Плана у Келли толком не было, зато времени оказалось в обрез. Не сидеть же сложа руки! Она понимала, что Итан Уильямс не будет ждать ее звонка вечно. Вряд ли, конечно, явится за ответом лично, однако если не увести его в сторону от Бена, то рано или поздно все равно докопается. Въедливые копы всегда докапываются до нужного им, а что Итан въедливый, Келли поняла сразу. В отца он вцепился бульдожьей хваткой, а папа этого даже не понял. Такой вытащит все, что нужно, и ты сам не заметишь, как рассказывать начнешь.
Она хотела помочь Бену. Ее сердце обливалось кровью, когда девушка снова и снова думала, что он не любит ее; что парень все делает ради Стеллы; что пытается спасти жену даже ценой своей силы и того, кто он есть. Даже, быть может, ценой жизни. Ради нее никто и никогда так не поступал. А она делает то же самое для Бена, потому что не может иначе, и из этого плотно спаянного треугольника нет выхода. Только смерть в их случае – вовсе не преувеличение.
С момента, когда Келли узнала об этом, ее «розовые очки» разбились навсегда, хотя еще долгое время – до встречи с Беном лицом к лицу – она верила, что этот ужас ее все равно не коснется.
Ведьма или колдун, отказывающиеся от истинной пары, теряют силу и усыхают, медленно умирая несколько лет подряд, так же, как и их предназначенный. Причин не верить тете Морин у Келли не было. А ведь вся их жизнь – в магии, утекающей по капле с каждым днем, если они попытаются разорвать истинную связь. И что Келли могла сделать, напоить Бена приворотным зельем, чтобы он захотел переспать с ней и зачать ребенка, чтобы избавиться от этого проклятия Богини, которое Верховный всегда подсовывал им, как благо?..
Келли не хотела смиряться.
Ей хотелось надеяться, что, узнав о поселившейся в Стелле сущности, Бен отвернется от жены.
Она была идиоткой, если верила в это.
Если он выбрал жену, так тому и быть.
Келли отрыдала свое в день, когда принесла ему газетную вырезку об убийствах, которые, она была уверена, совершила Стелла, но для него все равно ничего не изменилось. Она рыдала, захлебываясь слезами и соплями, как влюбленная пятнадцатилетняя идиотка, и ее сердце разбивалось вновь и вновь.
Больше склеивать Келли ничего не собиралась. Бен выбрал свой путь, она выбрала свой. И если Бен хотел умереть, прожив остаток жизни со Стеллой, кто она такая, чтобы переубеждать? Он прекрасно знал, на что обрекает их обоих, и все равно ставил Стеллу выше остальных.
Оставалось только смириться со своей судьбой, которую в очередной раз кто-то выбрал за Келли. Решил, сдохнуть ей или выжить.
У нее голова пухла от мыслей, пока она лежала в своей комнате и раз за разом прокручивала в голове последний разговор с Беном. Травила себе душу каждым его словом, прикосновением или взглядом. И думала, думала, думала…
Еще был шанс все переиграть. Рассказать Итану правду – мол, Стелла отправилась к вудуистской колдунье, а та загипнотизировала ее и превратила в орудие для жертвоприношений, чтобы самой не пачкать руки. Скрыть участие Бена в этом всем, но спихнуть убийства на эту Агнес и на Стеллу. И, быть может, тогда…
«Тогда Бен тебя возненавидит, – ее внутренний голос никогда ее не жалел. – Потому что поймет, кто сдал его жену полиции. Думаешь, он тогда захочет тебя? Думаешь, вдруг решит, что вы должны быть вместе? И, кстати, только представь, что эта сучка способна натворить в участке…»
– Заткнись! – крикнула Келли, швырнула подушкой в сторону кресла. Подушка упала на пол, не долетев.
Она все это прекрасно знала.
И все равно собиралась спасти задницу Бена от гнева Верховного и от копов. А еще, где-то в глубине души, она никак не могла убить в себе надежду, что, если поможет Бену, он разглядит ее. Может, не полюбит, но хотя бы разрешит себе трахнуть ее.
Да, она настолько дура. И что? Потом об этом подумает. Сначала нужно понять, как вообще увести этого Итана Уильямса в сторону и не уронить на Бена ни тени подозрения. Судя по всему, полиция считала, что детей убивали для какого-то ритуала… Может быть, подтолкнуть Итана в эту сторону еще больше?
Только для такого финта нужно было знать хоть немного о вудуистских ритуалах, где требовалась кровь, человеческая или животная. Ей был нужен ритуал, который она могла бы сунуть копам под нос и намекнуть: мол, ходят по городу слухи, будто на болотах живет вудуисткая ведьма, практикующая жертвоприношения животных, вдруг она и людскими не брезгует?..
Где бы такой взять?..
Уж точно не в их магазинчике! Келли часто переставляла их книги на полках и от руки вела каталог заказываемой продукции, так что прекрасно знала, какие книги у них есть, а какие нет. В основном это были пара книг по викканству, пара сборников о Таро, кое-что об астрологии. Несколько книг Кастанеды, парочка религиозных трактатов и что-то из собрания сочинений Алистера Кроули. Никто из их клана вовсе не интересовался Телемой, но туристам нравилось, а папа хотел зарабатывать деньги. Труды старого засранца Кроули расходились «на ура», особенно среди фанатов Led Zeppelin и более андеграундного тяжелого рока.
Пойти к вудуистам?..
Келли мало знала о них, но, кажется, они не жаловали книги, а секреты их ритуалов и их религии передавались от ученика к учителю. Вряд ли полиция не навестила библиотеку в поисках какого-нибудь фолианта про магию вуду, и раз они продолжали опрашивать всех подряд, значит, ничего там они толком и не нашли.
Она обвалилась затылком на подушку и тихо застонала.
Богиня, что же ей делать?.. Как спасти ее истинного?
Можно было просто соврать Уильямсу. Не говорить о конкретных ритуалах, а лишь намекнуть на слухи, но полиция не любит верить на слово. Даже если коп теоретически готов поверить в ритуалы, он захочет знать, с чем будет иметь дело. И с кем – тоже. Да и актриса из нее была никакая.
Время брало ее за горло. Время поджимало.
И если Келли ничего не придумает до завтрашнего дня, придется импровизировать.
Проворочавшись до самого утра, Келли так ничего и не придумала. Она знала, что книжный ассортимент в ведьмовских лавках всегда был похожим и никаких редких трактатов там в общем доступе не водилось, а вудуистские записи, даже если существовали и кому-то были известны, вряд ли афишировались. Верховный бы за такое по голове не погладил – он всегда считал, что вуду и язычество идут разными путями, значит, так тому и быть дальше.
– Тебя что-то беспокоит? – поинтересовалась мама.
– А? – Келли моргнула. – Нет, просто плохо спала что-то. Я в полном порядке.
Мама покачала головой и, казалось, не поверила, но времени выяснять у нее уже не было – и на том спасибо. Судя по контейнеру с ланчем, она уже собиралась в магазинчик и брала с собой Эмили, значит, у Келли был свободный день. Папа наверняка уже готовил магазин к открытию.
С «отличностью» этого можно было поспорить, ведь она до сих пор не знала, что сказать Итану, но в любом случае Келли была предоставлена сама себе. Летом она в такие дни брала колоду Таро и шла раскладывать зевакам на туристических ярмарках, а доходы с таких подработок копила, но зимой эта возможность была ей заказана. Зато никто не станет любопытствовать, куда это она собралась.
Порой, наблюдая за ровесниками, которые заканчивали школу, поступали в колледж, искали себя, Келли думала, что иметь такую свободу было бы неплохо. Наверное. Только вот в отличие от обычных людей, колдуны редко переезжали. Сила их зависела от близости к клану и к их предназначенному.
Бен сказал бы, что это дерьмовая хрень, и такого быть не должно.
Келли всегда считала, что такова их судьба, и не им противиться ей. С каких пор идеи Бена вдруг стали казаться ей такими смутно заманчивыми?..
Думать об этом ей было некогда. Келли закинула в себя тост с маслом и чашку кофе, чтобы взбодриться. Ей предстоял разговор с Итаном Уильямсом. Нельзя было, чтобы разум затуманило усталостью, раз уж ей предстояло импровизировать.
Знать бы еще, как импровизировать…
Улицы родной Нолы встретили прохладным ветром в лицо. Келли хорошо знала адрес полицейского участка, написанный от руки на визитке офицера Уильямса, но не спешила туда – шестеренки в мозгу работали на полную катушку.
Что сказать, что, что?.. Некоторые полицейские вранье чувствуют за милю, значит, она должна не врать, а недоговаривать, но все, что она могла выдать офицеру без доказательств, казалось Келли словоблудием. Она так задумалась, что не заметила, как едва не врезалась в молодого человека, заходившего в небольшой книжный магазинчик.
– Ох, простите, – выпалила она, тут же кинувшись поднимать книги, которые он нес из машины. – Я не хотела!..
Парочка из них рухнула прямо в лужу. Жаль, что их нельзя было высушить стыдом, которым затопило Келли, когда она увидела, насколько промокли их картонные плотные обложки.
– Я их куплю. – Она прижала книжки к груди. – Простите… просто задумалась.
Молодой человек поправил на носу очки. Он не выглядел разозленным, как многие бы на его месте выглядели, скорее – расстроенным.
– Не переживайте, – вздохнул он. – Книги были не на продажу.
Если он надеялся так успокоить Келли, то у него не вышло. Чувство вины расцвело еще сильнее, как магнолии в Садовом квартале по весне, и она замотала головой:
– Все равно куплю! Может, удастся высушить, и… Богиня, мне так стыдно! – Она попыталась отряхнуть обложку одной из книг, хотя это было уже бесполезно, и вдруг наткнулась взглядом на покрытое полустершимся золотистым тиснением название.
«Влияние христианства на вудуистские верования в Луизиане и местную ритуалистику»
Келли моргнула.
Нет, книга не исчезла. Ее название не сменилось. Кажется, страницы даже не повредило дождевой водой. У Келли почему-то забилось сердце и какое-то странное предчувствие защекотало под ребрами. Неужели Богиня решила ей помочь?.. Неужели молитвы и надежды не пропали даром?..
Словно в ответ, она почувствовала, как ветер скользнул по ее щеке, но не колюче, как было, когда она вышла из дома, а ласково. Богиня давала ответ.
Бен был неправ, считая, что Богиня лишь олицетворяла силы природы. Она существовала.
– Понравились? – Парень чуть улыбнулся, поправляя съехавшие с носа очки. У него была приятная улыбка и много-много веснушек, рассыпавшихся по щекам и лбу. – Можете забрать себе, оплаты не надо. Я разбирал библиотеку отца и наткнулся на несколько книг. Сначала думал выставить их в магазине как раритет, но решил, что ими вряд ли кто-то заинтересуется. Они довольно старые, отец любил собирать редкие издания.
Келли слушала его вполуха – так сильно билось сердце. Неужели ей наконец-то повезло?!
– Я заберу. – Ее обычно громкий голос ей изменил, и с губ сорвался какой-то мышиный писк.
– Вот и хорошо, – он кивнул. – Может, в вашем лице книга найдет заинтересованного читателя?
Ей повезло. Ей повезло. Ей повезло.
Быстро засунув книгу в сумку и распрощавшись с владельцем книжного – «Приходите еще, у меня есть целый раздел религиозной и эзотерической литературы!» – Келли нырнула в первое попавшееся кафе. Теперь она была уверена, что в этой книге найдет что-то, что сможет предъявить офицеру Уильямсу как доказательство своей мысли, что Агнес, живущая на болотах, сошла с ума и решила принести людей в жертву ради… Не важно, ради чего. Это уж пускай Итан Уильямс выясняет сам.
Лишь бы здесь нашлось что-то подходящее.
Юркнув за столик в самом углу и навесив на себя «завесу невидимости» – таким мелочам с детства учили всех ведьм и колдунов, независимо от их силы, так же, как и умению врачевать простыми зельями, – Келли принялась листать чуть влажные, но не пострадавшие страницы. Ей почудилось, что книга недовольно вздохнула, будто считала, что кто-то потревожил ее покой.
– Пожалуйста, прости, – шепнула Келли, – но мне очень нужно кое-что найти…
Глупо было извиняться перед книгой, конечно… Однако Келли знала: некоторые вещи могли быть живыми, а то и обладать собственной волей, и, если ты не ощущал ее, это не значило, что ее нет совсем. Она листала старые страницы, вглядываясь в старый пропечатанный текст, и какое-то странное предвкушение сворачивалось у нее в солнечном сплетении. В отличие от многих ее предчувствий, оно не пугало, а отзывалось странноватой щекоткой, совсем как в момент, когда Келли подняла эту книгу из лужи.
Автор, позиционирующий себя исследователем, судя по всему, как-то умудрился втереться к вудуистам в доверие и уговорить их раскрыть некоторые секреты, которые прежде они не записывали никогда, предпочитая передавать из уст в уста. А потом, видимо, предал их, издав книжку, не нашедшую признания.
Несколько глав были посвящены сотворению мира и связи между христианскими святыми и духами, верования в которых прибыли из Конго и Анголы с первыми рабами, ступившими на американскую землю. Несколько – простейшим ритуалам для начинающих, свидетелем которых автор был сам.
Ничего интересного.
В нетерпении пролистав книгу едва ли не до последних частей, Келли дернула рукой и пролила заказанный для виду чай на стол – едва-едва успела подхватить томик, чтобы не замочить страницы еще больше. Несколько книжных листов перевернулись от резкого движения, и Келли наткнулась взглядом на фразу: «…некоторые вудуисты считают, что семь врат Гинен, открывающие путь в своеобразное чистилище, где души блуждают перед тем, как уйти в «глубокие воды» и соединиться с предками, находятся на кладбищах Нового Орлеана. Чтобы открыть их…»
Мурашки пробежали по спине Келли, и, пока официантка вытирала залитый чаем столик, она углубилась в чтение.
Автор книги предполагал, что многие вудуисты боялись ритуала открытия врат, потому что в мир людей могли хлынуть голодные и охочие до чужих сил духи, способные вселиться в человека и вытеснить его душу. Также некоторые думали, что таким образом те души, что блуждали в «долине туманов», их чистилище, могли вернуться на землю, к своим родным, а этого допустить было ну никак нельзя.
Сам ритуал подробно не описывался и, как многие практики в луизианском вуду, он мог быть разным. Считалось, что лоа сами подскажут, как лучше проводить его, в зависимости от цели того, кто ищет врата. Но каждый из ритуалов сходился на жертвоприношении, причем самым сильным считалось жертвоприношение, совершенное на определенном кладбище в определенный день.
В день христианских праздников… И, как писал автор, детский стишок «семь ночей, семь лун, семь ворот, семь гробниц» отлично описывал нужное.
Ей почудилось, будто что-то невидимое коснулось ее плеча, волос, шеи, и она вздрогнула. Итан Уильямс и говорил про христианские праздники, про их возможную связь с вуду, о которой отец понятия не имел! Все сходится!
Келли захлопнула книгу. Впервые за долгое-долгое время ей показалось, будто камень упал с души девушки. Предвкушение, что свернулось было у нее под ребрами, расправило крылья, заполняя ее целиком, и она почувствовала, что ее наполняет надежда. Неужели она сможет спасти Бена?..
Даже если автор книги – она взглянула на обложку, прочла, что его звали Артур Бошар, – и обманывался насчет ритуала, многое здесь сходилось. Даты, способ жертвоприношений, например. Колдунья, к которой по своей дурости и желанию спасти Стеллу, заслуживала она того или нет, пошел Бен, вполне могла возжелать открыть эти дурацкие врата по каким-то личным причинам. И, похоже, она использовала Стеллу как орудие в принесении жертв, и, быть может, кто-то направлял девушку… Они разберутся. Найдут способ, как снять это колдовство с жены Бена и помешать Агнес, если никто не будет путаться под ногами.
Просто сейчас это был шанс.
Шанс убедить Итана Уильямса проработать эту версию и дать им время.
Шанс, что, пока он возится с колдуньей и пытается вывести ее на чистую воду, они с Беном что-нибудь придумают, чтобы все исправить. Она не верила, что открытие этих врат действительно приведет к появлению духов на земле, но если помешать Агнес, то люди перестанут умирать, а Бен будет в безопасности.
Келли верила: у нее все получится. Но, несмотря на щекочущее за ребрами воодушевление, она понимала – это лишь начало.
И дальше им будет сложнее.
Она очень хотела думать, что вдвоем они с Беном во всем разберутся.