Едва мы успели зайти в дом, послышались голоса девушек. Я замерла, испугавшись, что их мужья были вместе с ними.

– Хочешь есть? – спросила Аврора.

– Хочу, но я и без того похожа на планету, – простонала Кая. – Хотя отходила всего чуть больше половины срока. Что будет со мной на девятом месяце? Я хочу родить своих мальчиков, а не лопнуть. Поэтому никакой еды после двенадцати. Ночи, – добавила она после секундной паузы.

Кто-то засмеялся.

Мы с Дэниелом осторожно пересекли коридор, и я не удержалась, чтобы не заглянуть в гостиную, находящуюся по пути.

Кая вытянулась на диване, попивая воду с лимоном из пластикового стакана с трубочкой. Её большая чёрная футболка, которая, скорее всего, принадлежала моему брату, была приподнята до груди, чтобы Аврора, сидящая рядом с ней, могла натирать её большой живот маслом.

Да, растяжки не обошли её стороной, в отличие от меня. Наверное, это всё из-за того, что моя плацента прикрепилась к задней стенке матки. Но её не спасло бы даже это. Невозможно не раздуться, вынашивая трёх малышей. Она – настоящая героиня. Боец.

Кристиан знал, когда давал ей это прозвище.

– Значит, нужно ложиться раньше двенадцати, чтобы облегчить задачу, – намекая на восстановление режима, сказала Аврора.

– Перестань. – Кая отмахнулась от неё. – Я думала, Кристиан – самая большая зануда в этой семье.

– Я просто забочусь о тебе.

– Я знаю, – выдохнула она, надув нижнюю губу. – Спасибо. Не заставляй меня плакать.

Я так увлеклась слежкой за ними, что не обратила внимание на Джулию, которая уже смотрела на меня, когда я перевела взгляд немного в бок. Её взгляд был прикован ко мне.

Я почувствовала мимолётный страх, словно это не она дала мне ключ от камеры пыток, чтобы я спустилась к Дэниелу. Но мы не обговаривали тот момент, что я выпущу его оттуда…

В конце концов, Джулия опустила голову, сделав вид, что тоже не заметила меня и человека за моей спиной. Облегчение накрыло волной. Я выдохнула, собираясь развернуться и пойти дальше, однако Кая снова заговорила.

– Двенадцать уже наступило?

Обе девушки, устроившиеся по разные стороны от неё, переглянулись и улыбнулись.

– Нет, – соврала Аврора, поскольку время близилось к часу.

– Я могу растопить немного шоколада и нарезать фруктов, – предложила Джулия.

– Правда?

Она кивнула ей в ответ, откладывая телефон в сторону.

– Спасибо…

Нужно уходить.

Сжав ладонь Дэниела в своей, наконец-таки оторвалась от сцены, развернувшейся в гостиной, и потянула его к лестнице.

– Идём, – прошептала я. – Моя спальня на втором этаже.

– Я знаю.

– Откуда? – Мои брови подпрыгнули от удивления.

– Изначально я не собирался входить через дверь, – признался он.

О, Господи.

Я представила, как он пробирается в мою комнату через окно. Если бы мне было шестнадцать, а он был бы всё тем же незнакомым бунтарём, я бы умерла от тянущей боли из-за бабочек в животе.

Ладно, сейчас ничего не изменилось.

Моя реакция на него всегда будет одинакова.

Хорошо, что спальни братьев находились этажом выше. Мы тихо поднялись на второй, добрались до нужной комнаты, и я завела Дэниела в ванную, тут же начав раздевать его.

Ему требовался душ. Немедленно.

– Нужно поторопиться, – предупредила я, аккуратно, но быстро стягивая с него футболку через голову.

– Ты собираешься бежать?

Я покачала головой и сглотнула, пытаясь избавиться от дрожи в тоне, которая выдавала мой страх за него и наше будущее. Я ещё никогда не чувствовала себя такой трусихой.

Моя нерешительность привела его в Ндрангету.

Значит, мне его отсюда и вызволять.

– Ты, – исправила я.

Дэниел нахмурился. Корка на свежей ране над его темной бровью треснула, и кровь побежала по скуле. Я потянулась, чтобы остановить алую струю, однако он неожиданно скрутил ладонь вокруг моей кисти, когда я уже была на полпути к его лицу.

– Я пересёк границу «другой стороны» не для того, чтобы бежать или вновь возвращаться в Каморру без тебя, – решительно произнёс Дэниел. – Я могу умереть здесь…

– Не говори так! – перебила его.

Но он всё равно закончил:

– Или вернуть тебя домой, Талия.

Дом.

Моё сердце не выдержит, если я сделаю выбор в пользу одного из синдикатов, поскольку люди, которых я любила, были частью обоих.

Смогут ли они забыть о своей ненависти ради меня? Может ли это стать моим подарком? Я ничего больше не прошу. Только это.

Ничего, кроме этого, мне и не нужно.

Настоящая семья – всё, о чём я когда-либо мечтала.

Даже свобода не так желанна, как она.

– Я н-не знаю, где мой дом. Я…

Дэниел не дал мне договорить. Его горячие ладони легли поверх моих щёк, и он поцеловал меня, помогая найти ответ.

Мурашки покрыли предплечья.

Электрические токи пробежали под кожей.

И сердце пропустило удар, когда я наконец-то поняла…

Твой способ попасть домой. Джулия не имела в виду возвращение на территорию Каморры. Она говорила о Дэниеле.

Я не могла выбрать синдикат, но могла выбрать его.

Мой дом – этот мужчина. Где бы он ни был.

Я последовала бы вслед за ним, даже если бы путь вёл в землю. Когда-то, да. Однако теперь я не могла думать только о себе или о нём. Нас по отдельности больше не существовало. Были мы – я, он и наш ребёнок.

Понимали ли это мои братья?

В конце концов, они сделали ему татуировку. Это многое значило. Они были готовы отпустить его? Узнаем утром. А пока…

Я оторвалась от его губ, на самом деле совершенно не желая этого делать, и выражение лица Дэниела подсказало мне, что он чувствовал то же, что и я. Едины. Словно не прикасаться друг к другу значило для нас добровольно идти на пытки.

– Сейчас вернусь. – Я развернулась, только он не дал мне уйти, взяв за руку.

– Талия…

– Нужно найти сменную одежду для тебя, – объяснила я, чтобы он не беспокоился. Больше я никогда не сбегу от него. – В моей спальне ещё не ночевал мужчина.

– Рад знать, – усмехнулся Дэниел.

Мои губы изогнулись в улыбке.

Не сомневалась, что ему это понравится.

Когда я выходила из ванной, он уже забирался в душевую. Пол был испачкан в крови, и меня слегка затошнило от этого вида, поэтому пришлось быстро отвернуться и отказать себе в удовольствии попялиться на задницу мужчины, который был моим.

«Я – твой, Талия».

Я не забыла эти слова, однажды сказанные им, поскольку ничего приятнее в своей жизни не слышала.

Мой. Главное, чтобы он остался таковым после того, как Глава Ндрангеты проснётся и узнает, где он провёл свою ночь.

Ненавижу свой день рождения. Всякое дерьмо происходит именно в этот день.

Пусть сегодня станет исключением. Пожалуйста.

У меня не было торта со свечами, тем не менее я надеялась, что тот, кто исполняет желания, услышит моё.

Хотя бы один раз это должно сработать.

Я открыла дверь, чтобы спуститься вниз, но за ней меня уже ждал человек. Я опешила. Кая стояла в метре от меня, держа в руке мужскую одежду. Кристиана, как я предполагала.

Как она поняла, что я здесь и нуждаюсь в помощи? Джулия сказала ей? Или она тоже заметила меня, когда я подглядывала за ними в гостиной?

– Держи, – просто сказала Кая, протянув мне футболку с домашними штанами. – Должны подойти. Думаю, они одного размера. И всё чёрное, как…

– Оба любят, – закончила за неё.

Я всё ещё приходила в себя от шока, забирая вещи.

Но раз уж Кае было известно, стоило воспользоваться этим.

– Не выпускай Кристиана из комнаты до рассвета, – прошептала я. – И передай девочкам, чтобы они сделали то же самое со своими мужьями. Пожалуйста.

– Конечно. – Она отсалютовала мне. – Будет сделано.

И благодарность даже не успела сорваться с моих губ, как она уже развернулась и направилась к лестнице. Решив, что кричать «спасибо» через весь коридор – не лучшая идея, закрыла дверь и провернула замок.

Это, конечно, не остановит Кристиана, Себастьяна и Доминика, если они узнают, что Дэниел покинул подвал и спал в моей постели, но это поможет, если кто-то из них, не зная о шалости, которую я совершила, захочет наведаться сюда.

Насколько нелепо попытаться спрятать его в шкафу или под кроватью? Он вообще поместится туда?

– Почему ты улыбаешься? – спросил Дэниел, когда я зашла в ванную. Он ещё не закончил отмываться, поэтому я остановилась неподалёку, дожидаясь его.

– Представила… – запнулась я, задержав на нём взгляд, – кое-что.

Теперь мои мысли занимала совсем не смешная картина того, как я прячу его от свои старших братьев.

Я опустила взгляд к полу, а затем потянулась за полотенцем.

Сейчас было далеко не самое лучшее время думать о том, о чём я подумала, увидев его голое тело впервые за столько месяцев. Гормоны продолжали играть со мной злую шутку. Я решила, что потребность в контакте с этим мужчиной пропадёт хотя бы на время, что я беременна. Однако я слишком сильно скучала по нему.

Тихий смешок дошёл до моих ушей, заставив приподнять голову и заметить, как Дэниел выключает воду. Я подошла к нему и протянула полотенце, смутившись.

– Всё это кажется мне абсурдным, – сказал он, принимая его. Через мгновение низ его тела стал скрыт от меня. Как печально.

– Не тебе одному.

Но такова наша история.

Всё в ней с самого начало было ненормально и неправильно. Потому что мы с ним такие же.

– Будет смешно однажды рассказывать ему об этом.

– Ему? – переспросил Дэниел, замерев. – Это мальчик?

Я кивнула, поджав губы, и почувствовала непростительную вину за то, что не рассказала ему об этом сразу, как узнала, когда заметила на его лице сожаление.

Он пропустил так много.

Тем не менее самое главное ждало нас впереди.

– Да.

Сожаление сменилось на страх. Он бушевал в тёмно-карих глазах. Мне было ясно, о чём он подумал первым делом, услышав мой ответ. Ребёнок, вне зависимости от пола, находился в опасности. И Дэниелу, как никому другому, было известно об этом.

– Я обещаю, что никогда даже близко не стану похожа на твою мать. – Мне не хотелось вспоминать о том, что случилось с ним по её вине, однако я должна была это сказать. – Я буду защищать его не меньше тебя. Я…

– Замолчи, Талия, – потребовал Дэниел. – Тебе не нужно обещать мне это. Я знаю. Даже мысли иной не допускаю.

Слёзы собрались в уголках глаз, и он аккуратно смахнул их.

– Не найдется матери для моего ребенка лучше, чем ты.

– Правда?

– Не издевайся надо мной, уточняя это, – попросил он. – Ничего правдивее я тебе не говорил.

Это заставило меня улыбнуться.

И не найдётся отца для моего ребёнка лучше, чем он.

Дэниел уже доказал это, сделав всё возможное и невозможное, чтобы стоять здесь со мной.

Затем я помогла ему одеться и повела к кровати, но он почему-то остановил меня, притянув в свои объятия. Мой живот был не таким большим и позволил мне прильнуть к его груди.

– Я забыл кое-что сказать тебе.

– Что? – Паника забурлила в крови.

Кажется, кто-то заразил меня тревожностью.

Только он прижался своим лбом к моему, зарылся пальцами в мои волосы и прошептал, успокоив всего одним поцелуем:

– С днём рождения, Сирена.

Мой девятнадцатый. С моим единственным.