Трагическая судьба Малороссии берет свое начало в XIV веке. Напомню, что термин этот впервые появился в византийских документах в 1303 году для обозначения новосозданной митрополии – Галицкой, отделенной от Киевской. Для управления паствой юго-западной Руси константинопольским патриархом Афанасием была образована галицкая митрополия в «королевстве Руси» в Галиче, где был возведен в сан митрополита галицкий епископ Нифонт. Это сугубо церковное событие можно официально называть основанием Малой Руси.
Всего за треть века сам термин из употребления патриархии и священства перешел в светский обиход.
Изначально на этой территории было создано Галицко-Волынское княжество в 1199 году. Началось оно с захвата Галича волынским князем Романом Мстиславовичем, который объединил два княжества – Волынское и Галицкое, воспользовавшись усобицей местных правителей. Правды ради надо сказать, что объединение это прожило всего шесть лет и распалось со смертью князя Романа в 1205 году. Волынью начал править сын Романа Даниил, а Галиция заполыхала в огне междоусобиц. Правили Галичем в ту пору то русские, то польские князья: сын князя Игоря Святославовича (герой «Слова о полку Игореве») Владимир с братьями, и венгерские принцы Кальман и Эндре, и новгородский князь Мстислав Удатный, и боярин Владислав Кормильчич. Могущества Галицко-Волынское княжество достигло при потомках Даниила Льве Данииловиче и Юрии Львовиче, но закат случился на сыновьях последнего Андрее и Льве, которые погибли в результате сражений с татарами в 1323 году. Это были последние потомки русского князя Романа Мстиславовича на Галичине.
В результате власть в Галиции взяли местные бояре, они же и пригласили на княжение польского мазовецкого князя Болеслава Тройденовича, мать которого, Мария Юрьевна, была сестрой одного из последних галицких князей. Принимая православие, Болеслав Тройденович взял себе имя Юрий и с той поры стал называться Юрий-Болеслав. От него до нас дошло несколько грамот. В одной из них от 20 октября 1335 года Юрий именуется «Dei gratia natus dux minoris Russiae» («Божьей милостью природный князь Малой Руси»). Это первый светский документ, в котором встречается термин «Малая Русь». Можно предположить, что сам князь вкладывал в это понятие не только принадлежность к митрополии, малой частью которой он владел, но и малость самой территории по сравнению с московскими да литовскими князьями.
Судьба первого князя Малороссии была незавидной. В 1340 году бояре (аналог нынешних олигархов) в результате интриг и противостояния группировок отравили Юрия-Болеслава, чем завершили время самостоятельных галицких князей. Но само понятие Малороссии с той поры вошло как в духовный, так и в светский обиход.
В 1347 году император Иоанн Кантакузин в грамоте волынскому князю Любарту перечислил семь епархий Малой Руси, причем внес в ее состав даже Смоленск.
Одновременно с этим польский король Казимир Великий (1310–1370) именуется не иначе как «король Ляхии и Малой Руси». Причиной такого титула стало распространение его власти на большую часть владений покойного Юрия-Болеслава.
С прекращением существования Галицко-Волынского княжества (1340 год) термин «Малая Русь» в светском употреблении фактически погас, тогда как в документах патриархии и священства использовался вплоть до начала XV века для обозначения Галицкой митрополии. Затем после захвата русской галицкой земли Западом это понятие фактически исчезло на столетие, чтобы возродиться как символ русского сопротивления западной экспансии.
На примере Галиции можно и нужно проследить поучительный процесс последствий разрозненности и предательства среди русских элит, от князей до бояр. Хищнический западный сосед всегда рад воспользоваться нашей слабостью гражданского противостояния.
Еще за столетие до княжения Юрия-Болеслава случилась коллизия двух великих правителей Древней Руси: святого благоверного великого князя Александра Невского и князя Даниила Галицкого – первого и последнего русского короля.
Такое сопоставление уже было проведено почти 100 лет назад выдающимся русским историком Г. В. Вернадским (это сын академика В. И. Вернадского) в его блестящей статье «Два подвига св. Александра Невского», опубликованной в Праге в журнале «Евразийский временник» в 1925 году. В ней Георгий Вернадский писал: «Александр Невский и Даниил Галицкий олицетворяют собою два исконных культурных типа истории русской, и даже шире того, мировой: тип “западника” и тип “восточника”… Яркими маяками двух мирочувствований светят нам образы двух русских князей – Даниила Галицкого и Александра Невского. Наследием блестящих, но не продуманных, подвигом одного было латинское рабство Руси юго-западной. Наследием подвигов другого явилось великое Государство Российское». И еще: «Два подвига Александра Невского – подвиг брани на Западе и подвиг смирения на Востоке – имели одну цель: сохранение православия как нравственно-политической силы русского народа».
Политика святого князя Александра Невского и Даниила Галицкого была антагонистична по сути своей. Один выстраивал ее ради сохранения судьбы православия, другой – ради сохранения себя во власти. Оба правителя были прагматиками, но целеполагания их прагматизма были разные. Для святого князя Александра Невского наивысшей целью были защита и сохранение православия как истинной веры исповедовавшего ее русского народа. Тогда как Даниил Галицкий размышлял и действовал как обычный для всех времен западник и европейский феодал, где важнейшей задачей является сохранение собственной власти. Ради достижения этой цели он шел на всяческие ухищрения и уклонения от разорительной для края войны. Что привело его в полнейшее подчинение римскому Папе, который обещал Даниилу помощь и защиту от орд монголов. Но никакое вассальное положение, никакие регалии «первого русского короля» в результате не спасли Даниила от разорения его края. В результате он зависел как от Ватикана, так и от монголов, не имея права и возможностей на собственное решение своей судьбы. С этого момента началось падение княжества и за 100 лет оно вовсе исчезло, растворившись в Польше. Народ же Галиции – первой исторической Родины Малороссии – начал утрачивать свои национальные русские черты и к XX веку превратился в сражающихся со всем русским «украинцев».
Святой Александр Невский, напротив, проявил христианское смирение перед татарскими ордами, но встал на защиту православной веры от агрессивной полонизации католицизма. Эта позиция позволила князю не только сохранить православие, но и княжество, и русский народ. Он создал именно ту модель внешней политики государства Российского, которая позволила в дальнейшем нам созидать и укрепляться: мощная оборона на западе и прирастание землею и народами на востоке. Исполнились в делах Александра Невского слова Христовы: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6, 33).
Даниил Галицкий же своей судьбой должен служить примером западничества: за отказ от своего русского естества под сладкоголосые обещания безопасности, верности и мира от Европы сплошные обман, предательство и уничтожение. Так было в начале прошлого тысячелетия, так происходит и сегодня. Пора бы уже нам выучить этот исторический урок – мало стараться жить в мире, надо еще и быть верным Богу, верным своему народу, верным своему роду.
Да, избежать братоубийственной бойни отчасти удалось юго-западному княжеству династии Рюриковичей, созданному в результате объединения волынских и галицких земель Романом Мстиславичем в Галицко-Волынское княжество (1199–1392), но платой за это стало отречение от русского корня, когда к своим рукам это княжество прибрал папа римский Иннокентий IV в 1254 году. Он же и даровал Даниилу Галицкому в Дорогочине королевский титул «Короля Руси», и дальше западная цивилизация, чьей окраиной стали эти земли на соприкосновении с русской цивилизацией, использовала бывших русских людей для постепенного поглощения новых и новых окраинных территорий через столкновение с оставшимися верными русскому началу братьями на востоке от Галичины. Этот процесс продолжается и до сегодня.
Надо сказать, что «на заре туманной юности» Галицкое княжество имело свои общерусские культурные достижения. Здесь была создана древнейшая восточнославянская редакция Евангелия, которая заметно отличалась от известной первой редакции, заимствованной у южных славян. Здесь же велось собственное летописание. За достаточно короткий период существования Галицкой митрополии в самом Галиче было воздвигнуто более 30 монументальных каменных сооружений. Самым большим из них стал Успенский собор – величественный храм Галича, построенный в связи с созданием здесь в 1157 году епископии. Активная православная жизнь митрополии привела в эти края большое количество колоний выходцев с Востока: армян, караимов, евреев, сирийцев, греков, болгар. Все они были носителями тех или иных ремесел, поднимающих на новый технологический уровень быт местного населения.
Недолгий период провозглашения Галиции Малой Русью и компромисс между польскими и литовскими правителями за счет союза польского магната и литовской княжны, закончился фактически со смертью правителя некогда могущественного Галицко-Волынского княжества Юрия II Болеслава в 1340 году. Покойный князь все годы своего правления всячески поддерживал католиков, невзирая на то, что принял православие. Он способствовал переселению немцев в Галицию, пытаясь расширить католическую общину за счет преследования православных. Такой ход событий очень раздражал местную «русскую партию». Масла в огонь еще подливали непомерные налоги для обычного народа. Можно сказать, что польский магнат со своими подходами не прижился на галичской земле. В результате его отравили. Его жена Евфимия, дочь литовского князя Гедимина, пережила мужа на два года и тоже закончила жизнь от отравления. Детей у них не было. Вероятно, местные бояре собирались пригласить к себе править князя из числа дальних родственников отравленных. Но польский король Казимир III решил по-другому.
Пользуясь ситуацией безвластия, он собрал небольшой отряд из немецких наемников, поскольку времени на формирование большого войска у него не было, и к концу апреля 1340 года явился к стенам Львова. Надо сказать, что за окатоличивание Галиции русские после смерти Юрия II Болеслава начали мстить всем, включая немецких переселенцев. Потому приход немецких солдат под предлогом защиты католиков произвел эффект такой силы, что Львов практически сдался без боя на милость Казимира, что находит свое подтверждение в хрониках. Казимиру удалось остановить расправы русских над католиками, но сил удержать эту землю отрядом наемников у него не было. Но Казимир предусмотрительно начал собирать большое войско еще до похода с немецкими наемниками на Львов с прицелом на лето 1341 года.
Но к тому времени в Галиции выдвинулся боярин Дмитрий Дедько, сыгравший одну из главных ролей в отражении нового польского вторжения, который при покойном князе Юрии Болеславе был перемышльским воеводой и предводителем галицкого боярства. Напомню, что к тому времени Галицко-Волынское княжество вместе с остальными русскими землями платило дань ордынцам за отсутствие набегов. Потому Дмитрий Дедько вместе со служилым князем Даниилом Острожским весной 1340 года, сразу после первого нападения польского короля, отбыли в ставку правителя Золотой Орды хану Узбеку с целью попросить помощи в защите от Казимира. Посланцы в мрачных красках обрисовали последствия польского нападения, педалируя на невозможности в дальнейшем платить дань Узбеку. Этот тактический ход позволил галичанам получить в помощь большое татарское войско, которое уже к декабрю 1340 года было в Галиции и устроило настоящий ад для польских и венгерских земель, принеся им колоссальный ущерб, судя по написанному в хронике. Правители король Казимир и Людовик Венгерский были вынуждены обратиться за помощью и защитой к папе Римскому. Они молили понтифика организовать крестовый поход. Они обращались за помощью к другим европейским монахам. Но все эти вопли не возымели никакого действия. Европа сделала вид, что ничего особенного не произошло.
В результате король Казимир был вынужден отказаться от своих амбиций полноправно править Галицко-Волынским княжеством. Ради нивелирования конфликта в 1341 году был заключен договор под гарантии с одной стороны папы Римского, а с другой – хана Узбека. По нему Галиция перешла под власть польского короля, но сохранила все свои законы и обычаи. Дедько стал «управителем и старостой Русской земли» («provisor seu capitaneus terre Russie»), оставаясь господином Галиции до самой своей смерти. При этом боярин Дедько признал над собой формальное верховенство Казимира.
Хватило этого договора с поляками на восемь лет. Сразу после смерти Дедько в 1349 году польское войско выдвинулось на русские земли. Первым ударом поляки захватили Волынь, где первым пал город Владимир. Луцк, кстати, выдержал осаду и сумел отразить нападение. После они пошли на Холм. Героическая оборона города вынудила захватчиков применять метательные машины и фактически стереть город с лица земли. Это техническое новшество стало демонстрацией возможностей Казимирового войска и примером для всех остальных русских городов. В результате Белз, Галич и Львов сдались на милость победителей без боя.
Но еще почти столетие жители Галиции сопротивлялись полонизации. Только к 1434 году общепольские законы начали действовать по всей территории края. К тому времени Галиция полностью утратила свой особый статус, завоеванный у польского короля боярином Дедько при поддержке татарского войска. Прежнее Галицкое княжество стало теперь Русским воеводством (Województwo ruskie) Польского королевства, включавшим в себя Львовскую, Перемышльскую, Санокскую (от города Санок), Белзскую, Холмскую и собственно Галичскую земли. Часть галицких земель входили также в Подольское воеводство. Сохранялось и прежнее название Червонная Русь (по латыни Russia Rubra). Галицкое боярство с одобрением восприняло слияние Галиции с Польшей. Дело в том, что в собственно Польше уже начала складываться система, при которой крупные феодалы (магнаты) и мелкие (шляхта) был полностью освобождены от повинностей и разнообразных служб и имели полную власть в королевстве. Теперь галицкое боярство добилось неограниченной власти в своих владениях и стало быстро превращаться в поляков, презирая народ.
После этого территория Галицкой Руси – исторически самой первой Малороссии – оказывается под польской оккупацией на невероятно долгий срок – до 1939 года, то есть почти на 600 лет! Вплоть до 1939 года здесь господствовали поляки, в том числе и в те времена, когда и собственного польского государства не существовало. Шестивековой разрыв с основной массой малороссийского народа наложил глубочайший отпечаток на быт, культуру и менталитет галичан. Этот пример лучше всего нам показывает, что бывает с отколовшейся частью Руси, надеявшейся стать «частью европейского сообщества», но в результате этого оказывающейся лишенной своей национальности, своей веры и своей исторической памяти.