Бэллард позвонила начальнику детективного отдела Южного бюро, объяснила, кто она такая, и спросила, есть ли свободная комната для допросов, которую она могла бы занять, чтобы поговорить с местным жителем. Лейтенант ответил, что в данный момент все комнаты для допросов свободны и она может выбирать. Она перезвонила Босху и сказала, что все готово.

— Только одна проблема, — сказал Босх.

— Какая? — спросила Бэллард.

— Я не коп. Они не позволят мне войти туда с тобой и опекуном.

— Да ладно, Гарри, если кто и выглядит как коп, так это ты. Но ты можешь оставить свою трость в машине?

— Я даже не взял ее с собой.

— Хорошо, тогда мы в деле. Где ты? Мне нужен мой ровер, чтобы я могла вызвать наряд прихватить Дюпри.

— Я вижу твой фургон. Встретимся там.

— Дюпри все еще не двигается?

— Все еще разговаривает по телефону. И я вижу, что это раскладушка.

— Горелка. Отлично. Интересно, что он задумал.

— У нас должен быть кто-то на прослушке.

— Но у нас их нет, и, кроме того, я сомневаюсь, что он разговаривает с Киддом. Он только что ушел от него. Они уже поговорили.

— Понял.

Бэллард подождала, и вскоре Босх остановился рядом с ней и передал ей ровер через окно. Она вызвала патрульную группу, чтобы та встретила ее на углу, где все еще был припаркован Дюпри.

Прошло двадцать минут, прежде чем патрульный отряд освободился от очередного вызова и прибыл на место. Все это время Дюпри оставался в машине, работая с телефоном. Бэллард остановила патрульную машину со значком в руке и наклонилась, чтобы посмотреть на двух офицеров внутри.

— Привет. Бэллард, Голливудский участок.

Говорил водитель патрульной машины. Он носил короткие рукава, но на левом предплечье у него были вытатуированы три полоски. Ветеран уличной полиции, который серьезно относился к делу. Другим копом была чернокожая женщина, которая не выглядела достаточно старой, чтобы работать больше нескольких лет.

— Вы, ребята, знаете Марселя Дюпри, "Роллинги 60-х"? Оба покачали головами.

— Ну ладно, это он припарковался в квартале на черном "Chrysler 300" с низким профилем. Понимаете, о чем я говорю?

На бейджике водителя было написано ДЕВЛИН. Бэллард могла догадаться, какие прозвища он получил за годы работы.

— Понял, — сказал он.

— Так, его разыскивают по ордеру на выплату алиментов, — сказала Бэллард. — Это наше дело. Арестуйте его, отвезите в Южное бюро и поместите в комнату. Дальше я сама разберусь.

— Оружие?

— Не знаю. Я только что видела его возле машины, и не похоже, что у него было оружие. Но он состоит на учете из-за применения оружия, и в машине у него оно может быть. Я на это надеюсь. Тогда нам будет с чем работать. А еще у него есть горелка, по которой он сейчас разговаривает. Я хочу её.

— Ты получишь ее. Брать сейчас?

— Берите. Будьте осторожны. И вот еще что: когда будете его вытаскивать, не позволяйте ему закрыть дверь машины.

— Понял.

Бэллард отступила назад, и патрульная машина уехала. Она быстро пошла к своему фургону, где ждал Босх. Они сели в него, и она выехала на дорогу. Она сделала разворот, что вызвало хор сердитых гудков. Включила мигалки и помчалась по улице, пока не остановилась за патрульной машиной. Она припарковалась у заднего борта "Крайслера" Дюпри под таким углом, что ему было трудно скрыться на своей машине, не задев ни патрульную машину, ни припаркованный перед ней автомобиль.

Девлин стоял у водительской двери и разговаривал с Дюпри через открытое окно. Его напарница стояла с другой стороны машины в полной готовности, ее рука была на кобуре с оружием.

Бэллард и Босх оставались в фургоне и наблюдали за происходящим, готовые в случае необходимости приступить к работе.

— Ты вооружен, Гарри? — спросила Бэллард.

— Нет, — ответил Босх.

— Если понадобится, у меня есть запасной вариант под приборной панелью за бардачком. Тебе нужно только дотянуться до него.

— Отлично. Принято.

Но Девлин уговорил Дюпри выйти из машины и положить руки на крышу. Его напарница обошла машину и встал у задней пассажирской двери, когда Девлин подошел к Дюпри и надел на него наручники, снимая по одной руке с крыши. Затем он обыскал его карманы, положив на крышу телефон, бумажник и белый конверт, когда нашел их.

Несколько человек, проезжая мимо места происшествия, посигналили, очевидно, протестуя против очередного ареста черного человека белым офицером.

Сам Дюпри, казалось, не протестовал ни против чего. Насколько Бэллард могла судить, он ничего не говорил с тех пор, как вышел из машины. Она наблюдала, как его проводили к задней двери патрульной машины и усадили на заднее сиденье.

Получив подозреваемого, Бэллард и Босх вышли из фургона и подошли к "Крайслеру", водительская дверь которого оставалась открытой.

— Если у него там пистолет, он будет в пределах досягаемости водительского сиденья, — сказал Босх. — Но обыскивать должна ты, а не я.

— Я так и сделаю, — сказала Бэллард.

Но сначала она подошла к Девлину и его напарнице.

— Отвезите его в Южное и поместите в допросную "D", — сказала она. — Я говорила с лейтенантом Рандизи, и он все разрешил. Мы проверим машину и закроем ее, а потом поедем туда.

— Вас понял, — сказал Девлин. — Приятно иметь с вами дело.

— Спасибо за помощь.

Двое патрульных сели в машину и уехали с Дюпри. Бэллард подошла к "Крайслеру", на ходу надевая перчатки.

— Ты беспокоишься об ордере? — спросил Босх.

— Нет, — ответила Бэллард. — Водитель оставил дверь открытой, а в прошлом у него были случаи применения оружия. Если здесь есть оружие, это угроза общественной безопасности. Я думаю, это квалифицируется как "обыск, сопутствующий законному аресту".

Она процитировала юридическое заключение, которое разрешает обыск автомобиля, если речь идет об общественной безопасности.

Бэллард забралась на водительское сиденье через открытую дверь. Первым делом она проверила отсек для хранения на центральной консоли, но там не оказалось оружия. Она наклонилась еще дальше и проверила перчаточный ящик. Ничего.

Она опустилась и потянулась под водительское сиденье. На полу ничего не было. Она вслепую потянулась вверх, к пружинам и электронным элементам управления сиденьем, и ее рука нащупала предмет, похожий на рукоятку пистолета.

— Есть кое-что, — объявила она Босху.

Она сильно потянула и почувствовала, как освобождается лента. Она достала из-под сиденья небольшой пистолет, к которому все еще была приклеена черная лента.

— Теперь мы говорим, — сказала она.

Она положила пистолет на крышу машины вместе с другими вещами, найденными у Дюпри. Она взяла телефон и открыла его. На экране она увидела, что Дюпри пропустил звонок с кода 213, который показался ей смутно знакомым. Он поступил всего несколько минут назад, когда Дюпри арестовывали. Она достала свой собственный телефон и набрала этот номер. Сразу же раздалась запись, в которой говорилось, что это номер округа Лос-Анджелес, который не принимает входящих звонков.

— Что это? — спросил Босх. Он встал рядом с ней.

— Дюпри только что пропустил звонок с линии, которая не принимает входящие звонки, — сказала Бэллард. — Только исходящие.

— Мужской Централ, — сказал Босх. — Кто-то звонил ему из тюрьмы.

Бэллард кивнула. Звучало верно. Телефон, похоже, не был защищен паролем. Бэллард хотелось узнать, с кем Дюпри разговаривал до ареста, но она не хотела рисковать делом, просматривая список предыдущих звонков телефона без ордера.

— Что в конверте? — спросил Босх.

Бэллард закрыла телефон и положила его обратно на крышу машины. Затем она взяла в руки конверт. Он не был запечатан. Она открыла его и пролистала пачку валюты внутри.

— Тридцать стодолларовых купюр, — сказала она. — Кидд заплатил Дюпре…

— Чтобы он кого-то убил, — сказал Босх. — Тебе нужно позвонить в Централ и как можно скорее поместить Деннарда Дорси под охрану. Звони прямо сейчас.

Бэллард бросила конверт обратно на крышу машины и снова достала телефон. Она набрала номер мужского Централа Окружной тюрьмы, который сохранила в телефоне на случай, если ей понадобится договориться о беседе с заключенным. Это был единственный номер, который у нее был.

Ей повезло. На звонок ответил помощник шерифа Валенс.

— Валенс, это Бэллард. Я была у вас пару дней назад, чтобы поговорить с парнем из модуля "Крипсов" по имени Деннард Дорси. Помнишь?

— Да, помню. У нас тут не так много бывает таких, как ты.

Бэллард проигнорировала это замечание. Это была чрезвычайная ситуация.

— Послушай меня, — сказала она. — Этот разговор что-то зажег, и вы должны вытащить Дорси и поместить его под охрану. Никто не должен к нему приближаться. Ты понял?

— Ну, да, но для этого мне нужен приказ командования. Я не могу просто…

— Валенс, ты не слушаешь. Сейчас все пойдет наперекосяк. Дорси заказали, и это может произойти в любую минуту. Мне все равно, что тебе нужно делать, просто вытащи его из этого модуля, иначе ему несдобровать.

— Ладно, ладно, посмотрим, что можно сделать. Может быть, я переведу его в комнату для посетителей и скажу, что ты снова придешь. А я тем временем займусь переводом.

— Хорошо. Сделай это. Я перезвоню тебе, когда узнаю больше. Бэллард отключилась и посмотрела на Босха.

— Так или иначе, они его вытащат, — сказала она. — Я перезвоню через некоторое время, чтобы убедиться.

— Хорошо, — сказал Босх. — Посмотрим, что скажет по этому поводу Дюпри.