Боярышник была романтична. Для нее было настоящей пыткой ее ночное путешествие в отель герцога Обаноса. Если бы она встретила испанского гранда на проспекте Елисейских полей, как встретила Бриансона, то, без сомнения, увлеклась бы, потому что здесь был роман; но, как ни был красив герцог, она не хотела сделаться его любовницей, если дело было заранее устроено.

Поэтому можно предполагать, что Марциал был не первым поклонником Боярышника, которая целый день бегала по Парижу, не встречая, однако, столь опасных романтических знакомств.

Но несомненно то, что она в первый раз полюбила сердцем и умом. Марциал был красив, умен, обворожителен. Хотя он не обладал богатством, однако всегда имел столько денег, что его любовница устраивала себе красивое гнездышко и заводила купе и хороший гардероб.

Боярышник не заботилась о завтрашнем дне и жила нынешним. Следовательно, жизнь с Марциалом вполне ее удовлетворила. Истинно влюбленные не копят богатства.

Бриансон не мог привязаться к Боярышнику в той мере, в какой она привязалась к нему. Боярышник любила его всеми силами души, между тем как он был занят исключительно Жанной. В первый день это был каприз, льстивший его самолюбию, так как Боярышник обладала красотой; но Марциал не думал, что однодневное развлечение продлится целый год.

Много раз хотел он прекратить эту связь; но возможно ли отказаться от красивой девушки, которая вечно весела, щебечет, как птица, и требует только любви?

Жанна не хотела и слышать о нем; поэтому Марциалу осталось привязаться к жизни при помощи этой красивой благоухающей ветви.

Таким образом проходило время. Впрочем, как мы знаем, главным недостатком этого шаткого характера было отсутствие воли или, правильнее сказать, чрезмерная склонность к любви. Он любил Жанну сильно, Боярышника немного. Глубокая, могучая, мучительная страсть к первой препятствовала ему определить свои чувства ко второй; впрочем, он не был способен к внутреннему анализу, потому что увлекался со всем пылом молодости.

Самые мудрые аналитики, правда, очень похожи на чудака голландца, ярого химика, который, приобретя за двадцать пять тысяч франков картину Давида Теньера, уничтожил ее, сняв лак и стараясь отделить каждую краску. Окончив эту работу, он созвал своих друзей и сказал им: «Вот на двадцать пять тысяч франков красной, белой, черной, синей, желтой краски». – «Справедливо, – сказал один из друзей этого каторжного ученого, – только недостает Теньера, чтобы разместить эти краски как следует». Ну так аналитики человеческого сердца очень похожи на этого сумасшедшего: они могут наложить на свою палитру всевозможные краски, но у них будет недоставать кого-то, могущего дать жизнь этим краскам, – Творца.

Итак, Марциал не тратил времени на анализирование своих чувств, но питал их. Две непреодолимые страсти – к Маргарите Омон и к Жанне д’Армальяк – убедили его в том, что человек с самой непреклонной волей не имеет над собой власти, когда им овладеет сильная любовь. Мудрец, сказавший: «Владычествуй над своими страстями», совсем не имел никаких страстей.

Лелея в душе обожаемый образ Жанны, Бриансон проводил жизнь с Боярышником. Есть люди, которые не могут жить в одиночестве и говорят, что женское общество, далеко не развращая мужчин, смягчает их нравы. «Покажи мне знакомых тебе женщин, и я скажу, кто ты». Все мужчины обучались в женской школе.

Вещи имеют свою логику; Жанна тогда только поняла, что еще любит Бриансона, когда увидела его с Боярышником.

Еще раз зашевелилась в ней та странная ревность, которая убивала ее тысячу раз, прежде чем убила Маргариту Омон.

– Не находите ли вы, – сказала Жанна княгине, – что Бриансон компрометирует себя связью с этой модисткой?

– Нисколько; модистка перестала быть модисткой и сделалась порядочной женщиной, потому что красота есть своего рода аристократизм. Будьте уверены, что современное общество прощает мужчине его любовную связь, если только любовница красива.

Княгиня любила Жанну, но, будучи женщиной, не могла ее не уязвить. Все Селимены жестоки.

Жанна тайком посматривала на себя в зеркало с целью убедиться, что она прекраснее Боярышника.

Жанна была прекрасна, Боярышник только красива.

«Все равно, – думала Жанна, – придет день, когда я восторжествую над этою девчонкой».

Но ей приходилось восторжествовать над многими девчонками, потому что однажды, прогуливаясь в лесу с госпожой Трамон, Жанна увидела Бриансона, который обучал Матильду, бывшую тряпичницу, управлять лошадьми – и мужчинами.

Жанна хотела разлюбить Марциала, но тщетно старалась его забыть в светских удовольствиях. Она обладала искусством смеяться и скрывать свои чувства. Никто не подозревал, что она еще любит Марциала. Но однажды она вскричала со слезами:

– Какое несчастье! Чувствую, что люблю его сильнее, чем когда-либо.