После последнего поворота Сансет спустилась к пляжу, и Бэллард увидела обширную парковку рядом с закрытым туристическим рестораном. На стоянке была только одна машина, и у нее не было прямоугольных очертаний, характерных для служебных автомобилей. Бэллард забыла, что Дэвенпорт, скорее всего, работал под прикрытием в своей банде. Пока она ждала, когда переключится сигнал светофора, она позвонила ему.

— Ты уже там?

— Мы здесь ждем, а ты опаздываешь.

— На какой машине ты ездишь? Я сейчас подъеду.

— Это будет очевидно, Бэллард. Мы единственная машина на стоянке.

Просто заезжай сюда.

Он отключился. Бэллард посмотрела на горящий красный сигнал светофора. Она призналась себе, что Босх напугал ее. Она проверила заправочную станцию на углу и парковку супермаркета за ней и не увидела старого "Чероки" Босха. Он никак не мог добраться сюда из своего дома так быстро.

Загорелся зеленый, и она въехала на парковку. Рене протянула руку к автомату для выдачи билетов, потому что было нерабочее время. Она подъехала к машине, припаркованной посреди стоянки под таким углом, что свет ее фар попадал в окно со стороны водителя. Подъехав ближе, она узнала Дэвенпорта за рулем. Затем она сделала круговой разворот и увидела, что его пассажир сидит на переднем сиденье. Она припарковала свою машину рядом, чтобы они могли разговаривать из окна в окно, и переключила передачу на парковку. Прежде чем заглушить двигатель, она достала свой мини-диктофон, включила его и начала запись. Она вставила его в боковое отверстие кондиционера, где информатор не мог его увидеть, но диктофон мог уловить каждое слово. Затем она подняла ровер и сообщила свое местоположение в центр связи, чтобы на случай, если что-то пойдет не так, была запись о ее последнем местоположении.

Она опустила стекло и заглушила двигатель.

Женщина, сидевшая в трех футах от нее в машине Дэвенпорта под прикрытием, была латиноамериканкой, и ей было около сорока лет. У нее был густой макияж глаз, длинные каштановые волосы и высокий воротник блузки, который, по мнению Бэллард, вероятно, скрывал татуировки или шрамы, оставшиеся после их удаления.

Дэвенпорт наклонился вперед, чтобы видеть Бэллард через своего пассажира.

— Что за игра в плащи и кинжалы, Бэллард? И ты сообщила о встрече?

Ты, блядь, издеваешься надо мной?

— Робинсон-Рейнольдс приказал мне.

— Ты даже не должна была говорить ему об этом.

— Я должна была. Ты вытащил меня на сорок минут из отдела, и я должна был кому-то рассказать. Он сказал мне сообщить связистам, когда я ...

— Да ну, он долбоеб. У тебя есть двадцать минут, Бэллард. Задавай свои вопросы.

Бэллард посмотрела на женщину. Казалось, ее вывели из себя крики, доносившиеся от Дэвенпорта, сидевшего рядом с ней.

— Хорошо, как тебя зовут? — спросила Бэллард.

— Никаких имен! — закричал Дэвенпорт. — Господи Иисусе, Бэллард, я же говорил тебе. Никаких имен.

— Хорошо, хорошо. Как ты хочешь, чтобы я тебя называла? — спросила Бэллард. — Я хочу, чтобы это был разговор, и я хотела бы обращаться по имени к человеке, с которым я разговариваю.

— Как насчет Джейн Доу? — закричал Дэвенпорт. Он произносил J как H.

— Ладно, неважно, — сказала Бэллард. — Давай начнем с того, что тебя связывало с Лас-Пальмас Тринадцать.

— Мой жених, по крайней мере, мужчина, которого я считала своим женихом, был лидером в то время, когда я была с ним, — ответила женщина. — Главарем.

— И ты была информатором в то время?

— Да.

— Почему?

Женщина говорила без запинки и следа акцента. Она как ни в чем не бывало рассказала о потенциально опасной двойной жизни, которую вела.

— Он начал трахаться со мной. При этом, встречался с другими девушками. Шлюхами из банды. Никто так со мной не поступает.

— Значит, ты его не бросила. Ты стала информатором.

— Верно. И мне платили. Моя информация была достоверной.

Она оглянулась на Дэвенпорта, как будто ожидая подтверждения. Дэвенпорт промолчал. Бэллард должна была догадаться, что женихом, о котором она говорила, был Умберто Виера, который, по словам Дэвенпорта, уехал в Пеликан-Бей и никогда не вернется.

Бэллард разговаривала с живым воплощением предупреждения о униженной женщине. В аду нет ярости.

— Пятнадцать минут, — услужливо подсказал Дэвенпорт.

— Около четырнадцати лет назад ты сказала своему куратору из полиции Лос-Анджелеса, что Хавьер Раффа выкупил свой выход из Лас- Пальмас, — сказала Бэллард. — Он заплатил двадцать пять тысяч долларов Умберто Виере. Ты помнишь это?

— Я помню, — ответила женщина.

— Как ты в то время узнала эту информацию?

— Я видела деньги. Я видела, как он доставил их.

То, что она увидела сделку, казалось, еще раз подтвердило, что Виера был ее женихом и что его заключение в Пеликан-Бей было частично вызвано ее местью.

— Как произошла эта сделка? — спросила Бэллард. — Раффа предложил?

— Это было согласовано, — ответила информатор. — Раффа хотел уйти и знал, что есть только один способ — в ящике. Но мой человек был жадным. Он всегда думал о себе раньше банды. И раньше меня. Он сказал Раффе, что тот может расплатиться. Он назначил цену и помог Раффе ее получить.

— Разборка машин?

— Нет, Раффа уже этим занимался. Это была его работа. Они даже прозвали его Эль Чопо. Как в анекдоте.

— Итак, где же он тогда взял деньги?

— Ему пришлось взять ссуду.

— Где можно взять ссуду, чтобы выйти из банды?

— Был такой человек. Люди его знали. Банкеро кальехеро. Он пошел к нему.

— Уличный банкир.

— Да, он получил от него деньги. Банкеро знал людей, у которых можно было их получить. Людей, которые хотели предоставить ссуду.

— Ты помнишь его имя или кем он был?

— Я слышала, что он был полицейским.

Дэвенпорт распахнул свою дверцу и обошел машину спереди, подойдя к окну Бэллард.

— Что ты делаешь— спросила Бэллард.

Его рука потянулась к ней, и она отпрянула. Он протянул руку и вытащил ключ из замка зажигания ее машины.

— Это все, — сказал он. — Больше ничего.

— О чем ты говоришь, Дэвенпорт? — спросила она. — Это расследование.

— Я не подписывался втягивать в это ни одного копа. Только не в мое гребаное дежурство.

— Дай мне мой ключ.

Дэвенпорт уже снова обходил свою машину, возвращаясь к открытой дверце.

— Я верну его после того, как увезу ее туда, где ты, блядь, не сможешь ее найти.

— Дэвенпорт, отдай мне ключ. Я, трахну тебя по один-двадцать-восемь, если ты...

— Иди на хуй, Бэллард. Я сразу же верну тебе один-двадцать-восемь. Посмотрим, кому они поверят. Ты на волосок от гребаной двери на выход.

Он запрыгнул обратно в машину и захлопнул дверцу. Бэллард сосредоточилась на женщине.

— Кто был тот полицейский? — спросила она.

— Ты, блядь, не отвечай, — заорал Дэвенпорт.

Он посмотрел налево, и пассажирское стекло начало подниматься.

— Кто это был? — снова спросила Бэллард.

Дэвенпорт завел машину. Информатор просто смотрела на Бэллард, когда ее окно закрылось. Машина сорвалась с места и помчалась через парковку к выходу.

— Черт возьми! — закричала Бэллард. — Дерьмо!

Затем ее телефон начал жужжать, и она увидела имя Босха на экране.

— Гарри!

— Что только что произошло?

— Я расскажу тебе позже. Где ты? Ты их видишь?

— Ты имеешь в виду другую машину? Да, он просто выключил фары и поехал по шоссе в сторону Малибу.

— Ты можешь проследить за ним? Он схватил мой ключ, и я застряла здесь. Он забирает ее домой, и мне нужно знать, кто она и где живет.

— Я займусь этим.

Бэллард услышала, как телефон со стуком упал на центральную консоль, когда Босх завел двигатель и уехал. Бэллард выскочила из машины и осмотрела предприятия и парковки вдоль шоссе Пасифик-Кост. Она увидела прямоугольный джип "Чероки", выезжающий со стоянки супермаркета на PCH и направляющийся сквозь свет на закате в сторону Малибу.

— Поймай его, Гарри, — сказала она вслух.