Я смотрела на трещину в одной из черных плиток уборной, ощущая, как внутри меня что-то разлетается на мелкие осколки. Я слышала слабые всхлипы своих подруг и спрашивала себя, не задаются ли они теми же вопросами, что и я. Я попыталась отгородиться от них, но в тесном пространстве это оказалось невозможно.

Я заставила себя взглянуть в лицо происходящему.

– Я умру? – спросила я.

– Нет! На вкус это похоже на легкое успокоительное, – ответил мне Джулиан, продолжая крепко сжимать мои плечи, словно я могла исчезнуть. – Достаточно, чтобы облегчить…

Он не закончил фразу, и я не была уверена, что хочу слышать продолжение. У меня сжалось горло, пока я переваривала эту информацию, но мой нетрезвый мозг нашел новую тему для размышлений.

– Почему вампиры нападают на людей в уборных? – спросила я.

Мне ответила Камила:

– Нет окон. Приватность превыше всего. Отсутствие других выходов.

Одна из моих подруг закашлялась, когда Камила озвучила секрет фирмы.

– Почему она снова здесь? – пробормотала я.

Джулиан пробурчал:

– Долгая история.

Он внимательно осмотрел меня, обхватив рукой мой подбородок и двигая голову вправо-влево, чтобы оценить повреждения.

– Он навредил тебе? – спросил Джулиан.

Я покачала головой, а потом хихикнула.

– Он испугался моего пальца, направленного в его сторону. И я напомнила ему… Я же говорила тебе, что держу все под контролем.

Камилла фыркнула, и внутри меня что-то замкнуло.

– Я сбежала от тебя, – напомнила я ей.

– Ты не была под действием лекарств и алкоголя. – Камила погрозила пальцем свободной руки и подняла вампира-мужчину повыше. – Я позабочусь об этом.

– Подожди. – Часть тумана рассеялась, когда я осознала происходящее. – Ты же не доверяешь ей!

Их взгляды пересеклись, и я поняла, насколько они похожи внешне. Но на этом сходство заканчивалось. Камила была чудовищем. Я не понимала, как ей удалось обмануть брата, но, почувствовав угрозу для него, я ощутила, как внутри меня разгорается огонь. Чем сильнее становилось пламя, тем лучше я себя чувствовала, словно оно уничтожало опьянение, под действием которого я в тот момент находилась. Джулиан, возможно, и доверял Камилле, но моя магия – нет.

– Это вопрос, который мы оба задаем себе, – промурлыкала она.

Нет, – мысленно ответил мне Джулиан. Мои плечи расслабились от облегчения, когда я услышала его голос в своей голове. Я позволила ему поддерживать меня, пока последние остатки успокоительного покидали мой организм.

– Забери его, – сказал он Камиле, и его глаза вернулись к обычному цвету, когда ярость крови отступила. – Мне все равно, какие у него будут оправдания.

– Я дам тебе знать, если узнаю что-то интересное. – Она ушла, не сказав больше ни слова, и утащила с собой вампира.

Я удивленно приподняла бровь.

– Объясню позже, – пробормотал Джулиан. – Давай сначала разберемся с этим беспорядком. Ты можешь стоять?

– Да, кажется, я все выжгла.

На этот раз он приподнял бровь.

– Объясню позже, – передразнила я его.

Джулиан остался рядом со мной, даже когда переключил внимание на моих подруг, все еще стоящих у раковины.

– Дамы…

– Ты вампир! – воскликнула Оливия.

– Определенно. – Он вопросительно посмотрел на меня, и я поняла, что он просит моего разрешения на дальнейшие действия.

Неужели всего несколько часов назад я действительно думала, что смогу раскрыть Оливии правду? Судьба быстро поставила точку в этом поспешном решении. Я кивнула в знак согласия.

– Вы обе прекрасно провели время. Вы отправитесь домой немного пьяные, но счастливые, – произнес он своим мелодичным голосом.

Я закрыла глаза, пока он внушал им историю о празднике, который мы должны были устроить.

– Вы не заметили ничего необычного ни в этой уборной, ни в ресторане.

Мое сердце замерло от ужаса, когда я попыталась представить, что ожидает нас там.

– Все, что вы будете помнить после того, как пожелаете Тее спокойной ночи, – это что провели лучшую ночь в вашей жизни.

Оливия моргнула, когда он закончил, и счастливо улыбнулась мне. У меня запершило в горле от подкативших слез. Отчасти я сожалела, что мне этот вечер запомнится не таким прекрасным, как им. Праздник обернулся похоронами.

Моей старой жизни.

Моего старого мира.

Человека, которым я больше не являлась.

– Мы увидимся в воскресенье? – радостно спросила Оливия.

Я подавила подступающие к горлу рыдания и покачала головой:

– Я не смогу прийти, а мамы все равно не будет.

– Но ты должна прийти, – добавила Алексия, ее голос охрип от волнения.

– Посмотрим, – солгала я.

В моей голове уже созрел план, который требовал, чтобы я держалась как можно дальше от любого смертного, которого люблю. Мне понадобится помощь Джулиана, чтобы обеспечить им безопасное будущее и отправить их как можно дальше отсюда. Пока Оливия и Таннер живут в этой квартире, даже без моего присутствия рядом, они в опасности. Но Джулиан, вероятно, знает тех, к кому можно обратиться. К кому-то, кто сможет предложить Оливии место в кордебалете, Таннеру – работу программиста, а моей маме… Боль прошила меня, и я отложила свои планы на потом. Я подумаю об этом позже.

– Я дам тебе минутку, – мягко сказал Джулиан, сжав мою руку, прежде чем выйти.

Я подошла к Оливии, благодарная за то, что ее последние воспоминания обо мне будут счастливыми – даже если все это было красивой ложью, внушенной ей вампиром.

– Похоже, у вас все очень серьезно, – сказала она понимающе и добавила: – Но все равно будь осторожна.

Внушение Джулиана уже начало действовать, переписывая ее воспоминания об этой ночи. Она уже забыла о том, что я рассказала ей о вампирах, моей паре или его предложении выйти замуж. Это было к лучшему, но я все равно не доверяла себе достаточно, чтобы что-то сказать. Я кивнула, произнеся одно короткое слово:

– Буду.

Она крепко обняла меня, и я вспомнила о ежедневном утреннем кофе, о мороженом в случае форс-мажоров и о еженедельных визитах в больницу. Я понимала, что должна отпустить ее, защитить, но что-то внутри меня надломилось. Мы всегда будем друзьями, но теперь все было иначе. И только я знала это, поэтому, отстранившись, заставила себя улыбнуться. Повернувшись к Алексии, я смахнула слезы.

– Может быть, он сделает предложение, – заговорщически произнесла подруга Оливии.

– Они едва знакомы, – возразила Оливия, но на этот раз в ее голосе прозвучала усмешка.

– Нам нужно найти Таннера, – произнесла я с усилием, так как мне стало больно. – Я думаю, Джулиан хочет вернуться домой.

– Да, хочет… – Оливия подмигнула мне. – Кстати, позвони потом. Мне кажется, ты должна исповедаться в нескольких грехах.

– Более чем в нескольких.

Я чувствовала себя опустошенной, но старалась скрыть это.

Мы нашли Таннера сидящим в кресле в зале. Я огляделась, ожидая увидеть следы недавней бойни, но ресторан был пуст. За стеклянными окнами я увидела закрытый бар. Несколько человек из персонала сидели в неестественной тишине, очевидно, под воздействием внушения. Вечеринка уже закончилась. Однако мое внимание привлекли охранники, которые, словно статуи, стояли у лифтов. По их неестественной неподвижности и защитной позе я поняла, что это команда из охраны Джулиана. Я пересчитала их. Пять охранников – пять вампиров-телохранителей. Как же вампиру из Совета удалось пройти мимо них?

– Я упустил блондинку, – сказал мне Таннер, когда я подошла к нему, чтобы попрощаться. – Она просто исчезла вместе с тем красавчиком, с которым была.

– Я видела, как они уходили, – произнесла я, стараясь казаться расстроенной.

Он говорит о вампире из Совета?

Я кивнула, в очередной раз жалея, что моя способность читать мысли не работает в обе стороны.

– Затем произошел какой-то несчастный случай. Я не видел, что именно, но всех попросили покинуть помещение. Мне разрешили подождать тебя, но, похоже, придется возвращаться домой одному.

Таннер тяжело вздохнул, словно это было для него хуже всего на свете.

– Пойдем. – Оливия обняла его. – Ты можешь отвезти меня домой, и я даже позволю тебе размять мне ступни.

– И я тоже, – предложила Алексия. – Это будет ничем не хуже секса.

Таннер бросил на меня отчаянный взгляд.

– Ночь только начинается. Скажи им, что мы можем пойти куда-нибудь еще.

– Ночь закончилась, – пробормотал Джулиан себе под нос, и я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.

– Мы идем домой, – произнесла я и прижалась к Джулиану.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я едва удержалась от слез, когда лифт закрылся. Но как только мои друзья уехали, Джулиан начал действовать.

– Они под внушением? – спросил он у высокого рыжеволосого охранника.

Тот наклонил голову.

– Да. Мы придумали легенду и позаботились о других гостях, прежде чем отпустить их.

– Хорошо, – произнес Джулиан, но в его голосе сквозила резкость. – А теперь объясните, как, черт возьми, вы позволили вампиру напасть на мою пару!

На шее охранника напрягся мускул, словно ему не понравилось, что его допрашивают. Но он расправил плечи и холодно посмотрел на Джулиана.

– Приказы Совета превыше ваших. На самом деле…

Он замолчал на мгновение, а затем схватил меня за руку и потянул к себе. Несмотря на отсутствие перчаток, я не почувствовала ничего, пытаясь вырваться из его хватки. Должно быть, он был обращен. Может, его обратили Руссо?

– Боюсь, я должен взять ее под стражу, – твердо произнес охранник.

– Попробуй.

Как в одном слове могло уместиться столько угрозы?

Охранник пристально посмотрел на Джулиана и усилил хватку. Я почувствовала, как во мне пульсирует магия, и схватила охранника за руку, позволяя ей свободно течь через меня. Он дернулся, разжимая хватку, и уставился на меня.

– Как?.. – только и успел произнести он, прежде чем Джулиан стремительно сократил расстояние между ними и вырвал его сердце. Охранник лишь моргнул – запоздалая нервная реакция – и рухнул на землю. Остальные с ужасом уставились на него, но никто не сдвинулся с места.

– Кто-нибудь еще хочет оспорить мой приказ? – спросил Джулиан, протягивая перед собой истекающее кровью сердце.

Никто не ответил.

Мне стало дурно. И от того, насколько я была близка к казни Советом, и от того, что не могла отвести взгляд от сердца в руке Джулиана.

– Если кто-то еще беспокоится о Совете, вы можете сообщить им, что я сам приведу Тею к ним. Все ясно?

Все кивнули в ответ. Джулиан приблизился к телу и положил сердце рядом с ним. Когда он наконец перевел взгляд на меня, его глаза вновь стали черными. Он в оскале обнажил клыки, и по моему позвоночнику пробежала ледяная дрожь.

– Вон! Все! – Его приказ эхом прокатился по залу, и он указал на труп вампира у своих ног. – И заберите с собой этот кусок дерьма.

Я отстранилась, когда один из вампиров подошел, чтобы забрать труп. Я пристально вглядывалась в его лицо, но оно оставалось бесстрастным. Был ли он взволнован тем, что один из его собратьев только что погиб от рук Джулиана? Если да, то он умело скрывал свои чувства. Оставшийся персонал ресторана направился к лифту. Они вошли в кабину вслед за вампирами, тесно прижавшись друг к другу, и когда двери лифта захлопнулись, Джулиан повернулся ко мне.

Я никогда раньше не видела его глаза настолько черными, лишь крошечные крупинки золота плавали в черных озерцах, словно звездная пыль в полуночном небе. Но дело было не только в его глазах. Вокруг него клубилась тьма, манящая и зовущая. Мое сердце билось в такт с его, и под влиянием этой тьмы меня охватило желание, подобного которому я никогда не испытывала.

Смерть стояла передо мной, звала меня, и я отвечала ей.

– Скажи мне, что тебе нужно, – тихо произнесла я, осознавая, что за звездным обсидианом его глаз скрывается дикий зверь.

Сжав челюсти и расправив плечи, он выдавил из себя ответ:

– Мне нужна ты.

– Возьми меня, – приказала я, и он молниеносно поднял меня на руки.

Через секунду я оказалась прижата спиной к окну. Но Джулиан не поцеловал меня. Он не задрал мне юбку. Каждый дюйм моего тела жаждал, чтобы он сорвал с меня платье и поглотил своими клыками, языком, всем своим естеством.

Джулиан прижал меня к себе, его дыхание было прерывистым.

– Не только мне, – пробормотал он. – Ты нужна и ему.

Его магия, жившая во мне, зарычала в ответ, взывая к своему хозяину. Магия к магии. Тьма к тьме.

Он сглотнул и облизал зубы. В его словах сквозил гнев:

– Он посмел прикоснуться к тебе.

Мои губы сложились в букву «О», когда я осознала, что именно вызвало у него такую жажду крови и, по всей видимости, заставило его так отчаянно меня защищать.

– Он почувствовал твою магию. – Каждое слово он произносил с таким напряжением, словно вот-вот лишится рассудка. – Эта сила внутри меня… она хочет вырваться наружу.

Я не стала объяснять, что с моей стороны это был тактический ход – и что он сработал. Только не с той дикой магией, что рвала Джулиана на части изнутри. И не тогда, когда его душили наши парные узы.

Подняв руку, я прижала ладонь к его лицу и почувствовала, как от меня исходит теплая сила – подарок ему.

– Выпусти ее.

– Она яростна, – предупредил он. Его глаза вспыхнули, в голосе послышалось страдание, и он поправил себя: – Я не буду нежным.

Я посмотрела в его глаза, сквозь черную бездну, и сказала душе, связанной с моей собственной:

– Я не боюсь.

А потом… он укусил меня.