Я не знала, что сказать. Селия тихо извинилась и ушла за остальными сумками, которые оставила внизу. Когда она отошла от кухонного окна, яркий солнечный свет упал на содержимое коробки: пару красных перчаток изысканного покроя. Я нерешительно взяла их в руки и слегка улыбнулась, почувствовав мягкую кожу.

Джулиан не двигался, даже не дышал с тех пор, как я открыла коробку. Его плечи напряглись от дурного предчувствия.

– Красивые, – пробормотала я.

Держа их в руках, я поняла, что они сделаны на заказ. Как ему это удалось, я не знала. И снова, подняв на него взгляд, мне вспомнилось, что я знаю его тело, как свое собственное. Я сделала глубокий вдох.

– Думаю, они мне сейчас очень пригодятся.

– Будешь ли ты их носить, решать тебе.

В его словах звучала яростная решимость, и я знала, что если откажусь, он не только будет уважать мое решение, но и поддержит меня, если с этим возникнет проблема.

– Если я не буду их носить, моя магия станет уязвима? – Я не ожидала, что он ответит. Это был вопрос, с которым мне предстояло разобраться. – Я просто никогда по-настоящему не задумывалась об этом. Это кажется таким… ограничивающим.

– Полагаю, что да, – осторожно ответил он.

Боролся ли он со своей привязкой? Неужели первобытная сила, связывающая нас, требовала, чтобы я надела их? Или же он хотел уважать мои желания, не задумываясь о последствиях? Был только один способ это выяснить.

– Ты хочешь, чтобы я их надела? – прямо спросила я.

Джулиан моргнул. Тень шока мелькнула на его лице, но тут же сменилась широкой улыбкой, от которой у меня внутри все перевернулось. Однако его ответ, казалось, игнорировал мой вопрос.

– Это не мне принимать решение. То, что чувствуя я, не имеет значения.

– Нет, имеет. – Я подошла ближе, сокращая и без того небольшое расстояние между нами. – Я все равно хочу знать, что ты чувствуешь. Чувства моей пары всегда имеют для меня значение.

Он на мгновение прикрыл глаза, его плечи напряглись.

– Я еще не говорил тебе сегодня утром, как сильно тебя люблю?

– Ты показал мне, – прошептала я, приподнимаясь на цыпочки, чтобы попытаться поцеловать его. Я все еще была слишком маленького роста, но он наклонился ко мне.

Его губы нежно коснулись моих, словно в молитве. Но, несмотря на относительную целомудренность нашего поцелуя, мое тело буквально воспламенилось в ответ.

Легкий ветерок взъерошил мои волосы, и, открыв глаза, я обнаружила Джулиана по другую сторону кухонной стойки. Он подмигнул мне, хотя его грудь вздымалась.

– Не думаю, что Селия обрадуется, застав нас на кухонном полу, – объяснил он с кривой ухмылкой, но в его голосе слышалась боль.

Он не хотел рисковать тем, что могло случиться с ней, если бы она снова прервала нас. Джулиан вцепился в стойку, и перчатки, которые он надел после прихода Селии, натянулись на его костяшках. Я поняла, что он буквально окаменел, застыв на одном месте.

Что-то подсказывало мне, что в будущем Селия будет осторожнее заявлять о своем приходе, но я оценила его точку зрения. Кроме того, мы еще не закончили обсуждать перчатки. Если бы мы поддавались своим брачным инстинктам всякий раз, когда они вспыхивали в нас, то никогда не закончили бы разговор.

– Что ты на самом деле думаешь по их поводу? – спросила я, изучая перчатки и восхищаясь их аккуратным кроем.

– Я не хочу скрывать твою магию, – грубо сказал он.

Он помолчал, прочистил горло, и я заметила, как внутри него идет борьба.

– Даже от Совета? – спросила я.

– Особенно от Совета. Как только это станет известно, у них не останется возражений против нашей пары.

Я осторожно надела перчатку на правую руку. В Париже я носила бархатные перчатки, но эти были совершенно другими. Пошевелив пальцами, я почувствовала, что материал толще, но не менее эластичный. Они были тщательно разработаны кем-то, кто знал, что делает. Перчатка сидела на мне как вторая кожа и заканчивалась чуть выше запястья манжетой с зазубринами.

– А что насчет твоей семьи? – спросила я.

– Переживут, – пробормотал он.

Я подумала о реакции Селии на его заявление. Она почувствовала изменения в наших отношениях, и ее равнодушный ответ не смог полностью скрыть ее удивления.

– Селия восприняла известие хорошо, – сказала я, надевая вторую перчатку.

Он кивнул, следя за каждым моим движением.

– Почему ты не рассказал ей о нас до того, как она пришла? О том, что мы пара?

Джулиан оторвал взгляд от моих рук и встретился со мной взглядом.

– Вылетело из головы.

– Это вылетело у тебя из головы? – спросила я, нахмурившись.

Установление парных уз с Джулианом было самым важным моментом в моей жизни – на целую вечность. Как он мог забыть?

Джулиан мрачно усмехнулся, увидев выражение моего лица.

– Нет, счастье быть твоей парой занимает меня каждое мгновение. У меня и в мыслях не было, что оно настанет. Но я рад, что смог сказать ей об этом лично. Теперь все кажется более реальным.

Я понимала его. С тех пор как мы впервые занялись любовью, мне казалось, что я живу во сне. Я бы лелеяла эти прекрасные моменты всю оставшуюся жизнь, но была и другая радость – когда мы делились своим счастьем с окружающим миром. Жаль, что мало кто согласится принять наши новые обязательства.

– А если расскажешь об этом своей семье, все будет казаться очень реальным, – сказала я.

– Возможно, нам стоит разработать стратегию, – признал он, пожимая плечами, и, немного расслабив плечи, продолжил смотреть на мои руки в перчатках. – Может, стоит рассказать им по очереди?

– Или мы могли бы просто сорвать пластырь сразу, – хихикнула я, заметив его растерянный вид. Я понимала, что у вампиров, вероятно, не так много опыта обращения с повязками и бинтами. – Если мы расскажем им всем сразу, все закончится быстрее.

– Быстрее? – повторил он. – Мне просто интересно, не перейдет ли это в кровопролитие.

– Кровопролитие? – с ударением на последней половине слова переспросила я. – Мы ожидаем кровопролития?

– Когда дело касается моей семьи, стоит всегда быть готовым к кровопролитию. – Джулиан колебался, переведя взгляд на окно. – Но никто тебя не тронет.

Он бы этого не допустил – ни с привязкой, ни без нее.

– Я бы не хотела, чтобы и тебя кто-то трогал, – заметила я, понимая, что разницы нет. Я подняла руки вверх. – Они идеально подходят друг к другу. Они тебе нравятся?

У Джулиана перехватило дыхание, прежде чем он ответил.

– Очень.

– Почему?

Перчатки представляли собой нечто большее, чем защита моей магии или следование традициям. Он молчал, и я надавила.

– Как ты относишься к тому, что я их ношу?

– Осознание того, что твоя магия в безопасности, очень много значит для меня, – медленно произнес он. – Но это не настоящая причина, по которой мне нравится видеть их на тебе. Часть меня… – Его губы искривились от разочарования, и он стряхнул его, прежде чем смог закончить. – Часть меня хочет сохранить твою магию для себя. Та самая часть меня, которая хотела лишить тебя девственности, несмотря на то, что знала о последствиях.

Джулиан боролся с этой частью себя. Я подозревала, что ему это ненавистно, но просто не понимала почему.

– И что в этом плохого? – потребовала я ответа. – Неужели ты думаешь, что я хочу делиться своей магией со всеми или с кем-то еще? Или что я когда-нибудь решу вернуться и переспать с другим мужчиной, чтобы все упростить?

Он с трудом сглотнул, прежде чем покачать головой.

– Тогда в чем проблема?

– Ты не принадлежишь мне, – тихо прорычал он.

Я слегка вздрогнула от свирепости, прозвучавшей в его словах.

– Но я принадлежу тебе…

– Как моя пара, – сказал он. – Как равная мне. У тебя есть полное право выбрать любой путь, какой ты пожелаешь, но я изо всех сил пытаюсь контролировать свои чувства к тебе.

Любовь переполняла меня, пока я осознавала его слова. Он хотел видеть на мне перчатки, чтобы никто другой не смог прикоснуться к тому, что было у нас общего. Однажды он сказал мне, что для вампира держаться за руки – это нечто более интимное, чем секс. Теперь, когда мы делили с ним постель, у меня была несколько иная точка зрения. Как может что-то значить больше, чем смотреть ему в глаза, пока он наполняет меня – завершает меня? Джулиан носил перчатки более девятисот лет. Я же носила их всего несколько минут. Это было совсем не то же самое. Но он снял перчатки для меня, и только для меня. От осознания этого мое сердце сжалось.

– Я буду их носить. – Я подняла руку, когда он начал протестовать. – И хочу их носить. Теперь это наша магия. Она принадлежит только нам.

В глазах Джулиана промелькнуло безумие, но он кивнул. Его тело напряглось, как будто он мог перепрыгнуть через стойку и заявить на меня права. Я чуть было не подняла указательный палец и не поманила его сделать именно это, но, прежде чем кто-либо из нас успел пошевелиться, Селия протопала в комнату, задев столик у входа, и бросила сумки на пол.

Джулиан облокотился на стойку, с ухмылкой разглядывая свою помощницу.

– Великолепное оповещение о твоем появлении.

– Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, – сказала она. – Хотите просмотреть остальные вещи?

Они оба посмотрели на меня, ожидая ответа, но я покачала головой.

– Я уверена, что все прекрасно. Еще раз благодарю вас.

– Они вам идут. – Селия кивнула на перчатки. – Есть еще несколько пар. Луи хотел, чтобы у вас был выбор.

Она, должно быть, имела в виду мастера по изготовлению перчаток.

– Передай ему мою признательность, – сказал Джулиан, – и скажи, что они почти так же прекрасны, как и женщина, которая их носит.

– Это вскружит ему голову, а его цены и так заоблачные, – предупредила Селия. – Что касается этих, то у меня есть его счет и еще несколько вопросов для обсуждения.

– Конечно, – сказал Джулиан. – Может, решим все сейчас? Мне нужно уладить еще несколько дел, прежде чем мы уедем.

– Да. – Селия бросила косой взгляд в мою сторону, и я поняла, что она хочет поговорить с Джулианом наедине. – Или мы можем подождать…

– Ты можешь обсуждать любые вопросы в присутствии Теи, – резко сказал он.

Возможно, он так и думал, но ей, вероятно, было не так-то просто доверять тому, кого она едва знала. Я изобразила свою самую лучезарную улыбку.

– Вообще-то, – громко сказала я, – мне нужно принять душ, пока здесь есть кто-то, кто может тебя отвлечь. Возможно, я даже надену что-нибудь из купленной одежды.

Джулиан тихо проворчал что-то в знак неодобрения, но склонил голову набок.

– Как пожелаешь, любовь моя.

Мое сердце сжалось от этих последних слов, но я обнаружила, что потеряла дар речи. Наверное, потому что меня все еще волновало осознание того, что я принадлежу ему и он любит меня так же сильно, как я его. Тем не менее от моего внимания не ускользнуло, что в последние несколько дней он все чаще называл меня «любовь моя». Часть меня скучала по тому милому прозвищу, которое он мне дал. Быть его котенком было не менее приятно.

Я извинилась и ушла в спальню, прикрыв за собой дверь, чтобы дать им возможность побыть наедине. Мгновенно что-то дернулось внутри меня, как будто мое тело возмущалось даже тем, что я нахожусь в другой комнате от своей пары.

«Имей немного гордости», – приказала я себе. Как бы мне ни нравилась идея проводить бесконечные часы в постели с Джулианом, рано или поздно нам все равно придется заново знакомиться с остальным миром. Учитывая, что на горизонте маячила перспектива отправиться в Грецию, скорейшее прибытие туда казалось лучшим вариантом. Если мы пройдем с ним все эти дурацкие Обряды, можно будет сказать, что все дурное позади. После того, как разберемся с его сестрой и семьей, возможно, я смогу убедить его найти для нас частный остров, как предлагала Селия.

Я стянула с себя футболку и бросила ее в корзину для белья, улыбаясь при мысли о том, насколько мы могли бы продлить вампирский медовый месяц.

Я осторожно сняла перчатки и положила их рядом с раковиной в ванной. Включив душ, встала под него, и мои мысли переключились на другой вопрос, который я активно задвигала на дальний план.

Теперь, когда мы с Джулианом стали парой, я задумалась: обратил бы меня Джулиан? Я не решалась снова поднять эту тему, помня его прошлую реакцию. Однако теперь все было иначе. То, что мы стали парой, изменило нас обоих. Я подозревала, что мы только-только начали понимать суть этих перемен, и нам предстоит еще в них разобраться. Когда я задумалась о закономерном ответе на свой вопрос, что-то темное шевельнулось внутри.

Хотела ли я стать вампиром?

Темная магия бушевала в груди, когда я задавала себе этот вопрос. Его магия, казалось, имела свое мнение на этот счет.

Если, по словам Джулиана, моя магия ощущалась как теплое сокровище, то его магия была чем-то звериным, могущественным. Она обладала когтями и клыками. Большую часть времени я ощущала, как она дремлет внутри меня, словно существо-хранитель, довольное возможностью передохнуть у ног своего хозяина. Но теперь она ревела и расхаживала взад-вперед, словно ожидая угрозы.

– Успокойся, брюзга, – прошептала я, выключая воду.

Я потянулась за полотенцем и улыбнулась, ощутив, как медленно тянется время. Сейчас было рано беспокоиться о принятии еще одного важного решения. Не тогда, когда мы скоро столкнемся с последствиями нашей парной связи и той привязки, которая установилась между нами.

Как только мы преодолеем эту опасность, я снова подниму вопрос обращения и позволю Джулиану высказать свое мнение. Его магия успокоилась, как будто одобряя этот план.

Я завернулась в полотенце и прошлепала в соседнюю комнату, услышав на кухне жаркий спор. Мгновение спустя я услышала голос Джулиана у себя в голове:

– Дай нам еще несколько минут, любовь моя. Я расскажу тебе обо всем позже.

Прозвучало не очень хорошо. Должно быть, он услышал, как перестал работать душ. Я решила не торопиться с подготовкой. Я вспыхнула, когда увидела себя в зеркале. Даже с мокрыми волосами, струящимися по плечам, я видела доказательство того, что уже не та девушка, какой была, когда встретила Джулиана. Мой взгляд зацепился за жемчужные шрамы там, где он питался от меня. Мои губы даже сейчас выглядели припухшими от долгих часов, проведенных за изучением его губ. Но за этими едва заметными изменениями я видела настоящую Тею, которая взирала на саму себя в зеркале. Я все еще была Теей, но теперь чувствовала себя самой собой больше, чем когда-либо прежде. Может, потому что Джулиан дополнил меня, собрав воедино недостающие части.

Я схватила несколько вещей из шкафа, вздохнув при виде множества платьев и модных нарядов. Вскоре мне предстояло оказаться перед всем вампирским обществом рядом с Джулианом, чтобы провести оставшиеся Обряды до конца светского сезона. Я подавила тошнотворный страх, который охватывал меня перед возвращением и необходимостью столкнуться с Обрядами, а также, если быть честной, с его семьей. Платья служили лишь очередным напоминанием о том, что наше время наедине подходило к концу. В данный момент я предпочитала джинсы и толстовки.

Одевшись, я отсоединила свой новый телефон от зарядного устройства. Джулиану удалось уговорить какого-то бедолагу доставить его и восстановить большинство моих контактов и настроек всего одним звонком. Однако новый модный телефон не ощущался как мой собственный, и я почти забыла о нем. До сих пор максимум, что я сделала, – это отправила быстрое сообщение своим друзьям с новым номером. Я вздрогнула, увидев полдюжины новых сообщений, в основном от Оливии.

Собравшись с духом, я прочитала первое сообщение, но это было лишь напоминание о быстрой регистрации. От следующего же сообщения сердце забилось где-то в горле. Это было сообщение от Университета Ласситера – обычное объявление о том, что выставили финальные оценки. Остальные сообщения Оливии представляли собой череду все более взволнованных вопросов о том, видела ли я финальные оценки, как у меня дела и не игнорирую ли я ее.

– Неважно, – постаралась я убедить себя, открывая свою электронную почту и обнаруживая официальный отчет среди нескольких непрочитанных сообщений.

Но я не могла лгать самой себе. Это действительно было важно. Даже если все, чего, как мне казалось, я когда-то хотела, изменилось, это было важно для меня. И я чуть не отбросила свои мечты. Я заслуживала потерпеть неудачу. И я это знала.

Итак, я открыла электронное письмо и столкнулась с последствиями своих действий.