Теперь блондинка оскалилась.
- Заткнись, козявка!
Крикет снова ткнула пальцем в живот Колльера.
- Эй, мистер! Спросите ее, где она его целовала!
Мэри ударила твердой рукой по задней поверхности бедра сестры. Звук разнесся по лесу.
- Ой!
- Правильно делаешь. Мистер, не слушайте ее.
В голове Колльера пронеслось слишком много мыслей.
"Кто эти девушки? Остановились ли они в гостинице? - Колльер сомневался в этом. - Скорее всего, в трейлерном парке неподалеку. Тогда: Эти синяки", - размышлял он.
Он не мог забыть болезненную демонстрацию миссис Батлер зажимов "Капризная девчонка" в витрине...
Скрич! Скрич! Скрич!
- О, пожалуйста, ты действительно не должна этого делать...
Теперь блондинка брила другую подмышку.
- А теперь мою, а теперь мою! - настаивала Крикет.
- Там нечего брить! - почти взвыла Мэри. - У тебя еще нет волос!
Еще одна ликующая улыбка вернулась к Колльеру.
- Она завидует, мистер, потому что у меня есть волосы, а у нее нет. И кровь у меня тоже есть.
Горло Колльера сжалось.
- Кровь?
- Проклятие Евы, о котором нам рассказывала мама. Ева сделала что-то плохое в Эдемском саду, и теперь все девушки получают Проклятие. Но Проклятие дает нам волосы. Разве не так, мистер?
Колльер стоял, потеряв дар речи.
- От него у нас также появляются сиси! - хихикнула Мэри.
Колльер не по своей воле опустил глаза. Мэри занесла левую руку для бритья, в результате чего верхняя часть ее платья оттопырилась, обнажив едва появившуюся грудь и торчащие соски. Он мгновенно отвернул голову.
- Вы, э-э-э, девочки, из города?
- О, да. Мы родились здесь.
- А где ваши родители?
Крикет пошевелила пальцами ног в грязи ручья.
- Наш отец работает, а мать дома. А вы откуда, мистер?
- Калифорния...
Обе девочки обменялись взглядами, в которых читалось благоговение.
- Но я здесь просто в гостях. Я остановился в гостинице миссис Батлер.
Мэри побрызгала из другой подмышки. Ее маленькие груди, покрытые пушком, казалось, сидели на валике жира на животе. Для сестер девушки не могли выглядеть более разными.
"Должно быть, они из соседнего города и забрели сюда".
Но... действительно ли это была та собака, которую он видел прошлой ночью?
"Нет. Это был всего лишь сон. Просто галлюцинация..."
И все же мысль о том, что собака могла забраться в дом, не была слишком надуманной. Миссис Батлер даже предположила такую возможность.
- О, да, - сказала Мэри. - У бондаря есть человек по фамилии Батлер, но у него нет жены.
Крикет вставила:
- Однажды он напился и предложил нам полдоллара, чтобы мы показали ему нашу...
- Крикет! Замолчи!
Размышления Колльера растянулись, как ириска.
- Эй! - завопила Крикет. - Что ты делаешь?
Собака резвилась в воде, гоняясь за капельками плавающего крема для бритья. Казалось, она пытается их съесть.
- Он глупый пес, - предположила Мэри. - Иногда очень глупый...
Теперь собака тявкала, наматывая круги по лесу. В какой-то момент она резко остановилась, чтобы испражниться. Казалось, она смотрит прямо на Колльера.
- Он какает! - глаза Крикет превратились в коварные щели. - Смотрите, мистер, - и она выставила вперед одну ногу.
Собака помчалась вперед. Она начала возбужденно совокупляться с голенью девочки.
- Грязный пёс!
- Тогда не выставляй ногу, - посоветовала Мэри.
- Мне нужно идти, до свидания, - быстро сказал Колльер и начал уходить.
- Не уходите пока! - возразила Крикет. - Разве вы не хотите посмотреть, как Мэри бреет свою черепашку?
Колльер удлинил шаг.
Когда он уходил, то услышал:
Скрич! Скрич! Скрич!
Он шел прямо, несмотря на головокружение: полупьяный, полупохмельный. Он замедлил шаг, поднимаясь на холм, который, как он надеялся, приведет его обратно к гостинице. "Дети белых отбросов или что-то в этом роде, - догадался он. - Бедные, нерадивые родители, отсутствие достойных примеров для подражания".
Такое случалось повсюду. Потом он задумался:
"А может..."
Может, это была очередная галлюцинация.
"Зажимы для пальцев? Собака? Молодая девушка, бреющая промежность в ручье?"
Но если это так, то что за канализация была у Колльера в голове?
Его остановил полуслышный звук хихиканья. Но он, должно быть, был уже в сотне ярдов от него.
Какой-то извращенный гремлин в его психике заставил его повернуться против воли.
И он снова стал смотреть в лес.
Девочки все еще были у ручья.
- Грязный пёс! - воскликнула Крикет, и тут же раздалось хихиканье, которое могло принадлежать только Мэри.
У Колльера перевернулось в животе от того, что он увидел - или подумал, что увидел: блондинка лежала, задрав ноги вверх, а шавка хищно лизала ее между ног.
1861 год
- Хорошая работа, ребята! - рявкнул Моррис, обращаясь как к рабам, так и к белым.
Он стоял перед рабочим местом на задней направляющей вагонетке для поезда с поддонами. Затем он прикрыл глаза и посмотрел вниз по линии с наступлением сумерек.
- По-моему, это очень хорошая работа! Вы согласны, мистер Полтрок?
Полтрок стоял в стороне, отвлекаясь. Он смотрел на цифры: сколько железных рельсов и фишболтов бригада израсходовала с прошлой пятницы.
"Может ли все это быть правильным?"
Моррис усмехнулся, положив руки на бедра.
- Похоже, мистер Полтрок меня не расслышал... - и тут все остальные мужчины, включая негров, рассмеялись.
Полтрок огрызнулся.
- Да, мистер Моррис. Возможно, даже лучше, чем просто хорошая работа...
Длинные волосы Морриса поднял ветерок.
- До утра воскресенья, - и один из силачей пробил в колокол, - мы все выходим на смену!
Примерно сто пятьдесят человек расступились, блестя от пота, сгибаясь от усталости, но радостно восклицая, когда они разошлись по лагерям. Колокол зазвенел, всколыхнув мозг Полтрока.
- Конец очередной недели, - Моррис потер руки. - Трудно поверить, что мы уже глубоко на территории Джорджии. Уже четыре года, не так ли? А по мне, так месяцев шесть-восемь.
Полтрок едва слышал его. Только тогда он заметил длинный боковой нож в жестяных ножнах, болтавшийся на бедре Морриса.
- Мистер Моррис, что это за штука у вас на бедре? Выглядит как меч, как нож.
Лезвие зашипело, когда Моррис обнажил 14-дюймовый инструмент.
- Это называется штык-сабля, сэр. Причудливо, не правда ли? Он изготовлен из стали Кенансвильского оружейного завода. В металл добавляют что-то вроде хрома - он не ржавеет, даже если оставить его на ночь в ведре с водой. А латунная рукоять настолько твердая, что ее можно использовать как молоток.
- Зачем бригадиру такой длинный нож?
- На самом деле он не нужен... - Моррис повернул лезвие, пока оно не сверкнуло. - Он просто... красивый, я думаю. У женщин есть свои причудливые украшения, а у мужчин - пистолеты и ножи, я полагаю.
Эта мысль никогда не приходила Полтроку в голову, но она была необычной.
- Теперь, когда вы об этом заговорили, я думаю, что чувствую то же самое по отношению к своему Кольту 36-го калибра, - сказал он и жестом указал на револьвер у себя на бедре. - Да и толку от него немного, не с этой армией силачей, которую нанял мистер Гаст. Если бы рабы собирались восстать, они бы уже давно это сделали.
- Они должны быть сумасшедшими, чтобы восстать, - сказал Моррис. - Когда мы закончим, они станут свободными людьми. Конечно, есть еще индейцы, которые не прочь пошалить. Всем нам следовало бы всегда носить с собой что-нибудь для защиты.
- Предупрежден - значит вооружён... Или наоборот?
- Кстати, об индейцах... - Моррис выглянул за площадку.
Полтрок увидел несколько фигур, бредущих к ним.
- Нищие, наверное. А может, шлюхи, - предположил Моррис. - Но вернемся к тому, о чем мы говорили, - время идет так быстро. Я хотел спросить, сколько миль пути мы уже проложили? Наверняка уже 350, как думаете?
- Я подсчитываю ежемесячно, но, черт возьми, да. Как бы быстро мы ни ехали, мы можем быть близки к 350. Можем.
- Вы постараетесь посчитать сейчас?
- Да, но пусть мистер Фекори не уходит, пока я не вернусь. Наверное, это займет у меня полчаса.
- Я ему передам, - сказал Моррис. Он прищурился, глядя на медленно приближающиеся фигуры. - У него уйдет больше времени, чтобы расплатиться с белой командой, - Моррис смахнул пыль с бороды. - А я сегодня готов выпить немного виски. Как насчет вас?
Полтрок закрыл блокнот, все еще озадаченный своими цифрами.
- Что? О, да, может быть...
Мистер Гаст давал всем выходной в субботу, но Полтрок часто удивлялся тому, как тот выбирает дни.
Воскресенье было типичным днем отдыха.
Тем не менее, все могло стать довольно диким. Привозили виски и несколько голов скота. А еще на территорию пускали индианок. Эшкуа, так их называли. Мистер Гаст не возражал, чтобы по пятницам ставили палатки для индейских женщин, чтобы белые могли с ними развлечься.
Мысль Полтрока зацепилась за что-то.
- Погодите-ка. Вспомнил, что начальник по снабжению говорил мне, что виски сегодня не доставляли. Я не видел, чтобы сюда прибыл какой-нибудь обоз с припасами, а вы?
- Черт побери. Нет, не видел, - Моррис выглядел так, словно во рту у него появился неприятный привкус.
- Я знаю, что пару раз мистер Гаст покупал бочонки виски в соседних городах. Не имеет смысла везти его из дома каждую неделю...
- В Джорджии? Черт, мистер Полтрок. Джорджия разбирается в виски не больше, чем проклятый Массачусетс в хлопке.
Полтрок улыбнулся, возможно, впервые за неделю.
- Я гарантирую, что после недели такой тяжелой работы все будет в полном порядке.
- Надеюсь, вы правы. На вкус, наверное, как что-то из бочки с мочой, - Моррис вздохнул, внимательно оглядывая выходящие вперед фигуры. - Но парочка шлюх наверняка получит билет. А вот и парочка, я бы сказал.
Полтрок разглядел их даже в тусклом свете: несколько индианок в сшитых леггинсах и безрукавках из рваных шкур. Их глаза казались огромными на ожесточенных лицах. - Что это за индианки?
- Нантикоки, - ответил Моррис. - Наливают им виски, и они трахаются за это. Они жили в основном в Мэриленде, пока ополченцы штата не перебили их лет пятьдесят назад. Большинство из них ушло на север и замерзло насмерть, но некоторые ушли на юг. Джорджия выделила им резервации, как это сделали в Нью-Йорке с хауденосауни. Некоторые из этих индианок выглядят чертовски хорошо. Они трахаются за десять центов и глоток виски, а потом приносят эти деньги своим мужьям, - Моррис на мгновение приподнялся на цыпочки. - Да, сэр, сегодня вечером я засуну свой член в эту грязную пизду.
Полтрок должен был отдать должное странным женщинам, по крайней мере, за их стойкость. Он насчитал их ровно четыре, и знал, что завтра до поздней ночи они будут принимать по пятьдесят возбужденных белых мужчин. Многие из них обслуживали по четыре-пять за раз. Таких как Моррис, знал он. Моррис был неравнодушен к ним.
- Посмотрите на эту, - сказал Моррис. - Это та, которую я возьму первой.
Полтрок прищурился. Было легко определить, кого из них Моррис выделяет. Три из них выглядели старше и потрепанными, четвертая казалась чуть моложе и более свежей. Груди девушки были настолько велики, что натягивали веревки из сыромятной кожи, удерживающие ярмо.
- Ну и сиськи у этой индианки, а, мистер Полтрок? - Моррис задал бесполезный вопрос, Полтроку было все равно. - С такими сиськами парень может вытворять всякие штуки, - Моррис насмешливо помахал девушке рукой и сказал себе под нос. - Привет, маленькая грязная сучка. Скоро ты будешь вся в моей сперме.
Полтрок чувствовал себя усталым и, возможно, простуженным. Он совсем не разделял похотливого рвения своего коллеги.
- А вот и Каттон, - заметил Моррис.
- Мне нужно с ним поговорить, - и Полтрок сошел с направляющей машины.
- Добрый день, мистер Полтрок, - поприветствовал его молодой человек. - Или, черт возьми, я должен сказать "добрый вечер"! Как проходят дни в последнее время?
Полтрок достал сигару, которая полагалась ему из личных запасов мистера Гаста. Они приехали из Флориды. Прежде чем он успел достать спичку, Каттон успел зажечь ее для него.
- Спасибо, - пропыхтел он. - И я хотел спросить вас кое о чем, мистер Каттон, - он поднял книгу записей. - Похоже, мы очень быстро расходуем рельсы и путевые болты. Кто-нибудь увеличил заказ на последнюю партию?
Каттон кивнул, а затем взял табак и пожевал.
- Да, сэр, увеличили.
- Кто? Начальник снабжения?
- Нет, сэр. Мистер Гаст. Он говорил мне - точно не помню, когда именно, - но он сказал, что за последние пару недель привозит на десять или пятнадцать процентов больше. Железнодорожные перевозки тоже, конечно. Он сказал мне, что в Кентукки открылся новый завод по производству железа, у которого он его покупает. Трэдегар работает круглосуточно, изготавливая пушки на случай войны.
Полтрок отбросил бесполезные подробности. - На десять-пятнадцать процентов больше? Неудивительно, что мои цифры не сходились...
- Насколько я могу судить, люди работают не покладая рук. Если бы вы были негром, у которого в конце пути свобода, разве вы не работали бы еще усерднее?
- Да, конечно, я бы... - Полтрок почесал за ухом.
Тяжелая работа - это одно. Но... это? Он знал, что ему придется снова поработать с цифрами. "Это может быть очень интересно..."
- Мистер Каттон, будьте добры, приведите мою лошадь. Я собираюсь пересчитать рельсы.
- Да, сэр. Мы все знаем, что сегодня пятница, когда мистер Полтрок считает рельсы. Уверены, что не могу быть вам полезен?
- Нет, нет, это то, что я должен сделать сам.
- Я приведу вашу лошадь...
Каттон побежал трусцой. Моррис молча усмехнулся, а затем сам полез вниз.