Талия присоединилась к Каморре, а это означало, что я был прав. Ну, конечно. Всем уже пора признать, что я… Экстрасенс? Пророк? Провидец? Предсказатель? Господь?

Ладно, нет. На этом свете существовала только одна Богиня, и ей была моя Святая Дебора.

Мы находились в лифте, поднимаясь в штаб-квартиру, в которой Дэниел и Талия остановились на время. Неро тоже должен быть там. А Арабелла… Честно, я не знал. У неё было какое-то задание в Лас-Вегасе. Сомневаюсь, что она бы приехала, чтобы специально увидеться с Талией. Думаю, это к лучшему. Нам не нужны преждевременные роды на фоне острого конфликта.

Я чувствовал, что Эбигейл немного нервничала, поэтому утешающе поглаживал её кисть большим пальцем и пытался донести до неё – раз она смогла подружиться с Дэниелом, то и проблем с Талией не возникнет, поскольку они…

Один человек.

Всё пройдёт хорошо.

Мы вышли из лифта, держась за руки, пересекли холл и вошли в квартиру, которая уже была открыта для нас. Эбигейл глубоко вздохнула, перешагивая через порог, и громко выдохнула через рот, отпуская волнение.

Я приложил палец к губам, повернувшись к ней, чтобы она вела себя тихо. Эбигейл нахмурилась, но сделала так, как я просил: не произнесла ни звука, когда я прошёл дальше по коридору и…

Найдя Талию, подкрался к ней со спины, ухватился за её бока и приподнял, оторвав от земли. Она была тяжелее, чем я помнил.

Конечно, ведь она вернулась не одна, а вместе с малышом.

– Ага-а-а! – протянул я, держа девушку на весу.

Она стала дёргать ногами и кричать:

– Отпусти меня! Сейчас же!

Я засмеялся и всё-таки сделал это, не став мучить её. Ладно, или я просто боялся получить по голове от Дэниела, который уже выбежал из комнаты на её крик. Его оберегающая сторона была страшна.

Лучше не связываться с ним, когда дело касается Талии.

Если, конечно, вам не надоело принимать обычный душ и вы не хотите попробовать что-то… новое. Например, кислотную ванну.

– Деметрио, – прорычал Дэниел за моей спиной.

Я обернулся в сторону брата, разведя руки.

– Что?

– Он не сделал ей больно, – сразу встав на мою защиту, сказала Эбигейл. – Просто шутка, Дэниел!

Моё сердце растаяло. Прекрасно зная, что он ничего мне не сделает, она всё равно не оставила это просто так.

Я находился под защитой ангела-хранителя.

В это время, воспользовавшись моментом, Талия потянула меня за ухо. Я зашипел, скорчившись от боли:

– Ау! Ау! Ау!

Она пропустила несколько ехидных смешков.

Кожу зажгло. Её длинные ногти, впивающиеся в хрящи, делали только хуже.

Вскоре отпустив меня, Талия быстрым шагом приблизилась к Дэниелу, они дали друг другу пять, и она прижалась к его боку, практически замурлыкав от удовольствия.

– Понятно, работаете сообща, – потирая ухо, чтобы снять с него жар, проворчал я. – Что-то вроде семейного бизнеса?

Все трое засмеялись, и я улыбнулся, услышав смех Эбигейл.

Но это продлилось недолго. Взгляды девушек в конце концов пересеклись, и Эбигейл уставилась на Талию, словно встретилась с призраком.

Да, они были похожи. Я выглядел точно так же, когда увидел её фотографию впервые.

– Что? – нахмурившись, спросила Талия.

– Н-нет, н-ничего. – Эбигейл покачала головой. – Извини.

Затем они поменялись местами, и уже Талия уставилась на Эбигейл. Я сдвинул брови.

– Ты помнишь меня?

Эбигейл улыбнулась, поджав губы, и кивнула.

– Помнишь? – переспросил я. – Вы знакомы?

– Было дело, – ответил за них Дэниел.

– И ты? – удивился я, переведя внимание на него. – Когда?

– Тебе лучше не знать.

– Если мне лучше не знать, значит, я обязательно должен узнать.

Они переглянулись между собой, и я не успел вновь потребовать от них ответа, как послышались шаги и появился Неро. Он остановился рядом с парой и передал им какие-то бумаги. Что это?

– Уже успели познакомиться?

– Вы опоздали на час, Деметрио.

– Были немного заняты, – почёсывая затылок, ответил я.

Эбигейл опустила взгляд в пол и покраснела.

Конечно, заметив это, Неро спросил:

– Надеюсь, не в моём доме?

На самом деле у нас ничего не было. Просто сначала моя девушка задержалась на смене в больнице, а потом мы долго целовались, потому что я соскучился по ней за целый день, проведённый без неё.

– Нет, но… Знаешь, я бы посоветовал тебе обратиться к священнику. Этот дом нуждается в освящении после всего, что там происходило, пока ты был в тюрьме. Мало ли чем Дэниел занимался в нём с Талией…

– Эй! – возмутилась та, взмахнув руками.

– Ты не в том положении, чтобы оправдываться, – указав на её выпирающий живот, напомнил я.

Талия покачала головой, тяжело выдохнула, но в итоге улыбнулась мне и сказала:

– Кажется, я соскучилась по тебе, Деметрио.

– Да ну-у-у, – смахивая несуществующие слёзы с уголков глаз, протянул я. – И я, Дьяволица! Обнимемся?

Она отпустила Дэниела, и мы встретились на полпути. Я прижал к себе Талию настолько, насколько мог из-за её положения, но после того, как мы отпустили друг друга, не отошёл, а наклонился и, прижавшись ухом к её животу, стал делать вид, будто внимательно слушаю то, что говорит мне малыш.

Этот живот такой классный! Теперь я понимал, почему Дэниел был так одержим фотографией беременной Талии. Он поставил её на обои телефона, повесил на стене в своей комнате в доме Неро и закрепил на зеркале дальнего в машине, где люди обычно держали иконы или аксессуары.

Хм, почему я не додумался проделать такое же со снимком Эбигейл? Нужно это исправить.

– Что там? – спросила Талия.

– Меню на ужин, – ответил я, кивая головой, словно запоминая, а не придумывая. – У твоего сына отличный вкус! Записывайте: картофельное пюре, спаржа и свиные рёбрышки.

Ответа не послышалось.

– Записали? – спросил я, выпрямляясь.

– Как удачно, Деметрио, – усмехнулся Неро, бросив взгляд на Дэниела. – Всё, что ты любишь.

– А я о чём! Мы с этим мальчишкой подружимся, – уверил я. – Прячьте свои холодильники подальше от нас.

И смех вновь наполнил комнату.

***

Эбигейл вышла из ванной, вытирая мокрые волосы полотенцем. На ней были только трусики, и это заставило кровь прилить к моему члену. Её большая грудь раскачивалась из-за движений рук. Это выглядело слишком соблазнительно. Если она позволит мне любоваться ей в течение пары минут, она потеряет меня, так как я захлебнусь собственной слюной.

– Почему мы остались в Рино? Это из-за Талии?

Я пропустил её вопрос мимо ушей.

В горле пересохло. Я сглотнул.

– Деметрио?

И этот тоже.

Ангел с дьявольской красотой.

Хорошо, что она родилась в двадцать первом веке, а не шестнадцатом, иначе мне пришлось бы молиться за то, чтобы её не сожгли на костре до нашей встречи.

– Эй, Деметрио! – воскликнула она.

Полотенце, прилетевшее в лицо, привело меня в чувство. Я быстро заморгал и понял, что Эбигейл говорила со мной всё это время. Упс… Она упёрлась кулаками в бока, хмуро глядя на меня. Её грудь оказалась ещё сильнее открыта, чем до этого. Проклятье!

Я выдохнул и упал на спину, застонав.

– Куколка, ты же знаешь, я не могу думать, когда ты…

– Когда я что?

Это прозвучало слишком близко ко мне, поэтому, подняв голову, я увидел, что Эбигейл уже стояла на коленях на кровати, практически прижимаясь ко мне своими… Блядь! Она улыбнулась, когда мой взгляд стал бегать между её глазами и грудью.

– Когда я что, Деметрио?

Я сглотнул, потеряв нить нашего разговора.

Когда она… есть. Ей не нужно раздеваться, чтобы я перестал здраво мыслить. Просто быть рядом достаточно. Я сходил с ума по ней. Это не было секретом, но сейчас я вел себя как помешанный только на одном.

– Извини, – выдохнул я. – Я теряю голову из-за тебя. Не подумай, что…

Эбигейл поцеловала меня, не дав закончить. Её губы прижались к моим, украв дыхание. Я положил руки на её бёдра и сжал их, оставляя следы от пальцев. Такие мягкие. Я обожаю, как она сжимает ими мою голову, когда я лижу её киску. Если однажды она задушит меня во время процесса, это будет самая приятная смерть на свете.

– Мне нравится, что я тебе нравлюсь.

– Ты мне не нравишься, – между поцелуями исправил я. – Я люблю тебя.

Это ложь. Мои чувства к ней больше, чем просто любовь. Я хочу умирать и возрождаться, только чтобы из раза в раз встречать её.

Мне больше ничего не нужно. Только она.

Притянув Эбигейл ближе, посадил её к себе на колени, и это позволило ей почувствовать, как сильно затвердел мой член от обычного поцелуя с ней. Будто она не знала, как действовала на меня.

Я заводился от одного её взгляда, а когда мы начинали целоваться, уже был готов кончить.

Да, мне не требовалось много времени. Попробуйте устоять перед ней. Как и ей, кстати. Поэтому мы редко заканчивали после первых оргазмов.

– Деметрио?

– Да, Куколка?

– Никакого… секса, – прошептала она с придыханием, – пока твои братья находятся за стенкой.

– Ага, – улыбнулся я, продолжая гладить её бёдра.

Мои ладони скользнули вверх по влажному телу Эбигейл, исследуя его изгибы. Я мог обхватить её талию своими ладонями, перевернуть на спину и накрыть собой, но пошёл дальше, пока не добрался до груди. Стон вырвался из моего горла, когда я коснулся её.

Только едва успел сжать одну из полных грудей в своей ладони и начать играть с твердым соском, как Эбигейл со стоном оторвалась от меня. Её губы распухли из-за поцелуя.

– Хорошо-хорошо. – Я убрал руки и поднял ладони. – Нельзя баловать мои яйца ежедневным сексом. Они могут быстро привыкнуть к хорошему, и тогда у нас появится проблема, когда ты поступишь в университет и у тебя станет катастрофически мало времени на меня.

Предстояли тяжелые времена…

Кажется, я собирался расплакаться.

Эбигейл чмокнула меня в нос и захихикала, сползая с кровати вместе с полотенцем, а я, в свою очередь, проводил её взглядом, когда она вновь возвращалась в ванную, не естественно виляя бёдрами.

Из меня вырвался смешок. Негодница.

Летом следующего года самая красивая женщина на свете станет моей женой. К сожалению, процесс подготовки затянулся так надолго, поскольку найти хорошего свадебного координатора оказалось не так-то просто. Мы до сих пор не отыскали человека, который выполнит все прихоти Эбигейл, потому что моим единственным пожеланием на этой свадьбе была она. Остальное неважно.

Ублюдки будут завидовать мне даже после смерти. Как бы сильно мне ни хотелось, чтобы только я мог любоваться ей – это было неправильно.

Безусловно, я бы с радостью запретил людям смотреть на неё, но пока она не попросила меня об этом…

Пусть смотрят.

И плачут.

«Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не всё тело твоё было ввержено в геенну».

Я перевернулся на бок, схватил телефон с прикроватной тумбочки и нашёл номер, на который никогда не думал, что стану писать.

Деметрио: Я собираюсь рассказать ей. Завтра. Будьте готовы.