У меня получилось.
Алентор не среагировал.
— А в остальном — всё, — добавила я. — Ничего нового.
— Продолжай.
Тут я поняла, что меня не слушают. Лорд Алентор просто сидит и… да-да, “греется”. Он словно впитывал нечто, разлитое в воздухе. Или лично меня?
От такого внимания стало жутковато, я не спешила продолжать разговор, но этого опять-таки не заметили. Лорд был рядом и не здесь, а я пыталась не смущаться. Прошло минут десять, прежде чем Алентор потребовал:
— Метку покажи.
Я, конечно, показала. Рисунок снова не подвёл — он был ярким и отчётливым.
— Отлично, Ева, — заключил Лорд. — Можешь быть свободна.
Он откинулся на спинку кресла и словно протрезвел.
Спустя секунду на середине комнаты появился огненный овал, и я всё-таки поёжилась прежде, чем воспользоваться телепортом. Делая шаг в свечение, ожидала увидеть что-то новое, но в памяти опять возникла та улица и такая приятная музыка. Я даже слова песни услышала, прежде чем вздрогнуть от басистого:
— Ого!
Миг, я распахнула глаза, обнаружив себя в коридоре второго жилого корпуса, перед собственной дверью. Но я-то ладно! Кроме меня тут стоял верзила-Морти с вытянутым лицом.
После своего “ого” парень замер в недоумении, а я даже не знала как объяснить. В голове было поразительно пусто.
— Эй, Евка, а что это сейчас было? — наконец нашёлся парень.
— Ну так… вызывали на разговор к Лорду.
— К самому? — изумился приятель. — Но для чего?
Я пробормотала что-то невнятное, а Морти посмотрел пристально. Зато уточняющих вопросов не последовало, вместо этого мне заявили:
— Ты так быстро убежала с тренировки! А смотри-ка, что я для тебя нашёл!
Теперь мне показали большой свёрток бумаги, и…
— Карта разломов? — догадалась я.
— Угу, — просиял сокурсник. — Давай, — он дёрнул головой, — открывай дверь, я тебе повешу. Молоток-то есть?
Я мысленно застонала — ну какой молоток в общежитской девчачьей комнате? Впрочем, не важно.
— Спасибо большое, я сама повешу.
— Да зачем? — не понял он.
Но продолжать беседу я не хотела — молча отобрала и карту, и зажатые в ладони парня гвозди.
— Извини, я очень устала.
Морти шумно и кисло вздохнул.
Мы расстались, а в комнате уже ждал Огонёк. Вопреки ожиданиям, ни в какое хранилище страж не спрятался. Он парил в воздухе, под потолком, а увидав меня, качнулся навстречу. При этом на ментальном плане мне пришло чувство голода…
— Что-что? — Я аж воздухом поперхнулась. — Ты снова хочешь есть?
Страж мигнул один раз и послал новый ментальный импульс. Я окончательно растерялась.
— Ты ведь и так перекормленный. Вон, аж какую-то штуку себе отрастил.
Но видимо штука была ничем иным, нежели второй желудок — Огонёк продолжил настойчиво посылать сигналы.
— Нет, — сказала я. — Пока хватит!
Вот только… Я видимо плохая хозяйка, и стражей мне доверять нельзя!
Потому что получасом позже, когда я приняла душ и переоделась в старенькую ночнушку, душа не выдержала. Огонёк висел над столом, рядом со своим хранилищем, и выглядел настолько грустным… Как такого не покормить?
— Ладно, — буркнула я в итоге. — Но только чуть-чуть.
Страж встрепенулся, подскочил, а я привычно послала в него искру. Потом ещё одну, и третью, и четвёртую… В общем, вечер закончился тем же, чем и вчера.
В хранилище Огонёк не улетел, а прямо-таки уполз. Двигался медленней, чем беременная черепаха.
Ух, если у него ещё что-то вырастет, я дико распереживаюсь!
Впрочем, а вдруг у него растёт что-то нужное? Ведь и такое может быть?
Дурацкий вечер. Я сам не понял зачем ответил на приглашение Камелиуса и перенёсся в его замок. В миг моего появления Огненные лорды заканчивали партию в карты, Сильвус побеждал.
Мы встретились взглядами. Я уважительно кивнул обоим и, подойдя к столу, упал в свободное кресло.
— Что с настроением? — спросил Камелиус.
— А что с ним? — отозвался я.
Камелиус промолчал, а Сильвус посмотрел пристально и насмешливо. Он по-прежнему считал меня мальчишкой. Слишком горячим, несдержанным, в чём-то глупым. Но сегодня мне было плевать.
Все мои мысли были посвящены Еве. Что в этой монашке такого? Почему я так реагирую? Откуда в её ауре этот странный, завораживающий меня элемент?
Получасом ранее, когда мы с Евой сидели в кабинете, я потерялся в пространстве и времени. Мне хотелось только одного — находиться рядом. Вдыхать её запах, ощущать её огонь.
И впервые за много лет хотелось чего-то ещё. Но это желание я в себе загасил, оно было совсем уж неуместным.
— Ладно, с настроением понятно, — вновь подал голос Камелиус. — А о чём думаешь?
— Ни о чём, — пожав плечами, солгал я.
Мог сказать, что размышляю о подземном огне, который снова ведёт себя нетипично — уж слишком быстро он угомонился после наивысших всплесков. Мог придумать что-то ещё. Другую логичную, подлежащую обсуждению ложь.
Чего сказать не мог, так это о странной метке на руке новорожденной магессы и об ауре, от которой во мне всё плавится. Инстинкты рычали, а собственный огонь вставал на дыбы при одной только мысли о подобных признаниях.
Про Еву говорить нельзя. Никак.
— Ни о чём не думаешь, — подхватил Камелиус, — с настроением всё хорошо. Но выглядишь так, словно тебя через каменные жернова пропустили.
Я удивился:
— Быть такого не может.
— Быть не может, но есть, — хмыкнул в свою очередь Сильвус. — Что-то произошло. Ты что-то скрываешь.
В эту секунду я, следуя примеру Сильвуса, тоже признал себя несдержанным и глупым. Мне следовало держать маску спокойствия, чтоб у старших лордов и тени сомнения не возникло! А я?
Впрочем, посыпать голову пеплом было всё-таки рано. Выход есть всегда.
— Конечно произошло. — Я скривил губы. — У нас каждый день что-нибудь да происходит. — С этими словами я потянулся к графину, чтобы плеснуть себе столь любимого Камелиусом напитка. Тот называли его “обжигающей жижей”.
Миг, и лорды отстали. Камелиус всё же проиграл партию, а вечер превратился в длинный разговор ни о чём.
Я держал лицо. Много улыбался, иронизировал. Но в голове колючей занозой сидела Ева! Я не успел насытиться, я скучал.
Это было настолько глупо, настолько неправильно, что в какой-то момент моя невыраженная тоска превратилась в безмолвное рычание. Уже ближе к утру, покинув лордов и вернувшись к себе, я решил, что обязательно разберусь и с этой её аурой, и с меткой. До причин угрозы, брошенной элементалем, тоже докопаюсь. Более того, я даже знаю где искать!
Утро началось с разочарования — метка опять побледнела. Вопреки логике! Вопреки тому, что весь вечер я только и делала, что работала со своим огнём.
Стоило увидеть этот бледно-розовый узор на коже, как настроение рухнуло в бездну, а руки сами потянулись к припрятанным за книгами плодам пепельного дерева.
Но я не поддалась. В последний момент убрала платок обратно и сделала шаг назад.
Я проснулась на час раньше, нежели прозвонил будильник, поэтому времени было достаточно. Я успела и умыться, и одеться, и нарезать по комнате несколько кругов.
Потом взгляд отчаянной огневички упал на вчерашний свёрток и гвозди… Я-таки повесила карту разломов, заколотив гвозди браслетом. Он был достаточно тяжёлым, поэтому проблемы не возникло. Правда мне думалось, что на браслете останутся вмятины, но он оказался ещё и твёрд!
Именно эта непробиваемая твёрдость заставила вспомнить о созидательной концентрации, правда обращаясь к этой форме “зрения”, я ни на что не рассчитывала. Думала, что раз метка стала бледнее поганки, то и концентрации мне не видать.
Но нет. Всё удалось! И кроме тусклых всполохов, разбросанных по комнате, я увидела тусклое, ничем не примечательное мерцание браслета.
В общем, очередное подтверждение, что подарок — пустышка. Но в целом плевать.
Полюбовавшись на столь бесполезную для новичка карту, я попыталась вызвать Огонька — эффект был предсказуем, перекормленный страж не явился. В итоге идти на завтрак пришлось грустной и в одиночестве. Зато по дороге я рассматривала в спектре “концентрации” всё вокруг.
Из интересного — в холле первого этажа моего необитаемого крыла, на скрытой за колоннами стене, обнаружился яркий, чётко очерченный прямоугольник. Во мне одновременно вскинулись любопытство и осторожность. Последняя вопила о том, что подходить к прямоугольнику нельзя.
Я послушалась, только зуд любопытства никуда не делся — всю дорогу до столовой я только об этой находке и думала. Лишь очутившись в знакомом зале отвлеклась на поиск Харта и его товарищей. Увы, тут снова не повезло.
Старшекурсники отсутствовали. Появляться и отвечать на мои вопросы не спешили.
Следующей каплей дёгтя в миску с мёдом стал Морти. Когда верзила вошёл в столовую, я встрепенулась и насторожилась. Что-то произошло.
Я уже ела, а Морти только шагал к раздаче, но окликать я всё-таки не стала. Лишь когда он уселся за стол, посмотрела вопросительно.
— Потом, — хмуро бросил приятель и принялся есть.
Это “потом” наступило по дороге к аудитории. Вот тут-то и выяснилось, что перед завтраком Морти успел заглянуть в канцелярию и пообщаться с Тариусом на тему переселения.
— Мне отказали, представляешь? — хмуро возмутился сокурсник. — Мол, нет и всё.
Он сказал, а я выдохнула, потому что причина грусти, на мой взгляд, была не веской. Ладно бы его поймали на сборе запрещённых плодов пепельного дерева, или на чём-то ещё.
— Ты сама-то как? — выдал в свою очередь парень. И уже тише: — Чё Лорд-то вчера хотел?
Я растерялась. Просто не думала, что Морти спросит.
— Да ничего. Просто интересовался как учёба.
Пауза, и мой собеседник протянул:
— А-а…
Прозвучало так, словно Морти подумал о том же, о чём я подумала позавчера. Это почему-то задело.
— Не акай, — вспылила я. — И вообще забудь. Не было ничего.
Морти хмыкнул и в самом деле забыл, а вот Иргиль… Увы, рыжеволосая девица снова проявила странную заботу. Поймала меня перед обедом и впихнула в руки новый бумажный пакет.
— Это что? — оторопела я.
— Ничего, — резко, с претензией, ответила рыжая.
Но быстро исправилась. Словно вспомнила, что у неё нет причин разговаривать со мной в таком ключе.
— Немного вещей. Нужных. Ты сама не заказываешь, вот я и постаралась. — Иргиль взяла паузу, потом добавила наставительно: — А своё барахло начинай выкидывать. Оно здесь неуместно.
При этом огневичка покосилась на мою видавшую виды котомку и на старые — просто новые я пока берегла, — башмаки.
— Я… — я запнулась. — Спасибо большое, но…
— Спасибо потом скажешь, — перебила девушка. — Давай, иди обедать. В канцелярию придёшь как вчера?
— Сегодня позже приду, после ужина.
Иргиль такой ответ не понравился, она мимолётно скривилась.
— После ужина мы уже не работаем. Ну и как тебя отметить?
Она сказала и тут же сама придумала:
— Ладно, уговорю Тариуса повесить на дверь учётный кристалл.
Я догадалась о чём речь, хотя прежде о подобном не слышала. Иргиль мою догадку подтвердила:
— Прикоснёшься к кристаллу, а мы потом проверим и занесём твои приходы и уходы в ведомость.
Я кивнула, но раньше, чем успела вернуться к теме “заказа”, девица ушла.
Мне не оставалось ничего иного, как отнести “подарок” в комнату, где… да-да, меня встретила очередная неприятность! Огонёк не просто проснулся и вылез из хранилища, а стал толще. И у него появился новый отросток. Он был короче и неприятнее первого, и я застонала, признавая себя дурой.
— С сегодняшнего дня ты на диете! — заявила резко.
И вздрогнула, потому что очередное “постороннее” слово неожиданно попало в цель.
Остриё угодило не в Огонька, а в меня. Диета. Это либо изменение питания, либо ограничение в еде. Когда-то давно, в той, в прошлой жизни, я тоже на ней сидела.
Пришлось тряхнуть головой, чтобы прогнать такие неуместные в данный момент мысли. Я спешила. Мне было не до новых неприятностей и, уж тем более, не до диет.