Дом Гарри Босха находился по соседству, прямо через автостраду от Делл. Рене позвонила ему, как только направилась в его сторону.

— Я рядом, — сказала она. — Ты нашел ту книгу?

— Да, — ответил он. — Ты сейчас приедешь?

— Я буду через пять минут. Мне также нужно позаимствовать твой Wi-Fi.

— Хорошо.

Она повесила трубку. Бэллард знала, что ей следовало бы отправиться в Голливудский отдел, чтобы присутствовать на перекличке перед началом своей вахты, но она хотела продолжать работать с делом. Вместо того, чтобы ехать в отдел, она позвонила в дежурную часть, чтобы узнать, какой сержант будет проводить перекличку, а затем попросила поговорить с ним. Это был Родни Спеллман.

— Что у тебя, Бэллард? — спросил он вместо приветствия.

— Прошлой ночью Полуночники нанесли нам третий удар, — сказала она. — В Делл.

— Слышал об этом.

— Я занята этим и не буду присутствовать на перекличке. Но не мог бы ты поднять этот вопрос и спросить о прошлой ночи? Особенно пятнадцатая и тридцать первая машины. Я хочу знать, видели ли они что-нибудь, задерживали ли кого-нибудь, вообще что-нибудь.

— Да, я могу это сделать.

— Спасибо, сержант, я перезвоню позже.

— Тебя понял.

Она отключилась. Рене пересекла шоссе 101 по мосту Паломничества и вскоре оказалась на Вудро Вильсона, направляясь к дому Босха. Прежде чем она добралась туда, ей позвонила Лиза Мур.

— Что происходит, сестра Бэллард? — спросила она.

Бэллард догадалась, что она уже налегла на вино, и ее приветствие прозвучало фальшиво и раздражающе. Тем не менее, Бэллард нужно было поговорить с кем-нибудь о своих выводах.

— Я все еще работаю, — сказала Бэллард. — Но я думаю, нам нужно переосмыслить. Третий случай отличается от первых двух, и, возможно, мы смотрим не в ту сторону.

— Вау, — произнесла Мур. — Я надеялась услышать, что мне можно остаться здесь до воскресенья.

Терпение Бэллард по отношению к Мур иссякло.

— Господи, Лиза, тебя это вообще волнует? — спросила она. — Я имею в виду, где-то там эти два парня...

— Конечно, мне не все равно, — парировала Мур. — Это моя работа. Но прямо сейчас это портит мне жизнь. Хорошо, я возвращаюсь. Я буду завтра в девять. Встретимся в участке.

Бэллард сразу же почувствовала себя неловко из-за своей вспышки.

Теперь она сидела в машине возле дома Босха.

— Нет, не беспокойся, — сказала она. — Я прикрою тебя завтра.

— Ты уверена? — спросила Мур.

Она сказала это слишком быстро и с надеждой, как показалось Бэллард.

— Да, как скажешь, — ответила Бэллард. — Но ты заступаешь на мою смену, без вопросов, в следующий раз, когда мне это понадобится.

— Договорились.

— Позволь спросить тебя. Как вы проводили перекрестную проверку первых двух жертв? Опросили или заставили заполнить анкету Лэмбкина?

— Теперь эта анкета на восьми страницах с обновлениями. Я не собиралась просить их об этом. Я проводила с ними допрос, и Ронин тоже.

Ронин Кларк был детективом из отдела по борьбе с сексуальными домогательствами.

Они с Мур не были партнерами в традиционном смысле.

У каждого из них была своя нагрузка, но при необходимости они поддерживали друг друга.

— Я думаю, мы должны дать им анкету, — сказала Бэллард. — Теперь все по-другому. Я думаю, мы неправильно определили выбор жертвы.

Мур промолчала. Бэллард восприняла это как несогласие, но Мур, вероятно, чувствовала, что не может высказать возражение после того, как уехала из города, оставив Бэллард работать над новым делом водиночку.

— В любом случае, я разберусь с этим, — сказала Бэллард. — А сейчас мне пора идти. У меня много дел, и сегодня вечером у меня смена.

— Я завтра зайду, — услужливо сказала Мур. — И большое тебе спасибо, Рене. Я верну тебе долг. Назови день, я возьму твою смену.

Бэллард отключилась и надела маску. Она вышла со своим портфелем.

Входная дверь Босха открылась прежде, чем она добралась донее.

— Увидел, что ты сидишь там, — объяснил Босх. Он встал спиной к двери, чтобы она могла войти.

— Я просто вела себя как дура, — сказала Бэллард.

— О чем ты? — спросил Босх.

— О моей напарнице в деле по изнасилованиям. Позволила ей сбежать на выходные со своим парнем, пока я работаю над двумя делами. Я веду себя глупо.

— Куда она поехала?

— В Санта-Барбару.

— Там есть свободные места?

— Я не думаю, что они планируют часто выходить из номера.

— О. Что ж, как я уже сказал, я здесь и могу помочь. Везде, где я тебе понадоблюсь.

— Я знаю. Я ценю это, Гарри. Это просто принцип. Она полностью перегорела. Сочувствия не осталось. Ей следует попросить о переводе из отдела секс-преступлений.

Босх указал на стол в столовой, где у него уже был открыт ноутбук. Они сели лицом друг к другу. Музыка не играла. Также на столе лежала книга в твердом переплете с пожелтевшими страницами. Это был Дарси О'Брайен "Двое — отдельный вид".

— Преступления на сексуальной почве действительно опустошают, — сказал Босх. — Что произошло с тех пор, как мы поговорили?

— Все переворачивается с ног на голову, — сказала Бэллард. — Как я уже говорила тебе, все три дела определенно связаны, но это третье — оно отличается от первых двух. Это многое меняет.

Бэллард поставила свой портфель на пол рядом со стулом и достала ноутбук.

— Ты хочешь поручить это мне, раз твоя напарница не тянет? — спросил Босх.

— Ты что, мой любимый дядя, которого у меня никогда не было? — спросила Бэллард. — Ты собираешься дать мне доллар на конфеты, когда я буду уходить?

— Э-э...

— Прости, Гарри. Я не имею в виду... Я просто не в духе из-за Лизы. Я злюсь на себя за то, что позволила ей так кататься на мне.

— Все в порядке. Я понимаю.

— Могу ли я по-прежнему воспользоваться твоим Wi-Fi?

Рене открыла свой ноутбук, и Босх помог ей подключиться к Интернету. Его паролем к учетной записи Wi-Fi был номер его старого бейджа 2997. Бэллард нашла чистую копию опросника Лэмбкина и отправила ее Синди Карпентер, получив по электронной почте отчет, который Блэк отправил ей. Она надеялась, что Карпентер не проигнорирует это.

— Знаешь, что послужит уроком твоей напарнице? — спросил Босх. — Взять этих засранцев до того, как она вернется.

— Это крайне маловероятно. Эти парни … они хороши. И они только что изменили правила игры.

— Скажи мне, как.

Следующие двадцать минут Бэллард вводила Босха в курс дела, все время думая, что ей следовало бы сообщить Лизе Мур такие подробности. Когда она закончила, у Босха были те же выводы и мнение, что и у Бэллард. Расследование необходимо было изменить. Они ошибались насчет Полуночников и того, как они выбирали своих жертв. Сначала выбирался не район. Дело было в жертвах.

Их выбирали, а затем следили за их районами и домами. Все три женщины попали в поле зрения преступников где-то в другом месте.

Теперь Бэллард предстояло найти эту точку пересечения.

— Я только что отправила последней жертве анкету Лэмбкина, — сказала Бэллард. — Я надеюсь получить ее обратно завтра или в воскресенье. Мне пришлось уговорить первых двух жертв сделать это, потому что Лиза тогда подумала, что требовать от них этого слишком много. Первое изнасилование было совершено в День благодарения, и я сомневаюсь, что у жертвы сейчас будет такая же хорошая память, как если бы ее попросили сделать это в первую очередь.

— Теперь и меня начинает раздражать эта Лиза, — сказал Босх. — Это было лениво. Ты собираешься отправить это двум другим прямо сейчас?

— Нет, я хочу сначала позвонить и поговорить с ними. Я сделаю это после того, как уйду отсюда. Ты знал Лэмбкина, когда он работал в отделе?

— Да, мы работали над некоторыми делами. Он знал, что делал, когда дело доходило до подобных нападений.

— Он все еще в городе?

— Нет, я слышал, он уехал за пределы штата и никогда не возвращался. Где-то на севере.

— Ну, мы по-прежнему используем опрос с перекрестными ссылками, в котором указано его имя. Я полагаю, это своего рода наследие. Тебе нужно то, что у меня есть по Хавьеру Раффе?

— Если ты готова поделиться.

— У тебя есть принтер?

— Здесь, внизу.

Босх потянулся к одной из нижних полок книжного шкафа за своим креслом. Он достал похожий на коробку принтер, который выглядел так, словно его ввели в эксплуатацию в прошлом веке.

— Ты, должно быть, шутишь, — сказала Бэллард.

— Что, это? — переспросил Босх. — Я печатаю нечасто. Но он работает.

— Да, наверное, пять страниц в минуту. К счастью, мне особо нечем поделиться. Дай мне разъем и подключи его. У тебя есть бумага?

— Да.

Он протянул ей разъем к ноутбуку. Пока он подключал принтер и загружал бумагу, она открыла файл дела на своем экране и начала отправлять в очередь на печать документы, которые она собрала в свою последнюю смену.

Она не ошиблась. Принтер работал медленно.

— Видишь, я же говорил тебе, что он работает, — сказал Босх. — Зачем мне нужен навороченный принтер?

Казалось, он гордился своим техно-упрямством.

— Может быть потому, что я хотела бы приступить к работе как-нибудь вечером. — сказала Бэллард. — Я до сих пор даже не просмотрела материалы из твоего дела.

Босх проигнорировал ее и вынул из лотка принтера первые две страницы, пока единственные две страницы. Сначала Бэллард прислала ему двухстраничный отчет о происшествии, за которым следовали хронология расследования, показания свидетелей и карта места преступления. Она не была уверена, что он сможет со всем этим сделать, но хроно было самым важным, потому что в нем содержалось пошаговое описание действий, которые Бэллард совершала в течение ночи. Хотя у нее не было никакой надежды на то, что ей удастся долго держать это дело, она знала, что если Босх сможет провести расследование, ведущее от дела Раффы к его старому делу — убийству Альберта Ли, тогда ей, возможно, будет с чем поторговаться, когда власти придут забирать у нее Раффу.

Она терпеливо ждала, пока страницы будут напечатаны, но ее беспокоило, что она не сможет добраться до участка и показаться на людях, не говоря уже о работе, которая ждала ее по делу Полуночников.

— Хочешь чего-нибудь выпить? Я мог бы сварить кофе, — предложил Босх. — Это может занять некоторое время.

— Будет ли кофе быстрее готов, чем этот принтер? — спросила Бэллард.

— Вероятно.

— Конечно. Мне бы не помешало немного кофеина. Босх встал из-за стола и пошел на кухню.

Бэллард уставилась на дряхлый принтер и покачала головой.

— После того, как ты приходила сюда сегодня утром, тебе не удалось выспаться, не так ли? — Босх крикнул из кухни.

Принтер был не только старым, он был громким.

— Да, - отозвалась Бэллард.

— Тогда я воспользуюсь сверхкрепкой заваркой, — сказал Босх.

Бэллард встала и подошла к раздвижной двери, ведущей на веранду.

— Можно мне выйти на веранду?

— Конечно.

Она открыла дверь и вышла. Она сняла маску, чтобы свободно дышать. У ограждения она увидела редкое движение на 101-м шоссе, и было ясно, что многоуровневая парковка в Юниверсал Сити пуста. Парк развлечений был закрыт из-за пандемии.

Рене услышала, как принтер остановился. Снова надев маску, она вернулась внутрь. Убедившись, что все напечатано, она отсоединила свой ноутбук от принтера и выключила его. Бэллард встала и уже собиралась сказать Босху, чтобы он не парился с кофе, когда он вышел из кухни с дымящейся чашкой для нее.

— Черный, верно? — спросил он.

— Спасибо, — ответила Бэллард, принимая чашку.

Она стянула маску и отвернулась от Босха, чтобы пригубить горячую жидкость. Напиток был обжигающим и крепким. Ей показалось, что она уже чувствует, как кофеин разливается по ее телу, пока он еще не остыл.

— Он хорош, — сказала Рене. — Спасибо.

— Это тебя поддержит, — ответил Босх.

Телефон Бэллард начал жужжать. Она отстегнула его и посмотрела на экран. Это был номер 323, но имя не высветилось.

— Я думаю, мне следует ответить, — решила она.

— Конечно, — сказал Босх. Она соединилась.

— Детектив Бэллард.

— Детектив, это Синди Карпентер. Я получила присланный тобой опрос и поработаю над ним. Но я только что кое-что вспомнила.

Бэллард знала, что часто у жертвы преступления подробности события всплывают спустя часы, а иногда и дни после произошедшего. Это было естественной частью преодоления травмы, даже несмотря на то, что в суде адвокаты защиты часто обвиняли жертв в удобном изготовлении воспоминаний, чтобы подогнать их под улики против обвиняемого.

— Что ты вспомнила? — спросила Бэллард.

— Должно быть, я сначала не обратила на это внимания, — сказала Карпентер. — Но я думаю, что они меня сфотографировали.

— О какой фотографии мы говорим?

— Нет, я имею в виду фотографию. Они сделали мою фотографию … ну, знаешь, когда насиловали меня.

— Почему ты так думаешь, Синди?

— Потому что, когда, знаешь, они заставляли меня делать оральный секс, один из них схватил меня за волосы и запрокинул мою голову назад на несколько секунд и как бы удерживал ее. Это было похоже на то, что он позировал со мной. Как какое-то извращенное селфи.

Бэллард покачала головой, хотя Карпентер не могла этого видеть. Она чувствовала, что Карпентер, вероятно, точно угадала, что делали насильники. Она подумала, что, возможно, это было причиной закрытия глаз жертвам, а также их лыжных масок. Они не хотели, чтобы жертвы знали, что нападения были сфотографированы или, возможно, записаны на пленку. Это открывало новый круг вопросов относительно того, почему насильники это делали, но в то же время подтолкнуло Бэллард к размышлениям об их мотивах.

И это укрепило ее решимость поймать этих двух мужчин, независимо от того, какую помощь она получит или не получит от Лизы Мур.

— Ты здесь, Рене? — спросила Карпентер. — Могу я называть тебя Рене?

— Извини, я здесь. И да, пожалуйста, зови меня Рене, — ответила Бэллард. — Я как раз записывала это. Я думаю, ты права, и это хорошая деталь, которую стоит знать. Это нам очень поможет. Мы найдем эти фото в их телефоне или компьютере, и потом они надолго сядут. Это неопровержимая улика, Синди.

— Что ж, тогда хорошо, я думаю.

— Я знаю, это еще одна болезненная вещь, но я рада, что ты вспомнила об этом. Я напишу криминальную сводку, которую ты должна будешь просмотреть, и помещу это в нее.

— Хорошо.

— Итак, об опросе, который я тебе только что отправила. Там есть раздел, где тебя просят составить список всех, кого ты знаешь, кто, возможно, хотел бы причинить тебе боль по какой-либо причине. Это очень важно, Синди. Хорошенько подумай об этом. Как о людях, которых ты знаешь, так и о тех, которых ты на самом деле не знаешь. Рассерженный клиент в кафе, кто-то, кто думает, что ты его чем-то обидела. Этот список важен.

— Ты имеешь в виду, я должна сделать это первым делом?

— Не обязательно. Но я хочу, чтобы ты подумала об этом. В этом всем есть что-то мстительное. С фото и стрижкой ваших волос. Всё это.

— Хорошо.

— Хорошо. Тогда я поговорю с тобой завтра, чтобы узнать, как ты справляешься с домашним заданием.

Карпентер молчала, и Бэллард почувствовала, что ее попытка придать в разговор юмор с этим домашним заданием провалилась. В этой ситуации не было никакого юмора.

— Э-э, в любом случае, я знаю, что тебе завтра рано на работу, — неуклюже продолжила Бэллард. — Но посмотрим, что ты сможешь сделать, и я свяжусь с тобой во второй половине дня.

— Хорошо, Рене, — произнесла Карпентер.

— Хорошо, — сказала Бэллард. — Да, Синди? Ты можешь звонить мне в любое время, когда захочешь. А теперь, до свидания.

Бэллард отключилась и посмотрела на Босха.

— Это была жертва. Она думает, что они сфотографировали ее во время орального секса.

Босх отвел от нее взгляд, когда зарегистрировал это и занес в свои знания о злых поступках мужчин.

— Это немного меняет дело, — сказал он.

— Да, — ответила Бэллард. — Так и есть.