Теперь я понимала, почему «Пентхаус» был так знаменит. Да, еда была великолепной. Мне понравились клецки со свининой, приготовленные в насыщенном специями соусе с яркими нотками лемонграсса и цитрусовых. Но есть было сложно, пока Оливия смотрела на меня с яростью и отказывалась разговаривать с кем-либо из нас. Я решила, что это лучше, чем если бы она объявила Алексии и Таннеру, что я потеряла рассудок, а также свою девственность – я подозревала, что это может случиться еще до конца вечера. Когда ночь поглотила небо, а луна скрылась за облаками, атмосфера ресторана изменилась, и он стал похож на частный клуб. Бар, где я сделала свое ошеломляющее признание Оливии, был забит людьми. Они толпились на холоде и пили, пока не согрелись и не разбрелись по крыше. Кухня закрылась, и заиграла музыка, полностью изменив атмосферу. Стало меньше людей в верхней одежде и еще меньше людей толпилось вокруг высоких обогревателей, установленных вокруг нас. Меня окружали люди, которые хотели, чтобы их видели, они искали то, что у меня уже было – кого-нибудь, с кем можно провести ночь.

Таннер подошел ко мне сзади и передал мне через плечо свежий коктейль. Я вздрогнула, забирая у него предложенный бокал. У меня уже кружилась голова. После того как Оливия назвала меня треплом и сказала, что я все это выдумала, после чего ушла, мне стало гораздо легче пить, чем есть. Я уже потеряла счет этим напиткам, и мой бокал с шампанским постоянно наполнялся, а теперь мы перешли к более крепким напиткам.

– Что это? – попыталась я перекричать громкую музыку, уставившись на мутную смесь, которую Таннер мне принес. Я не могла понять, были ли это разноцветные огни, мерцающие на ограждении крыши, или коктейль действительно был зеленого цвета.

– Смерть после полудня, – сказал он, взяв меня за бедра и направляя их в такт музыке.

Я отпила глоток и чуть не подавилась.

– Боже мой, что в нем? – спросила я.

На вкус это было похоже на чистое опьянение.

– Абсент и шампанское. Он должен был тебя взбодрить, – сказал Таннер, подводя меня к группе людей, собравшихся послушать музыку.

– Я могу понять почему.

Я отпила еще глоток, удивляясь, зачем кому-то понадобилось сочетать восхитительный вкус шампанского с горечью лакрицы.

– Просто выпей его. – Он закатил глаза и, опустив голову вниз, наткнулся на кого-то в толпе. Он кивнул. – Что о них скажешь?

Я проглотила остатки напитка, подавившись, когда мне обожгло горло. Проследив за взглядом Таннера, я заметила несколько интересных личностей.

– О ком? О той парочке?

– Именно, – сказал он с ухмылкой.

Я изучала эту пару. Высокая блондинка обвила рукой шею мужчины, а его ладонь скользнула по ее ягодицам. Они оба выглядели так, словно у них водятся деньги. Вырез ее серебристого комбинезона доходил почти до пупка и, судя по тому, как ткань облегала ее тело, был дизайнерским.

Мужчина же выбрал все черное: пиджак, сшитый на заказ, черную футболку и джинсы. Только золотые часы на запястье выбивались по цвету. Пока я наблюдала, девушка наклонилась и прошептала что-то парню на ухо.

Я глотнула еще шипучей лакрицы.

– Думаю, они пришли сюда вместе.

– Любопытно.

Улыбка Таннера стала шире.

Из него получился бы отличный вампир. Я мысленно взяла на заметку никогда не знакомить его с братом Джулиана Себастьяном.

– Итак, твоя очная ставка с Оливией прошла успешно?

Он закружил меня, когда музыка сменилась. Возможно, это из-за алкоголя, который бурлил во мне, или из-за того, что я заварила кашу, признавшись Оливии, но я разразилась громким смехом.

– Потрясающе, – удалось мне выдавить из себя между приступами смеха. – Она действительно ненавидит Джулиана.

– Да, это так, – рассмеялся он вместе со мной.

Что-то в том, как он подтвердил мои слова, отрезвило меня, но ненадолго.

– Правда?

– А это имеет значение?

Я мотнула головой.

– Не-а. Я его не знаю, и ты не первая, кто возвращается к своему бывшему.

Он высказал замечательную мысль. Я попыталась запомнить ее на случай следующей схватки, которую, как я ожидала, Оливия затеет позже, но мой мозг, казалось, с трудом обрабатывал новые данные.

– Он и тебе его принес. – Присоединившись к нам, Алексия высунула язык. – На вкус отвратительно, правда?

– Эй! – Таннер поднял руки, наконец-то отпуская мои бедра. – Это то, что предложил парень в баре.

Теперь настала моя очередь закатывать глаза.

– Ты послушался бармена? Он просто хочет впарить тебе что-нибудь дорогое.

– Нет, другой парень. Он спросил меня, как мне удалось заполучить сразу трех самых красивых женщин.

Мы с Алексией снова притворились, что нас тошнит.

– Что? Это комплимент в твой адрес. Я думал, это означает, что у него хороший вкус, но кто, черт возьми, пьет абсент в наши дни?

Услышав это слово во второй раз, я смутно вспомнила нарисованную вывеску, но…

– Мне нужно в уборную. – Алексия схватила меня за руку и потащила к двери.

– Пожалуй, я тоже пойду. – Таннер подмигнул мне и направился в сторону танцпола.

– Стоит ли мне знать? – спросила Алексия.

Я отрицательно покачала головой.

Коктейль оказался крепче, чем я предполагала. Я споткнулась, и это вызвало у нее смех.

– Эй, не все мы балерины! – сказала она.

Она продолжала смеяться и слегка замедлила шаг. Когда мы обнаружили длинную очередь в туалет, Алексия застонала. Оливия, стоявшая в середине очереди, оглянулась и нахмурилась. Но если Алексия и заметила это, то не подала виду. Вместо этого она потащила меня за собой, вызвав несколько язвительных комментариев от других людей в очереди. Одарив их милой улыбкой, она взяла Оливию за другую руку и потащила за собой.

– Что за…

Но прежде, чем Оливия успела возразить, Алексия быстро обернулась. Мне пришлось ухватиться за ее плечо, чтобы не упасть.

– Поколдуй, – потребовала Алексия.

Эти слова пробились сквозь туман в моем мозгу, и у меня отвисла челюсть.

– Что?

– Это твоя привилегия для VIP-персон. Ну, спроси Джекса или кого-нибудь из официантов. Здесь должна быть еще одна уборная.

Конечно, именно это она и имела в виду, но я все равно убрала руку с ее плеча. Может, мне следовало надеть перчатки сегодня вечером? Кто знает, что я могу натворить?

Нам не пришлось далеко ходить, прежде чем к нам обратился чрезмерно усердный официант.

– Могу я чем-нибудь помочь вам, мисс…

– Уборная, – перебила я его, пока он снова не назвал фамилию Джулиана и не усложнил все еще больше. – Прошу вас.

Он провел нас в одну из тех, что были зарезервированы для VIP-гостей. Это заставило Алексию почувствовать гордость, а Оливию – усмехнуться. В комнате был только один туалет без кабинок, и мы зашли туда все вместе. Удивительно, но мне было легче наблюдать за тем, как Алексия пользуется туалетом, чем смотреть на мою бывшую соседку по квартире.

Когда Алексия закончила, она выпрямилась и сердито посмотрела на нас.

– Серьезно, вы двое! – Она опустила юбку и пошла мыть руки. – Мы должны были праздновать. Что с вами происходит?

– Давай, расскажи ей, Тея, – с вызовом произнесла Оливия, приподняв бровь.

Алексия посмотрела на меня через зеркало, намыливая руки.

– Рассказать мне что?

Я попыталась заговорить, но это было трудно. Свет в ванной комнате мерцал, и я наклонила голову, завороженная его игрой. Я не осознавала, что мое тело тоже наклонилось, пока Оливия не остановила меня.

– Что ты пила? – спросила она.

– Какой-то абсент, который нам притащил Таннер, – нахмурилась Алексия, отряхивая руки. – Он был крепким, но не настолько.

– Учитывая, что она размером с котенка, он мог подействовать на нее сильнее, – продолжала Оливия, удерживая руку на моем плече, хотя неодобрение прочертило глубокие линии вокруг ее рта. – Тебе надо было больше есть.

– Она злится, потому что я выхожу замуж, – громко объявила я, отбрасывая ее руку.

– Это не причина… ну, не единственная причина, – сказала Оливия низким голосом.

– Замуж? – Алексия захлопала в ладоши. – Когда он сделал предложение? Мне нужны подробности.

– О нет! – Я отрицательно махнула рукой. – Это было дерьмовое предложение. Он должен попросить меня еще раз.

– Но ты собираешься сказать ему «да»? – уточнила она. – Мы можем быть подружками невесты.

Оливия рядом со мной напряглась.

– Это может быть проблемой. Будет ли свадьба, если он…

Дверь распахнулась, прервав ее на полуслове, и еле удержалась на петлях, а дверная коробка раскололась от силы удара. Внутрь вошел человек в черном. Я смутно слышала крики своих подруг, но все мое внимание было приковано к незнакомцу.

– Ты! – Я указала на него. – Мой друг хочет познакомиться с твоей девушкой и…

Это был мужчина с танцпола – тот самый, на которого мне показывал Таннер. Но он не улыбался, а когда поднял голову, его глаза были черными. Крик Алексии прорезал воздух.

– Заткнись, – прорычал он, и звук застыл в ее горле, хотя рот при этом остался открытым.

Оливия начала задыхаться, и ее голос перешел в крик. Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, осознав, что происходит.

Может быть, дело в абсенте, но я не могла не пожать плечами.

– Вампир.

Не то чтобы я злорадствовала. Даже мой затуманенный шампанским разум понимал, что это очень и очень плохо. Но, по крайней мере, мне не придется уговаривать ее не отправлять меня на лечение в психиатрическую больницу.

– Послушай, – я ткнула его в грудь, – тебе вряд ли захочется иметь дело с моим парнем.

Мужчина засомневался, и я не могла понять, что его смутило: моя угроза или вид моего голого пальца. Прежде чем я успела повторить попытку и разобраться в этом, резкий голос прорезал тишину:

– Совершенно точно не захочется.

Когда Джулиан появился в поле зрения, меня охватила любовь и тьма. Магия, связывающая нас, приветствовала мою пару с нежностью. Его черные глаза встретились с моими, и я заметила засохшую кровь на его щеках. Я осмотрела его в поисках ран, но инстинкт подсказывал мне, что это не его кровь. Сражался ли он с другими вампирами, чтобы найти меня? Однако не было никаких признаков борьбы. Его черное шерстяное пальто оставалось безупречно чистым, и он производил впечатляющий эффект, прежде чем успел прыгнуть вперед и прижать вампира к стене. Он приподнял его на несколько футов над землей, пока вампир сопротивлялся.

– Что бы ты предпочла, любовь моя? Голову или сердце? – прогремел Джулиан, обнажая клыки.

– Я представляю Совет, – сказал вампир сдавленным голосом.

Но мы оба проигнорировали его слова.

– У меня все было под контролем, – сказала я и чуть не упала, когда попыталась шагнуть к нему, подняв палец, как будто это было оружие.

– Ага, вижу.

Он сжал горло вампира, и из мест, где его пальцы без перчаток прокололи кожу, потекли ручейки крови.

Позади меня Оливия захныкала, напомнив мне о том, что у нас есть свидетели.

– Тея…

– Убьешь его позже, – приказал женский голос, и я побледнела, почувствовав, как запульсировала моя щека, когда Камила вошла в переполненный туалет. – Сначала допроси его.

– Что она здесь делает? – спросила я, указывая пальцем в ее сторону.

От этого движения у меня перед глазами заплясали звездочки. Я застонала и прижала руку ко лбу.

Джулиан прищурился и через секунду поставил вампира на ноги. Не успела я моргнуть, как его рука обхватила шею моего потенциального противника и сломала ее, освобождая моих друзей от наведенного вампиром внушения. Алексия закричала так громко, что, казалось, у меня лопнут барабанные перепонки.

– Тихо, – приказал ей Джулиан, и я успела неодобрительно нахмуриться, прежде чем головокружение снова накатило на меня. От него донесся рокот, прежде чем он выдавил из себя короткое: – Пожалуйста.

– Ты, должно быть, шутишь, – покачала головой Камила в ответ на такое проявление вежливости.

Джулиан не ответил. Вместо этого он бросил бесчувственное тело вампира ей, как тряпичную куклу, и кинулся ко мне с нечеловеческой скоростью. Он обхватил меня за талию, поддерживая, когда мир закачался у меня под ногами.

– Ого. Что…

Он схватил мое запястье, поднес его ко рту и без предупреждения вонзил в него клыки.

– Эй! – вскрикнула я, удивленная, что он хочет сделать что-то настолько интимное здесь. Хотя алкоголь в моем организме притуплял боль.

Джулиан мгновенно отпрянул и выплюнул мою кровь на пол.

– Что?..

– Тебе что-то подсыпали, – в его словах сквозила жажда убийства, когда он ответил.

Кто-то был на грани смерти. Я молилась, чтобы не я.