Бэллард потратила первый час после переклички, пытаясь вычислить Эдисона Бэнкса-младшего. У него не было судимости, а водительские права истекли три года назад и не были продлены. Бэллард подняла фотографию из прав и определила, что она была сделана семь лет назад, когда права были выданы. На ней был изображен светловолосый серфер с тонкими губами и зелеными глазами. Бэллард распечатала фотографию, хотя знала, что она, скорее всего, будет бесполезна для показа людям, которые могли знать Бэнкса в последние годы.

Затем она начала работать с телефоном, обзванивая приюты, столовые и центры помощи бездомным в районе Голливуда. Их было не так много, и не все они работали круглосуточно. Она искала любую их связь с Бэнксом, которая могла бы быть у нее в загашнике, если она провалит утреннюю встречу в ОГУ. Она не рассчитывала на то, что ей позволят остаться в этом деле — с Оливасом во главе это было само собой разумеющимся, — но если она сможет получить информацию, которая запустит расследование или придаст ему направление, тогда ее действия в ночь обнаружения тела не будут оцениваться сурово. Она знала, что Оливас воспользуется любой возможностью, чтобы пересмотреть её решения, и в этом случае она точно была уязвима для критики: она передала дело, которое могло быть признано убийством, в отдел поджогов ПДЛА, а этого не должно было произойти. Именно она должна была сообщить об этом в ОГУ, а не Пожарный Департамент.

По истечении часа у нее ничего не было. Бэнкс, очевидно, избегал мест, где имена и фотографии берутся в обмен на постель, горячую еду или кусок мыла. Или он использовал псевдоним. В любом случае он успешно держался в тени. Это наводило на мысль, что Бэнкс скрывал свой след и не хотел, чтобы семья его нашла.

Она забрала из принтера фотографию из Автодепартамента и ровер с зарядной станции, после чего направилась по коридору в дежурную часть. Она сказала лейтенанту Вашингтону, что собирается обследовать район по второму разряду, поскольку смерть признана подозрительной.

— Смерть от поджога попадает в ОГУ, — сказал Вашингтон.

— Я знаю, — ответила Бэллард. — Завтра в восемь состоится встреча. Я просто хочу закончить свой отчет и передать его дальше. Там есть несколько человек, которых мы упустили ночью, и сейчас самое время их застать. Они разбегаются на рассвете.

Вашингтон спросил, не нужно ли ей подкрепление, но она отказалась. Присутствие полицейских в форме не способствовало бы получению информации от обитателей ночного Голливуда.

Сначала она объехала городской парк и медленно поехала вдоль Коул, чтобы проверить обстановку. Она не заметила никакой активности, если не считать нескольких обитателей лагеря, которые все еще не спали и сидели на обочине или на складных стульях, курили и пили в одиночестве.

В северной части парка Бэллард заметила группу мужчин, сидящих под фонарем. Она припарковала машину через дорогу от них, перед домом с реквизитом, и с помощью ровера сообщила о своем местонахождении дежурному смены. Это была обычная практика.

Выйдя из машины, она сняла пиджак, чтобы значок на поясе можно было легко распознать, когда она подойдет к мужчинам. Перейдя через дорогу, она увидела четырех мужчин, сидевших вместе на небольшой полянке между двумя палатками и синим брезентовым навесом, прикрепленным к ограде парка. Один из мужчин заговорил хриплым от виски и сигарет голосом, прежде чем она добралась до них.

— По-моему, это самый красивый офицер полиции из всех, кого я когда-либо видел.

Остальные мужчины рассмеялись, и Бэллард поняла, что в данный момент они не чувствуют боли утраты товарища.

— Добрый вечер, парни, — сказала она. — Спасибо за комплимент. Что происходит сегодня вечером?

— Ничего, — сказал Хриплый.

— Мы просто устраиваем ирландские поминки по Эдди, — сказал другой мужчина в черном берете.

Третий мужчина поднял полпинтовку[59] с водкой, чтобы поднять тост за усопшего.

— Так вы, ребята, знали Эдисона, — сказала Бэллард.

— Ага, — ответил четвертый мужчина.

Бэллард показалось, что ему едва исполнилось двадцать лет, на его щеках едва пробивалась щетина.

— Вы были здесь прошлой ночью? — спросила она.

— Да, но мы ничего не видели, пока все не закончилось, — ответил Берет.

— А как насчет раньше? — спросила Бэллард. — Вы видели Эдди в начале ночи? Он был где-то рядом?

— Он был рядом, — сказал Хриплый. — У него была пятерка, и он не хотел с ней делиться.

— Что такое пятерка?

— Целая пятерка[60] хорошего пойла.

Бэллард кивнула. Судя по тому, что у этого человека была полпинтовка, она полагала, что наскрести на углах и у прохожих достаточно мелочи, чтобы купить пятерку, было делом редким.

— Откуда у него пятерка? — спросила она.

— У него был ангел-хранитель, — ответил Малыш.

— Кто-то купил ее для него? Ты видел, кто?

— Нет, просто кто-то. Он так сказал. Сказал, что кто-то дал ему большого мальчика просто так. Не пришлось сосать член или что-то в этом роде.

— Ты помнишь, что он пил?

— Да, "Tito's".

— Это текила?

— Нет, водка. Хорошая штука.

Бэллард указал на полупинтовку в руке другого мужчины.

— Где вы, ребята, покупаете свои бутылки?

Мужчина указал бутылкой в сторону бульвара Санта-Моника.

— В основном вон там, у Мако.

Бэллард знала это место — ночной рынок, где в основном продавали выпивку, курительные смеси, трубочки и презервативы. За годы работы в ночной смене Бэллард не раз отвечала на звонки оттуда. Это было место, которое притягивало к себе, как магнит, любителей грабежей и нападений. Поэтому внутри и снаружи заведения были установлены камеры.

— Думаешь, именно там Эдди получил свою пятерку? — спросила она.

— Ага, — ответил Малыш.

— Должно быть, — сказал Коротышка. — Больше ни одно заведение здесь не работает допоздна.

— Ты слышал, что у Эдди с кем-то были проблемы? — спросила она.

— Нет, у Эдди никогда, — сказал Полпинтовка.

— Нежная душа, — добавил Хриплый.

Бэллард подождала. Никто ничего не сказал о том, что у Эдди были проблемы.

— Ладно, ребята, спасибо, — сказала Бэллард. — Берегите себя.

— Ага, — сказал Малыш. — Не хочу закончить как Эдди.

— Эй, мисс детектив, — сказал Берет. — Почему вы задаете все эти вопросы? Раньше всем было плевать на Эдди.

— Теперь нет. Спокойной ночи, ребята.

Бэллард вернулась в машину и выехала на бульвар Санта-Моника. Она повернула направо и проехала три квартала до захудалой торговой площади, где располагался "Мако-маркет". В одном конце площади располагался рынок, в другом — круглосуточная пончиковая. Между ними располагались два пустующих предприятия, франшиза "Subway"[61] и магазин, в котором можно было заказать услуги нотариуса, ксерокопирование, а также похудеть или бросить сигареты с помощью гипноза.

Перед пончиковой была припаркована патрульная машина, что подтверждало клише. Бэллард вышла из машины и помахала рукой ладонью вниз, сигнализируя, что всё спокойно. За рулем патрульной машины она увидела Роллинза, одного из офицеров, приехавших на пожар со смертельным исходом в ту ночь. Он мигнул фарами в знак приветствия. Бэллард предположила, что его напарник находится внутри пончиковой.

Пончиковая "У Мако" была крепостью. Входная дверь была оснащена электронным замком, который нужно было открывать изнутри. Войдя внутрь, она увидела, что предприятие построено как банк в районе с высоким уровнем преступности. Входная дверь вела в прихожую шириной десять футов и глубиной шесть футов. В этом помещении не было ничего, кроме банкомата у стены слева. Впереди и в центре находился прилавок из нержавеющей стали с большим проходным ящиком и стеной из пуленепробиваемого стекла, возвышавшейся над ним. Справа от стойки находилась стальная дверь с тройными замками. По другую сторону стекла на табурете сидел мужчина. Он кивнула Бэллард в знак узнавания.

— Как дела, Марко? — спросила она.

Мужчина наклонился вперед, нажал кнопку и заговорил в микрофон.

— Все в порядке, офицер, — сказал он.

Бэллард слышала историю о том, как много лет назад Марко Линков заказал вывеску у входа, а потом взял за полцены неправильно написанную вывеску[62]. Она не знала, правда ли это.

— Ты продаешь водку "Tito's"? — спросила Бэллард.

— Да, конечно, — ответил Марко. — Она у нас в подсобке. Он начал сползать с табурета.

— Нет, я не хочу, — сказала Бэллард. — Я просто хочу знать. Ты продал бутылку в тот вечер? В понедельник вечером?

Марко на мгновение задумался и медленно кивнул.

— Может быть, — сказал он. — Думаю, да.

— Мне нужно взглянуть на твоё видео, — сказала Бэллард. Марко встал с табурета.

— Конечно, — сказал он. — Заходи.

Он исчез слева, и Бэллард услышала, как открываются замки на стальной двери. Она ожидала, что ее просьба не вызовет возражений, не будет вопросов об ордерах на обыск и прочих юридических тонкостях. Марко полагался на полицию, которая следила за его бизнесом и реагировала на его многочисленные звонки о воинственных или подозрительных клиентах. Он знал, что, если он ожидает такого рода услуг, это улица с двусторонним движением.

Бэллард вошла, и Марко закрыл за собой дверь. Она заметила, что в дополнение к ригельному замку он установил на двери металлическую задвижку. Он не собирался рисковать.

Он провел ее мимо витрин в заднюю комнату, используемую для хранения и в качестве офиса. Компьютер стоял на небольшом тесном столе, придвинутом к стене. Задняя дверь вела в переулок за площадью; она тоже была стальной и оснащена двумя засовами.

— Итак… — сказал Марко.

Он не закончил. Просто открыл экран, разделенный на четыре камеры: две снаружи, показывающие парковку и входную дверь магазина, третья — в переулке, показывающая заднюю дверь, и четвертая — камера над банкоматом в передней комнате. Бэллард увидела патрульную машину, все еще стоявшую у пончиковой. Марко указал на нее.

— Это хорошие ребята, — сказал он. — Они тут крутятся, присматривают за мной.

Бэллард все еще думала, что это пончики могут быть тут приманкой, но не сказала об этом.

— Хорошо, в понедельник вечером, — сказала она.

Бэллард не знала, когда Эдисон Бэнкс-младший получил бутылку водки, с которой его видели обитатели лагеря, и сколько времени ему понадобилось, чтобы ее употребить. Поэтому она попросила Марко сделать быструю прокрутку записи, по времени начиная с сумерек понедельника. Каждый раз, когда в магазин заходил покупатель, он замедлял видео до нормальной скорости, пока Бэллард не определяла, что покупатель приобрел не то, что она искала.

Через двадцать минут после начала воспроизведения видеозаписи они получили информацию о приобретении водки "Tito's", но это было не то, чего ожидала Бэллард: купе "Mercedes Benz" въехало на стоянку и припарковалось перед магазином "Мако". Женщина с длинными черными волосами, на шпильках, в черных кожаных брюках и куртке, вышла из машины и вошла в магазин. Внутри она купила бутылку "Tito's", предварительно сняв наличные в банкомате. В "Мако" можно было купить только за наличные.

— Она постоянная клиентка? — спросила Бэллард.

— Нет, — ответил Марко. — Никогда ее не видел. Она не похожа на рабочую девушку[63], понимаете? Они другие.

— Да, они не ездят на"мерседесах".

Бэллард наблюдал, как женщина вернулась к машине, села в нее и выехала с парковки, направляясь на запад по Санта-Монике — в сторону от городского парка, где Эдисон Бэнкс-младший сгорит заживо примерно четыре часа спустя. Бэллард запомнил номер машины, что было несложно, поскольку это был калифорнийский номер — "14U24ME".

— Что это значит? — сказал Марко.

— "Один для тебя, два для меня"[64], — сказала Бэллард.

— О. Это хорошо.

— Чей это банкомат?

— Мой, — сказал Марко. — То есть, компании, которая им владеет, но они платят мне за то, чтобы он там стоял. Я получаю долю, понимаете? Это приносит мне хорошие деньги, потому что людям нужны наличные, когда они приходят сюда.

— Верно. Можешь достать записи?

— Какие записи?

— О снятии денег. Например, если бы я захотела узнать, кто она такая.

— Ммм, не знаю. Возможно, для этого тебе понадобятся юридические документы. Не моя компания, видишь ли.

— Ордер на обыск. Хорошо.

— Я имею в виду, если бы это зависело от меня, я бы дал тебе, понимаешь? Я всегда помогаю полиции. Но этот парень может быть не таким.

— Я понимаю. У меня есть номер ее машины. Я могу узнать её по нему.

— Хорошо. Продолжать?

Он указал на экран компьютера.

— Да, продолжай, — сказала Бэллард. — Мы не прошли и половины ночи.

Через несколько минут в реальном времени и через час при воспроизведении видеозаписи Бэллард увидела нечто, привлекшее ее внимание. Мужчина в потрепанной одежде подкатил к "Мако" тележку, полную бутылок и банок, припарковал ее на тротуаре, а затем позвонил, чтобы ему разрешили войти. Он вошел и высыпал в проходной ящик достаточно мелочи и смятых купюр, чтобы купить сорокаунцевую[65] бутылку староанглийского солодового ликера. Выйдя из магазина, он вернулся к своей тележке, пристроил полную бутылку среди собранных бутылок и банок и стал проталкиваться к выезду с парковки. Он направился на восток по Санта-Монике, и Бэллард показалось, что она узнала в нем одного из тех, кто наблюдал за пожаром в понедельник вечером.

Это натолкнуло ее на новую идею.

Она решила найти человека, который собирал бутылки.