Мне снились клыки – яркие вспышки острых белых клыков, которые словно вторглись в мой сон.

Но я не убегала от монстра из своих снов в страхе. Я приветствовала его. В моих столь ярких сновидениях не существовало никаких ограничений. Никаких границ. В них не было ничего предосудительного.

Я изгибалась и предлагала себя снова и снова, однако всякий раз, когда приближалась к разрядке, сон прерывался, оставляя меня в состоянии неудовлетворенности.

Я проснулась вся в поту и обнаружила, что Джулиан стоит у изножья кровати с подносом в руках и улыбается мне. Я вздрогнула, на секунду потеряв ощущение реальности, пока не осознала, где нахожусь и что не все клыки были лишь плодом моего воображения. У меня закружилась голова. Он был здесь, и он был реален. И в отличие от моих снов он пять раз подряд доставлял мне невероятное удовольствие.

– Надеюсь, герой твоих снов я, котенок? – спросил он, и его улыбка стала еще шире, когда он бесцеремонно окинул взглядом мою фигуру.

– Кто-то слишком высокого мнения о собственной персоне.

Я натянула простыню на грудь, закрывая ему обзор.

– Должно быть, это из-за того, что ты все время путала меня с небожителем прошлой ночью. – Он приблизился к моему краю кровати и издал недовольный звук. – Пожалуйста, сядь.

Я приподнялась, все еще стараясь укутаться в простыню, и прислонилась спиной к кожаной спинке кровати.

– Я приготовил тебе завтрак.

Джулиан поставил поднос мне на колени, ворча, пока пытался справиться с непослушными деревянными ножками.

Когда я взяла тарелку с яичницей, тостами и свежими фруктами, горло внезапно начало саднить. Из небольшого серебряного кофейника, укутанного в льняное полотенце, поднимался пар. Еда выглядела невероятно аппетитно, и я не смогла устоять перед ароматом, который исходил из кофейника, поэтому тут же взяла его в руки. От насыщенного запаха свежего кофе у меня перехватило дыхание.

– Может, мне оставить тебя с кофе наедине? – спросил Джулиан.

Мой взгляд метнулся к нему.

– Раздевайся и можешь присоединиться к нам.

Его тихий смех пробежал по моей коже и задержался там, где позволено было бывать лишь ему – Джулиану. Однако он подошел к креслу у окна и сел.

– Тебе нужно поесть. У тебя низкий уровень сахара в крови.

Я сморщила нос. Еще одним несправедливым преимуществом моего возлюбленного-вампира было то, что он мог многое узнать о моем организме по одному только запаху. Но я не стану возражать, если это означает, что он будет приносить мне завтрак. Я налила немного кофе в кружку из костяного фарфора, с наслаждением отпила глоток и закрыла глаза.

– Тебе нравится? – поинтересовался Джулиан. – Я купил его на рынке, который находится дальше по улице.

Я кивнула в ответ, открыла глаза и улыбнулась:

– Спасибо, но тебе не обязательно было это делать.

– Мне не спалось, – сказал он, закидывая свои длинные руки на спинку кресла, и его сильные мышцы напряглись под тканью футболки. – Возможно, дело в кофеине, который ты употребляешь.

Я поперхнулась и закашлялась, а затем схватила салфетку и промокнула рот.

– Хочешь сказать, что моя кровь…

– Она как тройной эспрессо плюс несколько порций добавки, – сухо заметил он.

Я удивленно подняла бровь и отпила очередной глоток:

– Полагаю, если это тебе не нравится…

– Нравится? – мрачно повторил он. – Мне неловко за свои действия. Я мог бы вкушать тебя всю ночь, малышка.

Я сочла нужным проглотить его слова вместе с очередным глотком кофе. И то и другое вызвало ощущение тепла в животе и разлилось по всему телу, наполняя меня до самого моего естества.

– У меня на сегодня нет никаких планов, – произнесла я с подтекстом. – Не бойся взять инициативу в свои руки.

Джулиан издал звук, похожий на рычание, и крепко вцепился в подлокотники кресла.

– Не испытывай мое терпение и ешь, – отрезал он.

Я покорно взяла тост и откусила от него большой кусок. Возможно, я очень проголодалась, а может, пища по ту сторону границы, разделявшей нас с ним, была просто вкуснее, но я осилила весь кусок за два укуса. Когда я потянулась за вилкой, то заметила две таблетки рядом с небольшим стаканом воды.

– Что это? – спросила я, приподнимая одну из них.

– Витамины. – Джулиан слегка откашлялся. – Подумал, что было бы здорово, если бы ты позволила мне продолжить…

– Кормиться? – закончила я за него, приподняв бровь. – Подожди. Ты передумал? Всему виной кофеин? Я могу перестать пить кофе.

– Нет, – поспешно ответил он и нервно заерзал в кресле, его пальцы так сильно сжались на подлокотниках, что костяшки побелели. – Я не смел даже думать, что тебе может понравиться так же сильно, как мне. Ты уверена, что хочешь именно этого?

Его слова словно окутали меня и проникли в самое сердце. Я взяла таблетки, положила их в рот и проглотила, запив глотком воды.

– Это ответ на твой вопрос?

Его горло опасно сжалось.

– Продолжай есть.

У меня было такое чувство, что мне понадобятся все мои силы. Я принялась за яичницу, а он наблюдал за мной. Когда с тарелки исчезла последняя ягода черники, Джулиан забрал у меня поднос. Я отправила ягоду в рот и протянула ему вилку. Джулиан поставил поднос на прикроватный столик. Теперь, когда я наелась, ожидал ли он, что настала его очередь насытиться? От этой мысли я невольно вздрогнула и позволила простыне соскользнуть вниз.

Его взгляд неотрывно следил за траекторией ее движения, а когда он поднялся на меня, в глазах Джулиана заискрился озорной огонек. Однако, облизнув губы, он тут же отвернулся.

– Я хотел бы проверить, как заживают укусы от моих клыков.

Укусы. Это слово растопило мое сердце. Большая часть прошлой ночи прошла в прикосновениях кожи к коже, привкусе пота и боли от зубов. Я почувствовала не один укус, но не знала, сколько всего их было.

– Ты уверен, что не хочешь позавтракать? – спросила я многозначительно.

– Мне девятьсот лет, Тея, – произнес Джулиан с легкой хрипотцой в голосе. – Мне нужна кровь только раз в несколько дней.

– А? – Я прикусила губу. – А прошлой ночью?

– Я употребил столько, что хватит на целый месяц.

От этого признания его челюсть напряглась, и я поймала себя на том, что хочу протянуть руку и успокоить его.

– Прошлой ночью все было иначе, – тихо произнесла я. – Нам это было нужно.

Джулиан покачал головой, и я поняла, что он со мной не согласится. По крайней мере, пока не убедится, что не причинил мне вреда. Пальцы без перчаток коснулись моей груди, и я не смогла сдержать стон.

Джулиан кашлянул:

– Котенок…

– Прости, – произнесла я, чувствуя себя неловко, потому что не могла контролировать свои реакции на его прикосновения. Он нежно провел большим пальцем по груди, и я снова не сдержала стона.

– Ты их видишь? – тихо спросил он.

Я опустила взгляд на его большой палец, которым Джулиан продолжал описывать круги на моей коже, и старалась не забыть, почему он прикасается ко мне. На внутренней стороне моей левой груди можно было различить две едва заметные жемчужно-белые точки, напоминающие рубцы.

– Они зажили, – удивилась я.

– Почти. Я не хотел, чтобы твои раны кровоточили.

Я не могла отвести взгляд от свидетельства его страстного поцелуя.

– А шрамов не останется?

– Останутся, – тихо сказал он. – Я должен был заранее предупредить тебя.

– У меня будут шрамы каждый раз? – спросила я.

– Похоже, что так. На некоторых участках кожи вероятность появления рубцов выше. – Джулиан поднял взгляд и внимательно посмотрел на меня. Он оставался невозмутимым, скрывая свои эмоции по этому вопросу, потому что ждал услышать, что я думаю. – Тебя это беспокоит?

– Не совсем. – Я лишь пожала плечами, хотя внутри все сжалось от волнения при воспоминании о шраме. – А тебя? – поинтересовалась я.

Он проигнорировал мой вопрос.

– У тебя так сильно бьется сердце. Пожалуйста, поделись, что ты чувствуешь на самом деле.

– Это… это меня возбуждает, – произнесла я, слегка прикусив губу.

Маска Джулиана треснула, выдавая его удивление.

– Тебе нравится наличие отметин от моих клыков?

Я немного помедлила, прежде чем кивнуть в знак согласия.

– Даже если от них остаются шрамы?

Он говорил так, словно не верил мне – не мог поверить.

– А почему бы и нет? – бросила я ему ненавязчивый вызов. – Мне нравится в тебе все. И я горжусь тем, что на моем теле есть отметины от твоих клыков. Это значит, что я принадлежу тебе.

– Думаю, это значит, что я принадлежу тебе, – поправил он меня.

Его голос прозвучал так тихо, что я почувствовала, как у меня по телу словно прочертили раскаленную линию. А затем он добавил:

– Потому что отметины моих укусов на тебе – это самое страстное, что я видел за девятьсот лет своей жизни.

Когда его взгляд потемнел, а тело напряглось, как у хищника, у меня пересохло в горле. Мне казалось, что он сейчас набросится на меня, и всем своим существом я жаждала, чтобы он так и поступил.

Его рука медленно опустилась, на мгновение задержавшись, чтобы сместить ткань с моего бедра и открыть взору линию бикини.

– Здесь, – сказал он, обводя кончиком указательного пальца маленькие шрамы. – Вот здесь два.

Я заставила себя дышать, когда Джулиан опустил руки еще ниже.

– А еще здесь.

Когда он дотронулся до шрамов, меня словно пронзило током, и я ахнула.

– Есть еще один аспект, о котором тебе следует знать.

Он продолжал поглаживать шрамы, и с каждым его прикосновением у меня все сильнее и сильнее кружилась голова.

– В отличие от обычной раны укус вампира заживает иначе. Ты видишь, как твоя кожа напоминает лунный камень в том месте, куда я тебя укусил?

Я вновь опустила глаза. И он был прав. Шрамы практически мерцали.

– Да.

– Часть магической энергии, или что бы там ни поддерживало вампира, а также часть яда остаются. – Он усилил давление на шрам, и я задрожала. – Они делают это место особенно чувствительным.

– Каждый раз?

Я сделала глубокий вдох, стараясь не отвлекаться на его движения, а слушать то, что он говорит.

– Да.

Я украдкой взглянула на него.

– Имеешь в виду, что с каждым разом, когда ты будешь питаться от меня, мои ощущения обострятся?

– Если я буду брать кровь из одних и тех же мест, то да.

Я с глубоким вздохом приняла эту информацию к сведению.

– Уверен, что не хочешь позавтракать?

Джулиан снова рассмеялся, и от этого звука у меня внутри все сжалось.

– Неужели это мой замечательный, прожорливый питомец, – произнес он, довольно мурлыкая.

Его пальцы продолжили свой путь вверх, лаская мои чувствительные места в поисках той самой точки у меня между ног, которая заставляла мое тело трепетать.

– Прожорливый? – повторила я и отстранила его от себя.

Джулиан не стал противиться, когда я подтолкнула его к матрасу и уселась к нему на колени.

– Я могу быть очень щедрой.

– А?

Его губы изогнулись в усмешке.

– Да. – Я прильнула обнаженной телом к выпуклости на его джинсах. – Позволь мне показать тебе, насколько щедрой я могу быть.

Я встала с его колен и опустилась на кровать рядом с ним.

– Мне понравилось, – сообщил Джулиан, нахмурившись.

– Мы могли бы избавить тебя от брюк, и тогда ты по-настоящему оценишь ситуацию.

Я знала, что он не займется со мной любовью, пока мы не найдем ответы, но с радостью продемонстрирую ему, в чем он нуждается. Я расстегнула его джинсы и запустила руку внутрь, коснулась пальцами его достоинства.

Джулиан издал одобрительный звук.

– Что ты делаешь, малышка?

– Я по-прежнему голодна.

Чтобы не потерять равновесие, я оперлась рукой о кровать и наклонилась, нежно погладила Джулиана другой рукой, наслаждаясь его реакцией на мое прикосновение. Его тело напряглось еще больше, что только усилило мои ощущения. Мои губы осторожно коснулись его напряженного достоинства, язык скользнул по чувствительному изгибу. Затем я медленно углубила поцелуй.

Подняв глаза, продолжая свои ласки, я увидела, что Джулиан смотрит на меня взглядом, полным тьмы. Мой стон сорвался с губ, дав понять, что я получаю такое же удовольствие, наслаждаясь им, как и он – мной.

Джулиан положил руку мне на бедро и начал водить кругами по коже. Затем он поднял руку и хлопнул по ней ладонью. По телу пробежали мурашки, и я простонала, продолжая ласкать его губами.

– Мне нравится смотреть, как ты доставляешь мне удовольствие.

Он провел рукой по моей спине, дойдя пальцем до заветного местечка, а затем неторопливо прикоснулся. Из меня вырвался очередной сдавленный стон.

– Сейчас ты почти такая же горячая, как тогда, когда я впился в тебя своими клыками.

Черт… Я поддалась в ответ на его прикосновения.

Предполагалось, что это я буду искушать его.

– Когда-нибудь это будет принадлежать мне.

Джулиан медленно двигался, и вдруг его палец нащупал какую-то особенную точку, отчего я закрыла глаза.

– Как и вся ты без остатка.

Я энергично закивала в ответ, продолжая ласкать его, пока он аккуратно раскрывал меня одним пальцем.

– Я уже близко, – сообщил он, пока я продолжала дарить ему наслаждение. – Сделай это со мной одновременно.

Я напряглась, и меня охватила дрожь, когда его наслаждение наполнило мой рот. Я рухнула на него, и Джулиан заключил меня в объятия и нежно поцеловал в лоб.

– Вот что происходит, когда я приношу тебе завтрак в постель? – спросил он.

– Может быть. – Я украдкой взглянула на него. – Будет лучше, если ты сделаешь это завтра снова.

Его лицо приняло серьезное выражение.

– А как ты относишься к остальному?

Я понимала, что он говорит о моей матери. Я отрицательно покачала головой.

– Понятия не имею.

– Неужели мы не можем хотя бы на мгновение представить, что мы обычные люди, состоящие в нормальных отношениях?

– Как пожелаешь, милая.

Джулиан рассмеялся, обнажив слегка удлинившиеся клыки. Вот и вся суть этой идеи. Увидев его клыки, даже их кончики, я судорожно сжала бедра.

– Мы могли бы продолжить валяться в кровати, – сказала я, садясь на колени Джулиану. Он напрягся, и я сдержала порыв прильнуть к нему.

– Это может быть опасно.

Он говорил резко, словно его волновало даже то, что наши тела находятся так близко друг к другу.

– Вероятно, мы останемся здесь навсегда.

– Неужели это было бы так ужасно? – спросила я, наклоняясь для поцелуя.

Наши губы соприкоснулись, и я вдруг осознала, что в финале этой импровизированной схватки именно я оказалась на лопатках.

Джулиан возвышался надо мной, и на его красивом и жестоком лице играла усмешка.

– Если верить древним вампирским легендам, то неспособность держать руки при себе – это естественная часть процесса обретения парных уз.

– А?

Каждый раз, когда он произносил это слово, меня охватывал трепет.

– И сколько времени это занимает?

– Я думаю, что нам не удастся передохнуть, пока…

Я судорожно сглотнула и кивнула, показывая, что понимаю, о чем он говорит.

– И когда мы это сделаем?

– Процесс затянется на месяцы. Может, даже на годы. Хотя, – он запечатлел на моих губах поцелуй, – я не могу вообразить, что когда-нибудь насыщусь тобой, так что, возможно, пройдут десятилетия.

Я закрыла глаза и попыталась вообразить, каково это – любить его без всяких ограничений. Да, слово «десятилетие» звучало более оптимистично. Разве что…

– Что будет, когда я состарюсь? – прошептала я.

Такова была реальность, с которой нам только предстояло столкнуться. Иные проблемы представлялись более актуальными. Однако теперь, когда мы достигли новой договоренности и поняли, что однажды будем вместе, я не могла оставить без внимания необходимость принятия еще одного решения.

– Даже тогда, – прошептал он.

Я провела кончиками пальцев по его мускулистому бицепсу и постаралась смириться с тем, что он был девятисотлетним вампиром, а я – всего лишь человеком.

– А когда я умру?

Он замер, как и всегда, когда я начинала говорить о чем-то неприятном.

– Ты умрешь еще очень не скоро, – сказал он, едва шевеля губами.

Однако это было не совсем так. По крайней мере, не по вампирским стандартам.

– Джулиан, я смертная. Я могу умереть завтра.

– Если хочешь, чтобы я привязал тебя к кровати и держал здесь, в безопасности и в усладе…

Но в его голосе не было ни капли насмешки, когда он произнес эти слова. В его глазах отразилась печаль, как будто он уже думал о том, что нас ждет в мрачном будущем, которого мы не могли избежать.

Я сделала глубокий вдох и заставила себя задать вопрос, которого, как мне казалось, мы оба старались избегать. Вопрос, которого мы старались даже не касаться. Вопрос, от которого зависело наше будущее.

– Джулиан, ты обратишь меня в вампира?