Талия, крепко ухватившись за мою руку, тянула меня через проход. Наши платья развеивались в стороны от скорости ходьбы, и я еле держалась на ногах. Мы покинули зал, полностью набитый людьми, и следовали в неизвестном мне направлении, когда лицо девушки передо мной покраснело, и у меня было два варианта, почему это случилось.

Первый: она была настолько зла на этот день, что хотела кого-то убить.

Второй: её затошнило от количества человек.

На самом деле, я тоже уже хотела передохнуть от всех, потому что нас не оставляли в покое ни на одну минуту. Так как я была сестрой одного из виновников торжества, то мне приходилось выслушивать всё вместе с Домиником и своей лучшей подругой, чей день рождение был испорчен.

Талия и раньше не выносила праздники, а после сегодняшнего и вовсе возненавидит их. Из года в год в её день рождение мы запирались в её комнате и ели торт, который я готовила для неё. Она не была сладкоежкой, поэтому я всегда делала начинку из карамели с солью и добавляла в тесто с кремом минимум сахара. Никто не устраивал ей грандиозных праздников с кучей гостей, чему она была рада, поэтому сегодняшний день был для неё потрясением.

Винченцо Нери решил соединить помолвку своей единственной дочери вместе с её шестнадцатилетием. Ни ей, ни мне, ни Доминику эта идея не понравилась, но никто не был против. И у каждого была своя причина.

А теперь моя голова болела от всех фальшивых улыбок, которые я получила. Этот день выжимал из меня все силы, хотя я даже не была его центром, поэтому я полностью понимала желание Талии убраться отсюда подальше.

Мы забрались на третий этаж особняка и ворвались в пустующий зал. Здесь было прохладнее, чем внизу, и шум, доносящийся с первого этажа почти не доходил до нас.

– Он сделал это специально! – прорычала девушка, отпуская мою руку и делая ещё несколько злых шагов вперёд, когда я стала закрывать за нами дверь.

– О ком ты?

Талия остановилась посередине помещения и тыкнула пальцем в сторону большого окна, развернувшись ко мне. Её угольно-черные длинные волосы спадали на плечи, а электрически-синее платье обтягивало стройную спортивную фигуру, в то время как золотые украшения блестели от яркости ламп и сверкали на свету.

– Себастьян, – сквозь плотно сжатые зубы выплюнула она. – Он здесь.

Моё сердце сделало переворот внутри, и я замерла.

Он приехал? Я не видела его и не слышала, чтобы кто-то хотя бы упоминал о том, что старший из братьев Нери будет здесь сегодня, потому что он шесть лет как жил в Лос-Анджелесе и не приезжал в Сакраменто даже по работе. Лишь изредка я слышала о нём от Доминика, но Себастьян исчезал из города так же быстро, как я съедала порцию сахарного драже во время стресса.

Незаметно.

– Он решил стать сгнившей вишенкой на торте этого отвратительного дня?

Девушка размахивала руками, задаваясь риторическими вопросами. Её кулаки сжимались и разжимались после того, как она скинула с себя туфли и стала громко топать по залу. На моих губах стала растягиваться улыбка от этого вида, но я прикусила внутреннюю сторону щеки и угомонила себя.

На самом деле, разгневанная Талия выглядела довольно пугающе. Для тех, кто видел её такой впервые. Но я наблюдала за её вспышками гнева, как минимум, три раза в неделю, поэтому привыкла. Я всегда следила за обстановкой вокруг и убирала предметы, которыми она могла случайно убить кого—то, подальше, потому что нам были не нужны лишние проблемы. Когда она успокаивалась и мы оставались вдвоём, она говорила мне спасибо, на что я отвечала, что делала это, потому что любила её, а затем мы обнимались.

И это было тем, что она делала исключительно для меня. Её тактильность для других заканчивалась на касании взглядом, но я любила держаться за руку, обниматься и чувствовать тепло, исходящее от тела человека. Хотя руки Талии по температуре походили на труп, но это была особенность всего клана Нери, поэтому я не переживала за неё.

– С чего ты взяла, что он здесь? – поинтересовалась я.

– Я видела, как он выходил из машины, когда пряталась на парковке прежде, чем привести тебя сюда.

Она ушла подышать свежим воздухом, когда к нам с Домиником подошла очередная пара, чтобы поговорить с нами и напомнить о родителях во время разговора, но я не стала подавать виду, что заметила, как девушка медленно делала шаги назад, постепенно прячась за наши спины, а затем и вовсе испарилась.

Ей нужно было дать время, и я была бы не удивлена, если бы она сбежала. Возможно, именно это она и собиралась сделать до того, как встретила своего брата.

– Может всё не так плохо…

– Дело не в том, что он приехал, Джулия, а в том, на чём он это сделал, – девушка сделала акцент на последних словах, и я нахмурилась.

– Почему ты говоришь загадками?

– Потому что ты их любишь, – на секунду забыв о своей раздражительности, произнесла она.

– Талия?

Подруга закрыла глаза и сделала глубокий вздох, остановившись на месте.

– Audi RS 7 Sportback, – выдохнула она.

О, нет.

– Audi RS 7 Sportback! – прокричала она, распахнув веки.

Невидимые, но ощущаемые мной, молнии летали вокруг неё. Девушка наклонилась, схватила свои туфли и с силой сжала их, заскрипев зубами.

Она мечтала о том, что когда-нибудь ей подарят машину, но все мы знали, что Винченцо никогда бы этого не сделал. А насчёт этой Audi я слышала на протяжении каждого дня последних нескольких месяцев. Она чертовски сходила с ума по ней.

Расширенные колесные арки, широкий кузов и разгон до 100 км/ч за 3,6 секунд – это всё, что я запомнила.

– Он сделал это специально.

– Откуда ему знать, что ты хотела именно эту машину?

Талия откинула туфли в сторону и пошла в угол зала.

– Наверняка отец рассказал ему, и они решили поиздеваться надо мной.

Я не верила в это.

– Даже Аврора стала водить машину сразу после шеснадцатилетия, – проворчала она. – Все водят. Чем я хуже?

– Я не вожу, – напомнила я.

Талия демонстративно закатила глаза.

– Потому что ты не хочешь.

Правда. Доминик, нехотя, предлагал мне купить машину, но я отказалась. Мне не нравилось сидеть за рулём. Однажды он учил меня ездить, но это закончилось тем, что я врезалась в мусорный бак. На удивление, брат отреагировал очень спокойно. Любой другой мужчина уже бы накричал на меня и больше никогда бы не позволил сесть на место водителя в его машине, но мы попробовали ещё пару раз, и я поняла, что это было не моё.

Талия чуть не упала в обморок, когда я рассказала ей об этом. Она была помешана на скорости. Когда мы помогали Авроре чуть больше года назад, подруга уже профессионально вела её машину, но я не спросила, где она этому научилась. Я не хотела знать, если она угоняла тачки, сбегая из дома, и колесила по городу, нарываясь на гнев отца. У меня бы всё равно никогда не получилось отговорить её не делать этого.

– Зачем он приехал? – девушка опустилась на колени рядом со шкафом и стала внимательно смотреть под него.

Что она делала?

– Ненавижу его.

– Может быть, он приехал, чтобы поговорить с тобой.

Она громко усмехнулась, залезая рукой под шкаф и рыская там.

– С чего бы ему говорить со мной, Джулия? Он забыл, что такое открывать свой рот в присутствии меня с тех пор, как мне было три.

Она помнила все моменты, связанные со своими братьями, а особенно те, когда они оставили её.

– Что, если он изменился? То, что он здесь, говорит о многом, разве не так?

Девушка вытащила пустую руку и присела на полу, недовольно глядя на меня. Тёмные густые брови были гневно нахмурены, а голубые грозовые глаза сдерживали себя, чтобы не пустить молнию в меня.

– Даже не вздумай произнести то, что хочешь, – предупредила она. – Последнее, что он будет делать – это любить кого-то.

Моё сердце болезненно сжалось.

Я не понимала, почему Кристиан и Себастьян поступали с ней именно так. Зачем они истерзали её душу настолько, что теперь она не видела то, как они смотрели на неё. Раньше и я, в силу возраста, не замечала этого, но с недавних пор… Пелена ненависти затуманила её взгляд. Даже, если бы она хотела думать, что в них было что-то человеческое по отношению к ней, её сердце больше бы никогда не позволило ей поверить в это.

Девушка опустила глаза в пол.

– Когда ты в последний раз видела его? Помнишь хотя бы, как он выглядит? Тон его голоса?

Я огорчённо поджала губы.

Мне было жаль, и я не хотела заставлять её вспоминать.

– Ничего, – кивнув, произнесла она. – Пустота. Так что…

Она хотела что-то сказать, но вместо этого снова наклонилась и решила закончить начатое.

Безусловная любовь делала из людей дураков. И я была одной из них.

Я закрывала глаза на жестокость родителей в отношении других, отказывалась верить, что, сдувающий с меня пылинки, брат калечил людей и защищала Талию, точно не зная, чем именно она занималась, убегая подальше от своей семьи.

И всё же я бы отдала за них свою жизнь.

Мои глаза внимательно следили за подругой, даже когда я витала в своих мыслях.

– Что ты делаешь? – спросила я, когда девушка достала из-под одного шкафов плотно набитый пакет.

– Ты поможешь мне?

С чем?

Талия никогда не просила меня участвовать в чём-то вместе с ней.

Я тяжело сглотнула, ощущая прилив интереса и страха внутри себя, а затем подошла к ней. Она быстро поднялась на ноги, развязывая пакет, но, когда он не поддался ей, она вцепилась в него своими длинными острыми ногтями и разорвала его на куски. Джинсы с грохотом шлёпнулись об пол, пока остальные вещи остались в руках Талии.

– Что это значит?

Наконец, на губах девушки растянулась улыбка, которую она попыталась скрыть, но она сдалась сразу, как поняла, что радость фейерверком вырывалась из неё.

– Талия? – серьёзнее спросила я.

– Если ты так веришь в его изменения, то почему бы тебе не поговорить с ним? А?

Я шокировано посмотрела на неё.

– Мне?! – воскликнула я.

– Ты ведь хочешь этого, почему бы и нет?

Что-то не так.

Тон девушки стал более ласковым, она заправила волосы за уши и похлопала ресницами.

– Ты манипулируешь мной, – догадалась я.

– Да, – поджав губы и закивав, честно призналась она.

Как бы то ни было, но она никогда бы не стала врать мне.

– Зачем мне разговаривать с ним?

– Сначала согласись.

Я прищурилась.

– Согласись, – взмолилась она, ухватившись свободной рукой за моё плечо. – Пожалуйста, Джулия.

Моя голова прокручивала самые страшные вещи, на которое была способна Талия. Мы стояли на одном уровне, потому что я всё ещё оставалась в туфлях, в то время как её валялись где-то в противоположной стороне от нас. Я смотрела в её, резко засиявшие, голубые глаза.

Она была разбита, как бы ни скрывала этого, и единственное, что дарило ей радость – её мелкие проделки. Она хотела получать эмоции, которые смогли бы вытеснить боль из её души. Если что-то сегодня могло спасти её, то я была согласна на это.

Я кивнула ей и Талия, не переставая улыбаться, принялась расстёгивать своё платье, попутно вылезая из него.

– Он держит ключи от машины в левом кармане пиджака.

На секунду мой мозг не воспринял сказанное ей, но, когда слова дошли до меня, я выпучила на неё свои глаза.

– Что?!

– Тебе всего лишь нужно незаметно забрать их у него.

Девушка стояла передо мной в одном белье и натягивала на себя светло-синие джинсы, куда-то торопясь. Затем достала из пакета черный топ с рисунком красного дракона на груди и пролезла в него.

– Ты хочешь, чтобы я украла его ключи и отдала их тебе? – запинаясь, переспросила я.

– Шоу будет продолжаться всю ночь. Никто не узнает об этом. Особенно он. – Талия собрала волосы в хвост, а затем надела кепку и просунула их в дырку в ней. – Я обещаю тебе вернуться до того, как кто-то начнёт говорить обо мне. Всего несколько часов.

Нет. Нет. И ещё раз нет.

– Пожалуйста, Джулия. Ты уже согласилась.

Она скомкала своё платье и засунула его в разорванный пакет, а затем кинула под шкаф.

– Мне нужно уйти.

Её голос выдавал мольбу, а глаза смотрели на меня с такой жалостью, что мои внутренности скрутились от всего этого. Я никогда не видела её такой. Ни разу в своей жизни Талия Нери не упрашивала кого-то помочь ей.

Я продолжала молчать, раздумывая над тем, что она мне предлагала и тогда она решила воспользоваться своим последним шансом.

– Всегда с тобой, – прошептала она.

Я покачала головой, говоря ей, что она играла очень грязно, произнося это, но моя натура, готовая жертвовать всем ради её улыбки, была непобедима.

– Никогда против тебя.

Девушка резко врезалась в меня своим телом, и я попятилась назад вместе с ней. Её руки так крепко сжимали меня, что мне стало тяжело дышать. Она уткнулась лицом в моё плечо.

– Спасибо, – едва слышно поблагодарила она меня.

– Эти выходные ты проводишь со мной за просмотром КИНЗУ (Как Избежать Наказание За Убийство – американский телевизионный сериал производства Шонды Раймс, который вышел на ABC в сезоне 2014-2015 годов).

– Все выходные этого месяца подряд, – усмехнулась она.

– Вау, – я оторвалась от неё. – Если бы ты раньше сказала, что езда по городу на ворованной тачке заставит тебя пролеживать зад на моей кровати перед телевизором, я бы уже давно сделала всё возможное для этого.

– Тогда не теряй время, – девушка постучала указательным пальцем по руке с невидимыми часами. – Иди. Он должен быть где-то внизу. Я буду ждать тебя за углом особняка.

Я надула щёки, переживая.

О чём я буду говорить с ним?

Мне спросить, как у него дела или вроде того? Может… Эй, Себастьян, почему ты приехал один? До сих пор не нашёл себе жену?

Я зажмурилась.

Боже, лишь бы не ляпнуть этого.

Мои ладони вспотели, и я вытерла их о своё зелёное платье. Тревога внутри меня нарастала и чем дольше я стояла, тем страшнее мне становилось, поэтому я сказала:

– Будь предельно осторожна.

А после развернулась и зашагала в сторону выхода, но ледяная ладонь схватилась меня за локоть и остановила. Талия задумчиво смотрела на меня.

– Когда-нибудь твоя любовь к загадкам приведёт тебя к чему-то более опасному, чем то, что делаю я.

Она говорила серьёзно, удерживая меня на месте.

– Я могу не идти, – улыбка расплылась на моём лице.

– О, нет! – воскликнула девушка, в миг отпустив меня. – Загадки – это очень весело! Ступай!

Я рассмеялась, когда она подняла два пальца вверх на уровне своей груди и мои глаза упали на кулон с блестящей луной, свисающий с её шеи. А затем спустился к рисунку на топе.

Электрический дракон…

– Ч-что? – переспросил Себастьян.

Я сцепила кисти рук за спиной и сжала их до такой степени, что ногти стали разрывать кожу на костяшках. Всё внутри меня дрожало.

– Я спросил тебя, Джулия.

Его тон изменился, и моё имя, слетевшее с его губ, больше не было чем-то особенным.

Больше не было.

– Ты дала ей ключи от моей машины? – словно не слыша меня, повторял он, как будто цеплялся за надежду, что я не делала этого и ждал, когда я скажу, что всё это неудавшаяся шутка.

– Я сделала это.

Он покачал головой, зажмурившись, одна из его рук сжалась в кулак, свисая сбоку, а грудная клетка неровно поднималась, говоря о его затруднённом дыхании.

– Себастьян, – выдавила я.

Мужчина открыл глаза и стал метаться взглядом из стороны в сторону, лишь бы не смотреть на меня. Брови были сведены и он быстро моргал, принимая мои слова.

– Поговори со мной.

Между нами всё также оставалось несколько метров, но я чувствовала гнев Себастьяна на каждом участке своего тела. Воздух пропитывался им. Мои лёгкие заполнялись мраком.

– Зачем ты сделала это?

– Она почти умоляла меня. Я не могла даже подумать о том, что ей взбредёт отправиться на другую сторону.

– Ты знала её лучше всех! – с упрёком прогремел он. – Единственным её желанием было убежать подальше от нас.

Конечно. Винченцо сковал её правилами и душил невидимыми железными кандалами. Она лишь хотела быть чуточку свободнее. Хотела перестать ходить в школу под другим именем, посещать вечеринки, водить машину и элементарно выходить на улицу без кучи охраны. Ей были запрещены все подростковые шалости.

Однажды я заметила, как она начала потухать и, забыв, о своем желании не приносить брату неприятностей, предложила Талии сбежать. Всего одна свободная ночь, чтобы дать ей надежду на то, что её лучшая жизнь была ещё впереди. Мы гуляли по городу, танцуя на улицах и распивая сидр из стеклянных бутылок, которые девушка купила нам по своему поддельному паспорту. И всё было отлично, пока нас не поймали и не закрыли за решеткой. Мне пришлось позвонить Доминику, который спал в нашей квартире, будучи полностью уверенным, что я ночевала в особняке Нери, и попросила его вытащить нас отсюда, чтобы у Талии не было лишних проблем с родителями. Он в считанные минуты добрался и до нас и мы получили свои извинения за задержание, в котором были виноваты мои короткие ноги, не умеющие быстро бегать. Единственное, чем поинтересовался Доминик было – насколько дешевое пойло мы пили. Он смеялся над нам всю дорогу до дома, потому что Талия рассказала ему, как я свалилась в канаву, из которой меня уже достали федералы. Кажется, он был счастлив, что во мне не умерла капля бунтарства, передавшаяся от мамы.

Следующим днём всё было, как обычно. Но теперь я была неуверенна в этом.

Даже мой папа не переживал за меня настолько, как это делал Винченцо Нери по отношению к своей дочери.

Он был одержим её безопасностью. Даже не все участники Ндрангеты знали, как на самом деле выглядела Талия Нери.

Она была настоящим призраком.

И, когда подросла, научилась пользоваться этим.

– Талия никогда бы не бросила меня, Себастьян.

Она могла бросить их всех, но не меня. Каким бы монстром не считали её люди вокруг, со мной она была другой. Той Талией, которую они тоже могли бы знать, если бы не причиняли ей адскую боль.

Братья оставили её на отца, делая вид, будто не вырвали бы свои сердца, чтобы продлить её жизнь. Но всё было фальшем. Хорошо продуманной ложью. Думаю, в глубине души, Талия догадывалась и, поэтому, ненавидела их ещё сильнее.

Себастьян покачал головой, плотно сжимая челюсти, сдерживая себя от чего-то.

– Она обещала вернуться ко мне, – с незабытой надеждой, с которой я жила последние полтора года, прошептала я. – Понимаешь?

Многие считали ее эгоисткой, но Талия прошла бы через огонь ради меня, точно так же, как ее отец прошёл через огонь ради моей мамы. В крови Нери текло самопожертвование ради любимых.

Я распустила руки и стала теребить заусенцы на пальцах. Жжение медленно становилось всё сильнее, но я не останавливалась.

Он не хотел меня понимать. Поэтому я скрывала это.

Они не знали Талию. Не знали то, как она держала своё слово. Как любила меня. И как бы вернулась домой любой ценой, если бы не умерла.

Талия Нери никогда бы не бросила меня.

Я не верила в то, что она решила пересечь границу, чтобы встретиться с Каей и её матерью. Что-то другое потянуло её на другую сторону. Что-то, чему она доверяла и знала, что следующее её утро окажется не на дне озера, а дома.

Она верила чему-то… Или кому-то.

– В тот вечер ты обманула меня? – спросил мужчина. – Ты пришла, только чтобы отвлечь меня и забрать ключи?

– Нет, Себастьян, – я стала мотать головой. – Это был лишь повод, чтобы, наконец, заговорить с тобой.

Дисплей моего телефона загорелся на столике рядом со мной, и мы вместе заметили его, но всё равно продолжили смотреть только друг на друга, пока он не затих, потому что я не отвечала на звонок.

– Заговорить со мной? – хмыкнул он. – Зачем ты начала говорить со мной, Джулия? – его тон повысился и мои поджилки затряслись. – Почему ты стала делать это?

Что он имел в виду?

– Никто никогда не хотел этого и всё было нормально. Стабильно. Привычно для меня.

Себастьян сделал шаг в мою сторону, но мои инстинкты сработали быстрее, чем всё остальное, поэтому я шагнула назад и врезалась в столешницу за собой.

Мужчина замер. Его глаза потерянно пробежались по всему моему телу и остановились на лице, когда я сглотнула тревогу и ухватилась за край гранита.

Кулак Себастьяна разжался, и он медленно повернул свою голову влево. Я проследила за его взглядом и встретилась с его отражением в большом прямоугольном зеркале, висящим на стене за ещё одной тумбой.

Он смотрел прямо в свои потухшие голубые глаза и вопросы, которые он задавал самому себе, оставались неотвеченными.

– Себастьян?

– Я…

Он дёрнулся назад, как будто увидел призрака и испугался его, затем мельком взглянул на меня и ухватился за свои виски.

– Себастьян? – взволнованно переспросила я, оторвавшись от кухни и последовав в его сторону, но он вытянул руку перед собой и попятился в сторону входной двери.

– Мне… нужно уйти.

Мои ноги вросли в пол, пока я смотрела, как он всё больше отдалялся от меня, а затем вовсе, пошатываясь, вышел за дверь и закрыл её.

Пелена из слёз застелила глаза, и я подавилась ими, когда стала удерживать их огромное количество в себе. Я не слышала рокот машины и это значило, что Себастьян никуда не уехал. Но он всё же ушел. Куда?

Телефон продолжил разрываться, лёжа на обеденном столе.

Заткнись!

Моё горло до боли сдавило, и одинокая, не удержавшаяся, слеза пролилась наружу.

А за ней следующая.

И ещё.

И ещё, пока щёки не покрылись солью, и я не стала тонуть в ней.

Я почувствовала слабость и опёрлась рукой на угол стены в коридоре, до которого успела дойти, пока мужчина не остановил меня.

Куда он ушёл?

Аврора была права, когда сказала, что они убьют меня, если узнают. Она была единственным человеком, который знал об этом.

И далеко не единственной, кто знал, какие беды несло за собой моё молчание.

Мы с Талией отличались. У нас были секреты, и мы не знали о каждой детали жизни друг друга, потому что скрывались. Не делились несчастиями, а вытаскивали друг друга из их бездны.

Наша дружба была другой. Она была создана как убежище. Без боли.

Под рукой почувствовалась неровность, и я почесалась об неё, потому что ощущала нужду в жёстком соприкосновении с чем-то. Затем, спустя нескольких вдавливающих движений вверх-вниз, оторвала ладонь, чтобы взглянуть и увидеть покрасневший участок кожи.

Красные ладони.

Сердце забилось в горле и меня затошнило, но я вновь ухватилась за угол и посмотрела на него.

Маленький кусок обоев оторвался от клея и торчал, смотря на меня. Я схватилась за него и дёрнула в сторону.

Больше ничего не должно было убивать меня. Я решила прекратить. Покончить с этим!

Я кинула огромный отвалившейся кусок обоев на пол и зацепила ногтями следующий, срезала его со стены точно также, как предыдущий.

Слёзы скатывались по моим щекам, а бетонная стена, не покрытая цветом, становилась всё больше передо мной. Я остановилась только, когда под моими ногтями стало жечь и уселась на листы, разбросанные вокруг меня.

Серый цвет рябил в глазах и напомнил каменные плиты места, куда поочередно попадали все, кто был нужен мне. Запах сырости и земли из воспоминаний резко ударил в нос, голова закружилась, но прежде слова Себастьяна, которые ощущались, как любовь, всплыли в ней.

– Да, – прощально улыбнулась я. – Талия тоже всегда обещала возвращаться ко мне.

Всегда с тобой.