«Три Покровителя было у низших рас. Вьюжный Ветер, защитник тэрионов и величайший чародей; Шелест, властительница лесов и покровительница эльфов; и наконец Багряный Месяц, чей скверный нрав навеки связал его с людьми».

Э

лемин задумчиво смотрела на горизонт. Небо было окрашено в пламенные цвета заката, но сейчас все ее внимание было приковано к темной полосе земли, постепенно растущей вдали. Совсем скоро она окажется дома. Теперь Элемин будет ступать по улицам родного города, зная, что является одной из тех разыскиваемых преступниц, которых она сама раньше преследовала. Зачем все это? Ради призрачного спасения мира? Даже если они каким-то чудом смогут отыскать все осколки, Арен, скорее всего, не найдет заклинания, которое позволило бы закрыть трещины. Конечно, он не говорил этого прямо, однако во время сражения с морвалами Элемин усомнилась в его способности исполнить обещанное. Недавнее признание Арена в том, что он не всесилен, лишь подтверждало это. Им необходимо найти Тилль, а для начала – собрать все части Лейфа, хотя сейчас у них даже не было предположений, где искать остальные. Более того, Элемин сомневалась даже в том, остался ли осколок в нише, куда его спрятал Денталион. Вдруг Крадущиеся давно отыскали его?

Элемин вздохнула. Тяжелые мысли поглощали, и сейчас как никогда хотелось поболтать с кем-нибудь, чтобы немного отвлечься. Арен уже давно должен был прийти, но почему-то опаздывал.

Услышав шаги за спиной, она с облегчением обернулась.

– Арен, почему ты… – Она осеклась, обнаружив, что перед ней стоит не он. – Фарлан? Что ты здесь делаешь?

Элемин уже видела облик, который Фарлан принимал для того, чтобы скрыть свою личность в Трауме, но все еще не могла к нему привыкнуть. Обычная внешность Фарлана нравилась ей гораздо больше.

– Ты блестяще справляешься с нашей маскировкой, ничего не скажешь. – Фарлан недовольно сощурил янтарные глаза. – Я имею в виду имена.

Элемин прикрыла рот рукой, осознавая, что он прав.

– Не беспокойся. Все равно никто не слышал, – смягчился Фарлан.

Он подошел ближе и встал рядом.

– Вижу, вы с магом здорово подружились за это время.

Элемин замешкалась, не зная, как расценивать его слова: неужели Арен все же проговорился?

– Вообще-то я хотел извиниться. За то, что во время плавания вел себя так грубо по отношению к тебе, – удивил ее Фарлан.

– Арен все рассказал мне, – неуверенно призналась Элемин. – Почему ты не объяснил сразу? Я думала, что обидела тебя чем-то…

– Признаваться в своих слабостях порой очень трудно.

Если они путешествуют вместе, то разве не стоит сообщать друзьям о плохом самочувствии? Но потом Элемин вспомнила, что говорит с нелюдимым мрачным эльфом, который шестнадцать лет в одиночестве странствовал по северным горам – чего еще от него ждать? Фарлан привык самостоятельно справляться со своими проблемами. Да и сама она поступила не лучше, когда вызвалась выполнять задание в Дайре и заболела.

– А как ты сейчас?

– Арен все-таки использовал на мне какое-то заклинание, хотя я запретил ему. – Фарлан недовольно скрестил руки на груди. – Зато теперь все симптомы прошли.

– И почему ты так его не любишь… – вздохнула Элемин. – Он уже не раз нам помогал, можно относиться к нему хотя бы чуточку приветливее.

– Это трудно объяснить. Пожалуй, наиболее близкое определение – он слишком скрытен.

– Я тоже была такой, когда мы с тобой только познакомились.

– Ты – другое дело. Я догадался обо всем в тот момент, когда увидел тебя около ворот Дайра.

Элемин обиженно нахмурилась: его слова уязвили профессиональную гордость бывшей Крадущейся. Хотя потом она вспомнила, как минуту назад легко выдала их настоящие имена, и поняла, что королевский агент из нее все-таки плохой.

– У тебя всегда была морская болезнь? – решила переменить тему она. – Поэтому ты не покидал север?

Фарлан ничего не ответил, и Элемин поняла, что на сегодня откровения закончены.

– Ты говорила, у тебя есть напарник в Фальтере. Его вроде звали Ламберт, верно? – неожиданно произнес Фарлан, глядя на горизонт. – Скажи, он мог бы нам помочь? Сведения о планах Крадущихся нам бы пригодились.

Его вопрос застал Элемин врасплох, и она помедлила, прежде чем ответить.

– Сомневаюсь, что он выдаст что-нибудь. Кроме того, его статус не настолько высок. Он такой же рядовой, как и я… была когда-то.

– Понятно. – По безразличному тону Фарлана было неясно, разочарован он ответом или нет.

Они постояли еще какое-то время в тишине.

– Что ж, думаю, мне пора. – Фарлан отстранился от перил. – Капитан сказал, что мы прибудем завтра к полудню, будь готова заранее. И, пожалуйста, больше не ошибайся в именах, хорошо?

– Да, Людвиг.

– Так-то лучше, – кивнул он.

Он уже собирался уйти, однако Элемин остановила его, поддавшись внезапному порыву.

– Спасибо за этот разговор… Я рада, что ты не обиделся на меня и дело было всего лишь в морской болезни… – Она поняла, что только что сказала, и замахала руками. – Ох, нет, конечно, я не имею в виду, что болезнь – это хорошо, но…

Элемин осеклась, заметив, что Фарлан улыбается.

– Я понял. Все в порядке.

Элемин так и не смогла избавиться от волнения, вызванного скорым возвращением домой, поэтому проворочалась на кровати всю ночь и уснула лишь ранним утром.

Во сне она убегала от кого-то по пустынным улицам Фальтера. Элемин не знала, кто за ней гонится – в голове билась лишь мысль о том, что нельзя дать ему поймать себя. А потом она споткнулась, и тьма хлынула сверху.

Элемин очнулась, услышав стук.

– Анетт? Ты проснулась? Через полчаса мы будем в Фальтере.

Она не сразу поняла, что слышит голос Арена. Смысл его слов тоже доходил постепенно. Часть Элемин все еще оставалась в том дурном сне, о котором она хотела забыть как можно скорее.

– Да, хорошо… – сонно ответила Элемин, и по звуку шагов поняла, что Арен ушел.

Несколько минут Элемин продолжала лежать на кровати, уставившись в потолок. Поспала она мало, да и приснившийся кошмар изрядно ее вымотал. Однако в то же время он подействовал отрезвляюще: Элемин поняла, что устала переживать и бояться. Если у Крадущихся получится поймать их, значит, так тому и быть. Лучшее, что она может предпринять сейчас – собраться с силами и приложить все усилия, чтобы добраться до осколка Лейфа раньше, чем агенты обнаружат их.

Элемин одевалась неторопливо, поэтому вышла на палубу как раз в тот момент, когда корабль начал причаливать. Арен и Фарлан – она напомнила себе, что теперь их зовут господин Роберт Никс и Людвиг – уже были там. Фарлан неодобрительно покосился на нее, а Арен приветливо улыбнулся.

– Доброе утро, соня. Вот, после этого тебе сразу станет получше! – Арен протянул ей какой-то маленький флакон.

Элемин взяла зелье и рассмотрела содержимое на свету. Какая-то вязкая синяя жидкость заполняла склянку на треть.

– Что это?

– Выпей, сразу почувствуешь прилив сил. – Арен подмигнул ей.

Элемин с недоумением поглядела на Фарлана, но внимание того было приковано к стражникам, ожидавшим корабль на пирсе. Вздохнув, она одним глотком осушила содержимое флакона. Оно не имело вкуса, лишь легкое прохладное жжение оставалось во рту, словно после прожеванного листка мяты.

– Замечательно! – Арен забрал у нее пустой пузырек и небрежно выбросил его за борт. – А теперь готовься насладиться моей беседой со встречающими нас господами.

Корабль причалил, и матросы спустили трап – узкую доску, которая колебалась от малейшего покачивания волн. Помимо Элемин, Фарлана и Арена на корабле было несколько странствующих торговцев, и они первыми по очереди спустились по ней на пирс, с трудом удержав равновесие. На пристани каждого встречал отряд стражников: пятеро вооруженных людей, которые внимательно расспрашивали человека о цели приезда и иногда даже досматривали вещи. Элемин порадовалась, что они к этому подготовились: ее кинжалы были надежно обмотаны тканью и спрятаны в заплечной сумке, а лук со стрелами забрал Фарлан. Дополнительное оружие у телохранителя не вызовет столько подозрения, сколько вооруженная ученица портного.

Когда подошла их очередь, Арен ловко спрыгнул с трапа и протянул руку, галантно помогая Элемин. Она в этом не нуждалась, но с улыбкой приняла его помощь, отыгрывая свою роль.

– Благодарю вас, господин Никс!

Фарлан спустился последним.

Вопреки ожиданиям, стражники разговаривали с ними очень вежливо. Арен в свойственной ему манере ответил на их вопросы и подробно описал цель визита, а также род деятельности, подкрепив свои слова поддельными документами. Элемин едва сдерживала улыбку, наблюдая за этим представлением: он опять вошел во вкус, отчаянно жестикулируя и то и дело поправляя свое жабо.

Элемин обратила внимание на одного из стражников, который держался слегка отстраненно и внимательным взглядом изучал каждого приезжего. Что-то в этом мужчине настораживало, и она поспешила отвернуться, чтобы не встретиться с ним глазами.

Наконец стражники отпустили их, и друзья поспешили покинуть порт. Элемин знала город как свои пять пальцев, и потому старалась вести их по наиболее оживленным улицам. На первый взгляд, в такой толпе были все шансы натолкнуться на одного из Крадущихся, но она лучше других понимала: в безлюдных переулках их компания привлечет гораздо больше ненужного внимания.

– Почему тот стражник так пристально рассматривал всех? Я уже решила, что сейчас они откажутся нас пропускать…

– О, ты заметила? – Арен одобрительно улыбнулся. – Это был чародей, он пытался определить, есть ли у нас магическая аура.

Элемин поверить не могла, что Арен говорит об этом с такой беззаботностью. Ведь их едва не раскрыли! Данной аурой обладали все люди со способностями к магии, даже у Элемин она имелась, правда, с огромным отпечатком фримаса. Но у знающего человека без труда получилось бы опознать это, а тот стражник должен был быть специалистом, раз уж его определили в отряд, встречающий приезжих. Наличие блокиратора у одной из путешественниц не могло не привлечь внимание! Что уж говорить об Арене, чья магическая сила била через край! А Фарлан, полностью изменивший внешний вид своим заклинанием? Они все выглядели слишком подозрительно для обычных путешественников, их не могли отпустить так легко!

Уже на протяжении нескольких кварталов Элемин осторожно пыталась выяснить, преследует ли их кто-нибудь. Заметив это, Арен хитро заулыбался.

– Анетт, дорогая моя, тебе надо успокоиться. Ну какими магическими способностями обладают такие простые люди, как мы? – Он сделал неопределенный жест рукой, будто отбрасывая что-то.

И Элемин наконец поняла. Вспомнила вкус той синей жидкости, которую он заставил выпить на корабле. Должно быть, то было зелье из снежнокристальника. По слухам, он мог полностью скрыть магическую ауру выпившего, при этом не ограничивая его способность колдовать. До сих пор Элемин лишь слышала об этом загадочном растении, которое встречалось только на самых высоких склонах северных гор, где достать его было крайне трудно. Этим была обусловлена исключительная редкость снежнокристальника в аптекарских лавках и огромные цены на него. Интересно, как Арен смог его достать?

– Не отвлекайся. У нас мало времени. – Голос Фарлана вернул ее в реальность, и она поняла, что сильно замедлила шаг.

– Да… Вообще, мы уже почти пришли.

Миновав еще несколько улиц, Элемин остановилась. Они оказались в узком темном переулке, где прохожие появлялись редко.

– Вот это. – Элемин стукнула рукой о каменную стену, – мой дом. Последний этаж, ближайшая к нам угловая квартира.

– Понял. – Арен сосредоточился и прикрыл глаза.

Несколько долгих минут, пока он при помощи магии обшаривал указанный угол здания, показались Элемин вечностью.

– Там никого нет, – наконец объявил Арен.

Она с облегчением вздохнула. По крайней мере, дома не ждала засада.

– Попасть внутрь все равно не получится. – К ним вернулся Фарлан, проверявший двор и крыльцо дома. – Перед входом разговаривают две женщины, а на ступеньках играет ребенок. Кроме того, несколько окон распахнуты, оттуда может вестись слежка. Есть какой-нибудь другой способ?

– Обычный? Нет. Но я могу добраться по крыше. Сначала на чердак, туда легко проникнуть, а уже потом – в дом, – предложила Элемин.

– Исключено. Арен, ты можешь что-нибудь сделать?

– Что именно? Растворить нас в воздухе? Это невозможно. Отвлечь всех во дворе? Положим, с женщинами и ребенком я справлюсь, однако если кто-то наблюдает из окна и при этом сам не показывается, то на него это не подействует.

– Тогда Элемин останется здесь, а мы проникнем в дом и попытаемся достать осколок… – начал Фарлан.

– Не выйдет. Я не знаю, как открыть тайное хранилище, но отец мог оставить подсказку, которую пойму только я, – оборвала его Элемин. – Поэтому схожу одна, это проще всего.

– Нет, ты не пойдешь! – снова возразил Фарлан. – Мы придумаем что-нибудь другое…

– Да? И какие идеи? – Этот разговор уже начинал ее раздражать.

Лезть в дом через крышу не слишком хотелось, но раз других вариантов не оставалось, то она была готова рискнуть.

– Пока вы тут спорите, время уходит. С каждой минутой растет вероятность того, что нас обнаружат ваши друзья Крадущиеся, – встрял Арен. – Фарлан, тебе следует успокоиться и хоть раз довериться ей. Она уже взрослая девочка и лучше тебя разбирается в том, как проникнуть в свой собственный дом.

Фарлан неприязненно покосился на него. Какое-то время они буравили друг друга взглядами, а затем Фарлан наконец сдался и повернулся к Элемин.

– Ладно. Мы будем следить за входом, чтобы предупредить тебя, если произойдет что-то подозрительное. Услышишь свист – уноси ноги.

Элемин кивнула.

– Пожалуйста, будь осторожна. – Фарлан похлопал ее по плечу и, не оборачиваясь, побрел к краю улочки, которая вела во двор дома.

– Не переживай, я уверен, у тебя все получится. – Арен ободряюще улыбнулся. – Возьми это, чтобы волосы убрать.

Он снял лазурную ленту со своих волос и протянул Элемин, а затем последовал за Фарланом.

Элемин обогнула здание с другой стороны и оказалась в тупике, образованном стыком двух домов. Она внимательно огляделась, желая удостовериться, что вокруг нет людей.

Элемин воспользовалась старыми ящиками, а потом – скобами на толстой сточной трубе, чтобы оказаться на крыше соседнего дома. Мысленно поблагодарила Арена за ленту: длинные волосы парика изрядно мешали, если бы она не собрала их в хвост. Элемин осторожно двинулась по крыше, пригнувшись. Довольно быстро ей удалось достигнуть чердачного окна своего дома. Она просунула тонкое лезвие ножа сквозь щель между ставнями и аккуратно подцепила щеколду. Затем медленно, стараясь, чтобы петли не скрипели, раскрыла окно и юркнула внутрь.

Чердак встретил ее полутьмой, пылью и скрипом балок. Элемин вдохнула затхлый воздух и едва сдержалась, чтобы не чихнуть. Она двинулась вперед, перешагивая через горы хлама и стараясь шуметь как можно меньше. Добравшись до люка, ведущего на лестничный пролет последнего этажа, Элемин замерла, прислушиваясь. Ничего. Вздохнув, она аккуратно подняла крышку и начала спускаться по шаткой деревянной лестнице. Каждый малейший скрип представлялся ей оглушительным, но еще более громким ей казалось биение собственного сердца. Элемин прикрыла люк за собой, чтобы не привлекать внимания.

В коридоре было пусто. На последнем этаже дома находилось всего две квартиры, но Элемин не теряла бдительности: тетушка Рэд, жившая по соседству, отличалась хорошим слухом и излишним любопытством. К счастью, теперь шаги приглушал ковер.

Элемин быстро достигла двери в свою квартиру и застыла. Конечно, Арен сказал, что внутри никого нет, но нельзя терять бдительность. Она взяла в левую руку кинжал, а правой нашарила в кармане ключ. Несколько поворотов, едва различимый скрип замка… Элемин надавила на ручку и толкнула дверь. Помедлила несколько секунд, прежде чем заходить, однако ничего не происходило, и она наконец шагнула в квартиру.

Родные запахи окружили ее. Все вокруг было настолько знакомо, что в то же время казалось нереальным, ведь она не была здесь так давно. Квартира осталась такой же, как в тот день, когда Элемин покинула Фальтер, и оттого необычайно странно было видеть все сейчас, когда столь многое в ее жизни успело измениться.

Она поняла, как же скучала по этому месту. Многие говорят, что дом человека находится рядом с его близкими людьми, но Элемин не могла в полной мере согласиться с этим утверждением: все члены ее семьи погибли. Она особенно остро ощутила это сейчас, осознав, как же сильно на самом деле тосковала по этому месту. Сейчас больше всего ей хотелось замереть, остановить течение времени и вдоволь насладиться каждым мгновением недолгого возвращения. Однако Элемин заставила себя идти дальше.

Слой пыли покрывал мебель, стены и пол. Каждый шаг оставался запечатленным, однако в этом был один плюс: других свежих следов в квартире не было. Элемин заметила, что в комнатах был произведен обыск, но это делали с толком и без спешки, поскольку ящики и шкафы не были выпотрошены, а все вещи лежали на своих местах. Почти. Легкое несоответствие их все же выдавало.

Она прошла по длинному коридору мимо полуоткрытых дверей, переборола желание заглянуть в свою комнату и наконец остановилась перед спальней отца. Сжав губы, Элемин решительно вошла. Она не бывала в этой части квартиры с тех пор, как его не стало.

Несколько стеллажей с книгами, резной шкаф, большая кровать, камин и два кресла перед ним. Когда-то давно в этой комнате отец читал ей сказки на ночь. Сейчас это воспоминание, казалось, пришло из другой жизни. Элемин прошагала к двери кабинета и открыла незапертую дверь. Замок был взломан.

Оказавшись внутри, она с любопытством оглядела помещение, которое видела целиком впервые в жизни. Кабинет отца. Маленький и темный, в нем хватало места лишь для массивного письменного стола с громоздкой железной лампой, неудобного жесткого стула с подлокотниками и старого сундука.

Элемин не стала трогать сундук; она предполагала, что в нем находится оружие. Вместо этого ее внимание привлекло маленькое круглое зеркало, по бокам которого висели книжные полки. Повинуясь предчувствию, она коснулась его. Гладкая поверхность обожгла холодом, но ничего неожиданного не произошло. Элемин провела рукой по раме и нащупала несколько едва заметных кнопок. Она нажала на них подряд, но, разумеется, это не дало результата. Элемин заметила, что на кнопках находятся насечки: одна, две и три. Цифры… Нужно понять, какую последовательность отец мог использовать. Она задумалась. Первым делом Элемин перепробовала комбинации, которые могли обозначать дни рождения – ее, отца, матери – однако ничего из этого не подошло.

Элемин села на стул и оглядела кабинет. Отец должен был оставить где-то подсказку… Взгляд остановился на полке с книгами. Среди незнакомых корешков она вдруг заметила один, который очень хорошо помнила из детства – сказки, которые отец читал ей перед сном. Слишком странная книга для кабинета агента королевской разведки… Элемин потянулась за книгой и взяла ее.

Знакомая красная обложка со стершимся золотым тиснением по краям. На ней был нарисован большой зеленый дракон – Шелест, одна из древних Покровительниц. Элемин начала быстро листать страницы. Ей не требовалось видеть текст, потому что с каждой иллюстрацией она вспоминала голос отца, читающего эти строки. Она машинально отыскала одну из своих любимых историй.

«В одной далекой деревне росла маленькая девочка. Она жила вместе с матерью, и им едва хватало денег на пропитание. С самого утра мать уходила на работу, а девочка хозяйничала по дому. Но однажды мать вернулась домой в слезах и без денег: наниматель выгнал ее, не заплатив. Еды дома не было, и девочке пришлось пойти в лес. В ту пору был неплохой урожай ягод, поэтому она надеялась принести домой полную корзинку спелых плодов.

Оказавшись в лесу, девочка услышала жалобный вой. Она быстро отыскала белую волчицу, попавшую в охотничий капкан. Первой мыслью девочки было добить животное, чтобы оно не мучилось, ведь лапа была проколота насквозь. Кроме того, мяса волчицы им с матерью хватило бы на несколько дней. Но девочка сжалилась над ней и освободила ее.

Как только волчица оказалась на свободе, она вдруг пропала, и на ее месте возникла красивая светловолосая девушка.

– Ты помогла мне, дитя! У тебя доброе сердце, и потому я хочу оставить тебе дар! – чародейка взмахнула рукой, и в ладонях у девочки оказалась резная шкатулка. – Это волшебный сундучок. На его крышке есть три картинки: на первой изображена лиса, на второй – сова, а на третьей – дракон. Если тебе понадобится какая-то вещь, то коснись их в таком порядке: сначала сова, потом дракон, затем лисица. После этого загадай свое желание и нажми на дракона три раза. Когда откроешь шкатулку, вещь, которую ты пожелала, будет находиться там. Но помни: ты по-настоящему должна нуждаться в ней, иначе колдовство исчезнет. Магия – это не игрушка, ее нельзя использовать понапрасну.

Сказав это, чародейка исчезла в клубах дыма, а в воздух поднялась огромная зеленая драконица. Девочка пораженно смотрела, как божественное создание улетает куда-то вдаль.

Как только хлопанье крыльев утихло, девочка стремглав бросилась домой. Она показала матери шкатулку, но женщина отругала дочь за то, что та забыла корзинку в лесу. Однако вместо того, чтобы расстроиться, девочка сделала, как научила ее чародейка, и пожелала горсть ягод. С замиранием сердца она открыла шкатулку и обнаружила там желанное: внутри лежали самые спелые и сочные ягоды, которые она когда-либо видела в своей жизни.

В тот вечер они с матерью впервые наелись досыта. Сундучок выполнял все их просьбы, в него каким-то чудом умещались даже те вещи, которые превышали его размеры.

Вскоре они смогли переехать в город и зажили там, не зная нужды. Так прошло десять лет, и девочка выросла. Однажды к ней посватался сын богатого торговца, и она ответила ему согласием. Во время свадьбы гости были поражены прекрасным платьем невесты. Они пытались узнать, какой портной сотворил такую красоту, но девушка отшучивалась. Лишь ее мать знала, что это был еще один из даров шкатулки.

Девушка счастливо зажила вместе с мужем. Все реже она вспоминала о волшебном сундучке – да и зачем, ведь теперь у нее было все, чего можно пожелать. Только вот ее матери все равно хотелось большего. В один из дней, пока дочь гуляла в саду, жадная женщина возжелала получить огромное бриллиантовое колье, которое видела у своей свекрови – настолько пленил ее блеск драгоценных камней. Дотронулась она до шкатулки в нужной последовательности… а та и исчезла. Сбылось предсказание драконицы: жадность уничтожила магию.

Когда дочь вернулась домой, мать в слезах рассказала ей о произошедшем. Но девушка не расстроилась, ведь у нее в жизни уже было все, о чем она могла мечтать.»

Символы на шкатулке… если сопоставить их с числами и насечками на кнопках, то, может, все получится? Отложив книгу, Элемин набрала нужную последовательность: два, три, один и наконец еще три нажатия на третью кнопку. Внутри устройства что-то щелкнуло, и края зеркала разъехались в стороны.

Элемин удовлетворенно улыбнулась, когда внутри хранилища обнаружился осколок уже знакомого кристалла. Этот отличался от найденного на севере и был куда меньше, однако в то же время светился ярче. Сейчас на Элемин не было перчаток – она не стала надевать их перед подъемом по стене, чтобы не ограничивать чувствительность пальцев, – поэтому она с большой осторожностью взяла осколок через ткань плаща и положила в мешочек на поясе. С любопытством осмотрела тайник изнутри. Стало ясно, почему его не вскрыли при помощи магии: изнутри он был отделан арианитом, поглощающим магические вибрации.

Элемин закрыла хранилище, поставила стул на место и с сожалением поглядела на книгу сказок, лежавшую перед ней на столе. Им предстояло долгое путешествие, и она не могла взять с собой бесполезные безделушки, дорогие сердцу. Пришло время уходить.

Она покинула кабинет и остановилась в спальне отца, ощутив немыслимую горечь. Возможно, она больше никогда не вернется сюда. Дом, где она родилась, росла и жила всю свою жизнь. Элемин уже прощалась с этим местом в тот раз, когда уезжала на север, но сейчас все было иначе, потому что теперь она знала, насколько опасным может обернуться это приключение. Сражения с демонами, которых не в силах победить даже такой маг, как Арен, а Фарлан тратит на это последние капли рассудка – так неужели Элемин может оказаться им полезна?

Вернувшись домой, она вспомнила безмятежность своей прошлой жизни и вновь задумалась, почему она должна заниматься спасением Фальтерии. Отчего такая судьба выпала именно ей? Во что она ввязалась?! Элемин далеко не героиня, да и Крадущейся была не самой лучшей, чего скрывать. У нее нет качеств, присущих воинам прошлого: смелости Гилберта, мудрости Тилль, мастерства Денталиона и способностей Винделии. Так почему от нее ждут, что она предотвратит очередное вторжение демонов?

Она вздохнула. Разве у нее есть выбор? Ей больше не удастся жить старой жизнью, потому что Крадущиеся разыскивают ее. Элемин знала, что Фарлан разрешит ей уйти из команды, если она попросит, но не могла сделать этого. Она не могла предать его. Фарлан слишком много раз спасал ее, они через столько прошли вместе! И оставлять его одного справляться со всеми проблемами было бы неправильно. Пусть он угрюмый, нелюдимый и замкнутый, но в то же время он справедливый и добрый. Куда более добрый, чем сама Элемин. Она улыбнулась, вспомнив, как внимательно он разговаривал с Джейн, которую они спасли от рисеров. Сначала Фарлан может показаться холодным и отчужденным, но на самом деле он очень хороший человек.

Более того, Элемин чувствовала, что не может предать доверие отца, возложившего эту миссию на ее плечи. Он не стал бы отправлять ее на север, если бы не был уверен, что она справится. Отец никогда не переоценивал других, и если он счел, что она достойна, то вдруг все получится?

Она в последний раз оглядела спальню, однако теперь в ее сердце осознание собственной ничтожности сменилось решимостью преодолеть все трудности. И вновь она вспомнила про оставленную книгу сказок. Пожалуй, она все-таки может позволить себе одну слабость.

Элемин вернулась в кабинет отца и забрала дорогую ей вещицу. Она пожалела, что не взяла с собой сумку, но делать было нечего, пришлось запихнуть книгу за пояс. Возвращаться предстояло тем же путем, которым она пришла сюда.

Путь обратно был куда проще. Элемин соскользнула по черепице крыши и быстро спустилась по сточной трубе. Когда ее ноги коснулись земли, она покрутила запястьем, пытаясь снять напряжение в суставах. Давненько ей не приходилось лазать так много. Теперь осталось только вернуться к остальным, и они могут покидать Фальтер. Где же искать следующий осколок? Они полагали, что смогут это узнать после нахождения хранилища в доме Элемин, но она не заметила там никакого письма или иной подсказки от отца.

Наступила уже вторая половина дня, солнце все еще ярко светило, однако в хитросплетениях узких улиц, где Элемин находилась сейчас, было прохладно. Стены домов возвышались со всех сторон, поэтому прямые лучи солнца сюда не проникали.

– Вот так встреча! – вдруг раздался голос позади. – Наконец-то ты явилась.

Элемин быстро повернулась в сторону говорившего и лишь потому успела увернуться от выпущенного в нее арбалетного болта.

– О, кажется, ты еще не растеряла все свои навыки, – констатировал мужчина, появляясь из теней.

Было сложно определить его точный возраст, но Элемин всегда считала, что ему не больше сорока. В бою он двигался слишком быстро, опережая даже многих молодых агентов, но при этом был опытен и искусен, словно закаленный ветеран. Мужчина сделал шаг к ней и остановился. Его волосы были небрежно взлохмачены, на щеках – трехдневная щетина, а бледные серые глаза безразлично уставились на Элемин. Кивел Оугерн – один из лучших Крадущихся и первоклассный боевой маг – улыбался. За его спиной Элемин заметила двух Крадущихся с арбалетами, один из которых быстро перезаряжал свое оружие, а второй держал ее на прицеле. Они приблизились.

– Герцог Лерайе был прав, когда сказал, что нам стоит всего лишь подождать тебя дома. Крысы всегда возвращаются.

– Что вам нужно? – Элемин пыталась потянуть время.

На таком расстоянии шанс вновь уклониться от арбалетного болта был невелик, поэтому ей требовалось подобрать правильный момент и ринуться прочь. О том, чтобы драться с тремя агентами, особенно если среди них Кивел, и речи быть не могло. Где же Фарлан с Ареном?

– Не притворяйся глупее, чем ты есть на самом деле. Ты нарушила клятву и предала нас – уже одного этого достаточно, чтобы прикончить тебя.

– Я всего лишь уехала на север, разве это обязательно означает предательство?

– Ты крайне неубедительна… Похоже, риторика не твой конек. Жаль, я думал, ты обучена лучше! – Кивел притворно вздохнул, а затем вмиг стал серьезен. – Сдавайся. У тебя нет шансов против нас.

Элемин услышала предупреждающий свист Фарлана – на соседней улице раздались звуки сражения. Значит, на них тоже напали, и надеяться на помощь не стоит. Элемин оглядела улицу: узкий проход был почти полностью загорожен Кивелом и его соратниками.

– Я не буду ждать вечно, у тебя есть последний шанс пойти с нами без того, чтобы быть избитой до полусмерти, – поторопил ее Кивел.

Элемин глубоко вздохнула, подняла руки и сделала медленный шаг по направлению к Крадущимся… а в следующее мгновение пригнулась, выхватила кинжал и атаковала Кивела таким образом, чтобы он закрыл ее от одного из арбалетчиков. Кивел отпрыгнул назад, налетев на своего подчиненного, и Элемин воспользовалась этой задержкой: она рванула в освободившийся проход. Из-за столь резкого движения книга выскользнула из-за пояса, но Элемин не стала останавливаться и помчалась вперед. Очередной арбалетный болт скользнул по плечу, обжигая болью. Элемин, стиснув зубы, пыталась не обращать на это внимания. Она была вынуждена бежать в сторону, противоположную той, где сражались Арен и Фарлан, но надеялась вернуться обратно, если получится избавиться от преследования.

Однако этому было не суждено случиться. Она почувствовала, как нечто сжало ее легкие, дышать вмиг стало очень трудно. Захрипев, Элемин споткнулась и рухнула на мостовую. Ее захлестнул ужас: вздохнуть не получалось, будто чьи-то невидимые руки обхватили горло.

– Далеко убежала? – К ней медленно подошел Кивел, его правая рука была поднята и сжата в кулак. – А я ведь предлагал по-хорошему.

Он разжал ладонь, и Элемин сразу почувствовала, как хватка на шее ослабла. Она затравленно покосилась на Кивела. Лучший маг среди Крадущихся… неудивительно, что он так легко вспомнил плетение ее сивейра, ведь большинство из магических блокираторов накладывал он сам.

Кивел пнул ее в бок, и Элемин согнулась от боли. Она смогла лишь сжаться в комок и прикрыть голову руками, пока он продолжал наносить удары. Не было ни единого шанса сбежать, и в какой-то момент она потеряла сознание от боли.