Впервые на работу, где ее ждала куча коробок с сиропами, зернами и прочими продуктами, Алекса шла с энтузиазмом, тихо подпевая песням в наушниках. Ее не волновало отсутствие вокальных данных, знание музыкальной грамоты или текста, а ловя на себе непонимающие взгляды прохожих, она дружелюбно улыбалась и желала им доброго утра.

Оно правда было добрым, очень добрым. Легкий туман, окутавший городок, напоминал о вчерашних долгих взглядах. Внутри, несмотря на прохладу, разливалось тепло. Алекса поглубже зарылась носом в мягкий шерстяной шарф. Сегодня она была олицетворением «капучины», как выразилась Эмбер, из-за коричневого пальто и молочного цвета шарфика. Исковерканное название напитка от сонной подруги лишь укрепляло желание выглядеть и вести себя красиво.

Алекса проснулась за полчаса до будильника и встала с кровати невероятно бодрой для утра рабочей пятницы. Ей до ужаса захотелось сделать обычный день, ничем не выделяющийся из сотни других, особенным. Хотя бы для себя.

Привычная рабочая форма – спортивные штаны и черный топ – отправилась в стирку. Вместо нее выбор пал на серый клетчатый сарафан чуть выше колена, свитшот в цвет пальто и темные колготки. На ногах – ставшие резко любимыми берцы. Не поленившись, Алекса откопала медные серьги-гвоздики со звездочками и только после высокой оценки Эмбер вышла из дома.

В зале кофейни она столкнулась с молчаливыми взглядами Тревиса и Джулии, даже не заметив недоумения. У служебного входа ее привычно поджидал курьер с целым фургоном тяжелых коробок.

Три чашки кофе для сотрудников, десяток коробок – и Алекса перевернула табличку «Открыто» на двери. Из колонок под потолком раздались тихие звуки лоу-фая. Начинался обычный рабочий день.

Сонных людей, жаждущих проснуться, оказалось очень много, но со всеми знакомыми Алекса умудрилась переброситься несколькими словами, желая им перед уходом прекрасного дня. Сквозь дымку тумана начало проглядывать солнце, словно убеждая гостей в правдивости пожеланий бариста.

После полудня звонкий колокольчик впустил заветного гостя в тепло кофейни. Алекса не сразу подняла глаза, сосредоточенно вырисовывая латте-арт на пенке. Наконец обратив внимание на нового посетителя, она расплылась в улыбке.

– Добрый день, мистер О’Нил, чего желаете?

– Самый вкусный какао от лучшего бариста, пожалуйста, – вернул ей улыбку Паркер, подходя ближе.

– Три минуты – и он ваш. – Алекса мягко отодвинула Джулию от планшета, вбивая напиток.

Сдерживая желание чихнуть от облачка какао, взмывшего над питчером, Алекса аккуратно размешала какао ложкой и засыпала пару щепоток ванильного сахара и корицы. Стимер недовольно зафырчал, перемешивая порошок с молоком и подогревая их, превращая содержимое в нежный сладкий напиток.

На дно бумажного стаканчика упали белые маршмеллоу, а сверху их залила теплая жидкость орехового цвета, поднимая зефирки к краю. Алекса аккуратно накрыла все крышечкой и протянула напиток Паркеру.

– Какао с корицей, ванильным сахаром и зефирками, прошу.

Паркер протянул руку, забирая стакан, и невесомо коснулся ее пальцев. Его взгляд смягчился, губ тронула легкая улыбка, и Алекса поплыла. Ее сердце вновь забилось чаще и громче, отдаваясь в ушах и ребрах, тяжелое дыхание разрезало душный воздух кофейни. Уголки губ приподнялись, а длинные черные ресницы затрепетали.

Казалось, этот миг длился целую вечность, но пальцы Паркера внезапно исчезли. Алекса поджала губы, отводя взгляд и смущаясь. Ей даже между свиданиями с этим парнем было неловко от собственных чувств, которые он пробуждал в ней.

– Это… лучший рецепт какао, – пробормотала она.

– Сама придумала? – чуть севшим голосом спросил Паркер.

Алекса кивнула. Паркер сделал большой глоток. Его кадык мягко перекатился по горлу. Алекса вновь опустила взгляд, усердно рассматривая заусенец на своем пальце и выдыхая.

– Потрясающе. – Паркер блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом. – Мне пора бежать, но… завтра все в силе?

– Да… да, конечно, я напишу вечером. – Алекса сглотнула, скосив взгляд в сторону кассы, к которой подошло несколько посетителей, и указала за спину большими пальцами. – Мне… мне нужно работать. Пока?

– Да. Хорошей тебе смены! – кивнул Паркер.

– Алекса, два латте и капучино средние, в капучино – карамель, в латте – ореховый, – вывела ее из задумчивости Джулия.

Алекса мотнула головой и быстро окунулась обратно в работу. За ее спиной дверь звякнула колокольчиком, выпуская из людной кофейни на свежий осенний воздух самого желанного гостя, которого Алекса ждала каждый день последние две недели.

Не отвлекаясь от работы, она усмехнулась. Что-то случилось этой осенью. За эти две недели. На ум пришел первый день осени, день ее рождения, и свечка на сэндвиче. Что она пожелала, с надеждой прикрыв глаза?

Нет, она никогда не желала любви, да и не верила особо в то, что огонек на свечке за несколько центов сможет подослать ей замок, принца на коне или огромный счет на банковской карте. Все это зависело лишь от нее и от того, сколько она еще протянет.

Что же там было? Ощущение внутреннего света и ожившие мечтания наполняли ее, создавали в ее жизни смысл. Будто исполненное желание.

– Два ореховых латте, карамельный капучино, – громко объявила Алекса, выставляя три стакана на зону выдачи и помечая капучино галочкой на крышке, и улыбнулась подошедшей компании. – Капучино отметила. Хорошего дня!

После визита Паркера Алекса не могла устоять на месте, даже в отсутствие заказов, – ожидание протянулось металлическим тросом от груди. Порхающие бабочки в животе иногда легко касались невидимыми крыльями этого троса, и Алекса чуть вздрагивала, прикрывая смущенную улыбку.

Лишь за час до закрытия зал кофейни опустел. Тревис лежал на диванчике, болтая ногами, Джулия сидела прямо на полу за стойкой кассы, устало потирая виски. Алекса же, время от времени разминая гудевшие ноги и ноющие стопы, чистила всю рабочую зону.

Из колонок раздавался мелодичный голос Арианы, и Алекса фальшиво подпевала под нос.

– Какая-то ты слишком веселая и энергичная для вечера пятницы, – выдохнула Джулия. – Сядь, отдохни.

– У нас впереди два выходных, отоспимся, отдохнем, – пожала плечами Алекса. – Можете идти домой, я закроюсь.

– Ближайшие полчаса, а я напоминаю, что мы закрываемся через эти полчаса, я двигаться не намерена. – Джулия подтянула колени к груди и прилегла на них. – Я сплю.

– Да, я тоже, – отозвался Тревис. – Сил нет даже ленту листать. Спина вышла погулять, а меня забыла.

– Ага, и ноги ноют, – жалобно протянула Джулия. – Может, нам еще человечков выделят?

– Мечтай, – усмехнулась Алекса, разминая затекшую спину, но продолжила вытирать чистую посуду. – Но я с вами согласна. Еще немного, и я начну разваливаться.

– Вот она, старость, – фыркнул Тревис. – Боюсь представить, что с людьми дальше происх…

Он не успел договорить – в живот прилетел комок влажной тряпки, благо чистой. На притворную злость Алексы Тревис тихонько рассмеялся. Дружеские отношения в коллективе оказались прекрасной почвой для подколов и шуток веселого парня. Алекса и Джулия никогда не обижались и не воспринимали их серьезно. Это были лишь шутки.

Свежий вечерний воздух прохладным ветерком обдувал щеки Алексы. Она сжимала кружку горячего чая, кутаясь в теплый плед. Ветер принес с собой запах влажной земли и деревьев, шум листьев на ветру. Они прогоняли накопившуюся усталость и насыщали энергией.

В голове все еще витал вопрос: что она загадала? Случайное воспоминание занимало большую часть мыслей, прогоняя остальные.

Лишь ожидание утра и встречи с Паркером помогли ей оторваться от созерцания ночного города. Вдохнув вечерний воздух в последний раз, она закрыла окно.

Почесывая вездесущего Мартина, Алекса внезапно улыбнулась.

В тот первый день осени, в день их первой встречи, она пожелала немножечко счастья.