«Настоящий Крадущийся пойдет на все, чтобы выполнить королевский приказ».

Э

лемин окатили холодной водой. Она пришла в себя и медленно открыла глаза. Капли неприятно стекали по лицу, и она хотела поднять руку, чтобы вытереть их, но не смогла сдвинуться с места. Все тело болело. Медленно возвращались воспоминания о том, что произошло раньше.

Элемин огляделась. Она оказалась привязана к деревянному креслу, руки и ноги обхватывали толстые кожаные ремни. Помещение вокруг было темным, его озаряла лишь большая жаровня, угли в которой негромко потрескивали. Знакомое место – пыточная в штабе Крадущихся.

Зрение еще не успело привыкнуть к освещению, поэтому она вздрогнула, различив чей-то силуэт, приблизившийся к ней.

– Очнулась? Хорошо, – проговорил Кивел. – Господин Лерайе, она готова.

Из сумрака выступил высокий молодой мужчина, одетый в белоснежную рубашку, черную жилетку с лацканами и узкие темные штаны. Из нагрудного кармана жилетки торчал уголок красного платка. Волосы мужчины были зачесаны назад, а на его плечи наброшен камзол, богато украшенный золотой вышивкой. Бледная кожа и тонкие черты лица, которые не портил даже шрам, пересекавший верхнюю губу. Именно о таких элегантных кавалерах мечтают все благовоспитанные леди из высшего общества.

Однако Элемин знала этого человека слишком хорошо, чтобы восхищаться его внешностью. Герцог Лерайе – нынешний глава Крадущихся, назначенный на это место семь лет назад после внезапной смерти Леонхарта. В отличие от своего предшественника герцог Лерайе был хитер и коварен, хотя при этом имел изысканные манеры, свойственные настоящему аристократу. Никто из Крадущихся не знал, откуда он появился при дворе и почему король Эртон отдал командование отрядом королевской разведки именно ему, но все те, кто открыто высказывал недовольство, уже давно были мертвы. Теперь герцогу Лерайе не смели перечить, потому что всем было известно: добром это не кончится. Поговаривали, что он обладает магической силой, но какой именно – никто не знал.

– Замечательно. – Герцог приблизился к Элемин. – Долго же нам пришлось тебя ждать!

На его лице застыла маска холодной вежливости, а губы изогнулись в подобии улыбки. Даже будучи Крадущейся, Элемин всегда чувствовала себя неуютно наедине с ним. Сейчас этот эффект усилился вдвойне: она находилась в его полной власти, и он был в праве управлять ее судьбой.

– Надеюсь, ты будешь хорошей девочкой и сама расскажешь нам, где остальные осколки. – Тонкие пальцы герцога Лерайе ухватили ее подбородок. – Знаешь, чем все закончится, если ты откажешься говорить?

Элемин знала. О пытках, которым Крадущиеся подвергают своих пленников, ходили легенды. Да и сама она порой присутствовала на таких допросах. Рано или поздно герцог Лерайе добьется от нее всех ответов, и потому гораздо разумнее было сразу признаться ему во всем. Смерть за измену неминуема, но, может, тогда ее убьют без мучений?

Она вспомнила Фарлана. Вспомнила, как много раз он спасал ее, превозмогая боль. Неужели за все, что было между ними, она отплатит ему предательством? И та мрачная решимость, которой горели его глаза, когда он шел на бой с вождем рисеров… В тот момент Фарлан готов был пожертвовать всем, лишь бы Элемин осталась в живых, а осколок Лейфа не затерялся где-то в лагере горных духов.

Элемин поняла, что будет идти до конца. Так, как он научил ее. Так, как она никогда не поступила бы, оставшись Крадущейся.

– Какие… осколки? – ее голос звучал хрипло: она только сейчас заметила, как сильно пересохло горло.

Пальцы герцога Лерайе впились в кожу.

– Камня порталов. Лейфа, если тебе угодно. Один мы нашли у тебя, но есть и другие. Например, тот, что хранился в северных горах.

Значит, Фарлана они не поймали. Это немного успокаивало. По крайней мере, еще не все потеряно.

– Не знаю, – честно ответила она.

Герцог Лерайе вздохнул.

– Такая же упрямая, как и отец, да? Так знай: это я отдал приказ убить его. За то, что он изменил нам и попытался сорвать экспедицию, которая должна была принести королю Эртону неоспоримую власть над миром.

Элемин горько усмехнулась. Вот и раскрылась тайна, из-за которой началось ее путешествие.

– А вот тебе так легко не отделаться, – продолжал герцог Лерайе. – Ты знаешь больше, чем говоришь, и рано или поздно ты все нам расскажешь.

Он разжал хватку и отошел, махнув рукой Кивелу.

– Жаль, что придется тратить на это время: все же Крадущихся готовят для подобных ситуаций. У меня нет времени на подобную ерунду, поэтому займись этим, Кивел. Доложишь мне, как только узнаешь все, что нам нужно. Думаю, двух дней пыток хватит, – будничным тоном скомандовал герцог Лерайе. – А на третий день повесим на главной площади как изменницу. Надо поднять боевой дух народа перед грядущей войной.

Элемин не знала, что испугало ее больше: предстоящие пытки, казнь или то, что слухи о войне оказались правдивыми. Однако какое ей дело до этого, если она умрет через три дня? Хотелось бы надеяться, что Фарлан и Арен спасут ее, но Элемин слишком хорошо знала, сколь трудно проникнуть в подземелья, где расположен штаб Крадущихся.

Герцог Лерайе ушел, а Кивел окинул ее оценивающим взглядом.

– С чего бы начать? Пожалуй, мне не хочется пачкать руки, поэтому выберем для начала что-нибудь простое.

Элемин ожидала очередного удушения как тогда на улице, но вместо этого все тело пронзила боль, и она вскрикнула от неожиданности. Казалось, это ощущение идет из самых костей и пронизывает насквозь. Элемин не могла дышать, не могла думать. Все, на чем было сосредоточено ее сознание – нестерпимая боль, разрывающая на кусочки. Это продолжалось несколько секунд, а потом так же резко прервалось. Элемин судорожно хватала ртом воздух, пытаясь отдышаться. На лбу выступила испарина.

– Повторяю вопрос господина Лерайе. Где находятся остальные осколки?

Она молчала. И боль снова терзала ее. Руки дрожали, а голова бессильно опускалась на грудь. Она не знала, сколько еще выдержит, прежде чем вновь потеряет сознание. Мысли путались. Элемин то отключалась на пару мгновений, то вновь приходила в себя от очередного магического удара.

Видимо, прошло много времени, потому что в ка-кой-то момент она вдруг заметила, что боль прекратилась, а Кивела рядом нет. Элемин не знала, стоит ли ей радоваться неожиданной передышке или же думать о том, каким пыткам он ее подвергнет, когда вернется. Сейчас болели лишь синяки, полученные еще на улице. Магическая пытка не оставила ни следа, только воспоминания, отзывающиеся болью в голове.

– Эй, приди в себя!

Кто-то потряс ее за плечи, но Элемин была слишком измучена, чтобы открыть глаза. Человек отпустил ее, и его голос зазвучал глуше: он повернул голову, обращаясь к кому-то другому:

– Ты знаешь, как это открыть?

– Сейчас… – Раздался скрип какого-то рычага, и Элемин почувствовала, что кожаные браслеты на руках и ногах разомкнулись.

– Элемин! – Этот голос был ей хорошо знаком, но она никак не могла собраться с мыслями и вспомнить, кому он принадлежит.

– Посторонись. – Судя по звуку шагов, тот, кто нажал на рычаг, уже приблизился к ним и искал что-то у себя в карманах. – Вот, должно сработать.

Он раскрыл какую-то коробочку и поднес вещицу к носу Элемин. Вдохнув пронзительный жгучий запах, она широко распахнула глаза. Легкая полудрема, в которой она находилась уже несколько часов, исчезла без следа.

– Что за… – Она с непониманием оглядела двух людей, стоящих перед ней. – Ламберт?!

В помещении царил полумрак, но Элемин сразу узнала его. Высокий, жилистый, с короткими темно-русыми волосами и карими глазами. Он был, как обычно, одет в коричневый кожаный жилет, рубашку, полотняные штаны и короткие сапоги из мягкой кожи, которые позволяли ему передвигаться практически бесшумно. На шее висел старый красный шарф, с которым он никогда не расставался.

Ламберт улыбнулся и убрал коробочку с сильно пахнувшим содержимым в поясную сумку.

– Рад тебя видеть. Измельченная драконья лоза все так же хорошо помогает прийти в себя, верно?

Элемин скривилась, перевела взгляд на второго человека и застыла, не понимая, что происходит. Ей показалось, что глаза обманывают ее, поэтому она потерла веки. Ничего не изменилось: перед ней все так же стоял герцог Лерайе, правда, выглядел он странно. На лице главы Крадущихся застыло взволнованное выражение, которое было ему совершенно не свойственно. Перехватив испуганный взгляд Элемин, он вздохнул.

– Не смотри на меня так. Пришлось воспользоваться иллюзией, чтобы было легче попасть сюда.

Элемин наконец узнала его голос. Фарлан! Конечно же, как она не заметила сразу? Усталые глаза хмуро сощурены, губы плотно сжаты. Настоящий герцог Лерайе всегда держался надменно и безразлично.

– Было бы неплохо связать тебя, чтобы ни у кого не возникло подозрений, пока мы не выберемся отсюда… Но у нас нет времени на поиск веревки или чего-то подобного, – пояснил Ламберт и протянул Элемин кинжалы. – Нам нужно торопиться.

– Ламберт… почему ты здесь? – спросила она, затягивая пояс с ножнами.

– Разве я мог тебя оставить? – он улыбнулся. – Давай лучше оставим вопросы на потом, когда выберемся.

Перед ними расстилались длинные коридоры подземелья, план которого знали только Крадущиеся. Элемин обычно неплохо здесь ориентировалась, однако сейчас она слишком устала, да и голова начала болеть. Магическое вмешательство Кивела все же не прошло бесследно. Поэтому она доверилась своим спутникам, ничуть не сомневаясь, что Ламберт ведет их по самому безопасному пути.

Элемин все еще с трудом верила в происходящее. Как у Фарлана получилось пробраться в самое сердце штаба королевской разведки? Почему Ламберт решил помочь? Она ведь была уверена, что он примет сторону начальства…

– Господин Лерайе?! – Удивленный оклик настиг их, когда по смазанным воспоминаниям Элемин до выхода оставалось совсем немного.

Фарлан скривил губы и обернулся в сторону говорившего. Прищурившись, в свете настенных факелов Элемин заметила трех агентов. Взгляд обратившегося к ним человека метался от замаскированного Фарлана к Ламберту, как бы невзначай заслонившему Элемин.

– Надеюсь, у тебя имеется достойная причина, чтобы меня задерживать. – Голос Фарлана звучал почти как у настоящего герцога. – Если нет, то ты сильно пожалеешь.

– Приношу свои извинения… – Агент заметно стушевался. – Господин Оугерн сказал, что вы приказали этой девушке не покидать камеру, пока не наступит день казни, вот я и не ожидал…

– Хочешь оспорить мое новое решение? – безжалостно прервал его лепет Фарлан.

– Что вы, конечно же нет! – Крадущийся заметно оробел и отступил назад.

Товарищи смотрели на него с сочувствием. Элемин не помнила никого из них и решила, что, должно быть, это кто-то из новобранцев. Посвящены совсем недавно, потому и не знают, как вести себя с начальством.

Крадущиеся посторонились, и Элемин уже успела подумать, что им удалось избежать бессмысленного кровопролития, как вдруг иллюзия герцога Лерайе, накинутая Фарланом, дрогнула и на несколько мгновений исчезла, показав его истинный облик. Новобранцы замешкались, пораженные этой метаморфозой. Воспользовавшись случаем, Ламберт метнулся вперед и коротким кинжалом без колебаний ударил ближайшего агента по горлу. В попытке сохранить свою жизнь мужчина прижал руки к хлещущему красному потоку, хотя это было бесполезно. Кровь стремительно вытекала из него, и он осел на пол. Тем временем Ламберт уже обнажил короткий меч и распорол второму живот. Третий успел отшатнуться и закричать, призывая на помощь, но его голос оборвался жутким воплем, когда Фарлан ударил его по ребрам.

– Быстрее! – поторопил их Ламберт.

Они бросились бежать, услышав за своими спинами топот не менее десятка сапог. К счастью, до выхода им больше никто не встретился. Лишь на улице, когда они выскочили из двухстворчатых дверей, замаскированных под обычный погреб, на них бросился здоровенный детина с копьем. Ламберт расправился с ним так же быстро и хладнокровно, как и со всеми остальными, а затем подобрал древко и подпер им створки, чтобы задержать преследователей.

– Что дальше? – он вопросительно обернулся к Фарлану.

– В порт, – коротко бросил Фарлан.

Он уже избавился от облика герцога и выглядел как обычно. Лицо Фарлана было слишком изможденным: очевидно, он потратил последние силы на эту иллюзию. Он натянул капюшон поглубже, чтобы скрыть остроконечные уши.

Ламберт протянул Элемин свой шарф:

– Накинь на голову. Лучше, чем ничего.

– Спасибо, что пришли за мной. – Элемин улыбнулась.

– Поблагодаришь, когда отплывем из этого проклятого города, – недовольно пробормотал Фарлан и обратился к Ламберту. – Ты можешь подобрать самый короткий и безопасный путь в гавань?

– Разумеется, – кивнул он. – Идем.

Улицы Фальтера тонули в рассветных лучах. Элемин не знала точно, сколько провела в подземельях Крадущихся, но, судя по всему, прошло не больше дня с тех пор, как ее схватили. Только сейчас на нее накатило чувство голода, перед которым отступила даже усталость. Желудок сжался, требуя еды, начало слегка подташнивать. Неудивительно – за все время, что она пробыла в плену, никому и в голову не взбрело ее покормить. Элемин пыталась заглушить в себе это чувство и отвлечься на что-нибудь иное, но это было бесполезно.

В какой-то момент ее живот заурчал так сильно, что ведущий их Ламберт обернулся.

– Прости, я не прихватил ничего для тебя… Мне стоило подумать об этом.

– Все в порядке. – Элемин смущенно отвела взгляд.

Сейчас Элемин не совсем понимала, как должна вести себя с ним. Она ведь предала его, сдалась перед обаянием Арена, решив, что Ламберт больше не вернется к ней. А он не просто спас ее, но и продолжал о ней заботиться.

Им удалось достигнуть порта без каких-либо происшествий.

– Где корабль? – спросил Ламберт.

– Полагаю, дальше мы справимся сами. Спасибо за помощь, – сухо ответил Фарлан.

– Я поеду с вами. – Ламберт невозмутимо усмехнулся. – Вряд ли руководство похвалит меня, когда станет известно, кто помог пленнице сбежать.

– Из живых тебя никто не видел.

– О, поверь, они найдут способ. Поспрашивают у прохожих, применят магию… в любом случае мне теперь небезопасно оставаться здесь.

Элемин видела, что Фарлана слова Ламберта не убедили, поэтому решила вступиться за него.

– Фарлан, он нам поможет! Учитывая то, что мы собираемся сделать, нам не помешает еще один искусный боец.

Фарлан хмуро посмотрел на нее, колеблясь. Видимо, он вспомнил, как в прошлый раз они взяли с собой Арена и к чему это привело.

– Ладно. Пошли, – наконец согласился он. – Арен уже должен был все подготовить.

Элемин не поняла, о чем он говорит, но расспрашивать не стала.

Порт показался ей чересчур пустынным. Это было странно, поскольку обычно ранним утром здесь наоборот кипела жизнь. Рыбаки отправлялись за уловом, грузчики переносили товары на судна.

И вскоре Элемин поняла, в чем дело: один из складов на противоположном берегу гавани горел. Удушающий запах гари смешивался с соленым воздухом, поэтому она могла лишь смутно различить его. Вокруг полыхающего здания толпились маленькие фигурки – люди пытались потушить огонь.

– Это Арен сделал? – тихо спросила Элемин.

– Кто ж еще, – фыркнул Фарлан. – Должен признать, вышло весьма эффективно, раз почти все стражники собрались на том краю порта. Нам сюда.

Они поднялись по узкому трапу на небольшое судно, где Элемин тут же угодила в объятия радостного Арена.

– Счастлив снова видеть тебя! – улыбнулся он, складывая позолоченную подзорную трубу, в которую только что наблюдал за пожаром. – Я и не сомневался, что у нас получится.

Корабль начал медленно отплывать.

– Хочу представить вам Капитана Фэйрвинда. – Арен махнул рукой на высокого загорелого человека, только что закончившего отдавать приказы команде. – Этот господин согласился взять нас на борт и даже не за безумные деньги!

Элемин хмыкнула, вспомнив, как именно Арен предпочитает расплачиваться.

– Наверное, ты голодна? Я попросил, чтобы нам всем подготовили завтрак, – Сказав это, Арен наконец перевел взгляд на Ламберта. – Кстати, а ты кто такой?

– Ламберт Найтингейл. – Бывший агент отвесил шутливый поклон. – Ваш новый спутник.

– А-а-а, так ты тот самый, о котором рассказывала Элемин! – вспомнил чародей. – Не думал, что Фарлан позволит еще кому-то поехать с нами… Я Арен.

– Поверь, он разрешил, – усмехнулся Ламберт. – Ну, где там еда? Я тоже безумно голоден после всего этого.

Корабль был маленький, поэтому они завтракали в капитанской каюте. Хозяина судна сей факт совсем не беспокоил, видимо, над этим снова постарался Арен. Теперь, когда они оказались в безопасности и Элемин утолила первоначальный голод, пришло время вопросов.

– Может, расскажете наконец, как вам это удалось? Не помню, чтобы у кого-нибудь раньше получалось сбегать из штаба Крадущихся.

– Я уверен, что мы далеко не единственные. Однако, как ты сама понимаешь, в их интересах молчать об этом, чтобы другим неповадно было, – насмешливо произнес Ламберт, откусывая бутерброд с солониной.

Фарлан вновь пребывал в крайне плохом расположении духа, поэтому рассказывать принялся Арен.

– Когда ты ушла, мы с Фарланом следили за домом с двух сторон. Ничего подозрительного не было, а потом вдруг как из ниоткуда появились Крадущиеся! Они использовали какое-то магическое прикрытие, поэтому я не смог засечь их сразу… – Арен сконфуженно понизил голос. – Наш мрачный эльф сражался, словно загнанный волк, но когда мы смогли пробиться к тому месту, где должны были встретить тебя, то…

– Мы опоздали, – хмуро вмешался Фарлан, – нашли там только это. Не знаю, зачем это нужно, но, думаю, оно принадлежит тебе.

Он положил на стол книгу сказок и подтолкнул ее к Элемин.

– Спасибо… – Она провела рукой по знакомой шершавой обложке.

Элемин ощутила горечь: почему эта бесполезная книжка уцелела, а кристалл, который она должна была сберечь, теперь в руках герцога Лерайе?

– Кстати, ты нашла в доме второй осколок? – полюбопытствовал Арен.

– Нашла.

– Ясно. – Арен вмиг погрустнел. – Значит, минус один не в нашу пользу.

– Кажется, я понимаю, о чем вы говорите, – встрял в разговор Ламберт. – После того, как ты пропала несколько месяцев назад, я слышал, что герцог Лерайе стал одержим поиском каких-то магических осколков. Один из них уже был у него в руках, и он жаждал собрать остальные. Агенты поговаривали, что если собрать их все вместе, то появится возможность путешествовать между мирами. Я всегда считал, что это просто слухи, но… Неужели это правда?

Пока Арен кратко объяснял Ламберту цель их путешествия, Элемин ощутила, что кусок не лезет ей в горло. Она старалась не смотреть на Фарлана, опасаясь столкнуться с его осуждающим взглядом. Опять она все испортила. Своими собственными руками Элемин принесла герцогу Лерайе второй осколок. Зачем они ему? Что он хочет сделать с их помощью?

– В общем, у нас есть один осколок, и нам нужно собрать все остальные, чтобы вновь запечатать все трещины между мирами и спасти мир от демонов! – закончил Арен.

Судя по скептическому выражению лица Ламберта, он был не слишком уверен в успехе подобной миссии.

– Что ж… – Ламберт откинулся назад и скрестил руки за головой. – Мне все равно нельзя возвращаться в Фальтер, так что побуду пока с вами. Наверное, это будет интересно.

– Куда мы теперь? – подала голос Элемин.

– Пока просто подальше от Фальтера, – пояснил Арен. – Да, у этого герцога Лерайе теперь есть как минимум целых два осколка, но было бы глупо соваться к нему прямо сейчас, когда он ждет нашего прихода. Лучше затаимся, поищем остальные и потом вернемся, когда он немного ослабит бдительность.

Услышав это, Ламберт издал смешок, и Элемин знала, почему: сомнительно, что такой человек, как герцог Лерайе, способен ослабить бдительность.

– Если я верно понимаю, то у нас нет информации, где искать следующий осколок, – продолжал Арен. – Но, зная Тилль, я бы предположил, что она не стала бы прятать все осколки в одном месте. Итак, мы уже знаем, что один был в северных горах, второй – в Фальтере… Где был тот, который герцог Лерайе заполучил первым?

– Не уверен, но я слышал, что его привезли с Миртиса, – ответил Ламберт.

– Руины города тэрионов, значит… Отлично. Получается, северную часть Фальтерии мы исключаем сразу: осколок не мог быть спрятан где-то в окрестностях Галэтриона, потому что маги бы быстро обнаружили его. На северо-востоке, вблизи Алатора, его тоже быть не может: высшие эльфы весьма чувствительны к магии, Тилль бы не рискнула оставлять артефакт у них. Восточная часть Фальтерии – Миртис и окрестности Фальтера – отпадают, поскольку в них уже были найдены осколки. Остается юг и юго-запад.

– Ты забыл про северо-запад: Туманный остров, например, – напомнил Ламберт. – Почему бы вашей волшебнице не спрятать кристаллы там? Те места дикие, людей мало. По-моему, отлично подходит.

– Да, в этом есть доля истины… – задумчиво согласился Арен. – Однако я уверен, что Тилль…

Элемин надоело слушать их спор, поэтому вскоре она перестала прислушиваться.

В результате они так и не решили, куда им теперь отправляться. Капитан Фэйрвинд собирался плыть на юг, в Тирбейн за товарами, но был согласен высадить путешественников в порту Боренберга, который был по пути. Там они смогли бы пересесть на более подходящий корабль.

Судно было невелико, и спать им предстояло в трюме среди ящиков с провизией. Арен где-то раздобыл одеяла. Несмотря на то, что едва минул полдень, Элемин почти сразу же провалилась в сон, укрывшись возвращенным ей плащом.

Когда она проснулась, в трюме находился только Ламберт.

– Добрый вечер, соня! Ты как раз вовремя, скоро будем ужинать, – улыбнулся он, заметив, что она села.

– Почему ты здесь? – тихо спросила Элемин.

Они впервые остались наедине, и она чувствовала себя жутко неловко.

– В смысле?.. – не понял он.

Элемин пожалела, что спросила, но пути назад уже не было.

– Почему ты решил помочь мне? Я думала, что работа для тебя важнее всего…

Услышав это, Ламберт усмехнулся.

– Как видишь, я полон сюрпризов. На самом деле, когда ты пропала, я хотел поехать за тобой, чтобы выяснить причину твоего исчезновения самостоятельно… Но у меня было недостаточно денег для путешествия, и я решил немного повременить с этим. А потом узнал, что агенты потеряли твой след вблизи северных гор. Я боялся, что тебя уже нет в живых, ведь все знают, что путешествовать зимой в тех краях слишком опасно. Я мог бы поехать туда, но знал, что все мои поиски будут бессмысленны: все равно в горы не получится подняться до самой весны. Поэтому я ждал, пока потеплеет, и присматривал подходящий корабль. Однако ты меня опередила – сама появилась в Фальтере. Как только один из Крадущихся обмолвился, что в руки герцога Лерайе попала изменница, которую разыскивали на протяжении полугода, я сразу догадался, что речь о тебе. И понял, что это мой шанс помочь.

Элемин чувствовала, как в груди теплеет от его слов. Как она вообще могла подумать, что он бросит ее? Теперь эти мысли казались ей полной чушью.

– Спасибо тебе. – Она осеклась, пытаясь скрыть предательски дрогнувший голос.

Ламберт пересел поближе и обнял ее. Элемин прижалась к нему, склонив голову и вдыхая знакомый запах.

– Я соскучился.

– Правда?

– Глупышка, – он улыбнулся, – разве я мог променять тебя на этих придурков из разведки?

Ламберт потерся носом о ее щеку, и Элемин растворилась в этом невинном, но таком приятном прикосновении. Все было как раньше.

– А вот и ужин!

Дверь трюма распахнулась от пинка Арена, руки которого были заняты тарелками с едой. Моментально оценив обстановку, он хихикнул:

– Кажется, мы не вовремя…

Элемин отпрянула от Ламберта и отвернулась, пытаясь скрыть смущение. Арен замер, насмешливо глядя на них, а за его спиной возник Фарлан, несший кувшин и деревянные стаканы.

– Могли бы чуть попозже зайти, – посетовал Ламберт.

– Если вы не голодны, то мы можем съесть и вашу половину тоже. Хотя я не уверен, что Элемин будет с этим согласна. – Арен невозмутимо поставил тарелки на ящик.

– Ладно уж… – Ламберт встал и потянулся. – Что на ужин?

– Не знаю, к каким излишествам ты привык на службе у короля, но у нас все очень просто: хлеб, солонина, немного сыра. И эль. – Арен уже отрезал себе толстый ломоть.

– О, чудесно, как раз то, что нужно! – Ламберт невозмутимо налил себе из кувшина, а затем обернулся к Элемин. – Ты будешь?

– Я лучше попью воду из фляги, – ответила она.

– Как хочешь.

Элемин заставила себя подняться и присоединиться к остальным за трапезой.

Она не знала, почему так смутилась, когда их с Ламбертом застали вдвоем. Ведь и Арен, и Фарлан прекрасно знали, в каких отношениях они были. Однако теперь Элемин было стыдно смотреть на них, и потому весь ужин она провела молча.

После еды Ламберт принялся рассказывать истории из своей жизни. Элемин уже много раз слышала их – а порой даже была непосредственным участником этих событий, – поэтому ей вновь стало скучно. Она предпочла вернуться на свое место, зажечь лампу и достать книгу сказок, чудом спасенную из Фальтера. Погладила рукой шершавую обложку и с грустью отметила, что краска с золотых букв на корешке сильно осыпалась. Элемин открыла книгу на случайной странице, и перед ней распахнулся красивый цветастый разворот с «Тремя древними Покровителями», еще одной историей, которую она любила в детстве. На картинке были изображены эти могущественные драконы: синий, зеленый и алый. Чешуйки на шкуре каждого из них словно переливались и искрились. В легенде рассказывалось о том, как маленькая девочка-сирота подружилась с драконами, и те научили ее магическому искусству. Из никому не нужного ребенка она превратилась в могущественную волшебницу, к советам которой прислушивался даже король. Элемин принялась рассматривать картинки. Бумага шелестела под ее пальцами, и она сама не заметила, как дошла до конца сказки. Она уже хотела перелистнуть дальше, но вдруг обратила внимание на легкий кисловатый запах, исходящий от страницы. В недоумении Элемин поднесла книгу к носу, уверенная в том, что ей померещилось.

– Элемин? Все хорошо? – Ламберт заметил ее странные действия. – Я знал, что ты любишь запах печатной краски, но не думал, что настолько…

– Нет. Запах свеженапечатанной книги давно выветрился, это другое… – Элемин перехватила книгу поудобнее и начала прикладывать страницу к горячему колпаку лампы.

– Если ты так хочешь спалить ее, то делай это на палубе, пожалуйста! – возмутился Ламберт.

Элемин упрямо продолжала нагревать бумагу. Постепенно на листке, прямо под виньеткой, отделяющей текст от пустого места на странице, проступили рукописные буквы. Она начала сдвигать лист, чтобы прогреть и остальные части.

– Я помогу. – Арен пересел ближе к ней и забрал книгу.

Прищурившись, он провел рукой по листу, нагревая его магией, и слова наконец проявились целиком.

– Лимонный сок? Как-то чересчур просто… – заметил он.

– Когда я была совсем маленькой, еще до того, как меня забрали Крадущиеся, мы с отцом играли, записывая такие зашифрованные сообщения. Не думала, что когда-нибудь увижу их вновь, – пояснила Элемин.

Она потянула книгу к себе, и Арен немедленно вернул ее. Элемин принялась читать. Почерк отца был неровный и скачущий, будто он писал в спешке.

Дорогая Элемин! Я не знаю, когда ты обнаружишь это письмо, но надеюсь, что будет еще не слишком поздно. В сейфе за зеркалом ты найдешь очень важную вещь, сохрани ее. Поезжай на север, как я и просил тебя. Там ты сможешь найти ответы на большинство из своих вопросов. После севера – на юг, в Кромленс. Насколько мне известно, одно из сокровищ хранится где-то там, в башне посреди пустыни. Это очень важно, поверь мне! От этого зависит будущее Фальтерии. Я верю, что ты справишься с этим, моя девочка.

Внизу обнаружилась маленькая приписка:

Лучше не вовлекай в это дело Ламберта.

Последние слова вызвали у Элемин грустную улыбку. Отец никогда не одобрял их отношений, поэтому она не слишком удивилась. Она отдала книгу Арену.

– Теперь ясно, где искать следующий осколок. – Элемин поднялась. – Мне… мне нужно немного побыть одной.

Письмо пробудило в ней воспоминания об отце, а вместе с тем вернулась горечь утраты и чувство вины. Отец заплатил жизнью за то, чтобы у Элемин появилась возможность собрать осколки воедино, а она так глупо попалась и отдала герцогу Лерайе один из них.

Когда она вышла на палубу, то оказалось, что ночное небо заволокли серые тучи; стало зябко. Элемин обхватила руками плечи, чтобы хоть немного согреться. Плащ она забыла в трюме, но сейчас возвращаться туда не хотелось. Она села на полупустой мешок, прислонившись спиной к стене каюты, прикрыла глаза и замерла, вслушиваясь в шум волн и скрип рулевого колеса. Элемин слишком устала от этого бесконечного путешествия.

Она не знала, сколько так просидела. Может, прошел час, а может, всего лишь несколько минут. В какой-то момент рядом раздались шаги, и на ее плечи упал мягкий меховой плащ, еще хранивший тепло своего владельца. Элемин открыла глаза и увидела Фарлана. Наверняка он собирался отругать ее за потерю осколка.

– Тебе бы стоило пойти в трюм, там теплее, – тихо произнес он.

Элемин промолчала. Ей не хотелось отвечать.

– Не вини себя в этом. – Фарлан облокотился о борт судна, отвернувшись от Элемин. – Мы с Ареном тоже виноваты, что не смогли вовремя прийти на помощь.

– С каждым днем мне все больше кажется, что я ни на что не способна, – призналась Элемин. – Зачем я только ввязалась в это… Очевидно, что никакой спасительницы мира из меня не выйдет.

– Тебе всего лишь двадцать три, и настоящие проблемы в твоей жизни начались чуть больше полугода назад. А я живу с подобной мыслью уже больше двадцати лет! – Фарлан хмыкнул. – С тех пор, как потерял дорогого мне человека.

– Ты любил ее? – осторожно спросила Элемин.

Ответ был очевиден, но она хотела услышать это от него.

– Да. Больше, чем собственную жизнь. Я был готов умереть ради Винделии с того момента, как мы покинули Алатор, но в результате она выбрала твоего отца. – По тону Фарлана было ясно, что даже спустя столько лет ему все еще горько это признавать. – Я ревновал. Сбежал, а потом вдруг услышал голос, зовущий меня из глубин Миртиса. Я пришел туда, подобрал меч, и демон, заключенный внутри, подчинил меня своей воле. Под его контролем я сотворил множество ужасных вещей… Что касается окончания этой бесславной истории, то его ты уже знаешь.

Элемин промолчала.

– Самое отвратительное, что даже сейчас, зная, к чему привела моя ревность, я сомневаюсь, что поступил бы иначе, будь у меня возможность изменить прошлое, – продолжал Фарлан. – Как видишь, из меня герой тоже посредственный. Однако если не мы, то кто сделает это за нас? Если мы откажемся сейчас, то не пожалеем ли о своем выборе потом, столкнувшись с последствиями? Лучше уж потерпеть неудачу, чем знать, что ты мог все исправить, но не попытался.

Его слова заставили Элемин задуматься. До этого момента она полагала, что мысли о неудаче и собственной непригодности приходят в голову лишь ей одной. Теперь стало понятно, что даже Фарлан, с виду всегда такой сильный и уверенный в себе, порой сомневается в успехе. На душе немного полегчало.

– Знаешь, у нас собралась отличная команда: агент-неудачница, эльф, убивший свою возлюбленную, и озабоченный маг-извращенец, – усмехнулась Элемин. – Осталось только Ламберту роль придумать. Пожалуй, ему бы подошла роль дружелюбного маньяка-алкоголика.

– Он любит выпить?

– Больше, чем некоторые, – признала она. – Хотя сколько бы он ни выпил, я никогда не видела, чтобы он пьянел до потери разума… Ты не замерз?

Элемин так резко сменила тему, что Фарлан удивленно обернулся, оторвавшись от созерцания волн, лижущих борт корабля.

– Ты, конечно, очень благородно отдал мне свой плащ, но не думаю, что тебе пойдет на пользу, если помимо морской болезни появится еще и простуда. Поэтому либо возвращайся в трюм, либо садись. – Она указала на свободное место рядом с собой.

Слегка помедлив, Фарлан предпочел остаться, и Элемин поделилась с ним плащом, придвигаясь ближе. Ее больше не смущало это: после всего, через что они прошли вместе, она перестала испытывать дискомфорт, находясь рядом с ним.

– Как ты себя чувствуешь? Тебя сейчас не укачивает?

– Пока мы спасали тебя, Арен купил нормальное зелье против морской болезни. Так что все в порядке.

– Это хорошо… – проговорила Элемин. – Кстати, а как вам с Ламбертом удалось встретиться? Вы его искали? Или это он нашел вас?

– Все куда проще, – ответил Фарлан. – Арен смог отследить то место, куда тебя отвели, поскольку его лента была не только для красоты. Повезло, что парик не свалился, пока тебя тащили в штаб… Мы с Ареном решили, что должны разделиться: он отправится в порт, найдет корабль и отвлечет стражников, а я собирался принять облик герцога, проникнуть в убежище Крадущихся и освободить тебя. Знаю, крайне ненадежный план, но мы не смогли придумать что-нибудь получше, а действовать нужно было быстро, чтобы спасти тебя до того, как они примутся за серьезные пытки.

Элемин поежилась и потерла избитый бок. Что и говорить, Фарлан успел как раз вовремя.

– У меня не было четкой карты штаба, поэтому я руководствовался лишь беглым планом, который смог начертить Арен при помощи своего магического сканирования местности. В итоге от него было больше вреда, чем пользы – слишком много неточностей. Поэтому мне нужен был человек, который мог хорошо ориентироваться в убежище. Я планировал захватить первого встреченного в туннелях агента, и так вышло, что им оказался Ламберт, потому что он шел в том же направлении, что и я. Каким-то образом он смог отличить меня от настоящего герцога Лерайе, между нами завязалась схватка. В результате оказалось, что он тоже собирался тебя спасти.

– До сих пор не верится, что он это сделал… – пробормотала Элемин

– Почему ты так удивлена? Мне казалось, вы с ним в очень близких отношениях.

– Да, но… понимаешь, это другое. Ламберт всегда разделял работу и личную жизнь, и обычно первое было для него гораздо важнее. Потому я и не рассчитывала, что он поможет нам, даже не попыталась его отыскать, когда мы приехали в Фальтер. А теперь выходит, что он изначально собирался меня спасти… Сейчас мне стыдно, что я в нем усомнилась. Честно говоря, я уже и не думала, что мы вновь встретимся как союзники.

Фарлан отвернулся и посмотрел на серое небо.

– Что ж, могу лишь порадоваться за тебя.

Он был раздражен, и Элемин предположила, что причина кроется в нежелании Фарлана принимать еще одного члена в их небольшую команду.

– Спасибо, что опять пришел мне на помощь.

– Было бы обидно, если бы ты сгинула в подвалах Крадущихся после всего, через что мы прошли, – усмехнулся Фарлан.

– Я польщена, что ради меня вы с Ареном объединили усилия и даже не покалечили друг друга!

Фарлан хмыкнул.

– Знаешь, я уже начинаю думать, что взять с собой твоего дружка было не такой уж плохой идеей. По крайней мере, теперь у Арена будет меньше времени, чтобы доставать меня.

Элемин негромко рассмеялась, услышав такое предположение.

– Главное, чтобы они не начали надоедать тебе вдвоем. Иногда Ламберт бывает невыносим, – поделилась она.

Они продолжили сидеть в тишине и вместе смотрели, как над поверхностью моря сгущается туман.

Впереди их ожидало очередное путешествие, и Элемин вдруг вспомнила, что должна кое-что сделать, прежде чем сможет в полной мере оказаться в этой новой реальности.

Она запустила руку в карман и извлекла оттуда медальон с горностаем. Драгоценные камни сверкнули, когда на них попали отблески света из каюты. Элемин в последний раз провела пальцем по резному рельефу жетона Крадущихся, а затем без сожалений отправила его далеко за борт. Тихий плеск возвестил о том, что отныне она свободна по-настоящему.

Фарлан ничего не сказал, но в его взгляде читалось одобрение.

– Значит, если Лейф существует, то и драконы тоже? – тихо спросила Элемин, не особо надеясь на ответ.

– Ты про Анар’Эндал – таинственный драконий остров, который находится где-то во Внутреннем море и скрыт туманами от простых смертных?

– В том воспоминании Тилль говорила что-то о драконах. Неужели она виделась с ними? Я всегда думала, что это лишь древние легенды…

– Кто знает, – задумчиво ответил Фарлан. – Однако ведь и тэрионы считались сказками, верно? А ты видела одного из них своими глазами.

– Да, ты прав, – пробормотала Элемин. – Может, когда-нибудь мы встретим и драконов.

Она придвинулась к нему ближе, чтобы было теплее. Рядом с Фарланом она чувствовала себя в безопасности.

* * *

– Сегодня вечером бал. Пойдешь на него?

– Снова? – Мия зевнула. – У вас они тут каждые несколько дней, что ли?

Она откусила кусочек мягкой свежей булочки, поданной на завтрак.

– Практически. – Мириэль улыбнулся. – Хотя этот будет особенный, прощальный. Мы будем чествовать героев, которые отправятся на войну с Фальтером.

– И что, на него приглашены все, кто войдет в войско Алатора?

– Разумеется, нет. Будут только высшие чины – капитаны, генералы и так далее. Пригласить всех невозможно, слишком много было бы народу, – объяснил Мириэль.

Мия заметно расстроилась.

– Знаешь, раньше я думала, что в Алаторе прогрессивное общество, где нет четкого деления на аристократию и простой народ. Но с тех пор, как я здесь, постоянно убеждаюсь в обратном… Взять те же балы. На них разрешается присутствовать только знати, а меня пускают лишь потому, что я вместе с тобой. Пока богатые развлекаются и страдают от безделья, менее обеспеченные граждане вынуждены работать, чтобы прокормить свою семью. Здесь все так же, как в Фальтере! Только хуже, потому что в роли знатных господ – эльфы, а в роли их подданных – люди. А ведь никто не выбирает, кем ему рождаться!

Мириэль вздохнул. Он не любил обсуждать подобные темы за завтраком, но Мия не оставила ему выбора.

– Не соглашусь, разделение на слои общества будет всегда. Даже если в какой-то момент все люди вдруг станут равны, то это ненадолго. Со временем обязательно появятся лидеры и те, кто будет им служить. И это правильно, ведь если каждый будет поступать как хочет, то такому государству – или городу – очень быстро придет конец. Наше главное отличие от Фальтера и Галэтриона в том, что мы никого не ограничиваем. Мы позволяем всем учиться – у нас есть бесплатные школы для детей, в том числе и человеческих. Мы предлагаем им работу с нормальной оплатой – в городе, на заводах, в шахтах. И если они будут достаточно стараться, то у них есть шанс подняться на одну ступень с нами.

– У людей без магических способностей почти нет шансов, – возразила Мия. – Вы никогда не признаете их наравне с эльфами, потому что они не умеют колдовать.

– Ты видела господина Леандра? Вот уж у кого точно способностей к магии нет. Однако уже несколько лет всеми производствами и технологическими исследованиями Алатора заведует именно он. И добился он этого самостоятельно: я своими глазами видел, как из простого столяра ему удалось стать одним из членов Правящего Совета.

– Не всем так везет.

– Ты права. Однако многим это и не нужно. В нашем городе практически нет нищих, потому что те, кто работают, получают достойную плату за свои услуги. А те, кто не хотят этого делать и предпочитают жить кое-как… что же, они сами выбрали этот путь. Обычно в Алаторе они не задерживаются.

– А если человек не может работать? Если это мать, в одиночку воспитывающая маленького ребенка? Если это какой-нибудь больной или пожилой человек? Что будет с ним тогда? – с жаром поинтересовалась Мия.

– Для них есть специальные выплаты. Наш город достаточно богат благодаря шахтам в северной части острова, поэтому с этим нет проблем.

Мия недоверчиво посмотрела на него.

– Без реальных доказательств звучит неправдоподобно.

– Ты можешь убедиться во всем сама, допустим, завтра. Я съезжу с тобой в город, но во второй половине дня.

– Почему не утром?

– Я обязательно должен присутствовать на сегодняшнем балу. Мне хотелось бы, чтобы ты сопровождала меня, но раз ты не желаешь идти, то тебе придется посидеть вечером в особняке. Бал закончится поздно.

– Не хочу оставаться здесь одна! – Мия обиженно надулась.

– Выбор у тебя невелик.

– Ладно… Поеду с тобой, – наконец сдалась она.

– Вот и славно! – Мириэль улыбнулся. – После завтрака прикажу прислать к тебе портниху с новыми платьями. Даме нельзя надевать одно и то же по нескольку раз.

Колеса экипажа мерно стучали по мостовой.

– И как много людей вы отправляете на войну? – спросила Мия.

Мия разглаживала складки на юбке вечернего платья. Оно было пастельно-мятным, с длинными объемными рукавами и легкой воздушной юбкой из шифона.

– Сотню эльфов-магов. Может, эта цифра покажется тебе незначительной на первый взгляд, но это чуть больше одной четверти от всех высших эльфов, проживающих в городе. Что касается людей… Я не знаю точных цифр, слышал о том, что хотят отправить оружейников господина Леандра. Все-таки наш город не слишком крупный. Они переплывут пролив, встретятся с силами Кадара и вместе отправятся в Траум, где должны будут объединиться с войсками Галэтриона.

– Получается, все северные города поддержали вас?

– В этом нет ничего удивительного. Фальтер стал слишком наглеть в последнее время, повышая налоги, ограничивая власть наместников в городах и ничего не предлагая взамен, поэтому многие хотят с ним покончить, – объяснил Мириэль.

– Ты такой спокойный. Неужели тебе не жаль их всех? Многие погибнут в этой войне! – Мия вновь решила затронуть тему, которую ему так не хотелось обсуждать с ней.

– Ничего не поделаешь. Это необходимые жертвы.

Мия отвернулась, делая вид, что слишком увлечена видом из окна.

– Не понимаю, как ты можешь оставаться таким безразличным и продолжать посещать балы, зная, как много людей скоро умрут, – тихо пробормотала она.

Мириэль не знал, что ей ответить. Возможно, за долгие годы жизни он стал слишком черств к проблемам других людей, но в то же время он понимал, что беспокойство обо всех подряд принесет ему лишь душевные проблемы. Он предпочитал заботиться только о своих близких.

После очередного танца, когда Мириэль с Мией отошли к накрытому столу, чтобы немного передохнуть, к ним приблизился лакей.

– Господин Беланарис, ваш отец хотел бы видеть вас. Прямо сейчас, – чинно пояснил слуга, отвесив низкий поклон.

– Хорошо. Идем! – Мириэль подал руку Мие, но лакей покачал головой.

– К сожалению, вашей спутнице придется подождать здесь.

Мия испуганно посмотрела на него – ей еще не доводилось оставаться на балах одной, – однако Мириэль ободряюще сжал ее руку.

– Не бойся, я быстро.

Она уже раскрыла рот, чтобы возразить, но в последний момент все же решилась этого не делать. На ее лице отразились грусть и покорность.

– Я буду здесь. Пожалуйста, возвращайся поскорее.

Лакей провел Мириэля сквозь несколько просторных залов, заполненных танцующими парами, и подвел к двум разговаривающим мужчинам. Отец Мириэля и господин Леандр сжимали в руках бокалы с вином и о чем-то негромко беседовали.

– Господин Беланарис, как вы и просили. – Поклонившись, слуга растаял в толпе.

Мириэль поприветствовал хмурого отца и изобретателя. Он невольно подумал, насколько же Фарлан стал похож на отца: точно такое же напряженное и мрачное выражение он запомнил на лице младшего брата, когда они встретились в Галэтрионе. Разве что отец выглядел гораздо строже и величественнее с зачесанными назад короткими рыжими волосами и в идеально подогнанном выглаженном камзоле.

– Надеюсь, я не помешал вашему разговору, – извинился Мириэль, как того требовали правила.

– Довольно! – Отец вскинул руку. – Мы как раз говорили о тебе. Было решено назначить тебя командующим над одним из отрядов, которые отправляются на войну с Фальтером. Под твоим началом будет сотня магов.

– Что?.. – Мириэль был так удивлен, что на миг растерял все свои навыки этикета.

– Корабль в Кадар отправляется завтра на закате, поэтому будь готов. Не подведи меня, – сухо бросил отец. – Теперь можешь идти. Это все, что я хотел сказать.

Мириэль не нашелся что ответить и промолчал. Кивнув на прощание отцу и господину Леандру, он медленно, словно в тумане, побрел обратно к столу, где оставил Мию. Ему казалось, что музыка вмиг стала тише, а танцующие словно куда-то испарились. Весь окружающий мир потерял краски в тот момент, когда он узнал, что его отправляют на войну с Фальтером.

– Что случилось? На тебе лица нет! – Мия приблизилась и обеспокоенно заглянула ему в глаза.

– Нам пора возвращаться домой, – рассеянно ответил Мириэль и взял ее за руку.

– Ты уверен? Но мы ведь только недавно приехали… И мне казалось, что ты хотел остаться до конца…

Не отвечая, Мириэль повел ее к выходу.

– Ты наконец расскажешь мне, что произошло? – Сидя в экипаже, Мия скрестила руки на груди. – Обычно ты довольно учтив и не покидаешь балы так поспешно.

– Они отправили меня вместе с теми магами. Мне придется уехать уже завтра, – глухо пояснил Мириэль.

Он уже слегка оправился от первоначального удивления и теперь мог рассуждать более здраво.

– О… – Мия замолчала, с сочувствием глядя на него. – Знаешь, я ожидала чего-то такого. Все же именно ты принес эту новость в Алатор.

– Наверное, ты права, – не стал отрицать Мириэль. – Однако не понимаю, зачем им отправлять такого, как я… У меня ведь нет никакого опыта, а они хотят, чтобы я взял на себя командование целой сотней!

– Значит, твой отец верит, что ты справишься! – улыбнулась Мия.

– Иногда мне кажется, что Фарлан правильно сделал, когда сбежал из дома… – признался Мириэль. – Наш отец всегда хотел все контролировать.

Мия придвинулась ближе к нему, желая поддержать.

– Я поеду с тобой! – решительно заявила она.

– Ты не можешь… – начал он, но Мия лишь покачала головой.

– Мне нечего делать в этом городе без тебя. Кроме того, мои родители все еще остаются в Фальтере, забыл? Так что это не обсуждается.

Мириэль отчаянно хотел оставить ее дома. Не желал подвергать жизнь Мии опасности, но понимал, что она обязательно найдет способ вернуться на материк, пусть даже он прикажет запереть ее. Разве чародейку остановишь?

– Хорошо. Поедем вместе, – сдался он.