Перед тем как, наконец, сказать аудитории, кто автор этой картины, я задаю еще один вопрос: «Вы бы купили эту картину, если бы у вас была такая возможность?» И в ответ получаю почти единогласное и удивленное «нет».

Потом я показываю табличку с именем автора и его цитатой об этой картине:

«Если кто-то хочет скопировать "Менины" Веласкеса, полностью и добросовестно, и если бы этим кем-то был я, то в какой-то момент я бы сказал: а что если подвинуть их немного больше вправо или влево?

Я постараюсь пройти этот путь сам, забыв о Веласкесе. Работа, несомненно, приносит за собой изменения, например, придется поменять свет, потому что я поменял положение персонажа. Так, мало-помалу. Это стало бы предосудительно для традиционного художника, но для меня "Менины" станут моими».

Реакция аудитории в этот момент разная: кто-то восхищается тем, как Пикассо сумел по-новому закрутить сюжет «Менин», а кто-то фыркает, считая, что он только поиздевался над работой Веласкеса.

Давайте проведем аналогию с театром. Было ли у вас такое, что, прочитав пьесу, вы неоднократно смотрели спектакли по ней, но в разных театрах, с разными актерами, в постановке разных режиссеров? Так зачем мы ходим на разные спектакли на основе одних и тех же пьес?

Театры часто отличаются по стилю прочтения литературы. Одни поддерживают классический подход, в таких театрах пьесы Чехова или Шекспира будут поставлены в рамках сложившихся традиций. Другие же славятся своим новаторским прочтением. Режиссер в этом случае может настолько переиначить весь сюжет, что иногда мы даже сомневаемся: осталось ли в спектакле хоть что-то от оригинала.

Но когда кажется, что режиссер не оставил ничего от первоисточника, достаточно откинуть все обескураживающие детали и увидеть: основная идея произведения остается неизменной. Зрителю только дали возможность посмотреть на нее под другим углом.

Для нас важны эти разные точки зрения. Я бы сказала, что вижу в этом главную ценность искусства в целом и изобразительного искусства в частности. Все темы и идеи давно известны, художник не может открыть новую идею любви, борьбы или свободы. Но он может подобрать интересный образ, показать другую точку зрения и предложить зрителю ее обсудить. А мы, осознавая это или нет, ходим в театры и музеи по всему миру, чтобы включиться в это обсуждение.

Диего Веласкес. Менины, 1656. Музей Прадо, Мадрид

Что если представить: мы пришли в театр Пикассо и посмотрели его постановку «Менин» Веласкеса? Пикассо 58 раз начинал этот разговор с Веласкесом, подходя к его картине с разных ракурсов, придерживаясь разных точек зрения. И все 58 раз зритель получал возможность присоединиться к этой беседе.

В следующей главе мы включимся в еще один из этих диалогов и посмотрим, удастся ли Пикассо из своей эпохи развить новую дискуссию о сюжете Веласкеса.

Если вы сможете стать участниками диалога между двумя великими гениями разных веков, прикоснувшись к их идеям в этом разговоре, кто знает, на что вы еще способны.