Ситуация с Огоньком испортила настроение тотально. Я даже успела прихватить из комнаты книгу про стражей, но листая её на переменах ничего толкового не нашла. Ни про какие отростки в учебнике не писали, это точно была аномалия, которая угнетала.
А ещё Морти с его хмурой физиономией! И непонятная забота Иргиль!
Я бы тоже заморочилась — начала анализировать и съезжать в рефлексию, но спасла учёба. Времени распускать нюни не оставалось, я впитывала знания как могла. Слушала, писала подробные конспекты и, помня о нестабильной метке, очень и очень старалась.
А в начале лекции магистра Дарктэса у нас случилось то, что мой разум назвал короткой аббревиатурой ЧП.
Одна из девчонок — из тех, которые держались особняком от нашей компании, — вдруг вскрикнула и схватилась за запястье. Изрезанный шрамами магистр сразу прервался, взглянул остро и бросил:
— Адептка! Что у вас?
Только девушка не ответила, рухнула без чувств. Она имела все шансы соскользнуть и упасть под парту, но её подхватили. А через пару минут, стараниями подоспевшего Дарктэса, выяснилось, что сокурсница угасла.
Вот так, в секунду. В один момент.
Зрелище было настолько жутким, словно мы стали свидетелями скоропостижной смерти. Конечно вспомнились слова об экспериментах, призванных отменить угасание, но тут было уже не до них.
По моей спине побежали ледяные мурашки, и я неосознанно прижалась к Морти в поисках защиты, а парень поспешил успокоить:
— Ну чё ты? Не дрейфь, Евка.
“Не дрейфить” — отличное предложение, но здесь и сейчас занервничали вообще все.
Дарктэс же сделал сложный пасс рукой, и в воздухе появилось очертание огненного символа, похожего на птицу. Через несколько минут в аудиторию вошёл Тариус с помощницей, и девчонку, которая успела очнуться, просто увели.
Ну а мы остались.
— Не драматизируйте, адепты, — оборвал всеобщую панику магистр. — Такое бывает. Не в последний раз видите.
Он кашлянул и продолжил лекцию, а нам пришлось сосредоточиться. И это было лучше, нежели размышлять о том, что можно лишиться дара в один момент.
Ну а после того, как нас отпустили, я была вынуждена признаться Морти, что их тренировки мне не подходят. Парень неожиданно расстроился, зачем-то стал оправдываться, потом предложил попробовать ещё раз.
Но я смысла не видела. Просто извинилась и объяснила с самым виноватым лицом:
— Это не моё.
Тогда Морти придвинулся и задал новый неожиданный вопрос:
— Евка, а когда найдёшь “своё”, поделишься?
Я изумилась. Не ответила и, пользуясь моментом, опять погрузилась в книгу про стражей. А на факультативе, как и в прошлый раз, читала вслух…
На ужине снова мечтала увидеть Харта и парней, но те в очередной раз не явились. Увы, с главным на сегодня вопросом, с темой отростков Огонька, я осталась один на один.
Это было неприятно, я чувствовала себя потерянной. Уже очутившись в заваленной бумагами каморке решилась на то, чтобы призвать стража — зажмурилась, вообразила шарик с двумя неприятными штуками и сдобрила это всё ментальным импульсом. И Огонёк пришёл.
Просто р-раз, и вот он здесь. Такой же плотный, неуклюжий, явно требующий спорта и различных ограничений. Вот только…
— Как же я по тебе соскучилась, — сказала, не успев подумать.
Питомец тут же качнулся вперёд.
Он завертелся вокруг меня, как игривый щенок, а я как-то ну совсем не в тему подумала о Лорде. Алентор моего Огонька очевидно не любит, зато Лорд обладает знаниями. Так что если мне набраться решимости и спросить у него?
Алентор наверняка знает, и точно способен помочь, вот только больным мой страж всё-таки не выглядел. Перекормленным — да, больным — нет. Этот момент немного успокоил, и я решила не торопиться.
Осмотрев царящий вокруг хаос, принялась за работу.
Ту что, бумаги и бумажки, кто кого?
За историю Школы у нас случалось всякое… Адепты попадались очень разные, и всех “особо одарённых” всегда брали на карандаш.
По ним составляли особые досье, а ещё имелся большой каталог с перечнем всех отклонений — к каталогу я и обратился. Смотрел на список необычных особенностей так пристально, словно от этого зависела моя жизнь.
Увы, два часа в закрытом архиве Школы результата не дали. Тогда я переместился в главную башню и спустился в подвал.
Здесь тоже хранились папки, досье и сборники записей, но уже совсем другого рода — это были записи, сделанные Лордами.
Лорды, конечно, имеют собственный взгляд на происходящее, и мне очень хотелось сравнить наблюдения предшественников с тем, что я наблюдал сейчас.
Тетради, связанные с аурами, я нашёл быстро, но дальше… снова пусто. Разумеется, я просматривал поверхностно, но даже при таком прочтении мог бы найти.
Только вместо особой притягательности читал про спектры, размах и прочие глупости. Если кого-то из Лордов и будоражила чья-то аура, то он об этом не писал.
Глядя на это упущение, я разозлился. Однако мысли самому сделать подобную запись не возникло. Вместо этого я прорычал ругательство и, активировав потайной рычаг, обратился к архиву, которого “не существовало”. К книгам и дневникам за один взгляд на которые любой маг с радостью бы шагнул в Первородный огонь.
Здесь было, конечно, не всё, но максимум, включая широко известный в узких кругах труд “Порождения”. Речь шла об элементалях — о повадках и нашей исконной вражде.
После двух неудач я был твёрдо нацелен на победу. Провалы обычное дело, к ним нужно относиться спокойно, но они не случаются по три раза подряд. Подобное невозможно.
А если и возможно, то не в моём случае. Нет и ещё раз нет.
Вот только…
— Да что за дрянь? — в итоге воскликнул я.
После четверти часа изучения фолиант улетел прочь, теряя страницы. А я почти взбесился! Стоял перед стеллажом с ценнейшими книгами и не мог найти ни-че-го.
Как какой-то сопляк. Как дурак.
— Ну, Ева, — процедил недобро, а в груди разлилось пожаром.
Что за подлость? Во мне сейчас столько силы, и нет ни одного разлома, который нужно дезактивировать!
В итоге я уцепился за мысль, что день прошёл не так уж плохо. Я успел и сделал многое! Это вечер, проведённый в замке Школы, не удался.
Немного перебесившись и вернув на место рычаг, я призвал телепорт и переместился к канцелярии. Снова забыл, что уже вечер и всё закрыто. Вместо разговора с Тариусом я поцеловал дверь.
Времени до разговора с Евой оставалась тьма, и я двинулся по коридору. Шёл и размышлял о своём, когда что-то заставило замереть.
Я остановился как вкопанный, потом медленно повернулся и уставился на дверь с установленным на неё учётным кристаллом. Почти не задумываясь потянул за ручку и остолбенел.
Тут были бумаги — очень много бумаг и бешеный беспорядок. А посреди этого бедлама стояла моя заноза — всклокоченная и с покрасневшим лицом. Ещё не отдавая себе отчёта, я перешёл на магический спектр зрения и отыскал по ауре стража, который спрятался за одной из бумажных стопок — аура помощника светилась чрезмерно ярко.
Но это было ерундой в сравнении с самим фактом нахождения здесь “монашки”.
— Что ты тут делаешь? — хмуро и недоумённо поинтересовался я.
— Работаю. — Прозвучал растерянный ответ.
Я сначала не понял, решил — ослышался. Но со слухом-то вроде всё в порядке. Разум до недавнего времени тоже не подводил.
— Что-что? — переспросил я.
— Работаю, — повторила Ева.
Меня тут не ждали, адептка сильно растерялась, и только теперь сообразила присесть в реверансе. Вышло криво, но не важно. Я шагнул внутрь!
Я вошёл в этот хаос пыльных бумаг, а Ева резко отступила.
Испугалась что ли?
Кого? Почему?
— Работаешь? — Нет, этот факт никак не укладывался в голове.
— Что вас так удивляет?
Меня удивляло всё! У нас не принято привлекать адептов к каким-то работам, персонал Школы сам справляется.
— Тебя принудили? Или… ты за оплату? — новая невероятная догадка.
— За оплату, — ответила Ева. Лицо при этом было такое, словно спросил какую-то чушь.
Но по части чуши всё было с точностью наоборот. Все адепты находятся на полном моём обеспечении, им нет причин брать какие-то подработки. Да и сколько им могут заплатить? Монашка, как понимаю, должна разобрать эти бумажные завалы? И ради чего? За сотню-другую золотых?
— Зачем? — по-прежнему не понимал я.
Это не укладывалось в голове. Никак! Абсолютно!
Однако у Евы обнаружилась некая пусть кривая, но логика:
— Собственные деньги, лорд Алентор. — Девица сглотнула. — Хочу, чтобы у меня было что-то полностью принадлежащее мне.
— А мои деньги чем не устраивают? — Я сам не понял почему разозлился, и не заметил как приблизился.
Ева отступала так долго, как могла. Остановилась лишь после того, как практически упёрлась в бесконечный бумажный завал. На меня уставились огромными невероятными глазами. Добавить сюда пьянящий компонент в ауре, и я поплыл.
Нет, внешне-то остался спокоен, а вот внутри всё плавилось. Реакция, которой не может быть.
Я шумно втянул ноздрями воздух, вдыхая пленительный аромат вперемешку с пылью. Девица продолжала смотреть испуганно. Неужели решила, что съем?
С этим надо что-то делать, причём немедленно. С огромным трудом, но я всё-таки взял себя в руки. Отступил. Огляделся снова и, обнаружив стол, направился к нему.
Сбросив со стола часть бумаг, я сел и опять уставился на монашку.
— Какие новости? Как твоя учёба? Как успехи? — Вопросы, которые планировал задать позже и в другом месте, но почему бы не сейчас?
— Да ничего, ваша милость. Всё нормально. Всё как у всех.
— Хорошо. Что именно вы сегодня изучали?
В действительности мне было плевать, потому что материалы первого и второго курса — простейшая вводная информация. Никакой реальной ценности она не несёт. Но нужно же о чём-то говорить? Вот я и заставил Еву вспомнить.
Девушка отвечала с заминками, но быстро и коротко. При этом беспрестанно косилась на окружающий завал.
В результате прозвучало:
— Лорд Алентор, прошу прощения, но мне нужно рассортировать и систематизировать…
Я мог поспорить, но не стал:
— Хорошо. Занимайся.
Сказал и остался где был. Не видел причины покидать кабинет.
Ева сначала косилась, потом неожиданно надулась. В итоге ей надоело, и девушка обо мне как будто забыла — в помещении повисла гнетущая тишина.
Не знаю, о чём думала монашка, а лично я сидел и впитывал “аромат” её ауры. Аура, в которой сейчас не было ничего необычного, продолжала оказывать на меня какой-то поразительный эффект.
Страж всё так же прятался за бумагами и заметно от моего присутствия нервничал. Я мог молча, без всяких слов, послать ему импульс, принуждая уйти, но не стал. Какая разница? Пусть сторожит.
Ева, Ева, Ева… Зачем тебе ковыряться в этих бумагах? Что ты, непонятная девчонка, творишь, и почему меня это так бесит?
Разобраться… Нужно разобраться! Вскрыть эту загадку, найти ответы и забыть.
Лорд Алентор появился внезапно и сидел в архивной комнате до упора. Сначала я растерялась, потом принялась смущаться, а в итоге разозлилась — ему делать больше нечего? Он же Лорд, у него должна быть куча дел!
Под внимательным, но немного затуманенным взглядом, я разобрала несколько стопок, заодно придумала как их систематизировать — теперь мне требовались учётный лист, бечёвка для перевязи и грубая мужская сила, чтобы дотащить всё до библиотеки.
Великая глупость, но подумав о силе, я покосилась на Алентора. А что? А вдруг? Почему бы нет?
Но вопиющего предложения не прозвучало, наглости у меня, конечно, не хватило. Вместо этого я пыхтела и терпела его присутствие. А на языке крутился совершенно другой вопрос.
Будь мой интерес чисто теоретическим, не имей Огонёк лишних образований, я бы всё-таки спросила про отростки, но, учитывая обстоятельства, промолчала.
Зато тихо и облегчённо застонала, когда Алентор, наконец, ушёл.
Два отведённых для работы часа к этому моменту уже истекли, но покидать захламлённую комнату я не спешила. Прошло ещё минут десять прежде чем мы с Огоньком аккуратно выглянули за дверь.
Затем я приложила палец к учётному кристаллу, и мы, крадучись, поспешили прочь — подальше от ставшей такой опасной канцелярии. При этом я снова перешла в состояние “концентрации”, было очень интересно смотреть на мир в таком спектре — прямо страсть как.
При этом я до последнего опасалась появления овала телепорта, но нет, обошлось. Видимо “разговора”, который состоялся в “архиве” Алентору оказалось достаточно.
Из неприятного — пересекая холл, я снова увидела прямоугольник, и в этот раз разум оказался бессилен. Нырнув за колонны, я приблизилась к стене и замерла, рассматривая такую чёткую, такую интересную полосу.
Огонёк заволновался. Страж описал несколько зигзагов вокруг меня, а потом замер этаким мелким, но агрессивно мерцающим барьером. А у меня аж внутри зудело — магия буквально вставала на дыбы.
Не окажись рядом Огонька с его шипением, я бы обязательно прикоснулась к невидимой простым взглядом полосе, а так — отступила. Сделала глубокий вдох и велела помощнику:
— Идём.
Уже поднимаясь по ступеням, подумала о том, что раз одна из адепток угасла, меня наверняка переселят в первое жилое крыло, и от этой мысли стало грустно. Я уже привыкла к одиночеству и относительной свободе, а там что? Комната на несколько человек?
Но дальше — хуже! Когда мы поднялись, когда я активировала светильники, то, во-первых, вспомнила про пакет от Иргиль, а во-вторых, Огонёк опять послал голодный ментальный импульс.
— Нет, — рявкнула я. — Никакой тебе магии. Стражей кормят не каждый день, а раз в год.
Ой, что тут началось… Мигания, падения с потолка и прочие манипуляции. Глаз у Огонька не было, но даже при этом он умудрялся смотреть с мольбой.
Я сначала сопротивлялась, причём отчаянно, но силы оказались неравны. В итоге меня всё-таки заставили призвать искру.
А потом ещё одну, и ещё…
В ванную я уходила едва не плача от собственной бесхребетности. Вот как так можно? Как я умудрилась снова угодить в ловушку? Хозяйка я, а верёвки вьёт он!
Ну и Иргиль эта… Заботливая! Чтоб её осы за лицо перед важным свиданием покусали!
Я же заглянула в пакет и, кроме новой красивой сумки, обнаружила там две нижние сорочки и ночную рубашку с кружевами. Рубашка была до того неприличной, что даже в первую брачную ночь не наденешь! Алая. Из тончайшего шёлка. Не скрывающая вообще ничего!
Воспитанница монастырской школы во мне ахнула и упала в обморок. Зато другая часть меня насмешливо фыркнула — мол, и не такое видали. Это ещё ерунда!
К рубашке прилагался халат — длинный, контрастно-строгий, с широким, в несколько обхватов поясом.
Халат я и примерила!
Но потом…
Не знаю, что произошло, и что за бунт во мне случился. Но закончился мой вечер тем, что я надела и сорочку и подаренные ранее кружевные трусы. Тщательно расчесала волосы, которые пока не спешили рыжеть, и уставилась на себя в зеркало — девушка в отражении была знакома лишь частично.
Вроде я, а вроде и не я. Другая. Гораздо и гораздо смелей.
Конечно следовало переодеться, но снова что-то помешало. Разглядывая себя в зеркале я не выдержала и выпалила:
— А почему бы нет?
Спать легла прямо так, а через час бессонного ёрзанья встала, надела халат и, войдя в концентрацию, отправилась к “прямоугольнику”... Просто если меня вот-вот переселят, я даже не успею его рассмотреть.
Ступени лестницы, тусклое ночное освещение замка, бесконечные всполохи разлитой вокруг магии, и я очутилась в холле. Бесшумно, стараясь не шаркать новыми, подаренными той же Иргиль тапками, добралась до нужной стены, и…
Это было сильнее меня. Магия бунтовала, требовала действий и туманила разум. Я конечно потянулась и… да, прикоснулась к мерцающим линиям.
И очень быстро об этом своём поступке пожалела! Меня, словно по щелчку пальцев, засосало в телепорт.