Бэллард надела наушники и слушала плейлист, составленный ею для создания и сохранения собственного пространства. Она была зажата между двумя крупными офицерами спецназа на заднем сиденье черного внедорожника. Было семь утра, и они ехали по автостраде 10, направляясь в Риальто, чтобы взять Элвина Кидда.

Два внедорожника, девять офицеров, плюс один уже находился на наблюдательном посту у дома Кидда в Риальто. План состоял в том, чтобы произвести арест, когда Кидд выйдет из своего дома, чтобы отправиться на работу. Входить в дом бывшего члена банды — не лучший план; они будут ждать, пока Кидд выйдет. По последним данным, полученным от человека c НП[97], пикап подозреваемого и прицеп с оборудованием стояли на подъездной дорожке. Внутри дома не было ни движения, ни света.

План ареста был одобрен лейтенантом спецназа, который находился в головном внедорожнике. Бэллард выполняла роль наблюдателя, а затем арестовывающего офицера. После того как Кидд окажется под стражей, она вступит в дело и зачитает ему его права.

Во втором внедорожнике мужчины вели беседу, как будто Бэллард среди них не было. Диалог происходил на ее глазах, и Бэллард не слышала ни единого слова "Что вы думаете?" или "Откуда вы родом?". Это была просто нервная болтовня, и Бэллард понимала, что каждый по-своему готовится к бою. Она вставила наушники и стала слушать Muse и Black Pumas, Death Cab и других. Разные песни, но все они настраивали ее на нужный лад.

Бэллард увидела водителя, который разговаривал по роверу, и вытащила наушники.

— Как дела, Гриффин? — спросила она.

— В доме горит свет, — ответил Гриффин.

— Как далеко мы находимся?

— Расчетное время прибытия — двадцать минут.

— Нам нужно активизироваться. Этот парень может быть готов выйти прогуляться. Можем ли мы перейти на код три[98] на шоссе?

Гриффин передал запрос по рации лейтенанту Гонсалесу в головном внедорожнике, и вскоре они уже двигались к Риальто под светом фар и сирен со скоростью девяносто миль в час.

Она снова вставила наушники в уши и прислушалась к настойчивым словам и ритму песни "Dig Down" группы Muse.

Мы должны найти путь. Мы вступили в борьбу

Через двенадцать минут они были в трех кварталах от дома Кидда, на месте встречи с несколькими патрульными Риальто, вызванными из вежливости и по процедуре. Гонсалес и другая команда из внедорожников занимали позицию в квартале от дома подозреваемого. Они ждали информацию с НП о Кидде, прежде чем начать действовать. Бэллард вынула свои наушники на середине "Темной стороны" Бишопа Бриггса. Она была готова к работе. Она прикрепила к уху наушник, подключенный к роверу, и настроила рацию на симплексный канал, который использовала команда.

Через три минуты они получили информацию с НП. Бэллард не знала, где он находится — в машине, на дереве или на крыше соседского дома, но он сообщал, что чернокожий мужчина, подходящий под описание Элвина Кидда, находится возле дома и укладывает ящик с инструментами в заднюю часть прицепа с оборудованием. Он готовился к отъезду.

По следующей радиоинформации он оказался у двери пикапа и открыл ее ключом. Затем Бэллард услышала голос Гонсалеса, приказавшего всем начинать. Внедорожник, в котором она находилась, дернулся вперед, ударив ее спиной о сиденье. Шины завизжали, когда машина сделала правый поворот, а затем она набрала скорость, когда адреналин хлынул в кровь. Другой внедорожник был направлен вперед. Через лобовое стекло Бэллард видела, как он первым подъехал к месту происшествия и встал поперек выезда пикапа с подъездной дорожки. Всего через секунду второй внедорожник заехал на лужайку перед домом, перекрыв единственный возможный путь к отступлению.

Группа спецназа выскочила из машин с оружием наизготовку и направила его на ничего не подозревающего мужчину в пикапе.

— Полиция! Покажи руки! Покажите руки!

Как и было запланировано Гонсалесом, Бэллард оставалась в джипе, ожидая сигнала о том, что Кидда взяли и все чисто. Но даже повернувшись боком, она не могла четко видеть переднюю кабину пикапа через открытую дверь внедорожника. Она понимала, что в этот момент может произойти все, что угодно. Любое резкое движение, любой звук, даже писк рации, может вызвать шквал выстрелов. Она решила не дожидаться сигнала Гонсалеса — она с самого начала была против того, чтобы оставаться позади. Она вышла из внедорожника на безопасную сторону. Достала оружие и двинулась к задней части автомобиля. Поверх одежды на ней был надет пуленепробиваемый жилет.

Она двигалась вокруг внедорожника, пока не оказалась под углом к передней части пикапа. Она увидела Кидда внутри, ладони лежали на руле, пальцы были подняты вверх. Казалось, он сдается.

Какофония голосов уступила место единственному голосу Гонсалеса, который приказал Кидду выйти из грузовика и идти спиной вперед к офицерам. Казалось, прошли минуты, но это заняло всего несколько секунд. Двое офицеров схватили Кидда, повалили на землю и надели на него наручники. Затем его поставили на ноги, наклонили вперед над капотом грузовика и обыскали.

— Что это такое? — запротестовал Кидд. — Вы пришли в мой дом и делаете это дерьмо?

Бэллард услышала свое имя в наушнике радиоприемника — сигнал о том, что можно подойти и поговорить с Киддом. Она убрала оружие в кобуру и подошла к пикапу. Ее удивила высота собственного голоса — адреналин сковал голосовые связки; по крайней мере, для нее самой он звучал как у маленького мальчика.

— Элвин Кидд, вы арестованы за убийство и заговор с целью совершения убийства. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката. Если вы не можете позволить себе адвоката, он будет вам предоставлен. Вам понятны эти права, как я вам их перечислила?

Кидд повернул голову и посмотрел нанее.

— Убийство? — спросил он. — Кого я убил?

— Вы понимаете свои права, мистер Кидд? — спросила Бэллард. — Я не могу говорить с вами, пока вы не ответите.

— Да, да, я понимаю свои гребаные права. Кого, вы все говорите, я убил?

— Джона Хилтона. Помните его?

— Я не знаю, о ком вы, блядь,говорите.

Бэллард ожидала такого ответа. Она также предполагала, что это, возможно, единственный момент, когда она может противостоять Кидду. Скорее всего, он потребует адвоката, и она больше никогда не сможет с ним сблизиться. Кроме того, вскоре ее вычеркнут из дела, потому что все ее нестандартные действия станут известны после его ареста. Это было не самое подходящее место для того, что она собиралась сделать, но для нее это было сейчас или никогда. Она достала из заднего кармана мини-диктофон и нажала кнопку "Воспроизведение". Запись прослушивания разговора между Киддом и Марселем Дюпри была привязана к определенному моменту. Кидд услышал собственный голос, доносящийся из устройства:

В свое время мне пришлось сделать свой кусок работы. С белым парнем, который задолжал слишком много денег.

Бэллард выключила диктофон и стала наблюдать за реакцией Кидда. Она видела, как скрежетали колесики в голове, а потом остановились, когда он услышал запись телефонный звонка от Дюпри. Она могла сказать, что он понял, что только что прожил последние минуты насвободе.

— Сейчас мы отвезем тебя обратно в Лос-Анджелес, — сказала Бэллард. — И у тебя будет возможность поговорить со мной, если…

Ее прервал голос у самого уха. Человек с наблюдательного пункта.

— Кто-то выходит. Черная женщина, в белом халате. У нее… кажется… пистолет! Пистолет! Пистолет!

Все отреагировали. Оружие было извлечено, и все парни из спецназа повернулись к дому. Сквозь узкое пространство между двумя черными внедорожниками Бэллард увидела женщину на каменной дорожке, ведущей от входной двери к подъездной аллее. На ней был просторный халат, возможно, принадлежавший ее мужу, что позволило ей спрятать в рукаве пистолет. Она кричала.

— Вы не можете его взять!

Ее взгляд упал на Бэллард, которая стояла как мишень на поляне между двумя внедорожниками и пикапом. Вместо пистолета Бэллард держала в руке диктофон.

Бэллард увидела, как поднялась рука женщины. Казалось, это происходит в замедленной съемке. Но затем движение прекратилось, угол наведения пистолета по-прежнему оставался опущенным. А потом голова женщины разлетелась на куски крови и тканей, и Бэллард даже не успела услышать выстрел, раздавшийся издалека. Она знала, что выстрел был произведен с НП.

Колени женщины подогнулись, и она рухнула на спину на каменную дорожку, которую ее муж, вероятно, сам соорудил у их дома.

Офицеры бросились вперед, чтобы зафиксировать пистолет и осмотреть женщину. Бэллард инстинктивно сделала шаг в том же направлении, но потом вспомнила о Кидде. Она обернулась к нему, но его уже не было.

Бэллард выбежала на улицу и увидела бегущего Кидда, руки которого все еще были скованы наручниками за спиной. Она бросилась за ним, крикнув остальным.

— У нас беглец!

Кидд был быстр для человека его возраста, обутого в строительные ботинки и бегущего с руками за спиной. Но Бэллард настигла его еще до конца квартала и, ухватившись за цепь между наручниками, остановила.

Теперь она вытащила пистолет и держала его у бедра.

— Ты убила ее? — задыхаясь, произнес Кидд. — Вы, ублюдки, убили ее?

Бэллард и сама запыхалась. Она пыталась глотнуть воздуха, прежде чем ответить. На ее шее и голове выступили капельки пота. Один из внедорожников мчался по улице в их сторону. Она знала, что сейчас они схватят его и, возможно, это будут последние минуты ее общения с Киддом.

— Если мы ее убили, то это на твоей совести, Элвин, — сказала она. — Это все на тебе.