Категория количества и прежде всего прерывного (дискретного) количества помимо числовых обозначений лексического характера находит свое выражение также в категории грамматического числа. В языках, где существует только единственное и множественное число, посредством форм грамматического числа выражается лишь различие между единичным объектом и множеством объектов, причем последнее может быть самой различной мощности[542]. Однако в некоторых современных языках наряду с формами единственного и множественного числа существуют также формы двойственного, реже тройственного числа, совсем редко четверного числа. Таким образом, в этих языках категория грамматического числа фиксирует не только различие между единичным объектом и множеством объектов, но и определенное количество объектов, а именно, два или три. Так, например, наряду с формами единственного и множественного числа имеют форму двойственного числа существительных такие языки, как корякский, эскимосский, ненецкий, тибетский, семитские, некоторые папуасские и др. При этом степень выраженности двойственного числа в грамматической системе языка в целом может быть самой различной. Так, в нивхском языке идея «двойственности» находит свое выражение лишь в личных местоимениях 1-го лица, а именно в этом языке есть личные местоимения 1-го лица единственного, двойственного и множественного числа (среди последних различаются инклюзивные и эксклюзивные). В отличие от нивхского в ненецком языке форму двойственного числа имеют существительные, указательные, определительные, вопросительные местоимения, а также порядковые числительные и причастия. Кроме того, в ненецком языке особую форму двойственного числа 3-го лица имеет глагол, изменяющийся по непереходному типу спряжения, именные сказуемые в форме 3-го лица, а в глагол, изменяющийся по переходному типу спряжения, включается показатель двойственного числа объекта действия[543]. Особая форма двойственного числа в ненецком языке есть также в системе лично-притяжательных форм существительных. В корякском языке двойственное число имеют существительные, их лично-предикативные формы, лично-предикативные формы имен деятеля, прилагательные в функции определения и их лично-предикативные формы, слова, обозначающие состояние, порядковые числительные, слова-заместители, личные, указательные и вопросительные местоимения. Кроме того, в корякском языке в парадигме спряжения глагола есть особые показатели 1-, 2- и 3-го лица двойственного числа субъекта действия, а в парадигме переходного глагола – особые показатели 1-, 2- и 3-го лица двойственного числа объекта действия[544]. Столь же последовательно проводится идея «двойственности» через всю грамматическую систему эскимосского языка[545].

Во многих языках, где в настоящее время нет двойственного числа или оно сохраняется в них лишь пережиточно, исторически оно также имело место, как, например, в индоевропейских языках. Как уже отмечалось, весьма редкое явление представляет собой тройственное число существительных. Оно отмечается в некоторых папуасских языках (ава, гадсуп и др.) и меланезийских[546].

Существует определенная закономерность в соотношении форм единственного, двойственного, тройственного и множественного числа, которая формулируется в виде следующей универсалии:

«Нет языка, который, имея тройственное число, не имел бы двойственного. Нет языка, который, имея двойственное число, не имел бы множественного»[547].

Если во всех современных языках есть числовые обозначения лексического характера, то категория грамматического числа в отличие от этого не является универсальной. Существует ряд языков, в которых грамматическая категория числа существительных отсутствует. Не было грамматической категории числа в древнеяванском языке – языке кави. Существительное здесь в зависимости от контекста соотносилось с одним или с несколькими предметами. В случае необходимости они лишь сочетались с теми или иными словами, передававшими количественные понятия (satunggal ‘один’, akweh ‘много’, sing ‘каждый’ и т.п.). Кроме того, для выражения идеи множественности в этом языке иногда использовался также способ удвоения существительных[548].

В китайском языке существительное само по себе обозначает

«не отдельный индивидуальный предмет, а некоторую совокупность однородных предметов – предмет, взятый как „класс“, вроде русских: ‘домашняя птица’, или ‘красная рыба’»[549].

Когда возникает необходимость конкретизировать, какая часть того или иного класса предметов имеется в виду, при соответствующих существительных ставятся слова с количественным значением типа цзигэ ‘несколько’, сюйдо ‘много’ и т.п. Вместе с тем в китайском языке существует и морфологический способ такого рода конкретизации, а именно в этих целях в китайском употребляется суффикс -мэнь, который присоединяется к существительному, когда речь идет о нескольких предметах. Однако этим суффиксом могут оформляться лишь существительные, обозначающие лица. Кроме того, посредством этого же суффикса от личных местоимений единственного числа образуются соответствующие личные местоимения множественного числа. Однако оформление этим суффиксом существительных категории лиц и в меньшей мере личных местоимений является факультативным. Соответствующие существительные оформляются суффиксом -мэнь обычно лишь в тех случаях, когда на количество лиц не указывается какими-либо другими средствами. Существительное этого лексико-грамматического разряда не может оформляться суффиксом -мэнь, когда оно употребляется в родовом значении[550].

«Употребление бессуффиксального существительного для обозначения нескольких лиц настолько распространено, что является скорее правилом, чем исключением. В этих условиях… трудно говорить даже об относительной, частичной противопоставленности бессуффиксальной формы форме суффиксальной (с -мэнь)»[551].

Все эти факты дают серьезные основания для вывода, что в китайском языке нет категорий грамматического числа существительных, образуемой оппозицией форм единственного и множественного числа[552]. Вместе с тем в китайском языке существует система средств, которая дает возможность указать на множественность объектов, обозначаемых существительным, что позволяет некоторым авторам выделять функционально-семантическую, или понятийную категорию «квантитативности»[553]. Так, помимо названных выше лексических способов актуализации количественной стороны объектов, обозначаемых существительным, такую же роль в китайском языке выполняют указательные местоимения чжэ ‘это’ и на ‘то’, которые оформляются специальной морфемой се, если определяемое ими существительное обозначает не единичный предмет. Ту же функцию в китайском языке выполняет повтор (удвоение) счетного слова, а также его удвоение в сочетании с числительным и ‘один’ и, наконец, удвоение односложного существительного[554]. В индонезийском языке существительное обозначает как родовое понятие (класс предметов), так и единичного представителя этого класса. Эта форма существительного определяется как форма неопределенной множественности. Ей противопоставляется форма определенной множественности, образуемая посредством редупликации существительного, которая употребляется, когда речь идет не о всем классе, а о нескольких представителях этого класса, обозначаемого соответствующим существительным. Основываясь на этом, некоторые авторы определяют данные формы существительных не как формы категории грамматического числа, а как формы категории множественности[555].

Нет грамматической категории числа существительных и в одном из тайских языков – чжуан. Здесь существительные подкласса «невещества» вне сочетания с классификаторами обычно не выражают ни значения единичности, ни значения множественности и не могут сочетаться с количественными числительными. Сочетаясь с классификатором существительное того же разряда не только приобретает способность получать количественные определения, выраженные числительными, но и в зависимости от контекста указывать или на единичный предмет, или на множество предметов данного рода. При наличии классификатора количественная отнесенность существительного (значение множественности того или иного типа) может конкретизироваться также некоторыми специальными способами – путем его сочетания со словом, имеющим значение группового множества, посредством редупликации классификатора или самого существительного, если оно является односложным, и т.п.[556] В целом, однако, в языке чжуан также отсутствует сколько-нибудь определенно выраженная оппозиция форм единственного и множественного числа существительных.

Итак, не всякое изменение формы существительного, связанное с выражением различий в количестве предметов, им обозначаемых, означает, что в данном языке существует грамматическая категория числа. Наличие лишь одной грамматической формы, выражающей количественную характеристику предметов (их множественность), и второй формы, нейтральной в этом отношении, еще не создает грамматической категории числа.