Бэллард нашла Босха в задней части заведения с открытым ноутбуком и несколькими документами, разложенными на столе для четверых. Видимо, было уже достаточно поздно и, поэтому, владельцы закусочной позволили ему монополизировать место. На столе стояла тарелка с половиной пончика с шоколадной глазурью, что свидетельствовало о том, что Босх — платящий клиент, а не халявщик, который не покупает ничего, кроме кофе, и занимает столик на несколько часов.

Присев, она заметила трость, прислоненную к одному из пустых стульев. Оценив документы, которые Босх начал сразу складывать в стопку, заметив ее приближение, Бэллард подняла руки ладонями вверх в жесте "Что случилось?".

— Ты самый занятой пенсионер, которого я, кажется, когда-либо видела.

— Не совсем. Я просто сказал, что быстро взгляну на это, и на этом все.

Положив рюкзак на пустой стул справа от себя, она мельком взглянула на фирменный бланк одного из документов, которые убирал Босх. На нем было написано: "Майкл Холлер, адвокат".

— О, черт, ты работаешь на этого парня?

— На какого парня?

— Холлера. Если работаешь на него, значит, работаешь на дьявола.

— Правда? Почему ты так говоришь?

— Он адвокат. И не просто, а хороший. Он вытаскивает людей, которых не должен был вытаскивать. Отменяет то, что делаем мы. Откуда ты его знаешь?

— Последние тридцать лет я провел много времени в зданиях суда. И он тоже.

— Это дело судьи Монтгомери?

— Откуда ты об этом знаешь?

— А кто не знает? Судья убит перед зданием суда — это привлечет внимание. Кроме того, мне нравился судья Монтгомери. Когда он занимался уголовными делами, я время от времени подписывала у него ордера. Он был настоящим приверженцем закона. Помню, однажды клерк разрешил мне вернуться в кабинет, чтобы подписать ордер, я вошла туда, огляделась, а судьи нет. Тогда я слышу, как он говорит: Сюда. Он открыл окно и вылез на карниз, чтобы выкурить сигарету. Четырнадцатый этаж. Он сказал, что не хочет нарушать правило, запрещающее курить в здании.

Босх положил стопку папок на пустой стул справа от себя. Но это был еще не конец.

— Я не знаю, — сказал Бэллард. — Возможно, мне придется пересмотреть наши… отношения. Я имею в виду, если ты собираешься работать на другую сторону.

— Я не работаю на другую сторону, или на темную сторону, или как ты хочешь это называть, — сказал Босх. — Это однодневная акция, и я действительно сам вызвался на нее. Я был сегодня в суде, и что-то не сходилось. Я попросил дать мне посмотреть файлы и, собственно говоря, нашел кое-что до того, как ты вошла.

— Что-то, что поможет защите?

— То, что, по-моему, должны знать присяжные. Неважно, кому это поможет.

— Ого, да это уже темная сторона говорит. Ты перешел на другую сторону.

— Слушай, ты пришла сюда, чтобы поговорить о деле Монтгомери или о деле Хилтона?

— Успокойся, Гарри. Я просто прикалываюсь.

Она пододвинула к себе рюкзак, расстегнула его и достала книгу об убийстве Хилтона.

— Ты ведь просмотрел ее, верно? — спросила она.

— Да, прежде чем отдать ее тебе, — ответил Босх.

— Ну, есть пара вещей.

Она потянулась в рюкзак за конвертами с баллистическими уликами.

— Я достала коробку с уликами в отделе недвижимости и нашла пулю и гильзу. Как ты уже сказал, может, нам повезет.

— Хорошо.

— Также я нашла это в коробке.

Она снова полезла в рюкзак и достала блокнот, который нашла в коробке с имуществом. Она протянула его Босху.

— На фотографиях с места преступления это лежало на центральной консоли машины. Думаю, это было важно для него.

Босх начал перелистывать страницы и рассматривать наброски.

— Хорошо, — сказал он. — Что еще?

— Ну, по имуществу это все, — сказал Бэллард. — Но я думаю, что то, чего я там не нашла, заслуживает внимания, и именно здесь ты вступаешь в дело.

— Хочешь это объяснить?

— Джон Джек Томпсон никогда не доставал улики по этому делу, — сказала она.

Реакция Босха была такой же, как и у нее. Если бы Томпсон занимался этим делом, он бы взял коробку с уликами в отделе имущества и посмотрел, что там есть.

— Ты уверена? — спросил Босх.

— Его нет в списке проверяющих, — сказала Бэллард. — Не уверена, что он вообще расследовал это дело — если только у него дома нет еще чего-нибудь.

— Например?

— Все, что свидетельствует о том, что он вел расследование. Заметки, записи, может быть, вторая книга об убийстве. Нет никаких признаков — ни одного лишнего слова, — указывающих на то, что Джон Джек взялся за это дело, чтобы работать над ним. Такое впечатление, что он взял книгу, чтобы никто другой не смог ею заняться. Так что тебе нужно вернуться к его вдове и посмотреть, нет ли там чего-нибудь еще. Что- нибудь, что покажет, что он делал с этим.

— Я могу пойти к Маргарет сегодня вечером. Но помни, мы не знаем, когда именно он взял книгу об убийстве. Может быть, он взял ее, выходя за дверь, когда уходил на пенсию, а потом было уже поздно заниматься уликами. У него не было значка.

— Но если бы ты собрался взять книгу, чтобы поработать над ней, разве ты не спланировал бы это так, чтобы попасть в отдел имущества до того, как выйдешь за дверь департамента?

Босх кивнул.

— Наверное, да, — сказал он.

— Хорошо, тогда ты отправляешься к Маргарет и узнаешь об этом, — сказала Бэллард. — Я составила список имен из книги. Люди, с которыми я хочу поговорить. Начну опрашивать их, как только мы здесь закончим.

— Могу я взглянуть на список?

— Конечно.

Бэллард в четвертый раз полезла в рюкзак и в этот раз достала свой собственный блокнот. Она открыла его и развернула на столе, чтобы Босх мог прочитать список.

Максвелл Талис.

Дональд Хилтон.

СандраХилтон.

Вдова Томпсона.

Винсент Пилки, дилер.

Деннард Дорси, дилер/защищаемый информатор. Брендан Слоун, наркоотдел.

Элвин Кидд.

Нейтан Брэзил, сосед по комнате.

Босх кивнул, глядя на имена. Бэллард восприняла это как согласие.

— Надеюсь, кто-то из них еще жив. Слоун все еще работает в департаменте, верно?

— Руководит Западным бюро. Мой босс, технически.

— Тогда все, что тебе нужно сделать, — это обойти его адъютанта.

— С этим проблем не будет. Ты собираешься съесть остаток пончика?

— Нет. Он весь твой.

Бэллард взяла пончик и откусила. Босх поднял свою трость со спинки другого стула.

— Мне пора возвращаться в здание суда, — сказал он. — Что-нибудь еще?

— Да, — ответила Бэллард с набитым ртом. — Ты это видел?

Она положила остаток пончика обратно на тарелку, затем открыла скоросшиватель, расстегнула кольца и протянула Босху документ, который она переложила в начало книги об убийствах.

— Он отредактирован, — сказала она. — Кто мог вычеркнуть строки в заявлении родителей?

— Я тоже это видел, — сказал Босх. — Это странно.

— Вся книга конфиденциальна, зачем что-то вычеркивать?

— Я знаю. Не понимаю.

— И мы не знаем, кто это сделал — Томпсон или первоначальные следователи. Если посмотреть на эти две строчки в контексте — отчим говорит об усыновлении мальчика, — то возникает вопрос, не защищали ли они кого-то. Я попытаюсь найти свидетельство о рождении Хилтона в Сакраменто, но это займет целую вечность, потому что у меня нет его оригинального имени. Вероятно, оно тоже было отредактировано.

— Я могу попробовать пробить его в Норуолке. В следующий раз я поеду к Мэдди в будний день.

В Норуолке располагался Архив округа Лос-Анджелес. Он находился на крайнем юге округа, и из-за пробок дорога могла занять час в каждую сторону. Записи о рождении не были доступны через компьютер для общественности или правоохранительных органов. Чтобы достать свидетельство о рождении, особенно то, которое охраняется правилами усыновления, нужно было предъявить соответствующее удостоверение.

— Это сработает, только если Хилтон родился в округе. Но попробовать стоит, я думаю.

— Так или иначе, мы это выясним. Пока что это загадка.

— Что в здании суда?

— Я хочу узнать, можно ли получить повестку. Я хочу попасть туда до того, как судьи разойдутся.

— Хорошо, я отпущу тебя. Значит, ты потом встретишься с Маргарет Томпсон, а я пробью эти имена. Тех, кто еще жив.

Босх встал, держа под мышкой документы и ноутбук. Портфеля у него не было. Он прислонил трость к стулу, чтобы свободной рукой можно было дотянуться до кармана.

— Так ты сегодня спала или сразу взялась за дело?

— Да, папа, я поспала.

— Не называй меня так. Только один человек может меня так называть, и она никогда этого не делает.

Он достал немного денег и оставил двадцатку на столе, оставив чаевые так, словно их было четыре человека.

— Как Мэдди? — спросил Бэллард.

— Сейчас немного напугана, — ответил Босх.

— А что случилось?

— Ей осталось отучиться один семестр в Чепмене, а потом она закончит колледж. Три недели назад какой-то гад вломился в дом, который она делит с тремя другими девушками, рядом с колледжем. Это была горячая слежка. Там спали две девушки.

— Мэдди?

— Нет, она была здесь со мной из-за моего колена. Помогала мне, понимаешь? Но это неважно. Они все напуганы. Этот парень не крал ничего, ни денег, ни чего-либо другого. Он оставил свою сперму на ноутбуке одной из девушек, который лежал на кухонном столе. Вероятно, он просматривал на нем ее фотографии, когда делал свое дело. Очевидно, что он наклюкался.

— О, черт. Они получили его профиль?

— Да, по делу. То же самое за четыре месяца до этого. Горячая слежка, девушки из Чепмена, и он оставил свою ДНК на фотографии, которая висела на холодильнике. Но ни одного совпадения с кем-либо в базе данных.

— Так Мэдди и девочки переехали?

— Нет, им осталось два месяца до окончания школы, и они не хотят заниматься переездом. Мы установили дополнительные замки, камеры внутри и снаружи. Сигнализацию. Местные полицейские дважды за смену оцепляли улицу. Но они не хотят съезжать.

— Значит, это тебя пугает.

— Именно. Оба разбойных нападения были в субботу вечером, и я подумал, что этот парень так отрывается и, возможно, собирается вернуться. Поэтому я ездил к ней и сидел рядом в машине две последние субботние ночи. Я и это колено. Я сижу на заднем сиденье, положив ногу на сиденье. Не знаю, что я буду делать, если что-то увижу, но я там.

— Эй, если тебе нужна компания, я тоже рядом.

— Спасибо, это много значит, но я к тому и веду. Не пропускай свой сон. Я помню, как в прошлом году…

— А что в прошлом году? Ты имеешь в виду дело, над которым мы работали?

— Да. У нас обоих было недосыпание, и это… повлияло на вещи. На решения.

— О чем ты говоришь?

— Слушай, я не хочу в это влезать. Можешь винить во всем меня. Это повлияло на мои решения, хорошо? Давай просто убедимся, что на этот раз мы выспимся.

— Ты беспокоишься о себе, а я буду беспокоиться о себе.

— Понял. Прости, что вообще заговорил об этом.

Он поднял трость со стула и направился к двери. Он шел медленно. Бэллард поняла, что будет выглядеть как ослица, если быстро пойдет впереди него, а потом выйдет.

— Эй, я пойду в туалет, — сказала она. — Поговорим позже?

— Конечно, — ответил Босх.

— И я действительно готова помочь тебе с твоей дочерью. Если я тебе понадоблюсь, я буду рядом.

— Я знаю, что ты это и имела в виду. Спасибо.