1901 г.

Люди, чьи карманы достаточно глубоки, чтобы купить все сталелитейное производство Карнеги, представляли собой маленькую отдельную вселенную. Они вращались друг вокруг друга, как планеты в одной звездной системе. Банкир и железнодорожный магнат Джон Пирпонт Морган был одной из таких планет. В декабре 1900 года он высказал президенту компании Carnegie Steel Чарльзу Швабу желание выкупить долю его босса.

Притяжение Моргана усилилось, и Шваба втянуло на его орбиту. Эти двое стали вращаться вместе, обсуждая условия и суммы. Переговоры продвигались быстро, и вскоре Шваб обратился к Эндрю Карнеги: Дж. П. Морган желает выкупить его долю. Что он думает по этому поводу?

Дум у Карнеги было много и разных. Индустрия оказалась увлекательной игрой, и он играл в нее лучше, чем кто-либо из ныне живущих. Он планировал расширение производства готовых стальных изделий. Много еще предстояло сделать, десятки ходов просчитать. Увы, время ни для кого не проходит бесследно, его тело тоже покрылось бороздами и зазубринами. Шестьдесят шесть лет – это не шутка. Он вспомнил о жителях Хомстеда и прекрасной библиотеке, которую им построил. Их сияющие лица.

Быть может, уже пора? За достойную цену, конечно.

Карнеги написал карандашом на листке бумаги «480 000 000 $» и протянул его Швабу. Такова была его цена. Морган мог согласиться или отказаться.

Морган согласился [1].

Когда все детали договора были тщательно проработаны, Морган позвонил Карнеги с предложением поговорить с глазу на глаз, так сказать, скрепить сделку. Почему бы Карнеги не приехать к нему домой на Уолл-стрит?

Он – на Уолл-стрит? Размечтался! Отправиться в этот чудовищный особняк из бурого камня было бы равносильно подписанию капитуляции на вражеской территории.

– Мистер Морган, – ответил Карнеги, – от Уолл-стрит до Пятой авеню ехать столько же, сколько от Пятой авеню до Уолл-стрит. Буду рад видеть вас у себя в любое время [2].

Гость не заставил себя долго ждать. Карнеги никогда не был высокого мнения о Дж. П. Моргане [3]. Все знали, что он содержит любовниц, причем нисколько не стыдясь. А еще спекулирует на бирже – занятие не менее деструктивное и аморальное, сродни азартным играм. При личном знакомстве с Морганом Карнеги не нашел особого повода пересмотреть свою оценку. К тому же этот человек постоянно пребывал в ядовитом облаке сигарного дыма – еще одна отвратительная привычка.

Они немного поговорили, не касаясь темы сделки. В голове Карнеги прочно засели цифры: 480 миллионов долларов. Двенадцать лет назад он написал: «Человек, который умирает богатым, умирает в позоре» [4]. Но как лишить себя почти 480 миллионов долларов? Конечно, часть этих денег после его смерти достанется Луизе и Маргарет. И дом, который начали возводить на углу 91-й Восточной улицы и Пятой авеню. Стройка тоже съест уйму денег. Тем не менее большую часть своего состояния он раздаст, это уже решено.

Но как это сделать, причем ответственно? Нельзя же просто раздать наличные нищим – тогда нищий никогда не выберется из своего нищенства. Дайте человеку рыбу, и сегодня он будет сыт; дайте человеку библиотеку, и он всю жизнь будет питаться произведениями Шекспира, Бёрнса и Байрона.

Да, задача кажется невыполнимой. Но он найдет способ. После Хомстеда он больше ни разу не давал своим противникам повода критиковать его, и теперь тоже не даст. Его наследием станут знания, мудрость и щедрость.

Уходя, Морган протянул ему руку. Карнеги пожал ее, и Морган сказал: «Мистер Карнеги, поздравляю: вы стали богатейшим человеком в мире» [5].