Лёлька поправила косынку и присела так, чтобы видеть и Димыча, и козу. Вроде бы Нюся была доброй, но мало ли? Вдруг захочет поиграть? Как козы играют, Лёлька примерно представляла. Однажды у бабушки на даче они с Егором ходили в магазин и на дороге столкнулись с целым стадом. Там были и старые бородатые козы, и крошечные весёлые козлята. Лёлька прижалась к изгороди у обочины, а Егор посмеялся и пошёл навстречу животным. Ничего страшного, конечно, не случилось. Но одна белая козочка махнула головой и направилась к Егору. А когда подошла почти вплотную, резко наклонила голову и прыгнула. Егор еле успел схватить её за рога. Коза напирала, Егор сопротивлялся. Так они и стояли друг напротив друга, пока старуха, хозяйка стада, не догнала своих резвых питомцев и не огрела белую упрямицу хворостиной.

Нюся бодаться не собиралась. Она продолжала щипать траву, медленно перемещаясь по склону.

– Дим, – попросила Лёлька, – а расскажи, что дальше было. Ты вступил в тот Орден и стал рыцарем?

– Ну да, – смущённо улыбнулся Димыч.

* * *

– Рыцарь обязан чтить Силы Добра, служить им, сражаться и умирать, но не отрекаться от них.

– Рыцарь должен служить своему Ордену, защищать его от врагов, не жалея сил и самой жизни.

– Рыцарь никогда не откажет в помощи слабому и обиженному; мужество рыцаря должно поддерживать правое дело того, кто к нему обратится.

– Рыцарь не обидит и не оскорбит злыми словами отсутствующих друзей.

– Поступками рыцаря руководят честь и правда, а не жажда прибыли, гордыня и мщение.

– Рыцари повинуются полководцу, поставленному над ними. С равными себе – живут как братья.

– Рыцари не вступают в неравный бой, зная, что противник уступает числом или силой.

– Рыцарь не должен лгать, трусить и отступать.

Димыч стоял в полутёмном зале и не верил в реальность происходящего. Неужели это его пригласили в уединённый трёхэтажный коттедж с высоченной кирпичной изгородью и автоматически запирающимися воротами? Неужели ему при входе выдали чёрную замшевую полумаску на резинке? А теперь грозный низкий голос для него зачитывает кодекс чести рыцарей Ордена «Ингле-рий»?

Он поклянётся соблюдать этот кодекс и принесёт обет верности Ордену. Его посвятят в рыцари, дадут новое имя. А дальше? Что будет дальше?

Наверное, Димыч нарушил ритуал, потому что перед тем как встать на одно колено и склонить голову, пробормотал:

– А если я что-нибудь сделаю не так?

В зале повисла гнетущая тишина. Димычу казалось, что она никогда не кончится. В ушах звенело, пальцы стали ледяными и влажными, а сердце стучало громко и часто. И конечно, вспотели пятки.

– Рыцаря, который нарушит обет по злому умыслу, – наконец ответил тот же грозный голос, – ждёт смерть!

– Смерть? – ужаснулся Димыч.

Он не поверил своим ушам, когда до него донёсся короткий смешок.

– Смерть рыцаря. Тебя навсегда исключат из Ордена и из списка тех, с кем можно иметь дело в игре.

– А-а, – немного успокоившись, выдохнул Димыч. – Тогда я готов.

После вступления в Орден жизнь у Димыча ничуть не изменилась. Он, как и раньше, ходил в школу, а вечерами сражался с виртуальными монстрами и искал запрятанные артефакты. Только теперь его победы записывались в лист славы Ордена.

Как-то вечером на форуме он получил личное сообщение: «Приветствую тебя, отважный рыцарь! Пусть твой меч „Ингле-рий“ не затупится и служит тебе верой и правдой! Твои заслуги велики, а о подвигах слава гремит повсюду. Но не хочешь ли ты вырваться из оков виртуальности и испытать свои силы в реальном деле?»

Ник автора сообщения, Фантом, Димычу ни о чём не говорил, но приветствие содержало тайный пароль Ордена. Значит, это был кто-то из посвящённых. Димыч задумался. О каком деле могла идти речь? Реальном рыцарском деле?

* * *

– Ты будешь смеяться, – прервала Димычев рассказ Лёлька, – но в кустах опять кто-то есть.

От неожиданности Димыч вздрогнул.

– Шутишь? – не поверил он.

– Ни капельки! – возмутилась Лёлька. – Сам посмотри!

Димыч поднялся с газеты и поглядел на склон. Кусты, из которых вылезла Нюся, снова ходили ходуном. Сама же коза перестала щипать траву и притихла.

– Может, это её подружка? – с надеждой прошептала Лёлька.

– Или супруг с детьми, – натужно пошутил Димыч.

На самом деле ему было не до смеха. Кусты трещали и тряслись. Лёлька, забыв о том, что боится коз, спряталась за Нюсей, присев на корточки. Нюся неровно дышала и всё ниже опускала рогатую голову.

– Ох, грехи мои тяжкие! – донеслось из кустов. – И уделалася-то вся, и юбку порвала. Нюсь-Нюсь-Нюсь! Вот найду заразу, рога-то пообломаю.

Димыч переглянулся с Лёлькой и хмыкнул. От испуга не осталось и следа.

Из кустов, кряхтя и охая на каждом шагу, вылезла низенькая полная старушка. Платок у неё сбился на затылок, на лоб свисали седые вьющиеся прядки. Круглое лицо раскраснелось и блестело от пота.

– Нюсенька! – воскликнула старушка, заметив козу.

Коза неохотно пошла к хозяйке.

– Здравствуйте, – улыбнулась Лёлька. – Вы – баба Маша из Ротка?

– Кому баба Маша, а кому и Марья Ивановна! – проворчала старушка. – Вы по что, охальники, козу мою скрали и туточки держите?

Лёлька покраснела:

– Никого мы не крали! – ответила она. – Она сама к нам пришла. А что бабой Машей назвали, так вы же на козьем ошейнике написали не «Марья Ивановна»! Откуда нам ваше отчество знать?

– На ошейнике! – схватилась за бока баба Маша и расхохоталась. – Вот умора-то!

– Мы бы вам козу вернули, – продолжила Лёлька, – только вечером. Сейчас нам уходить нельзя. Мы лодку караулим!

– Лодку? – удивилась баба Маша. – А чего ж вы её в таком нехорошем месте-то караулите?

– Почему нехорошем? – вмешался Димыч. – Приятное такое местечко.

– И-и! – всплеснула руками баба Маша. – Городские небось?

– Ну да, – кивнула Лёлька. – А что?

– Потому и не знаете!