Талия считала, что жить с ней на одной территории – сложно. Но она даже представить себе не могла, как трудно это делать без неё.

Несмотря на то, что мы оставили её в Калабрии и вернулись в Сакраменто к своей привычной жизни уже как два месяца назад, только сегодня мы осознали, что значит снова остаться без неё.

Все молча сидели за кухонным столом, уныло провожая последний день в этом доме. Даже Кая, которая ела за четверых, без особого энтузиазма ковырялась в тарелке.

Отпустить Талию было правильно.

Это был единственный выход, чтобы не разрушить все мосты между ней и Ндрангетой. Включая её и меня.

Я дала ей ключи от камеры пыток, в которой ещё прошлой ночью сидел Дэниел, однако не знала, что со мной будет, если она уйдёт с ним, не попрощавшись.

Когда я увидела, как они пробираются по особняку, меня поразил шок. Это было не то, что я ожидала увидеть.

Но за последнее время не только это удивило меня. Пора было уже привыкнуть.

Я боялась утра, вопреки тому, что после возвращения в спальню перед сном Себастьян попытался успокоить меня, заметив мандраж. Сказал, что они получили от него всё, что хотели, и не станут его убивать.

Я не поняла, что значило «получили всё, что хотели», пока утром Дэниел в присутствии всех не напомнил Кристиану слова, сказанные им, когда они находились в подвале.

Почувствовав, что больше в меня не лезет, отодвинула тарелку в сторону, и все подняли на меня взгляд, прекратив есть.

– Невкусно? – спросил Кристиан.

Я покачала головой.

– Нет, всё прекрасно, просто…

Меня остановил резкий писк, которые по очереди стали издавать телефоны, лежащие на столе. Я взяла свой в руки, разблокировала его и опешила, прочитав уведомление.

*Вас добавили в чат!*

– Что это?

– Кажется, Сантьяго всё-таки решил издеваться над нами своими фотографиями на солнце.

Зимой в Калифорнии было совсем не холодно, поэтому эта теория отметалась. Мы стали гадать, что происходит, пока на экране не всплыло имя вместе со входящим звонком.

На мгновение я замерла, но затем быстро ответила на него.

И встретилась глазами с Талией.

– Привет! – воскликнула она, увидев меня.

Девушка лежала в постели в синей шелковой ночнушке с вырезом на груди и обрамлениями в виде черного кружева, её длинные волосы разметались по подушке, на округлом животе стояла тарелка.

– Привет, – улыбнулась я, продолжая оставаться в смятении.

– Что делаете? – спросила она, закинув в рот дольку мандарина.

Что мы делаем?

Из-за того, что всё это время я смотрела на неё, не заметила, как все, кто находился на кухне, собрались вокруг меня. Кая придвинулась ближе ко мне с одной стороны, а Себастьян уступил место Авроре с другой и встал, возвышаясь надо мной вместе с остальными мужчинами.

– Проводим последний ужин в особняке Нери.

Завтра мы собирались разъехаться по своим домам, хотя Доминик и Кристиан до сих пор не выяснили, зачем та девушка из клуба, из-за которой мы решили ещё какое-то время пожить вместе, следила за ними.

– М-м-м, – промычала Талия, жуя. – Что едите?

Что едите?

Боже, я переспрашивала саму себя, как идиотка, но… её обычные вопросы вгоняли меня в ступор. Как и всех остальных, кстати, потому что они просто молча уставились на девушку на экране, не понимая, что делать.

– Кристиан приготовил луковый суп, – продолжая отвечать на вопросы Талии, сказала я и подняла свою наполовину пустую тарелку.

– Луковый суп? – Долька мандарина, которую она только положила в рот, чуть не вывалилась из него. – С багетом и сыром?

Один из присутствующий очнулся от шока.

– Да, – ответил Кристиан.

Лицо Талии исказилось в гримасе печали.

– Завидую.

– Завидуешь? – переспросил уже другой её брат.

– Он что, не кормит тебя? Тебе нужно…

– Кристиан. – Талия закатила глаза, перебив его. – Я жду свой ужин буквально прямо сейчас. Коротаю время с этими малышками. – Она наклонила телефон и показала тарелку с идеально очищенными дольками. – Он даже не даёт мне самостоятельно чистить мандарины, представляете? Во время реабилитации я и то чувствовала себя более дееспособной.

Внутри моей груди разлилось что-то теплое.

К ней хорошо относились. Это успокоило меня.

Кая усмехнулась, тоже спустившись с небес на Землю.

– Понимаю! Посмотри на эти руки. – Она показала кисти прямо в камеру. – Они видели кровь, но не знают, что такое сок от граната.

У нас началось соревнование, чей муж заботливее? Тогда я тоже собиралась принять участие и рассказать, что перед сном в период с осени до весны Себастьян натирает моё тело увлажняющим кремом, так как моя кожа страдает сухостью.

Ладно, нет, не буду. Доминику не понравится слушать об этом. Да и Кристиану тоже. Они до сих пор не свыклись с тем, что наш брак настоящий настолько, насколько это возможно. Что значило…

– Что Дэниел готовит для тебя? – следом спросила Аврора. Её вопрос не дал мне закончить мысль. Это к лучшему.

– Не знаю. Надеюсь, это сыр с сыром под сырным соусом. Хотя я бы не отказалась от горячего супа. Оказывается, здесь намного холоднее, чем в Сакраменто, а я ещё даже не успела отвыкнуть от палящего Калабрийского солнца!

Я подняла взгляд чуть выше, чтобы увидеть отражение Кристиана на экране. Он выглядел так, будто был готов немедленно сварить ещё одну кастрюлю супа и пересечь границу только ради того, чтобы накормить им свою беременную младшую сестру.

– Я бы предложила отправить тебе, но у нас ничего не осталось, – ответила Кая. – Аврора всё съела.

– Эй, – возмутившись, засмеялась та.

Её подруга, у которой появился аппетит, улыбнулась и засунула в рот ложку супа, начав по новой есть его. Кажется, звонок Талии значительно поднял ей настроение.

Всем нам.

– Ты можешь приехать обратно, когда пожелаешь, – напомнил Доминик, – ты ведь это понимаешь?

– Не думаю…

– Приехать, а не вернуться, – подчеркнул он. – Я всё уладил с Неро. Наши дела никак тебя не касаются.

Талия замялась. Её страх был абсолютно понятен.

Пока они не касались её, но если что-то пойдёт не так? Как мы поступим? Это подвешенное состояние будет с нами до конца дней, или в будущем синдикаты смогут прийти к гарантированному мирному соглашению? Происходящее сейчас уже стало тем, что ещё недавно было даже трудно представить, поэтому я теплила надежду на это.

Я не могла представить мир, где мы с Талией не на одной стороне.

– На следующих выходных? – всё же спросила она.

– Я что-нибудь приготовлю, – мгновенно предложил Кристиан. – Что ты хочешь?

Она задумалась, прикусив нижнюю губу, но не успела ничего ответить, как поток уведомлений отвлёк нас от разговора.

Сантьяго: Почему я не могу подключиться?

Сантьяго: Подождите меня, ребята.

Я тут же зашла в чат, чтобы видеть все его сообщения.

Сантьяго: Эй, вы обсуждаете там меня?

Сантьяго: Амелия вам что-то рассказала?

Сантьяго: Это неправда.

Сантьяго: Клянусь!

Что Амелия могла нам рассказать?

Нужно будет позвонить ей завтра и узнать. Хотя не думаю, что она даст компромат на Сантьяго даже мне. Когда-то она терпеть его не могла, теперь же, если кто-то говорил ему заткнуться и перестать шутить свои глупые шутки, смотрела таким взглядом, что мне становилось не по себе и я начинала беспокоиться за жизнь своего мужа, старшего брата и деверя.

Никто другой, конечно же, не мог сказать ему закрыть рот. Только эти трое. Хотя они прекрасно знали, что он ни за что их не послушает и продолжит веселить всех нас. Их в том числе.

Сантьяго: Эй!

Сантьяго: Я здесь!

Сантьяго: Откройте чат, господибожемой!!!

Сантьяго: Я вас всех…

Предполагаю, он хотел написать «ненавижу», но рука не поднялась.

Сантьяго: Больше никаких каникул в Калабрии!!!

Сантьяго: Не-а.

Сантьяго: Даже не надейтесь.

Сантьяго: Не после такого унижения.

Кая с Авророй хохотали, прижавшись друг к другу, когда я решила перестать мучить своего лучшего друга и сама подключила его к звонку. Пыхтящий от недовольства Сантьяго показался на экране.

– О… – увидев наши лица, выдохнул он. – О! – Видимо, Сантьяго не сразу понял, что ему всё-таки удалось подключиться. – Почему вы так долго не отвечали?

– Проблемы с соединением, – ответила я, взяв на себя эту участь.

– Да, – подтвердил мой старший брат.

– Если бы это сказал кто-то другой, я бы не поверил ему. Но я знаю, что вам, Де Сантис, можно доверять.

Я подняла голову, чтобы взглянуть на Доминика, а он уже сделал это. И мы одновременно поджали губы, чтобы не сдать себя смехом.

Не смеяться.

Не смеяться.

Не смеяться.

– Джулия – Нери, – исправил Себастьян.

Нери-Де Сантис, если уж точнее.

– Угу-угу, – никак не прокомментировав это, ответил Сантьяго.

Не похоже на него. Он перестал смотреть на нас, и на его лице подозрительно сильно стал отражаться белый свет.

Я нахмурилась.

– Сантьяго? – позвала Талия. – Что ты делаешь?

– Я? – приподняв брови, переспросил он. – Ничего.

Э-э-э…

Мы переглянулись.

Кая смахнула изображение в угол экрана, и нам показался чат прямо в тот момент, когда все сообщения, включающие в себя проклятия и угрозы, испарились прямо у нас на глазах.

Из меня вырвался смешок.

Чьи-то рядом последовали за моим.

– Так, – протянул Сантьяго, закончив чистить переписку, – я что-то пропустил, или вы всё-таки не забыли, что я – такой же член семьи, как и вы, и…

– Сирена, – внезапно в пространство ворвался ещё один голос. Дэниел. – Всё готово.

Между нами повисло неловкое молчание, когда девушка на экране отвела взгляд в сторону и кивнула ему. После чего послышался звук закрывающейся двери, и мы поняли, что Дэниел ушёл, оставив её наедине с нами.

– Ладно, – выдохнула Талия, в миг погрустнев. – Мне пора идти.

– Да ну-у-у, – протянул Сантьяго. – Я ещё даже не успел узнать, не нашла ли ты мне замену в Каморре. Хотя, уверен, нет. Это невозможно. Меня никем не заменить.

– Не хочу тебя расстраивать, но…

– Что?! – воскликнул он. – Не смей произносить этого вслух, Талия Нери.

Она засмеялась, вставая с кровати.

– Позвоню завтра, – предупредила девушка. – Подготовь свои лучшие шутки, чтобы победить его. Я верю в тебя. Спокойной ночи!

Когда Талия отключилась, Сантьяго сделал такое лицо, будто был зол и обижен одновременно. Только почему будто? Так оно и было.

– Вы знаете, какого ублюдка она имела в виду? – спросил он.

Однако это сейчас вовсе не волновало нас, поскольку…

– Мне послышалось, или она сказала, что позвонит нам завтра? – решил уточнить Себастьян. Его лицо выдавало полное недоумение.

Доминик сжал плечо Кристиан и потряс его, радуясь за друга, когда Кая взяла своего мужа за руку, а я привстала и кинулась на шею Себастьяну, крепко обняв его.

Да, Талия позвонит завтра.

И послезавтра. И послепослезавтра.

Мы тоже будем звонить ей! А ещё, возможно, она приедет на следующих выходных. Может, как-нибудь и мы сможем?

В уголках моих глаз собрались слёзы, и Себастьян обнял меня в ответ, только-только придя в себя.

Кажется, никто не верил в то, что происходило.

Дело было совсем не в Ндрангете и Каморре, которые смогли договориться, а в Талии – девушке, которая давно положила крест на отношениях со своими старшими братьями. Она позвонила. Первая. Спросила, как наши дела и что мы ели. Смеялась. Делилась происходящим.

Потому что услышала от Кристиана и Себастьяна заветное: «Мы тебя любим». Всего-то.

– Подождите! – прокричал Сантьяго, вернув всё внимание к себе. – Не начинайте плакать, пока я не включил запись экрана! Это отлично пополнит мою коллекцию компромата!

Я засмеялась, переведя взгляд на экран, но продолжая обнимать Себастьяна, а Кристиан в этот момент наклонился и отключил нашего друга от звонка. После чего чат незамедлительно пополнился новыми сообщениями.

Сантьяго: Никаких каникул в Калабрии для Нери!

Сантьяго: Bambino не в счёт.

Сантьяго: Драчунья тоже.

Сантьяго: #безмужей.

Сантьяго: Это моё последнее слово.