Информация закрутилась. Взгляд Колльера метнулся к ней.

- Подождите-ка. Если я правильно помню, Линкольн написал Геттисбергскую речь в 1863 году на...

- И это, мистер Колльер, одна из самых больших куч коровьего дерьма, когда-либо появлявшихся в американской исторической книге. Линкольн не писал свою знаменитую речь на бумажном пакете, сидя на скамейке в парке, как нам говорили, - она, казалось, была взволнована, говоря об этом, её глаза горели. - Он написал это на обороте конверта размером девять на двенадцать, в котором была вступительная речь Эдварда Эверетта, знаменитого оратора. Он написал это в федеральном поезде, а не на скамейке в парке. И он не написал это на проклятом бумажном пакете, потому что тогда бумажных пакетов не было!

Колльер стоял ошеломлённый.

- Я... верю в это.

Она покачала головой, словно в горе.

- Столько всего о старых временах, что люди просто неправильно знают. О Юге в целом.

Следующие предметы за стеклом казались странными: шестидюймовые металлические инструменты с пружинами на конце. ЗАЖИМЫ "КАПРИЗНАЯ ДЕВЧОНКА" - 1841 ГОД.

- Что это, чёрт возьми? Они похожи на прищепки.

Миссис Батлер улыбнулась и потянулась к шкафу.

Глаза Колльера расширились, когда она наклонилась вперёд. Он просто не мог оторвать взгляда от её груди...

- Высуньте палец, мистер Колльер, - приказала она.

- Что?

- Давайте. Высуньте.

Колльер усмехнулся и сделал это.

Зубцы сжались и сразу же началась боль.

- Видите ли, когда маленькие девочки были непослушными, их папочки надевали им на палец вот это.

Прошло всего пять секунд, и Колльер поморщился.

- Как долго будет держаться зажим, зависит от того, насколько плохо себя вела маленькая девочка, понимаете? Например, если она не сделает утренние дела, то она, скорее всего, наденет зажим на пятнадцать секунд, - глаза старой леди улыбнулись. - Ещё не болит, мистер Колльер?

- Э-э-э, уже да, - признался он.

Это было похоже на то, как будто его зажали плоскогубцами.

- Или, скажем, она украла леденец из универмага, тогда она, вероятно, получит минуту...

Палец Колльера пульсировал от боли, а он продержался всего двадцать секунд.

- А если она когда-нибудь осмелится возразить маме или папе - две минуты по крайней мере.

Колльер ещё несколько секунд жевал губу, а затем настоял:

- Снимите его!

Миссис Батлер подчинилась, явно забавляясь. Скрученный палец Колльера был красным над суставом.

- О, но вы едва продержались тридцать секунд, мистер Колльер.

Он помахал рукой.

- Это было чертовски больно...

- Держу пари, что так и было. Вот почему маленькие девочки не так уж и плохо себя вели в старые добрые времена. Пара минут с зажимом были всем необходимым наказанием. Не было редкостью, когда маленькая девочка носила его пять минут за сквернословие или за то, что её отправили домой из школы.

- Пять минут? - возразил Колльер. - В наше время это назвали бы пыткой ребёнка.

- Хм-м-м... Но я осмелюсь сказать, если бы наши учителя использовали эти зажимы в школах сегодня, у нас не было бы всех этих проблем, которые мы видим в новостях. Десятилетние дети мучают учителей, потом они бандиты, наркотики и тому подобное, - она убрала странный зажим обратно в футляр. - Я уверена, вы согласны.

Колльер не смог выудить ответ.

- Но эти зажимы использовались только на девочках?

- Верно.

- А как насчёт мальчиков?

Самоуверенный смешок.

- Когда мальчики плохо себя вели, их папочки просто отводили их в сарай для порки.

- А. Конечно, - Колльер потёр палец.

Он был немного взбешён уроком истории. Это было чертовски больно! Он хотел бы рявкнуть на неё. Но её следующий жест удалил инцидент.

Она расстегнула верхнюю пуговицу, затем энергично раздула V-образный вырез блузки, что только больше открыло её восхитительную грудь.

- Я всё время забываю включить кондиционер на полную мощность в это время дня, - сказала она. Солнце било через высокие окна. - Вам жарко, мистер Колльер?

"Только ниже пояса", - подумал он.

Вид плоти её груди и глубокого декольте воодушевил его. Будь он немного выше, он, вероятно, поймал бы верхние края её сосков.

- Немного, теперь, когда вы это упомянули.

- Я сейчас этим займусь, - она продолжала раздувать блузку; Колльер видел, как пот покрывал кожу изнутри.

Что-то ещё привлекло его внимание в последнем случае: бледно-серый листок бумаги, похожий на старый банковский чек. Он прищурился.

ВРУЧЕНО: ГОСПОДИНУ Н. П. ПОЛТРОКУ, УПРАВЛЯЮЩЕМУ "ВОСТОЧНОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГОЙ ТЕННЕСИ И ДЖОРДЖИИ", ПЯТЬДЕСЯТ ДОЛЛАРОВ.

- Ух ты, - заметил Колльер, увидев цветисто написанную от руки дату чека. 16 сентября 1862 года. - Какой старый документ, и он выглядит в идеальном состоянии.

Миссис Батлер перестала пыхтеть через декольте. Выражение её лица помрачнело.

- Платёжный чек от проклятой железной дороги Гаста. Но, да, он довольно старый и в хорошем состоянии.

Снова Гаст. Одно упоминание чего-либо, связанного с ним, портило её настроение.

- Это просто ужасно интересно, не так ли?

- Что это, мистер Колльер?

- Кусок бумаги, подписанный кем-то во время Гражданской войны.

- Мы предпочитаем называть это войной северной агрессии, - настаивала она.

- Но разве не агрессия юга на самом деле начала войну? - сказал Колльер и тут же передумал. - Это Конфедерация бомбардировала Форт Самтер.

- Но этот Север, мистер Колльер, сам напросился, установив высокие пошлины на экспорт хлопка, - резко бросила она.

- Понятно... - Колльер снова посмотрел на чек, представив, как его подписывают почти сто пятьдесят лет назад, когда прочность нации висела на волоске.

- Где этот глупый ребёнок с вашими сумками? - спросила она, нахмурившись на дверь.

- Я лучше пойду помогу ей. Они довольно тяжёлые...

- Нет, нет, пожалуйста. Поверьте мне, для бедняжки это волнительно. Ей будет приятно нести сумки знаменитости.

Колльер нахмурился, когда она не смотрела.

"Я был в лучшем случае небольшой знаменитостью, а теперь я бывшая знаменитость".

У него не хватило смелости сказать ей, что его шоу отменяют.

"Тогда миф был бы разрушен, и всё, что я представлял из себя..."

Зазвонил колокольчик у стойки регистрации. Колльер заметил двух гостей - пару лет тридцати. Туристы, понял он. На шее мужчины висела камера. Он был невзрачен в безвкусной полосатой рубашке с коротким рукавом и бежевых брюках, натянутых на талии. Он показал палец миссис Батлер.

- О, ребята из Висконсина, - пробормотала она. - Они, должно быть, хотят туристическую брошюру. Я сейчас вернусь, мистер Колльер.

- Конечно.

Какая-то неведомая сила заставила глаза Колльера устремиться на её зад, когда она поспешила к столу, каждая ягодица попеременно скользила вверх и вниз по сиденью юбки.

"Если бы только у неё было лицо, которое не было бы таким... БЛЯТЬ, СТАРЫМ И СТРАШНЫМ!"

Он почувствовал, как покалывает пот на лбу, затем в его голове возник образ: Колльер задирает юбку и нагибает её.

"Откуда, чёрт возьми, ЭТО взялось!" - заорал он на себя.

Он покачал головой и сделал вид, что рассматривает ещё больше странностей за витриной: вручную выскобленная большая деревянная миска начала 1700-х годов, сдиратель древесины столетия спустя. Следующий предмет выглядел устрашающе: нож с латунной рукоятью, который, должно быть, был длиной в полтора фута. ШТЫК-НОЖ АРМИИ ДЖОРДЖИИ - ОКОЛО 1860 ГОДА - ПРИНАДЛЕЖАЛ ГОСПОДИНУ БОРЕГАРДУ МОРРИСУ ИЗ "ВОСТОЧНОЙ ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГИ ТЕННЕСИ И ДЖОРДЖИИ". Огромный размер лезвия заставил Колльера вздрогнуть. Лезвие выглядело почти новым и не имело ни пятнышка ржавчины.

"Интересно, кого-нибудь когда-нибудь убивала эта штука?" - пронёсся в его голове вопрос.

Он просмотрел ещё несколько предметов, пока очаровательная протяжная речь миссис Батлер привлекала новую пару. Она передавала им какие-то местные туристические брошюры...

Теперь Колльер разглядывал туристку. Простую женщину с небольшим животиком, но всё ещё стройную. Широкие бёдра обтягивали бежевые брюки - тоже слишком узкие, как у мужа, - и взгляд Колльера сосредоточился на треугольнике между её ног. Его пах пульсировал; он мог видеть след "верблюжьей лапки", а затем ещё один непрошеный образ заполонил его разум: Колльер стягивает с неё брюки и тянет её на пол, пока его язык погружается в её мускусные складки...

Он морщился, пока грязный образ не исчез.

Когда он снова посмотрел, женщина стояла на цыпочках, с большой белой улыбкой отбеленных зубов. Она махала ему рукой.

- Простите, простите, - говорила она.

- Да?

- Вы Джастин Колльер, не так ли?

Колльер старался не вздыхать.

- Ну да.

- О, мы большие поклонники! Смотри, дорогой, это "Принц пива"!

Муж тоже помахал.

- Обожаю ваше шоу, мистер Колльер.

- Спасибо.

Жена продолжила:

- Можем ли мы получить ваш автограф?

Он мог бы простонать.

- С удовольствием... - но тут двери вестибюля открылись, и вошла Лотти с чемоданом и сумкой для ноутбука.

Колльер подумал, что на данный момент всё кончено.

- Но позвольте мне увидеть вас сегодня позже. Я как раз сейчас регистрируюсь.

- Конечно, - сказала легкомысленная женщина. - Приятно познакомиться!

- Последняя комната на лестничной площадке, мистер Колльер, - добавила старая леди.

Фальшиво улыбнувшись, он бросился к Лотти.

- Вот, дай мне одну, - сказал он, но она только ухмыльнулась и покачала головой.

"Старушка права, она сильна, как мул".

Она без усилий втащила громоздкие сумки вверх по лестнице. Сильные ноги преодолевали ступеньки по две за раз. Колльер сначала не был уверен, почему - он намеренно отстал на несколько ступенек позади неё - но потом...

"Ещё один извращённый инстинкт", - предположил он.

Он пытался заглянуть ей под джинсовое платье. Всего на секунду он заметил белые трусики, сбившиеся в складки маленькой задницы.

"Что со мной сегодня?"

Бордовый ковёр повёл их вверх по главной лестнице; через перила Колльер слышал, как миссис Батлер препирается с парой из Висконсина. Он боролся с желанием посмотреть вниз, надеясь увидеть декольте обеих женщин, но на этот раз он сдержал порыв.

"Как так вышло, что я вдруг стал одержим сексом!" - потребовал он от себя.

Когда ответа не последовало, он принялся разглядывать зад Лотти и заднюю часть её подтянутых ног. Он чувствовал себя сумасшедшим от этих образов и не мог представить себе причину. Даже её ахилловы сухожилия и её голые пятки казались соблазнительными, а тусклые пряди волос, тыльная сторона её рук, её пальцы, обхватившие ручки его чемодана, казались необъяснимо эротичными...

Когда она остановилась и поставила чемоданы, он замер, потом вспомнил, что ему уже дали ключ. Ему сказали, что это последняя комната на лестничной площадке. Он вставил ключ...

Лотти потянула его за руку, качая головой. Она указала на дверь, возле которой стояла.

- Я думал, твоя мама сказала последняя комната на...

Казалось, она пробормотала что-то, чего он не расслышал...

Раздался сильный мужской голос:

- Моя мама имела в виду последнюю обычную комнату, - высокий мужчина лет тридцати, уверенно улыбаясь, в джинсах, рабочих ботинках и футболке, подошёл. - Привет, мистер Колльер. Я сын Хелен, Джифф.

Колльер пожал жёсткую руку.

- Привет, Джефф.

- Нет, сэр, я Джифф - знаете, как арахисовая паста? - обтягивающая футболка подчёркивала подтянутый верх тела; у него была светлая стрижка "ёжик" и похожая манера говорить. - Эта комната здесь не ваша. Мы её не сдаём, - он указал на следующую дверь. - Эта - ваша, и она наша лучшая.

- Ну, приятно познакомиться, Джифф.

- Дайте-ка я заберу эти сумки у моей маленькой сестрёнки-трубочистки, и вы приметесь за дело.

Колльер отпер то, что на самом деле было предпоследней дверью, но быстро заметил, что рядом была третья дверь и на ней висела табличка с надписью "ОРИГИНАЛЬНАЯ ВАННАЯ И ТУАЛЕТ ГАСТА".

- А что здесь, Джифф?

Лотти сердито посмотрела, как Джифф выдернул у неё чемоданы; возможно, она даже пробормотала "Ублюдок"!

- Эту комнату мы так и не отремонтировали, потому что многие туристы любят смотреть, как выглядела оригинальная ванная комната из старых времён. Я с радостью покажу её вам и проведу экскурсию по всему дому, когда вы будете готовы.

- Спасибо, я хотел бы провести экскурсию.

Колльер вошёл в свою комнату и услышал, как Джифф пробормотал: "Прочь с дороги, придурочная!" своей сестре за его спиной. Казалось, они боролись за внимание Колльера.

- Да, я много раз смотрел ваше шоу, - заверил его Джифф. - Очень приятно, что такой известный телеведущий гостит у нас.

Колльер не мог чувствовать себя более неискренним, когда ответил: "Спасибо".

- Вы здесь для того, чтобы как-то заняться своим телешоу?

- Нет, Джифф, на самом деле я здесь, чтобы закончить книгу. Помимо моего шоу "Принц пива", я также пишу книги об искусстве и ремесле пива... - и затем он быстро сказал: - А, идеально, - имея в виду старинный стол с откидной крышкой, который стоял перед широким окном. - Я могу работать на своём ноутбуке прямо там.

Джифф поставил чехол для ноутбука на стол.

- Надеюсь, комната вам понравится.

- Она просто отличная.

"Уютно", - подумал Колльер.

Тяжёлый ковёр цвета ржавчины от стены до стены и обстановка ожидаемого постколониального стиля. Кровать с балдахином стояла необычно высоко и была укрыта прозрачными алыми вуалями, отодвинутыми поясами. Золотые и бордовые обои покрывали полупанельные стены.

- О, и позволь мне взглянуть на этот вид, который обещала мне твоя мама, - и он прошёл через пару французских дверей на искусно ограждённый балкон.