После того, как мы нашли Сантьяго и позаботились о нём, мы сразу же позвонили домой, узнали, что девочки были в полной безопасности и спокойно отправились назад в Сакраменто.

Нас не убили вчера в Перуле, но сейчас, я был уверен, что три разъярённые женщины могли с лёгкостью сделать из нас свой ужин, поджарив на сковороде, с которой Кая выбежала в коридор, услышав наши шаги. Она кинула раскалённую посудину на высокую тумбу, и я почувствовал запах жареного.

К чёрту, всё равно я хотел предложить Джулии сделать косметический ремонт для её удобства.

Следом за Каей появилась Аврора, но я ждал другое крохотное тело, обёрнутое в свой светло-жёлтый клетчатый фартук.

И моё желание было быстро исполнено.

Джулия вышла из-за угла, только замерла, увидев меня. Её глаза остановились на моём лице, а затем медленно спустились к раненной шее, после чего её пухлые губы приоткрылись, но она не проронила ни слова. Она искала на мне раны, пока по моему телу разливалось спокойствие.

– Тебе повезло, что я жалею твои барабанные перепонки и не кричу на тебя прямо сейчас, – зло проговорила Кая, добравшись до мужа и ткнув его в грудь. – Мы думали, вы погибли!

Кристиан не стал ничего отвечать ей. Просто позволял жене ворчать на него, и я стал замечать намёк на улыбку на его лице. Когда Кая вновь замахнулась, чтобы шлёпнуть его, потому что он молчал, мой брат схватил её за руку и прижал к себе. Лицо девушки вплотную прижалось к его груди, брови недовольно нахмурились, и она попыталась вырваться, но он обернул руки вокруг её спины и крепко обнял её. Я слышал, как смешно она пыхтела, однако через несколько секунд уже сдалась, просунула руки под его футболку и расслабилась, закрыв глаза. Кристиан положил свой подбородок на её макушку и также закрыл глаза, почувствовав дом.

Аврора уже обнимала Доминика. По её щекам стекали слезы благодарности, а мужчина шептал ей на ухо, ласково растирая худые девичьи плечи. Вероятнее всего, он уже извинялся перед ней и признавался в самой сильной любви, которую видел этот мир.

Каждый был занят своей парой, поэтому я перевёл свой взгляд на Джулию, глаза которой всё ещё был прикованы ко мне.

Она всё это время смотрела на меня?

Её голова была немного опущена, губы поджаты, и девушка выглядела так, будто хотела что-то сделать и поэтому нервничала, теребя кончиками пальцев рукава лонгслива, полностью скрывающего её руки.

Я задумался, но варианты, которые приходили в мою голову, были нелогичны.

Она ведь не могла хотеть обнять меня, верно?

Джулия боялась меня. Тридцать два часа разлуки не могли заставить её забыть о нашем последнем вечере. Да, когда мы обменивались парой слов во время телефонного разговора, она, как и прежде, бесстрашно смотрела в мои глаза и перед тем, как отключиться, попросила быть осторожнее и приглядеть за остальными, но…

Чёрт.

Последняя надежда всё же брала верх над моими мыслями, поэтому я опустил руку, которой держал спортивную сумку, и она полетела на пол, освобождая меня для объятий с Джулией.

Девушка вздохнула, на её губах повисла улыбка, и она ринулась в мою сторону, позабыв о брате, который тоже был здесь. Её тело столкнулось с моим, тонкие руки обвились вокруг моего туловища, а затем сжали меня с такой силой, что я немного удивился.

Если бы ей было страшно, она бы и на сантиметр не приблизилась ко мне и попросила Доминика забрать её обратно домой, так ведь?

Я продолжал стоять на месте, не зная, что делать.

Она хотела, чтобы я погладил её по голове, как это делал Доминик? Или положил свой подбородок на её макушку, как Кристиан? Может лучше… Господи!

Мои руки неловко опустились на хрупкие плечи, и Джулия вздрогнула. Её голова резко поднялась с моей груди и мне сразу же захотелось попросить её положить её обратно. Но я не сделал этого, потому что изумрудные глаза в который раз завладели мной.

Мне пришлось разорвать наш контакт, чтобы мельком узнать, чем были заняты остальные, в надежде на то, что они не пялились на нас.

Кристиан, как всегда, был занят только Каей. Они стояли в такой же позе, как и прежде, руки девушки бегали под его футболкой и на его лице растягивалась чеширская улыбка. Доминик и Аврора же перешли уже к следующему этапу встречи после двухдневной разлуки. Они целовались. Точнее девушка держала лицо мужа в своих руках, не позволяя ему двигаться, и упивалась им, одним глазом, поглядывая в сторону нас.

Я покачал головой и вернулся к девушке в моих руках. Пушистые волосы Джулии были аккуратно уложены, но её челка лезла ей прямо в глаза, только это не мешало ей не отрываться от меня.

– Всё в порядке? – спросил я.

Девушка молча кивнула мне, когда я попытался поправить её волосы и заправить их за уши.

– Я дома, – ответил я сам себе.

– И я, – прошептала она.

Моё лицо неожиданно стало гореть, и я понял, что что-то не так, но, когда мне пришлось вновь оторваться от красоты Джулии, чтобы проверить ситуацию вокруг, я заметил Доминика, который прожигал меня своим чертовым взглядом. Он уже встал за спину жены и сложил свои ладони на её животе. Аврора виновата смотрела в нашу сторону, но с её губ не сходила довольная улыбка, которую не видел её муж.

Похоже, ей очень нравится, как Доминик наказывает её. Чёрт, лучше бы я не знал.

Я медленно спустился своими ладонями вниз по гладкой ткани, укрывающей руки Джулии, пока не дошёл до её сцепленных пальцев и, нехотя мягко не заставил её перестать обнимать меня. Девушка расстроено сделала шаг назад, и у меня появилось непреодолимое желание выгнать её старшего брата из своего же дома, чтобы она могла делать со мной всё, что, чёрт возьми, хотела.

Доминик подозвал сестру к себе, и она быстро поцеловала его в щеку, после чего он забыл обо мне.

– Что с Сантьяго? – спросила девушка. – Он до сих пор не отвечает мне.

– Его немного ранили, – солгал я.

– Немного? – обеспокоено и недоверчиво переспросила она.

Я не знал, как сказать ей, что мы затопили двор кровью её друга, пока тащили его домой. Он выглядел как отбитый кусок мяса, но напавшие на Сантьяго вообще не дышали, так что, по сравнению с ними он ещё легко отделался.

– Амелия отчитала нас, как малышей, когда мы на удивление застали её в доме, – возмутился Доминик. – Как будто мы были его чертовыми няньками и должны были следить за ним.

Кая в стороне хохотнула, открыв глаза и наблюдая за нами.

– Я надеюсь, она хорошенько отыгралась на вас за нас всех.

Кристиан опустил свою руку и сжал её ягодицу, но она шлёпнула его, проворчав:

– Ты наказан.

Джулия прикрыла рот ладонью, чтобы не засмеяться, стоя рядом с братом и его женой, которой сегодня исполнилось двадцать. Доминик потащил нас в какую-то глушь перед отъездом из Италии, чтобы забрать подарок для неё, поэтому я хотел, чтобы он скорее подарил ей его, они все уехали и оставили нас с маленьким летом вдвоём.

– У меня есть кое-что для тебя, Принцесса.

Девушка приподняла голову, чтобы взглянуть на него.

– Я всё ещё обижена на тебя.

Её глаза и тон выдавали серьёзность слов. Авроре по истине было неприятно знать, что Доминик недоговаривал ей. Общаясь с ней, я понял достаточно много вещей – девушка не хотела, чтобы с ней осторожничали, даже несмотря на то, что она пережила; она помогала бизнесу и хотела быть наравне с мужем; и в ней оказалось намного больше мужества, чем кто-либо мог подумать.

– Ты не можешь скрывать от меня такие вещи, Доминик. Мы договаривались.

– Можешь наказать меня, – подарив поцелуй её шее, прошептал он.

– Я серьёзно, – нахмурившись, возмутилась она.

– Я знаю. Просто… – вина отразилась в его карих глазах. – Я не могу позволить тебе переживать за меня. Особенно сейчас, когда в первую очередь ты должна думать о себе.

Между ними повисло молчание, и мужчина отпустил девушку, но она подняла руку и погладила его щёку, когда он наклонился, чтобы поцеловать её лоб.

– Прости, – ещё тише прошептал он.

Жена, болезненно улыбнувшись, кивнула ему.

Я ещё чего-то не знаю?

Затем мужчина быстро прошёл мимо меня в коридор, по пути одарив своим недоверчивым взглядом, а после вернулся с коробкой в руках. Аврора стояла в предвкушении, пока Доминик раскрывал содержимое внутри. Мы все подошли ближе к ним, чтобы тоже видеть, но я остался немного позади, и, когда он избавился от упаковки, мы наконец увидели его.

Слегка потёртый винтажный, но, выглядящий очень даже хорошо для своих лет, фотоаппарат лежал на дне коробки. Лицо девушки озарилось светом, и она подняла голову, чтобы посмотреть на мужа.

– Ты собираешься фотографировать меня?

– Каждое мгновение, если это возможно, – заворожённо прошептал он.

Кристиан одобрительно похлопал друга по плечу, а лица Каи и Джулии выдавали восторг и умиление.

Только, как я понимал, никто из нас не знал, почему это был именно фотоаппарат. Нужно будет спросить у Авроры позже. У этого обязательно должна быть история.

Я знал, что Доминик не оплошает с подарком, но сделать это было довольно трудно. Аврора ни в чем не нуждалась, потому что он сотворил рай для своего ангела.

Она была взрослой, но он изо дня в день продолжал дарить ей детство, которое у неё отняли.

– У меня тоже есть для тебя подарок, – призналась девушка.

– Это твой день рождения, а не мой, Принцесса.

– Разве ты забыл, что мои подарки приносят удовольствие нам обоим?

Лицо брюнетки рядом исказилось.

– Этот образ теперь есть в моей голове.

Доминик фыркнул и повернул голову, чтобы посмотреть на неё и своего друга.

– Кристиан, твоя жена явно не удовлетворена раз думает о трахающемся мне.

Кая усмехнулась и, сложив руки на груди, закатила глаза.

– Аврора выглядит куда более привлекательнее тебя, – уколола его она. – А ещё лучше без тебя.

Чёрт. Девчонка делала его.

– У тебя фетиш на блондинок? – прищурившись, спросил он.

Девушка послала его к черту своими голубыми глазами, а затем подмигнула его жене. Но что заставило нас всех, за исключением Доминика, пропустить смешок, так это то, что Аврора взаимно ответила ей.

Блондин возмущенно открыл рот, закрыл коробку, прижал её к своему боку, а затем наклонился и, как дикарь, перебросил жену через плечо.

– Я забираю её домой, – оповестил всех нас он. – А ты, – кивнул в сторону подруги, – ищи себе другую.

Аврора махала нам рукой, пока её несли к выходу, а Кая показывала ей жестом, чтобы она позвонила ей позже.

Минус двое. Осталось разобраться с ещё одной парочкой.

Как только Доминик и Аврора пропали из виду, брюнетка повернулась в нашу с Джулией сторону, оглядела нас, а затем резко схватила мужа за руку и дернула его.

– Нам тоже пора!

– Я хотел поесть, – не понимая её желания уйти, ответил он.

– Поешь дома, – пытаясь намекнуть ему, сквозь зубы прошептала она.

Кристиан оставался на своём месте.

– Дважды, – выдохнула Кая.

На лице мужчины показалась победная улыбка.

Дважды? Ему что было мало одной порции?

Джулия слева от меня уже покраснела от сдерживаемого внутри неё смеха.

Мне тоже нужно было превратиться в одного из этих чудаков, чтобы она хотя бы разок посмеялась надо мной?

***

На дворе стояла глубокая ночь. Когда все покинули наш с Джулией дом, мы, наконец, остались вдвоём. Только ничего сверхъестественного не произошло. Я, просидев весь вечер в гостиной, перепроверял электронную часть документов через свой ноутбук, а девушка отсиживалась в саду.

Мой режим был сбит из-за перелёта, но не это не давало мне уснуть.

Я ворочался в своей постели, меняя позы, раскрываясь и укутываясь обратно в одеяло, даже принял повторный душ, пытаясь смыть с себя сегодняшний день, но расслабление так и не пришло ко мне.

Потому что часть моего тела, в тех местах, где Джулия касалась меня ранее, продолжала гореть.

Почему я не смог положить руки на её спину и прижать её к себе ещё сильнее, чтобы, наконец, понять, что, как бы сильно я не старался, у меня больше никогда не получится избавиться от её цветочного запаха заполняющего всё вокруг и шествующего за мной на каждом шагу?

Моя аллергия не распространялась на неё. Я был готов без остановки пропитываться девушкой из соседней комнаты.

Я присел на кровати и стянул с себя футболку, чтобы стало хоть капельку легче. Размял плечи, похрустел костяшками пальцев и пытался не смотреть на дверь.

Она уже спала?

Джулии приходилось просыпаться раньше, чтобы готовить для нас, за что я ругал себя. Она жертвовала своим сном.

Завтра утром мы встретимся с ней на кухне? Она продолжит делать это для… нас?

Страх орудовал вокруг меня настолько долго, что я привык к нему и перестал считать его за чувство. Он стал неотъемлемой частью меня, которую я больше не замечал. Но сейчас я снова ощущал покалывания в подушечках пальцев, слышал, насколько сильно билась каждая оторванная частица сердца и как утяжелялось дыхание. Желание спрятаться в тёмном углу подальше от остальных вновь начинало брать верх надо мной.

Только игривая, опьяняющая меня, улыбка и тёплые заботливые руки пробуждали во мне желание переступить через осколки и наконец вырасти.

Джулия ощущалась, как шанс на спасение.