Фактически на протяжении пяти веков происходила насильственная украинизация малороссов, начиная с того момента, когда исконно русские земли попали в состав враждебного всему русскому (от народа до веры) польско-литовского государства. Но особенно жестокая украинизация Малороссии происходила в течение всего ХХ и первой четверти XXI века. Начали ее австро-венгры геноцидом русинов Галичины в концлагерях Талергоф и Терезин в 1914–1916 годах, продолжили и фактически стали бабкой-повитухой большевики в 1920–1930-х годах, гитлеровские оккупанты в 1941–1945 годах внесли свою кровавую лепту, затем в более мягкой форме продолжили дело своих отцов-большевиков советские коммунисты с 1950-х по 1990-е, ну и завершили этот процесс уже наши современники в границах «самостийной» и «незалежной» Украины, проводя открытую политику насильственной коренизации русского большинства в украинском государстве, смыслом существования которого стала борьба со всем русским, что привело к гражданской войне.

После свержения русского царя, начиная с марта 1917 года и по сей день, какие бы власти ни приходили на земли Малороссии, все они пытались строить здесь по западным планам «Проекта Бетмана–Хольвега» или Нартмана–Бисмарка в очерченных ими границах Украину. Причиной является их элементарное желание править, ради чего они использовали принцип «разделяй и властвуй». Без русской православной власти, которую олицетворял и охранял монарх, все пришлые аферисты-украинизаторы стремились разделить триединый русский народ и стереть его родовую память.

Идеолог украинского нацизма, генерал-хорунжий УПА, руководитель ОУН, который после смерти Шухевича занял все его должности, включая главного командира УПА, Кук Василий Степанович открыто заявлял, что до того, как стать украинцами, они все были русскими:

«В австрийские времена еще украинцев не было. Тогда официальным названием было «рутены», а так нас называли «русины». Все назывались «русинами». И еще до 1918 года, когда развалилась Австрия, тогда уже начали говорить, что мы украинцы. А так считалось, что мы все русины».

Как утверждает публицист и депутат Госдумы Андрей Медведев, самое ужасное в этой истории то, что русины боролись за свою русскую идентичность веками и побеждали, пока не пришли большевики:

«Русины-рутены (то есть подкарпатские русские) за сохранение своей идентичности боролись столетиями. Сначала в Польше, потом в Австро-Венгрии. Даже когда Вена все же создала политических «украинцев», даже после страшных этнических чисток русинов в 1914 году, люди вопреки всему продолжали быть русскими, писать и говорить на русском.

Да, во Львове говорили на русском еще в 20-е и 30-е годы XX века. В 1924 году львовские русские (русины, если хотите) издали книгу воспоминаний о геноциде русских 1914 года.

ПРОПАМЯТНАЯ КНИГА

австрiйскихъ жестокостей, изуверстствъ и

насилий надъ карпато-русскимъ народомъ

во время Bceмiрной войны.

Если вы откроете «Талергофский альманах», то увидите, что читать его вам совсем не трудно. Это обычный русский язык. Ну может процентов пять слов будут непонятны. До 1939 года в Галиции существовала Русско-Селянская организация. В СССР традиционно называли РСО реакционной кулацкой партией. В действительности у карпаторусов были и свои институты, и газеты, и сельхозкооперативы. Во время выборов 1928 года за список РСО-РНО в Галиции проголосовало 80 тысяч человек. За русскую партию. В Польше. В Галиции. Во Львове. Который якобы весь украинский такой. Ну да.

А потом был 1939 год. Красную Армию русины встречали цветами. Это правда. Потому что они, по наивности думали, что это как в 1914 году пришли русские освободители.

Но это пришли большевики. И принесли в Галицию красный террор. Сначала арестовали карпаторусскую интеллигенцию: педагогов, профессоров, юристов, журналистов. Членов РСО арестовывали просто за то, что слишком русские.

Потом пошли по людям попроще. Агроном? Учился в польском институте? Ну все, как буржуазный элемент в тюрьму. А карпаторуссы всем селом собирали деньги, чтобы талантливая молодежь могла высшее образование получить. Потом была массовая казнь заключенных во Львове, в тюрьме (да, расскажите мне, что это нацистская пропаганда). И карпаторусская молодежь действительно пошла к бандеровцам. От разочарования в русских, в советских, в вере отцов в русское дело. Не вся пошла молодежь, но были и такие. Да, немного примитивные реакции. Но молодость не прощает.

Так русская молодежь из Харькова, Одессы или Херсона в 2014 году пошла в «Азов» и прочие батальоны. Ей просто политтехнологи показали, что быть русским не круто. Причем используя примеры из российских реалий.

Так вот, в Галиции карпаторуссы в советской власти очень сильно разочаровались. Потому что эта власть запретила им быть русскими окончательно. В 1945 году, карпаторусские лидеры, священник Алексей Кобалюк и педагог Георгий Геровский отправили делегацию в Москву. Карпаторуссы просили хотя бы Закарпатье не присоединять к Украине:

«Мы решительно против присоединения нашей территории к Украинской ССР. Мы не хотим быть чехами, ни украинцами, мы хотим быть русскими (русинами) и свою землю желаем видеть автономной, но в пределах Советской России».

Что им ответили? Угадаем?

Так вот. Украинство в Галиции это дело рук большевиков куда в большей степени, чем поляков или австрийцев. Это большевики уничтожили остатки русского мира в Галиции, где после войны проводили тотальную украинизацию. Да, Львов надо было украинизировать.

И когда красные инфоцыгане (то есть балаболы буржуа, изображающие коммунистов) рассказывают вам, как Ленин и Сталин ценили русский народ, вы просто историю Галиции вспоминайте почаще.

Это все никак не отменяет ни истории УПА, ни истории украинского нацизма. Только вот одно «но». Карпаторуссы могли бы быть противовесом украинским нацистам в Галиции. Но большевики, построившие из ничего целую Советскую Украину, не хотели противовеса украинскому нацизму. Они просто хотели, чтобы национализм украинский был советский, карманный, культурно-этнографический. Потому и пестовали его.

И потому правая рука Бандеры «шановный» Василь Кук работал в Институте истории Академии наук Украинской ССР.

А вы спрашиваете, откуда же на Украине нацисты? У нас же в СССР дружба народов была».

За это преступление большевиков – раскол русского народа на части – сегодня платят кровавую цену и русские великороссы с белороссами, и обманутые «украинством» малороссы.

Я намеренно взял в книгу все размышление Андрея Медведева без купюр, поскольку в нем точно очерчены причинно-следственные связи происходившего тогда и происходящего ныне. Даже первый концентрационный лагерь в истории человечества Талергоф, в который бросали исключительно русских людей, их уничтожали прежде всего по национальному признаку… Даже Талергоф не смог сломить русинов.

Талергоф – концентрационный лагерь, созданный властями Австро-Венгерской империи в первые дни Первой мировой войны. Сюда были депортированы жители Галиции и Буковины, симпатизирующие или предположительно симпатизирующие России, высланные из Галиции по заявлениям поляков и украинофилов. До зимы 1915 года в Талергофе не было бараков. Люди лежали на земле под открытым небом в дождь и мороз. Всего через Талергоф с 4 сентября 1914 года до 10 мая 1917 года прошло не менее 20 тысяч русофильски настроенных галичан и буковинцев, только в первые полтора года погибло около 3 тысяч заключенных. По данным галицкого общественного деятеля Дмитрия Маркова, 3800 человек были казнены только за первую половину 1915 года, в том числе около 200–250 студентов, помещенных в лагерь по обвинению в симпатиях к Российской империи, причем доказательством этому служили найденные у них русскоязычные книги. Позже в лагере были выстроены бараки и все необходимые для таких учреждений атрибуты: несколько рядов колючей проволоки, вышки с часовыми, лай собак, плакаты с лозунгами, наглядная агитация, помещения для пыток, ров для расстрелов, виселицы и кладбище. Австро-венгерские власти уничтожили во время Первой мировой войны не менее 60 тысяч русинов, подданных Австро-Венгрии: стариков, мужчин, женщин, детей. Некоторых особенно упорных русинов, защищавших свою русскую честь и вступавших в спор с палачами, даже распяли на крестах!

В начале ХХ века жители Прикарпатской Руси, называющие себя русинами, тогда еще и не слышали об украинцах и мечтали о воссоединении с Россией, за что были прозваны «москвофилами». В начале Первой мировой войны австрийские власти на основании доносов «національно свідомих галичан-українців» арестовывают почти всю русскую интеллигенцию Галиции и тысячи крестьян. Обучение русскому литературному языку и чтение газет из России приравнивается к государственной измене.

«В самом начале войны, – вспоминал русский галичанин Илья Терех, – австрийские власти арестовали почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и преданным административным и военным властям украинофилами, сельскими учителями и попиками». Австро-венгры радикально и жестоко разбирались с русинскими организациями, фактически арестовывая всех подряд при малейшем подозрении. В концлагерь бросали даже за русское имя, русскую книгу при себе или за знание русской грамоты. Русских вешали на деревьях, фонарных столбах или памятниках, чтобы рядом с трупом русского сфотографироваться. Это был самый настоящий геноцид, когда людей казнили без суда и следствия. Обвиняемых в русскости было настолько много, что душегубам пришлось открыть первые в истории человечества концентрационные лагеря: Талергоф в Штирии, Терезин в Северной Чехии. «Сичевые стрельцы» (СС), первые в истории украинские эсэсовцы-русофобы, сочинили в то время веселую садистскую песенку о повешенных ими земляках-русинах:

Потому не стоит удивляться, когда современные украинские нацисты подобно нынешнему мэру Днепропетровска Филатову на убийство светоча русской культуры Олеся Бузины пишут про их «бандеровский классический аттентат» и предлагают «обещать все, что угодно, а вешать нас они будут потом». У таких титульных украинцев идейные вдохновители творили и не такое.

Первым русским новомучеником ХХ века, убитым задолго до устроенного большевиками против православной России геноцида, стал священномученик Максим Сандович, называемый Горлицким (день памяти – 6 сентября). По доносу титульных украинцев батюшка был арестован и брошен в горлицкую тюрьму на четвертый день после начала войны – 4 августа 1914 года. На следующий день австро-венгры арестовали его семью, включая беременную жену Пелагию. Смерть семейства должна была положить конец возрождавшемуся у лемков русскому народному и православному сознанию. Уже 6 сентября отца Максима на глазах у его отца и беременной жены вывели на расстрел. Прежде чем раздался залп, он успел выкрикнуть: «Да живет святое Православие! Да живет Святая Русь!» Потом убили всех остальных его родных, включая детей.

Известный украинофил и отъявленный русофоб Василь Маковский в 1934 году во Львове опубликовал свои воспоминания о концлагере Терезин, куда он был брошен по ошибке. Он пишет про то, что венгры особо не отличали русских от украинцев. А как их отличишь, спрашивается? Вот и говорили: «А нам плевать – русин ты или украинец. Для нас вы все одинаковые». И недоумевал титульный украинец, как это его, невиновного, в каталажку загребли. А все просто. За то, что русин. Но русины у того же Маковского виновны все. Аресты и казни русских не вызывают у него протеста. Они виноваты!

А стать украинцем было проще простого. Как пишет в своих мемуарах Маковский, у русинов была возможность спастись от концлагеря, отказавшись от своего русского имени и записавшись в «украинцы» в специальный «украинский листок». Только в 1914 году из 5700 заключенных русинов украинцами записались лишь 312, которые вышли из Талергофа. Остальные остались в его застенках и были зверски замучены за право умереть русскими.

Хочу обратить на эту мысль особое внимание: украинцами называли себя те, кто отрекся от своей православной веры и от себя русского. В этом предложении сформулирована вся суть украинства. Именно такое понимание данного явления позволяет осознать глубинные причины сотен лет ненависти, предательств, стяжательства и желания иметь (не создать, а именно иметь) собственную страну, коими написана история украинства.

Работу по выведению искусственной «украинской нации» продолжили после окончания Первой мировой войны большевики, распространив практику насилия на всю территорию созданной ими УССР. В 1921 году, выступая на X съезде партии, Сталин заявил: «Недавно еще говорилось, что украинская республика и украинская национальность – выдумка немцев. Между тем ясно, что украинская национальность существует, и развитие ее культуры составляет обязанность коммунистов. Нельзя идти против истории. Ясно, что если в городах Украины до сих пор еще преобладают русские элементы, то с течением времени эти города будут неизбежно украинизированы» (Сталин И. В. Марксизм и национально-колониальный вопрос. М., 1937. С. 81).

Зачем же им понадобилось создавать искусственный «народ»? Этот вопрос меня беспокоит уже второе десятилетие исследований. К сожалению, пока ответ на него находится в бездоказательной плоскости. Ведь по факту никаких практических выгод создание искусственных наций не приносило, скорее наоборот. Но все же есть попытки объяснить причину такой модели государствообразования. Кто-то видит в этом технологию управления большими территориями и массами по принципу «разделяй и властвуй». Кто-то находит ответ на этот вопрос в глубокой ненависти большевиков ко всему русскому, от народа до веры. Кто-то ищет ответ в закулисном сговоре большевистских бонз с западными элитами и разного рода русофобскими тайными организациями, которые финансировали и поддерживали большевиков до революции. Почему бы им не взаимодействовать и после? Если это предположение верно, то одним из главных условий сохранения СССР со стороны Запада была его внутренняя дерусификация через искусственное расчленение как русских земель, так и русского народа по национальному признаку. Выполнение этой домашней работы большевиками наряду с доступом Запада к дешевым русским ресурсам и условно контролируемый через тайные общества западными элитами СССР – все это в совокупности устраивало западных партнеров и позволяло советским бонзам существовать во власти. Я лично сторонник последней версии причин произошедшего.

Это именно большевики отменили само название «малоросс» и заместили его придуманным поляками именем «украинец». Удивительным образом границы придуманной Западом Украины по планам «Проекта Бетмана–Хольвега» или Нартмана–Бисмарка фактически совпали с границами УССР. После Гражданской войны большевики создали Украинскую социалистическую советскую Республику, включив туда, помимо традиционных «малороссийских регионов», еще три новороссийские губернии: Таврическую, Екатеринославскую и Херсонскую, которые были завоеваны русскими в XVIII веке у татар. Добавили в УССР также Донбасс, который до этого находился в составе Области войска Донского.

Подтверждением тому, что большевики действовали в жесткой сцепке с Западом по украинскому вопросу, являются свидетельства самих революционеров. 30 января 1917 года, из письма И. Арманд (история, услышанная от бежавшего из германского плена солдата): «Пробыл год в немецком плену… в лагере из 27 000 человек украинцев. Немцы составляют лагеря по нациям и всеми силами откалывают их от России. Украинцам подослали ловких лекторов из Галиции. Результаты? Только-де 2000 были за «самостийность»… Остальные-де впадали в ярость при мысли об отделении от России и переходе к немцам или австрийцам. Факт знаменательный! Не верить нельзя. 27 000 – число большое. Год – срок большой. Условия для галицийской пропаганды – архиблагоприятные. И все же близость к великорусам брала верх!» (Ленин В. И. ППС. Т. 49. с. 377).

И еще одно свидетельство отношений к украинству со стороны малоросссов от убежденного и «свидомого» украинизатора от КП(б)У, наркома просвещения УССР Затонского: «Широкие украинские массы относились с… презрением к Украине. Почему это так было? Потому что тогда украинцы были с немцами… украинские крестьяне не терпели тогда «украинцев» (мы через делегацию Раковского в Киеве получали протоколы крестьянских собраний, протоколы в большинстве были с печатью сельского старосты и все на них расписывались – вот видите, какая чудесная конспирация была). В этих протоколах крестьяне писали нам: мы все чувствуем себя русскими и ненавидим немцев и украинцев и просим РСФСР, чтобы она присоединила нас к себе» (Перший всеукраїнський учительський з’їзд в Харькові від 5 до 11 січня 1925 р. Х., 1925. С. 65).

В газете «Русская мысль» в 1917–1918 годах ежедневно печатались длинные списки людей, под передовицей-лозунгом: «Я протестую против насильственной украинизации Юго-Западного края». Украинский общественный деятель Могилянский оставил воспоминания, где откровенно писал: «В той исторической стадии, в какой жило тогда население Украины, оно было более чем равнодушно ко всяким попыткам и затеям украинизации. Украинцы слишком много лгали на эту тему».

Он же обратил внимание на то, как немцы с австрийцами старались навязать украинство оккупированным малороссам: «Немцы и австрийцы, занимавшие Одессу, посылали обстоятельный доклад в Берлин и Вену… (который) красноречиво доказывал, что из украинизации практически ничего не выходит, ибо население стремится к русской школе, и всякий украинец, поступающий на службу, хотя бы сторожем на железную дорогу, стремится и говорить, и читать по-русски, а не по-украински».

То, что начали с таким трудом создавать и продвигать западники в лице сначала Польши, потом Австро-Венгрии, продолжили и реализовали большевики. Они смогли на время задавить могильной плитой украинства малороссов и кровавыми репрессиями, перемешанными с диктатурой украинства в течение трех поколений вымыть из сознания южных русских людей само понятие «малоросс».

21 сентября 1920 года началась системная централизованная украинизация созданной Украины с особым упором на русский Юго-Восток. В этот день Совет народных комиссаров УССР издал первый развернутый документ о мерах по внедрению в республике украинского языка. Еще шли бои с Пилсудским и Врангелем, еще не был создан Советский Союз, а украинское правительство в Харькове уже приступило к решению национального вопроса.

Постановление СНК УССР о введении украинского языка в школах и советских учреждениях состояло из девяти пунктов. Сама лексика этого русскоязычного документа свидетельствует о том значении, которое придавалось этому вопросу. Он пестрит такими выражениями как: «срочно разработать», «немедленно ввести», «немедленно перевести», «немедленно организовать» и т. д.

Документ постановляет создать сеть украиноязычных учебных заведений всех уровней, приступить к выпуску учебных, художественных, периодических изданий на украинском языке, начать подготовку и прием на работу украиноязычных кадров в советские учреждения украинской республики.

Отдельным пунктом предписывается «Наркомпроду и Наркомзему свою популярную и пропагандистскую литературу издавать преимущественно на украинском языке», что ясно демонстрирует реальную сферу его применения.

Под документом «за председателя СНК» поставили подпись В. Я. Чубарь (выходец из Екатеринославской губернии, большевик с дореволюционным стажем, занимавший руководящие посты в народном хозяйстве РСФСР и УССР) и секретарь СНК УССР Л. С. Ахматов (настоящая фамилия Ахманицкий, юрист, член УКП (боротьбистов).

Курс на «коренизацию» был впервые озвучен Сталиным и принят XII съездом РКП(б) в 1923 году. Сталин продавил принципиальное кадровое решение, выдвинул кандидатом на пост нового Генерального секретаря ЦК КП(б)Украины своего ручного ставленника Лазаря Кагановича. Заставить разговаривать на украинском, создать «образцового советского украинца»! Именно такую задачу получает Каганович. Но вот как описывал рабочий-партиец в 1926 году (в письме в ЦК КП(б)У) ситуацию с «ридною мовою» Луганска: «Убежден, что 50 % крестьянства Украины не понимает этого украинского языка, другая половина, если и понимает, то все же хуже, чем русский язык… Тогда зачем такое угощение для крестьян?

Я не говорю уже о «Коммунисте» на украинском языке. Одна часть, более сознательная, подписку не прекращает и самым добросовестным образом складывает газеты для хозяйственных надобностей. Это ли не трагедия… Другая часть совсем не берет и не выписывает газет на украинском языке и только озираясь по сторонам (на предмет партийного контроля), запустит словцо по адресу украинизации».

«Современная Украина целиком и полностью была создана большевистской, коммунистической Россией. Этот процесс начался практически сразу после революции 1917 года. Причем Ленин и его соратники делали это весьма грубым по отношению к самой России способом, за счет отторжения от нее части ее собственных исторических территорий… В результате большевистской политики и возникла советская Украина, которую и в наши дни можно с полным основанием назвать Украина имени Владимира Ильича Ленина. Он ее автор и архитектор. Это целиком и полностью подтверждается архивными документами…» – заявил Владимир Путин накануне начала освободительной операции в своем выступлении 21 февраля 2022 года.

Из глубины столетия слова Владимира Владимировича поддерживает сам Ленин, который на выступлении 22 ноября (5 декабря) 1917 года заявил:

«Нам говорят, что Россия раздробится, распадется на отдельные республики, но нам нечего бояться этого. Сколько бы ни было самостоятельных республик, мы этого страшиться не станем. Для нас важно не то, где проходит государственная граница, а то, чтобы сохранялся союз между трудящимися всех наций для борьбы с буржуазией каких угодно наций».

Вторит Ильичу его соратник Н. И. Бухарин, выступая в 1923 году на XII съезде партии:

«Необходимо поставить русский народ в положение более низкое по сравнению с другими народами и тем самым купить себе настоящее доверие прежде угнетенных наций».

Но ведь именно так большевики и действовали. Они боролись не просто с Россией, они боролись с русским народом, всячески унижая его, обрезая, вырезая и уничтожая.

Президент Владимир Путин 21 февраля 2022 года в своем обращении к гражданам России четко обозначил роль большевиков и Ленина в судьбе русского народа:

«После революции главной задачей большевиков было любой ценой удержаться у власти. Именно любой ценой. Ради этого они шли на все. И на унизительные условия Брестского мира (в то время как кайзеровская Германия и ее союзники находились в тяжелейшем экономическом и военном положении, а исход Первой мировой войны был фактически предрешен). И на удовлетворение любых требований, любых хотелок со стороны националистов внутри страны.

С точки зрения исторических судеб России, ее народов, ленинские принципы государственного строительства оказались не просто ошибкой. Это было, как говорится, гораздо хуже, чем ошибка».

Своей главной задачи большевики и не скрывали – обрушение России. Для этого они делали ставку на разномастных националистов, включая или прежде всего украинских. В подтверждение моих слов предлагаю ознакомиться с заключительным словом по докладу об очередных задачах партии и национальном вопросе на X съезде РКП(б) 10 марта 1921 года. Еще одного лидера большевиков – Сталина: «Я имею записку о том, что мы, коммунисты, будто бы насаждаем белорусскую национальность искусственно. Это неверно, потому что существует белорусская нация, у которой имеется свой язык, отличный от русского, ввиду чего поднять культуру белорусского народа можно лишь на родном его языке. Такие же речи раздавались лет пять тому назад об Украине, об украинской нации. А недавно еще говорилось, что украинская республика и украинская нация – выдумка [c. 48] немцев. Между тем ясно, что украинская нация существует, и развитие ее культуры составляет обязанность коммунистов. Нельзя идти против истории. Ясно, что если в городах Украины до сих пор еще преобладают русские элементы, то с течением времени эти города будут неизбежно украинизированы».

К 1927 году более 80 % общеобразовательных школ в УССР преподавали на украинском языке. Из 426 газет республики 373 выходили на украинском языке – почти 80 %, хотя очевидно, что среди их читателей пропорция была обратная: 80 % были русскоязычными. Полностью русскоязычные города Малороссии сначала относились к политике Кагановича с иронией, быстро сменившейся на яростное раздражение. Профессор Толстой из Одессы написал: «Я считаю всех товарищей, которые перешли на чтение лекций на украинском языке, ренегатами».

В известном произведении украинского советского писателя Николая Кулиша «Мина Мазайло», в котором аккуратно описывается насильственная украинизация Слобожанщины, персонаж тетя Мотя, приехавшая к родственникам из Ростова в Харьков, говорит: «Приличнее быть изнасилованной, чем украинизированной».

Процесс ускорил массовый голод в СССР 1930–1933 годов, который организовали те же, кто занимался насильственной украинизацией: Чубарь, Влас – в 1923–1934 гг. – председатель Совета Народных Комиссаров (фактический глава) Украинской ССР; Косиор, Станислав – первый секретарь Коммунистической партии Украины с 1928-го по 1938 год; Скрипник, Николай – комиссар просвещения УССР с 1927-го по 1933 год; Шумский, Александр – комиссар просвещения УССР с 1924-го по 1927 год; Постышев, Павел – с 1926 года секретарь Харьковского окружкома и ЦК КП(б) Украины, с 1933-го – второй секретарь ЦК КП(б) Украины и секретарь Харьковского обкома, после переезда столицы УССР в Киев – первый секретарь Киевского обкома.

Фактически с середины 1930-х годов «украинизация» перестала встречать сопротивление среди населения. Власти почувствовали, что переломили ситуацию и немного ослабили удавку, вернув в школы русский вторым языком. Но процесс украинизации не остановили. В 1922 году было 6105 украинских школ, в 1930 году – уже 14 430. Украинизация прессы достигла в 1932 году – 88 %. В 1927–1929 годах в Киеве была организована крупнейшая в Европе киностудия, которую тут же загрузили на много лет вперед «национальной проблематикой». Прервала процесс украинизации Великая Отечественная война.

Германия напала на СССР. Сам факт нападения долгое время не мог принять Сталин. Он отказывался верить донесениям наших разведчиков. И даже 22 июня, когда гитлеровские фашисты бомбили наши города, он пребывал в глубоком молчании. Складывается впечатление, что Иосиф Виссарионович не понимал, почему на нас напал Запад, если мы выполняли все их требования? Ресурсы по дешевке продавали. Русских в рамках искусственно нарезанных республик перековывали. Царя убили. Православие практически уничтожили. Что еще большевики должны были сделать, чтобы остаться при власти?

Фактически с приходом гитлеровских нацистов на землях Малороссии началась новая форма украинизации русского народа – гитлеровская. В занятых фашистами малороссийских городах этим вопросом занимался геббельсовский отдел. Русский язык моментально запрещался, а вместо него вводился везде если не немецкий, то украинский.

Вот типичный в этом смысле материал из «Винницких вестей» за 26 сентября 1941 года. Автор возмущается: «В какое учреждение ни зайдешь, там еще слышен русский язык – будь то между самими украинцами-чиновниками, будь то людьми, пришедшими по делам, несмотря на то, что эти люди умеют говорить по-украински, то же самое встречаем по всем магазинам и ресторанам, где звучит только русский язык». И нацистская газета гневно провозглашает: «Это должно раз и навсегда исчезнуть – всюду должно господствовать наше риднэ слово». Здесь же опубликована и «евроинтеграционная» статья коллаборациониста Уласа Самчука «Европа и мы», в которой восхваляется Гитлер и гитлеровская армия как носители «европейской духовности и культуры». Кстати, в незалежной Украине во всех украинских школах в обязательном порядке учат произведения этого коллаборациониста.

Первая строка книги Нового Завета Евангелие от Иоанна: «В начале было слово». Именно на этой истине была построена основная доктрина языковой и культурной политики на Украине фашистской Германии, которой занимались сразу несколько организаций: Министерство занятых восточных территорий (Reichsministerium für die besetzten Ostgebiete), Рейхскомиссариат Остланд с официально подконтрольным ему Рейхскомиссариатом Украины.

Саму доктрину выписал Георг Шмидт-Рор, работавший в секретном социолингвистическом отделении СС и бесследно исчезнувший в феврале 1945 года. Он предлагал использовать атомизацию общества, культурный отрыв республик СССР от России, насаждение национализма и русофобии, как оружия в борьбе с советским народом:

«Союз Советских республик… должен быть разложен на свои естественные составляющие – на племена [sic!], где это только возможно. Под предлогом права нации на самоопределение необходимо создать этим племенам собственное национальное сознание, которое бы находилось в подчеркнутой оппозиции к русскому. Украинцам необходимо создать свой шрифт, свой словарный запас, сознательно отдаляющий его от русского языка. От того, будет ли достигнута эта цель, вполне может зависеть судьба грядущих веков».

Основные тезисы работы Шмидт-Рора:

– Управление языком – это управление народом.

Искусственным введением определенных слов и понятий вполне можно влиять на носителей языка, заставлять их думать и действовать по-другому. Сознательное создание украинского языка создаст соответствующий языку новый народ.

– Расширение сферы распространения определенного языка расширяет и власть народа – носителя этого языка.

Из этого следует не только то, что необходимо распространить немецкий по всему миру в качестве языка международного общения, но и, например, можно сократить сферу влияния русских, если заставить украинцев говорить только на украинском.

– Умелая игра на языковых конфликтах в Украине приведет к «уменьшению национальной энергии» народа.

– Организации, занимающиеся языковой политикой, не должны афишировать свою деятельность, чтобы не вызывать сопротивления со стороны народов, чей язык должен быть изменен (украинский, польский, чешский) или вообще исчезнуть (Прибалтика). Сопротивление приводит к образованию коллективизма, чувства общности всех социальных слоев, и это в свою очередь приводит к усилению сопротивления.

Другие ответственные за языковую и культурную политику организации сформулировали еще несколько идей, которые органично вписались в доктрину Шмидт-Рора. В конечном итоге планировавшиеся для Украины мероприятия выглядели следующим образом:

– Всеми силами ограничивать развитие интеллекта у местных жителей. Управлять тупой массой экономически выгодно и политически безопасно, т. к. она во все поверит, быстро станет полностью зависима от своих хозяев и при всем желании не сможет оказать серьезного сопротивления. Очень важный момент – они не должны сразу заметить, что их преднамеренно отупляют, так как это может вызвать рост партизанского движения. Поэтому необходимо было заставить народ как бы добровольно отказаться от образования: в голодные годы войны ввели плату за новые учебники, в школах не топили даже тогда, когда была для этого возможность. Когда фашисты заметили, что даже антисоветски настроенная интеллигенция протестует против закрытия университетов, пришлось пойти на хитрость – некоторые университеты открыли, но только номинально – никаких особых знаний там не давали. Обычно в них проводились небольшие курсы по скотоводству, ветеринарии (уметь лечить людей должны только немцы – это моментально создает зависимость) и горной промышленности, т. е. от университетов остались одни названия. Использовалось множество других способов имитировать заботу немцев о русском образовании – например, немцы объявили, что каждый русский и украинец имеет право на обучение в немецком вузе, но по тайному распоряжению Рейхскомиссариата Украины каждый желающий должен был получить отказ либо без основания, либо из-за какой-то недостающей справки. Исключение разрешалось делать лишь для самых «политически интересных», т. е. будущих предводителей коллаборационистов. Интеллектуальная элита нации должна быть уничтожена, и научные сотрудники, преподаватели вузов, опытные педагоги в первую очередь. Поэтому немцы собирались устроить курсы переподготовки некоторых учителей низшего звена (т. е. из сельских школ и т. п.), а от остальных избавиться любыми путями. На Украине их обычно отправляли на работу в Германию.

– Постепенно сокращать программу обучения и количество учебных заведений: сначала объявить введение семилетки, но быстро сократить образование до четырех, а затем и до трех классов. Цель обучения – научить считать до 500, писать свое имя, обучить профессии (работать славяне должны были с 11 лет), внушить «позитивное отношение к работе» и мысль, что Бог требует от каждого хорошего верующего безоговорочного послушания инструменту божьей воли на земле. Рейхскомиссариат Украины вообще полагал, что украинцам незачем ходить в школу, но свою точку зрения отстоять не смог.

– Ослабление центра за счет усиления регионов, поддержка местечкового национализма, различных церквей и сект для атомизации населения, т. е. местные сорочки и шаровары необходимо не только разрешить, но даже похвалить, а вот дружить с соседями нельзя. Если в каком-то регионе народ окажется ненадежный, склонный к бунтам, ему надо внушить мысль, что стерилизация и аборты – это современно, прогрессивно и зачастую неизбежно по медицинским причинам. А главное – никто этим бунтующим и вымирающим не поможет, ведь вокруг враги, у которых «своя хата с краю».

– Необходимо переписать историю для изменения «исторического самосознания народа».

– Для этой же цели изменить все географические названия (города, улицы), напоминающие о советской власти или родстве/дружбе с другими народами.

– Язык школ и официальной переписки – украинский. Русский должен быть постепенно вытеснен из русскоязычных регионов, и даже немецкое начальство обязано было учить украинский, чтоб местные не пользовались им, как тайным языком (на практике немцы с этим не справились). Самим украинцам учить немецкий воспрещалось, чтоб они не сочли себя более умственно развитыми, чем (одноязычные) немцы. Введение латиницы на Украине планировалось на 1944 год.

– Национальные меньшинства немецкого происхождения эвакуировать и сделать из них полноценных представителей «расы господ».

Конечная цель оставалось такой же, как у Шмидт-Рора – предельное ослабление русского народа, превращение его в массу мелких, полудиких, но очень «свободолюбивых» наций, где каждый район будет уверен в своем превосходстве над соседями, однако никогда не усомнится в законности господства «германской расы». Начальник Рейхскомиссариата Украины Мегуния объяснил это так: «Мы, немцы, пришли в эту страну не для того, чтоб сделать ее счастливой, а чтоб вытянуть из нее все, что только можно».

И в достижении этих целей гитлеровским фашистам очень пригодились украинские нацисты, которые еще со времен «Сечевых стрельцов» на службе австро-венграм проявили свою ненависть ко всему русскому.

Напомню лишь пару цитат одного из украинских идеологов и нацистских лидеров, Шухевича: «Не запугивать, а истреблять! Не надо бояться, что люди проклянут нас за жестокость. Пусть из 40 миллионов украинского населения останется половина – ничего ужасного в этом нет»;

«Если в будущей украинской державе повторится вековечный недуг с его симптомами междоусобиц, анархии, гуляйпольщины, братоубийства, неуважения собственной народом избранной власти, то тогда надо применять шоковое лечение. Такое лечение может осуществить только правительство сильной руки, состоящее из военных, а не из гражданских конъюнктурщиков».

Бандеровцы «СС Галичины» на службе Гитлеру смогли переплюнуть по жестокости эсэсовцев «Сечевых стрельцов». 22 марта 1943 года, карателями 118-го батальона шуцманшафта 201-й немецкой охранной дивизии были заживо сожжены 149 жителей деревни Хатынь, из них 75 детей. В батальон вошли украинские националисты из распущенного Буковинского куреня, связанного с ОУН (м). Одна из рот 118-го батальона была сформирована из военных 115-го шуцманшафт батальона. Операция проводилась под руководством специального подразделения СС зондербатальона «Дирлевангер» (нем. «SS-Sonderregiment Dirlewanger»). Командовал батальоном бывший польский майор Смовский, начальник штаба – бывший старший лейтенант Красной Армии Григорий Васюра, командир взвода – бывший лейтенант Красной Армии Василий Мелешко. Немецким «шефом» 118-го вспомогательного батальона был майор полиции Эрих Кернер.

Из взрослых жителей деревни выжил лишь 56-летний деревенский кузнец Иосиф Иосифович Каминский (1887–1973). Обгоревший и раненый, он пришел в сознание лишь поздно ночью, когда карательные отряды покинули деревню. Ему пришлось пережить еще один тяжкий удар: среди трупов односельчан он нашел своего сына Адама. Мальчик был смертельно ранен в живот, получил сильные ожоги. Он скончался на руках у отца. Иосиф Каминский с сыном Адамом послужили прототипами знаменитого памятника в мемориальном комплексе.

«Украинцы сначала разрезали животы, отрезали языки, а в конце выкалывали глаза, чтобы убитые как можно дольше все видели. Сначала убивали детей, чтобы родители видели это и слышали их крик, а потом то же самое делали с ними», – рассказывает полька Халина Залевская (из семьи Недзеля), которая восьмилетним ребенком пережила Волынскую резню.

«Зрелище было ужасное. У соседки был вырезан язык, выколоты глаза, она была обнажена и изрезана сверху донизу. Ее дети – девушка и парень, которым было примерно по 17 и 18 лет – у них тоже были отрезаны языки, выколоты глаза и все были изрезаны.

Маленький десятимесячный ребенок был прибит ножом к стене и так умер. Его головка и ручки свисали вниз, а по стене бежала кровь, была уже застывшей. Я до сих пор помню это и никогда не забуду это зрелище.

Других соседей в доме не было, потому что они куда-то уехали, но остались две их дочери. Обе были изуродованы и изрезаны. В третий дом я уже не пошла, страшно плакала и кричала, пока один немец не сказал моему отцу, чтобы он не позволял мне дальше смотреть на это. Однако то, что я увидела, было ужасно. Я своими глазами видела убитых и изуродованных соседей…

Они ограбили дома, усадьбы, позабирали скот и подожгли дома, также сожгли стог, в котором мы изначально прятались. Люди пытались спастись и бежать, но всех, кого они поймали, сразу убивали».

Показательная жестокость стала визитной карточкой украинских нацистов. Полковник Генерального Штаба немецкой армии Карл-Фридрих-Вильгельм фон Роде высказывался: «Руководство украинских повстанцев в своем большинстве воры и проходимцы – гнилой человеческий материал… Немцы не должны участвовать в кровавых расправах над мирным населением славянских земель – пусть карательными акциями занимаются люди из УПА. Эти голодранцы больше ничего не умеют».

«В «украинстве» сплелись самые низменные черты человеческого естества: ненависть к ближнему, предательство своего рода, политиканское корыстолюбие, садизм. «Украинство» стало отдушиной для противников Руси русского происхождения, сточной канавой русского народа», – Евгений Фенцик, «Нищие духом».

«Украинская национальная идея родилась из крови русинского народа, вызрела на польской почве, питаемой немецкими деньгами», – Андрей Карабелеш, «В горах и лесах».

«Чтобы без упреков для совести отправлять свой собственный народ на смерть, нужно сначала стать украинцем», – Кассиан Богатырец, «Талергофец».

«Украинство – ржавчина Руси! Оно уничтожит все то светлое русского, до чего дотянулись руки новоявленных украинцев», – Дезидерий Задор, «Исповедь».

Из воспоминаний советского офицера комендантского взвода от 1944 года: «Самым неприятным в службе комендантского взвода было приведение в исполнение приговоров бендеровцам, эти паскуды от страха старались перекусить себе вены и от этого были все в крови и говне, откуда у них было столько дерьма – неведомо. Их приходилось тянуть к месту казни, и эти метры сопровождались вонью и воем, на ногах они не держались. Зрелище было отвратительным, и не раз вставал вопрос о том, чтобы этих гнид стрелять в каком-то сарае и не демонстрировать этих уродов в полном «цвете», но приказ не меняли – вешать».

Могли ли они поступать по-другому? Ответом на этот вопрос пусть будет подвиг солдата вермахта ефрейтора Йозефа Шульца, который отказался расстреливать мирных жителей сербского села Вишевец в июле 1941 года со словами: «Я солдат, а не палач». После чего он положил свое оружие и встал рядом с приговоренными. Его расстреляли вместе с остальными. Он сделал свой выбор.

Советский кинорежиссер, автор документального фильма «Обыкновенный фашизм» Михаил Ромм сказал: «Нужно иметь немалое мужество, чтобы отдать жизнь за свою Родину. Но иногда не меньшее мужество нужно иметь, чтобы сказать «нет», когда все кругом говорят «да», чтобы остаться человеком, когда все кругом перестали быть людьми».

Великая Отечественная война закончилась. Мы победили. Разрушенная и обескровленная страна начала возвращаться на мирные рельсы и пытаться строить свою жизнь в новых реалиях традиционного для русских победителя мирового зла. Даже Сталин произнес известный тост в День Победы «За русский народ!»: «Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза».

На этом почитание русских закончилось, и советская номенклатура вернулась к своим русофобским заводским настройкам, продолжая переформатировать сознание русских людей в антирусских по сути своей в границах по живому нарезанных на русской земле республик, прежде всего в УССР и БССР.

Созданная в 1927 году киевская киностудия продолжила производить агитационную продукцию об отдельном от русских народе – украинцах. Главным идеологом этого процесса стал известный советский кинорежиссер и по совместительству русофоб Александр Довженко.

Когда-то впервые о русофобии в рядах творческих элитариев Украины меня заставили задуматься слова покойного Леонида Быкова, когда его герой Маэстро в фильме «В бой идут одни «старики» рассуждал о том, что небо голубее и трава зеленее на его Украине. Это при том, что Леонида Быкова я никогда русофобом не считал, но… Задуматься заставило.

Мой отец Владимир Кот был знаком с Быковым и несколько раз появлялся в компании украинской артистической элиты, где рядом с Быковым были Борис Брондуков, Ада Роговцева (ярая русофобка), Иван Миколайчук (украинский националист), Иван Гаврилюк (украинский нацист), Нина Матвиенко (мать нацистки). В общем, в этой компании многие были активными или латентными русофобами, которые всем своим творчеством работали на суверенную украинскую идею. Может, потому и не прижился мой папа в этой компании. Слишком рубил правду-матку.

Но сегодня благодаря историку Дюкову хочу отдельно остановиться на известном советском украинском кинорежиссере Александре Довженко.

Уверен, для многих это будет открытием – Довженко был отъявленным русофобом, что помогло ему состояться не только в профессии, но и в политическом украинском проекте.

1. Довженко о русских: «Русский народ – это полукровка».

«Русский народ внес в нынешнюю жизнь свои исторические черты. Раньше искореняли староверов – теперь искореняют оппозицию. Раньше тупо молились – теперь так же тупо повторяют заученные слова из газет. Русский народ – это полукровка, в нем – и татарская кровь, и мордовская… Кацапы, одним словом. Украинцы – и добрее, и умнее, и интереснее».

2. Довженко о России: «Страна Хлестаковых, Маниловых, Смердяковых и Держиморд».

«Паршивенький Урюпинск. Сижу в городском саду, загаженном русским духом, кругом пустота и мерзость провинции» (дневниковая запись от 8 июля 1942 г.).

«Балашов. Убогий русский грязный городок…

– Люди здесь злые и жестокие, – говорит мне наша киевлянка, которую судьба загнала сюда во время эвакуации» (дневниковая запись от 12 июля 1942 г.).

«В Саратове неприятные люди. Грубые и некрасивые. Много лиц бандитско-хулиганских. Город безвкусен, как и все русские города» (дневниковая запись между 14 и 20 июля 1942 г.).

«Мы проехали от Саратова до Тамбова… По тротуару проходят тупые и некрасивые люди. Ни одного красивого лица. Ни одного приветливого выражения, ни стройной четкой фигуры. Ободранные старые и молодые люди ходят без каких-либо знаков человеческого достоинства в позах. Они похожи на муляжи или на расхлябанных чудовищ. Вид такой, будто из них вынут мозг… Страна Хлестаковых, Маниловых, Смердяковых и Держиморд» (дневниковая запись от 7 августа 1942 г.).

…В записи от 8 августа 1942 года, впрочем, появляются «прекрасные русские люди» – глава облвоенкомата Тамбова и секретарь обкома Рязани. Они помогли Довженко бензином.

3. И еще из агентурных сообщений НКВД о Довженко и советской украинизации.

13 февраля 1941 года: «На днях, во время моего последнего приезда в Киев, ДОВЖЕНКО рассказал (в присутствии А. Г. КАНТОРОВИЧА – работника Всесоюзного кинокомитета) о своем последнем разговоре с т. Н. С. ХРУЩЕВЫМ: «…Мне Никита Сергеевич сказал, что все мои установки полностью верны. Студия должна ставить только украинские темы и работать должны украинские режиссеры. Я сказал Никите Сергеевичу, что меня обвинили в антисемитизме за то, что я не дал постановки нескольким режиссерам-евреям. Никита Сергеевич сказал мне: „Не слушайте никого, гоните их в шею, а если надо – ссылайтесь на меня“. Никита Сергеевич еще сказал, если сможете, завтра, когда я буду на студии, задайте мне вопрос на эту тему и я дам разъяснение всем режиссерам».

Надо сказать, что ДОВЖЕНКО, видимо, искажает установки, получаемые в ЦК партии. Доказательством может служить следующее: И. А. САВЧЕНКО (режиссер кинофильма «Богдан Хмельницкий») и А. Г. КАНТОРОВИЧ рассказали мне о том, что говорил тов. Н. С. ХРУЩЕВ на киностудии после просмотра фильма «Богдан Хмельницкий», а именно: «Киевская киностудия, – сказал т. ХРУЩЕВ, – может ставить фильмы не только из жизни Украины, но и из жизни других народов СССР, но обязательно на украинском языке и с украинскими актерами. Так мы будем растить свои кадры. Вообще нам все равно, пусть и турок приезжает к нам на Украину работать, но обязательно, чтобы изучал и знал украинский народ и его потребности».

Это, приблизительно, одинаково сказали каждый порознь (САВЧЕНКО и КАНТОРОВИЧ).

Исходя только из вышеизложенного, можно сделать вывод о русофобии известного советского (украинского) режиссера. Его исторической миссией была мифологизация Украины, оправдание ее существования. Вероятно, потому его фильм «Земля» изучают на первом занятии все будущие режиссеры Голливуда. Русофобия должна быть естественной и врожденной, какой она была у Довженко.

Это была ситуация в кино. С театрами дело двигалось туго, особенно оперными: в конце 1927 года вся театральная сфера была украинизирована только на 26 %. Но через четыре года Киев торжественно отчитался: в республике 66 украинских, 12 еврейских и 9 русских стационарных театров.

Сложилась парадоксальная ситуация: население хотело читать по-русски, ходить в русские театры, писать на русском языке. Но полностью сохранившиеся после «зиновьевской чистки» украинизаторы получили в качестве благодарности свою любимую игрушку, новый язык. Насильно навязывали его обществу. Механизмы были отлажены. На русском языке нельзя было опубликовать даже детскую книжку. В УССР выходил только один русскоязычный литературный журнал.

Но главная дерусификация в Малороссии началась после развала СССР, когда на карте мира появилась «незалежная» и «самостийная» Украина. Тридцатилетие насильственной украинизации в рамках уже отдельного государства привело к формированию из исторических русских малороссов целого поколения открытых русофобов украинцев, которые смыслом своей жизни определили борьбу со всем русским: языком, культурой, верой, традициями. Западопоклонничество, что автоматически предполагает русофобию, стало основным критерием общественной селекции на Украине. Насильственная украинизация русских людей вновь пошла по кругу через концлагеря. Фактически сегодня вся Украина стала одним большим концлагерем для русских. Русских преследуют за русскость. Бросают в тюрьмы, убивают, лишают прав. Сжигают за право быть русским, как это было в 2014-м в Одессе. Расстреливают и бомбят, как это происходило все годы после майдана на Донбассе. Отбирают собственность по причине симпатий к русским, как это было в 2024-м в Виннице. Украинство оформилось в своем идеальном воплощении – абсолютно ненавидящая все русское секта, которая готова умереть ради этого.

Все последнее столетие, начиная со свержения русского царя, западные элиты участвовали в процессе дерусификации малороссов. Наши задачи:

1) отсечь Запад от любого влияния на малороссийские и любые другие исконно русские земли;

2) вернуть малороссам их родовое имя, изобличив украинство и определив его суть как нацистскую и русофобскую;

3) последним гвоздем в заподопоклонничество на территории нынешней Украины станет восстановление господствующего статуса русинов на Галичине.