Бэллард отправилась в Здание Администрации Полиции, чтобы с помощью компьютера просмотреть некоторые имена из своего списка. Это была обычная остановка для большинства детективов из внешних географических участков. Там даже стояли столы и компьютеры, предназначенные для "приезжих" детективов. Но Бэллард приходилось действовать осторожно. Ранее она работала в отделе убийств и ограблений, расположенном в ЗАП[26], и ушла на ночную смену в Голливудский участок в тумане подозрений и скандала. Жалоба в отдел внутренних расследований о сексуальных домогательствах со стороны начальника привела к расследованию, которое перевернуло вверх дном спецотдел по расследованию убийств, пока жалоба не была признана необоснованной и Бэллард не отправили в Голливуд. В ЗАП остались те, кто не поверил ее рассказу, и те, кто посчитал этот проступок, даже если он и имел место, недостойным расследования, угрожающего карьере человека. Даже четыре года спустя в этом здании оставались её враги, и она пыталась сохранить работу, не переступая порога его стеклянных дверей. Но ехать из центра города в Голливуд только для того, чтобы воспользоваться базой данных департамента, было бы значительной потерей времени. Если она хотела сохранить темп, ей нужно было войти в ЗАП и найти компьютер, которым можно было бы воспользоваться в течение получаса.

Она прошла через вестибюль и села в лифт. На пятом этаже она избежала огромного помещения отдела по расследованию убийств и вошла в гораздо меньший отдел по расследованию специальных нападений, где работала её знакомая, детектив, которая поддерживала ее во всех спорах и скандалах. Эми Додд сидела за своим столом и улыбнулась, увидев вошедшую Бэллард.

— Боллс[27]! Что ты здесь делаешь?

Эми использовала её личное прозвище, полученное Бэллард во время прошлых неприятностей в ОГУ[28].

— Привет, Додди. Как дела? Я ищу компьютер, чтобы прогнать через него имена.

— Я слышала, что в убойном отделе полно свободных столов, поскольку там сократили штат.

— Последнее, что я хочу сделать, это устроиться там. Могу снова получить удар в спину.

Эми указала на рабочее место рядом со своим.

— Там пусто.

Бэллард замешкалась, и Эми поняла ее.

— Не волнуйся, я не буду садиться тебе на уши. Занимайся своей работой. Мне все равно нужно позвонить в суд.

Бэллард села и принялась за работу: ввела пароль в базу данных отдела, а затем открыла свой блокнот со списком имен из дела Хилтона. Она быстро нашла водительские права Максвелла Талиса в Кёр-д'Алене, штат Айдахо, что не было радостной информацией. Да, Талис был жив, но Бэллард работала над этим делом самостоятельно и вместе с Босхом, а не в рамках официального расследования полиции Лос-Анджелеса. Поездка за город, тем более в другой штат, не входила в уравнение. Это означало, что ей придется связаться с Талисом по телефону. Это разочаровывало, потому что личные беседы всегда были предпочтительнее. При личных встречах можно было лучше узнать и лучше понять.

По мере продвижения по списку новости не становились лучше. Она выяснила, что и Сандра, и Дональд Хилтон мертвы. Они ушли из жизни — Дональд в 2007 году, а Сандра в 2016-м, — так и не узнав, кто и почему убил их сына, так и не восстановив справедливость в отношении его жизни и их потери. Для Бэллард не имело значения, что Джон Хилтон был наркоманом и преступником. У него был талант, а вместе с ним и мечты. Мечты о том, как выбраться из той жизни, в которой он оказался в ловушке. Бэллард чувствовала, что если она не найдет справедливости для него, то никто и никогда не найдет.

Следующей в списке была Маргарет Томпсон, и ею занимался Босх. Следующее имя — Винсент Пилки, и это был еще один тупик. Пилки был одним из тех дилеров, с которыми Хантер и Талис так и не связались, чтобы допросить, и теперь она тоже этого не сделает: Пилки числился умершим в 2008 году. На тот момент ему был всего сорок один год, и Бэллард предположила, что он умер безвременно, от насилия или передозировки, но не смогла определить это по имеющимся у нее записям.

Бэллард повезло со следующим именем: Деннард Дорси, дилер, с которым Хантер и Талис не разговаривали, потому что он также был стукачом для отдела по борьбе с наркотиками. Бэллард вбила его имя в компьютер и почувствовала прилив адреналина, узнав, что стукач не только каким-то образом выжил за последние тридцать лет, но и находится буквально в двух кварталах от нее в этот самый момент: Дорси содержался в Центральной окружной тюрьме за нарушение условий условно-досрочного освобождения. Она проверила его криминальную историю и увидела, что последнее десятилетие изобиловало арестами за наркотики и нападения, причем накопления в итоге привели его в тюрьму на пятилетний срок. Из истории было ясно, что полезность Дорси как информатора давно закончилась и он остался без защиты своих кураторов из отдела по борьбе с наркотиками.

— Черт возьми! — сказала она.

Эми Додд откинулась в кресле, чтобы видеть перегородку между их рабочими местами.

— Что-то хорошее, я так понимаю? — спросила она.

— Лучше, чем хорошо, — сказала Бэллард. — Я нашла парня, и мне даже не нужно садиться в машину.

— Где?

— В Окружной, и он никуда не денется.

— Повезло тебе.

Бэллард вернулась к компьютеру, гадая, будут ли кости и дальше складываться в ее пользу. Она набрала номер задержания за нарушение условий условно-досрочного освобождения и получила второй всплеск адреналина, увидев имя полицейского, который оформил нарушение и ордер о задержании Дорси. Она достала из заднего кармана телефон и набрала Роба Комптона на быстром наборе.

— Ты, — ответил Комптон. — Что тебе нужно?

По его грубости было ясно, что Комптон все еще не отошел от их последнего общения. У них были случайные отношения вне службы, которые разорвались, когда Комптон и Бэллард разошлись во мнениях относительно стратегии по делу, над которым они работали. Комптон выпрыгнул из машины, в которой они спорили, а затем выпрыгнул из отношений, которые у них были.

— Я хочу, чтобы ты встретился со мной в Окружной, — сказал Бэллард. — Деннард Дорси, я хочу поговорить с ним, и ты можешь понадобиться мне для поддержки.

— Никогда о нем не слышал, — сказал Комптон.

— Давай, Роб, твое имя в ордере на задержание.

— Мне придется поискать его.

— Давай. Я подожду.

Бэллард услышал, как печатают на клавиатуре, и поняла, что она дозвонилась до Комптона, когда он был за своим столом.

— Не знаю, зачем я это делаю, — сказал он. — Помнится, в прошлый раз ты оставила меня в беде, когда я оказал тебе услугу.

— Да ладно тебе, — сказала Бэллард. — Я припоминаю, что это ты нахамил мне, и я разозлилась. Ты выпрыгнул из машины и ушел. Но теперь ты можешь загладить свою вину с помощью Дорси.

— Ядолжен загладить вину? У тебя есть яйца[29], Бэллард. Это все, что я могу сказать по этому поводу.

Бэллард услышала смех с другой стороны перегородки. Она знала, что Эми слышала комментарий Комптона. Она прижала телефон к груди, чтобы Комптон не услышал смех, затем уменьшила громкость и снова поднесла его ко рту.

— Ты нашел его или нет? — спросила она.

— Да, я его нашел, — ответил Комптон. — Неудивительно, что я его не запомнил. Я никогда не встречал его. Он никогда мне ничего не сообщал. Вышел из Васко[30] девять месяцев назад, вернулся сюда и не появился. Я подал заявление в полицию, и его забрали.

— Что ж, сейчас самое время с ним встретиться.

— Я не могу, Рене. У меня сегодня бумажная работа.

— Бумаги? Да ладно тебе, Робби. Я работаю над убийством, и этот парень может быть ключевым свидетелем.

— Он не похож на того, кто собирается что-то говорить. Гангстер. "Роллинги 60-х" из восьмидесятых годов. Он крутой. Или был им.

— Не совсем. В свое время он был стукачом. Защищаемым информатором. Слушай, я иду туда. Ты можешь помочь мне, если хочешь. Может, дашь ему стимул заговорить.

— Что это будет за стимул?

— Я думаю, ты дашь ему второй шанс.

— Не, не, не, не, я не выпущу этого парня. Он снова нагадит мне. Я не могу так поступить, Бэллард.

То, что Комптон обратился к ней по фамилии, говорило о том, что он настроен серьезно.

— Ладно, я попыталась, — сказала она. — Попробую что-нибудь еще.

Увидимся, Робби. А вообще-то — наверное нет, не увидимся.

Она отключилась и положила телефон на стол. Эми дразняще произнесла с другой стороны перегородки.

— Сучка.

— Эй, он это заслужил. Я здесь расследую убийство.

— Принято.

— Принято, блядь.

По плану Бэллард должна была отправиться в Окружную, но сначала она проверила другие имена из своего списка. После Брендана Слоуна, местонахождение которого она уже знала, шли Элвин Кидд, уличный босс "Роллингов 60-х" на момент убийства, и Нейтан Брэзил, сосед Джона Хилтона. Оба были еще живы, и Бэллард получила их адреса из компьютера автодепартамента. Кидд жил в Риальто в округе Сан- Бернардино, а Брэзил — в Западном Голливуде.

Бэллард интересовал Кидд. Сейчас ему было почти шестьдесят лет, он перебрался подальше от территории "Роллингов 60-х", а его взаимодействие с системой правосудия, похоже, прекратилось почти двадцать лет назад. Были аресты, обвинительные приговоры, тюремные сроки, но потом, похоже, Кидд либо стал скрывать незаконные действия, либо стал вести честный образ жизни. Последний вариант не был бы таким уж необычным. Старых гангстеров на улицах было не так уж много. Многие так и не вышли живыми из двадцатилетнего возраста, многие сидели в тюрьме с пожизненными сроками, а многие просто завязали с бандитской жизнью, поняв, что их ждут только первые две альтернативы.

Проверяя досье Кидда, она обнаружила возможную связь с Хилтоном. Оба они отбывали срок в тюрьме штата Коркоран с разницей в шестнадцать месяцев в конце 1980-х годов, когда оба находились там. Хилтон заканчивал свой срок, а Кидд начинал свой. Его срок закончился через тринадцать месяцев после освобождения Хилтона.

Такое совпадение означало, что они могли знать друг друга, хотя один из них был белым, а другой — черным, а группы в тюрьмах штата имеют тенденцию к самосегрегации.

Бэллард зашла в базу данных Калифорнийского департамента исправительных учреждений и скачала фотографии Кидда, сделанные каждый год в тех тюрьмах, где он отбывал наказание. Ее сразу же узнала его, когда на экране появились фотографии из Коркорана. Кидд побрился налысо после предыдущего заключения. И теперь она узнала его.

Она быстро открыла рюкзак и достала блокнот Джона Хилтона. Перелистала страницы, пока не дошла до рисунка чернокожего мужчины с бритой головой. Она сравнила рисунок с фотографиями Элвина Кидда из Коркорана. Они совпадали. Джон Хилтон был убит в переулке, где продавали наркоту, контролируемом человеком, которого он явно знал и даже зарисовывал во время пребывания в тюрьме Коркоран.

После этого она изменила конфигурацию своего списка, исходя из того, что теперь знала об именах в нем. Она разделила их на две группы, поскольку подходить к ним нужно было с разных сторон.

Деннард Дорси. Нейтан Брэзил. Элвин Кидд.

Максвелл Талис. Брендан Слоун.

Бэллард была в восторге. Она знала, что делает успехи. И она знала, что первые три беседы, если она заставит мужчин говорить с ней, дадут контекст для разговора, который она надеялась провести с Талисом, одним из первоначальных следователей по этому делу. Она поставила Слоуна на последнее место, потому что, в зависимости от того, поговорит ли Дорси с Бэллард, он мог вообще не иметь отношения к ее расследованию.

Бэллард вышла из системы и вернула все материалы дела в рюкзак. Она встала и облокотилась на перегородку, чтобы посмотреть на Эми Додд. Она всегда беспокоилась за Эми, которая всю свою карьеру детектива занималась делами о сексуальном насилии. Бэллард знала, что это может вымотать тебя, оставить ощущение пустоты.

— Я пойду, — сказала Бэллард.

— Удачи, — сказала Эми.

— Да, тебе тоже. Ты в порядке?

— Я в порядке.

— Хорошо. Как здесь дела?

— В последнее время никаких разногласий. Оливас, похоже, затаился с тех пор, как стал капитаном. К тому же я слышала, что у него остался всего год до того, как он планирует получить деньги и уйти на пенсию. Наверное, хочет, чтобы все шло гладко, пока он не уйдет. Может, они даже отправят его на должность заместителя начальника.

Оливас был лейтенантом, а ныне капитаном, который возглавлял старое подразделение Бэллард — специальный отдел по расследованию убийств. Именно он в пьяном виде прижал ее к стене на праздничной вечеринке и попытался засунуть язык ей в горло. Тот единственный момент изменил траекторию карьеры Бэллард, а на его душе не осталось и синяка. Теперь он был капитаном и руководил всеми подразделениями отдела грабежей и убийств. Но она смирилась с этим. Она обрела новую жизнь, работая на "последнем шоу". Руководство отдела думало, что изгоняет ее в темное время суток, но они не знали, что тем искупили вину. Она нашла там свое место.

Тем не менее знание о том, что Оливас планирует обналичить деньги через год, было хорошей информацией.

— Чем раньше, тем лучше, — сказала Бэллард. — Береги себя, Додди.

— И ты, Боллс.